4.2. Кинотеатр
— А вот и ты! — радостно окликаю тебя я. — Тебе уже лучше?
Ты сидишь за пустым мольбертом уже не первую минуту, я знаю, я следила за тобой через щель приоткрытой двери, и поражена тем, что ты не заметила. Обычно ты сразу кидаешь уставший взгляд, потому что «я тебя отвлекаю». Сейчас же ты не обращаешь на меня никакого внимания. Это угнетает, знаешь ли.
Трясу тебя за плечо, роняю мольберт, вырываю волос из макушки и даже засовываю мокрый палец в ухо, а ты пялишь в стенку пустым взглядом. Тоска-то какая.
Выходя из комнаты, надеюсь, что к нашей следующей встрече ты оживешь.
Для Нацуми факт гомосексуальности лучшего друга давно известен. Они проживают бок о бок почти весь пубертатный период — было бы странно, если бы Сасаки не узнала.
Поэтому: «Па-а-ажалуйста», - мысленно передразнивает Нацуми, хотя парень, который привлек их внимание сигаретой во рту, и правда красив. Она быстро осознаёт, как остаётся не у дел, стоит разговору Каминари и незнакомца, но лишь для нее, перерасти из реплик о хорошем вкусе до обсуждения норвежского языка. Как мило, что парень с сигаретой оказывается недавно переехал из Норвегии, Денки ведь так любит иностранцев, поэтому в его телефоне тысяча и одно приложения для обучения всевозможных языков. Вот ненормальный.
Поправляя заколку, Нацуми ищет, где бы ей сесть, чтобы дождаться друга с новостями; надеется, что с хорошими, иначе всю оставшуюся прогулку ей предстоит успокаивать Каминари тем, что иностранцы — птицы полета ниже, чем он. Хотя и это помогает через раз. Хотя она и не знает какого полета иностранцы. Она сама общалась с парочкой в закоулках интернета, но недолго.
Ей приходится вглядываться в самые дальние скамейки, чтобы найти свободную, но вместо них замечает рассыпанные волосы цвета спелой пшеницы. Со спины точно видно, что это ее новая одноклассница — девочка, с которой ее поставили учителя в пару, сказав, что до окончания этого учебного года они будут работать над всеми проектами вместе. Нацуми лишь помнит миловидную улыбку, шелковистый приятный голос и ухоженные волосы, скрученные в один небрежный пучок. Тога Химико — милейшая девочка со вздернутым подбородком на памяти младшей из Сасаки.
Прежде чем присоединиться к ней, дабы узнать одноклассницу и напарницу получше, Нацуми отправляет сообщение Каминари:
Мими, 19:11
Я пошла. Позвони, когда закончите. Жду хорошие новости.
Нацуми то теряет, то выхватывает образ одноклассницы, вплоть до того момента, пока ее рука ложится на чужое, на первый взгляд хрупкое, плечо. Химико испугано вздрагивает, разворачивается, брезжа черными искрами из золотистых глаз с кошачьим зрачком, от которых у других золотых глаз начинает мутнеть. Сасаки соврет, если скажет, что ей не нравится недовольное выражение лица Тоги — оно слишком хорошо напоминает ей Каминари этими искрами. Напоминает ее угасшие давно искры.
— Можно с тобой прогуляться? — смотрит вниз из-за разницы в росте Нацуми. Тога ей где-то до носа, и это прибавляет ей еще больше миловидности.
Химико натягивает ту самую улыбку, что и в школе. Сасаки не понимает, почему ей хочется ударить одноклассницу и размазать губы по фарфоровому лицу, почему она кажется такой неправильной после полных негодованием искр.
— Конечно,— расправляет плечи Тога, когда поднявшийся ветер легонько колышет две школьные юбки,— я, если что, в кинотеатр.
— На какой фильм? — Сасаки ухватывается на тонкую нить разговора, подстраиваясь под шаг одноклассницы. Она понятия не имеет, что сейчас крутят в кино, не потому что она не любит смотреть фильмы, заедая попкорном, а лишь потому что ненавидит делать это в одиночку.
— «Магазинные воришки».
Разговор больше не клеится, и Нацуми не хочет ломать голову над его продолжением, хотя это и делает. Белыми кроссовками шаркает по чистому тротуару, взбешивая внутренних демонов Химико, но она не упрекнет в этом Сасаки. Ей нельзя. Тога позволяет себе лишь отвернуться на витрины магазинов, которые они проходят.
— Что ты думаешь о Пятне? — вспоминает главную тему их с Каминари разговора Нацуми, авось и здесь прокатит. — Ну, о злодее, убивающем героев.
Химико приходится незаметно ущипнуть себя через темно-синий пиджак и не выдать свои настоящие эмоции по этому поводу. Клыки так и рвутся из-под розоватых мягких губ, которые она так старательно мажет гигиеничкой, чтобы от «правильных» не отличаться. Тога подавляет восторженный вскрик и фыркает, смотря прямо в глаза собеседнице.
— Такие как он должны сидеть в тюрьме, — чеканит заученную фразу Химико, и ей самой же от себя противно становится. Ждёт, когда Нацуми, как и все остальные, одобрительно хмыкнет, закончив разговор, иди продолжит щебетать о жестокости злодея, от руки которого полегло немало героев. От вида которого Тоге становится жарко и приятно.
— В принципе, да, — начинает как-то задумчиво Сасаки, вызывая прищур кошачьих глаз одноклассницы, — но если задуматься, то в ней есть смысл. Да, насилие — это плохо, я не спорю, но геройствовать за деньги — не то, что делает человека героем.
Теперь Нацуми перестает казаться заурядной, наоборот, когда ветер легонько колышет передние черные пряди и их хозяйка сдувает, сложив губы трубочкой, будто меняется — глаза у нее блестят золотом, подбородок на среднем уровне, как у всех знающих, что они делают людей, и чуточку свысока скосившийся взгляд. Тога, достающая ей до носа, раскачивается на пятках и сообщает:
— Интересная позиция.
Они доходят до будки, выдающей билеты, и Нацуми все еще не может придумать ответ на подобное заявление. У нее приготовлено несколько аргументов в собственную пользу, но не слова, сообщающие радости их взаимопонимания, хотя это будет трудно назвать так. Да и ничего хорошего не позиции нет.
С Тогой оказывается приятно молчать. Эта мысль выбивает Сасаки из колеи на середине фильма, и больше ни на чем она сконцентрироваться не может. Ей больше нравится слушать, как кто-то разговаривает, поэтому болтливый Денки — идеальная кандидатура на роль ее лучшего друга, но Химико молчит. И в этом молчании нет монотонности и неловкости, пленка все равно умудряется что-то записывать: шуршание ее юбки и скрежет стисканых зубов, проявляющийся, когда она недовольна действиями героев.
Нацуми удобнее устраивается в кресле, уже полностью растворившись в мыслях. Ей неприятно, когда вокруг тихо. Когда уши закладывает настолько, что даже звенящей тишине нет. И именно это она чувствовала в камере с серыми стенами и одиноким столом, за которым сидела одинокая она и одиноко уставилась на наручники в своих руках. Она не слышала вопросы, задаваемые полицейскими или прогероями. Она просидела на одиноком стуле, пока не приехали родители, требующие выпустить ее, а люди в форме шипели одну лишь фразу: «она убила человека!». Чертов водитель умер от осколка бокового стекла, который впился ему в мозг через левый глаз.К счастью, он был пьян и первым наехал на Нацуми. После долгих споров и разбирательств в длиною месяц честь Сасаки отвоевали, и Сущему Мигу удалось добиться того, что эта ситуация не будет записана в ее личном деле. Все-таки хорошо иметь связи среди прогероев выше тридцатого места в рейтинге Японии.
Первую школьную неделю и последнюю судебную Нацуми просидела как на иголках и совершенно не обращала внимания на одноклассников. Поэтому в классе ее невзлюбили, окрестив высокомерной стервой, а ей просто было не до них. Когда Сасаки развернулась, чтобы познакомиться с ними, пленка из истерик, слез и нервных срывов вмиг оборвалась острыми недовольными взглядами. У нее появились новые проблемы.
Если она сумеет подружиться с Химико, то проблемы не будет. Нацуми не хочет иметь лучшую подружку в ее лице, но будет приятно сидеть с кем-то в школьной столовой, ходить по коридором и иногда переговариваться, просто чтобы заполнить тишину, разъедающую, как моль, видеокассеты под красочными и не очень картинами.
По руке художницы Тога проводит коротко постриженным ногтем, призывая вернуться в реальный мир, от чего Сасаки испуганно разворачивается в ее сторону.
— Титры уже закончились, — встает с места блондинка и медленно проходит через опустелый ряд из красных кресел. В воздухе, как и должно быть в кинозалах, витает приятный запах попкорна и колы.
Сасаки не спешит, идя за ней и заметив недовольный взгляд одного из сотрудников, видимо, ему не по нраву их нерасторопность. Нацуми от этой мысли фыркает, а болт одного из кресел мигом вылетает, перепугав ее неожиданностью. Широко раскрытыми глазами выдыхает весь воздух и, не меняясь в лице, переводит взгляд на Химико, которая на пару ступенек выше. Она повторяет ее удивление, смотря на болт рядом с Сасаки и, скорее всего, ищет подходящие к ситуации слова, но ее грубо прерывают.
— Пошевеливайтесь!
Нацуми легонько пинает болт под кресло и догоняет Тогу, схватив ее за руку. Та ничего не говорит, ведомая нахмуренным взглядом одноклассницы, пока они не выходят из самого здания, на вечернюю, но все такую же жаркую улицу.
— И что это было? — по ее лицу можно сразу определить, что это не то, что она хочет спросить, но и на этот вопрос Сасаки отвечать не хочет.
— Ой-ей, так вот с кем ты убежала, — Нацуми резко, будто специально отворачивается от испытующего взгляда одноклассницы, услышав родной лучистый голос друга. — Твоя одноклассница?
Улица гудит, как растревоженный улей, а Каминари и парень с сигаретой, но уже без нее, с которым вроде как все складывается отлично, в этом потоке машин и спешащих людей смотрятся отлично, сумев остаться островом безопасности для Нацуми.
— Да, знакомься, это Химико Тога, Тога-чан, это Денки Каминари — мой друг.
Денки уверенно подает Химико руку для рукопожатия, на которую та пялится, будто не осознавая, что от нее хотят. Это заставляет Каминари смутиться и этой же самой рукой почесать затылок, пустив смешок. Но его нервность быстро сбивается, когда на его большой палец начинает давить некая сила.
— Точно! Совсем забыл, Мими, твой дедушка звонил, сказал, что тебе нужно срочно домой,— Денки дергает подругу за край темно-синего рукава, а после и вовсе тянет за него.— Прости, Ол, неотложное дело, вечером напишу. Рад был познакомиться, Тога!
Деловитым шагом Каминари уносит Нацуми подальше от кинотеатра, в сторону дома, так, будто они и правда спешат.
— Что случилось? — на ходу оборачивается, оглядев наполненную улицу, и не находя знакомых лиц, сбавляет шаг в ожидании интересного рассказа, а как только слышит причину их побега начинает хохотать своим лучистым голосом.