28 глава
Проснувшись рано утром, в мягкой постели Ислам лениво потянулся, и сонно зевнул. Открыв глаза он увидел что Марьям нету рядом, лишь записка на прикованном столике. Но он не испугался, он знал что в сегодняшний день его любимая устроит ему сюрприз.
С трудом дотянувшись до записки он схватил её и принялся читать.
«Доброе утро Любимый:)Сегодня у тебя день рождение, и я захотела сделать тебе подарочек. Но сначала приведи себя в порядок! И там найдешь первый сюрприз»
Он тяжело вздохнул , казалось ему так не хотелось устраивать что то в свой день рождения, но с другой стороны это делала Марьям. По этому он не думая пошел в ванную комнату. После чистки зубов он открыл темную дверцу душа, там была упакованная коробка, а сверху нее была бумажка
«Ты нашел первый подарок, но конечно не без моей помощи. Открой подарок, внутри будет ещё одна подсказка»
Ислам нетерпеливо разорвал упаковочную бумагу, а затем и распаковал саму коробку, это было Лего машины.
Ислам усмехнулся, держа в руках коробку с "Лего". Он сразу вспомнил, как как-то в разговоре невзначай сказал, что в детстве обожал собирать машинки, особенно спортивные, и Марьям — как всегда — запомнила. Он провёл пальцем по яркой коробке, покачал головой и снова посмотрел на вложенную внутрь бумажку:
«Следующий подарок там, где ты чаще всего проводишь своё утро. Подсказка — она мягкая и квадратная. И да, загляни внутрь :)»
— Мягкая и квадратная... — пробормотал он себе под нос, направляясь в спальню. — Подушка?
Он отбросил плед с кровати и с лёгкой ухмылкой начал проверять подушки одну за другой. Под третьей — нашёл аккуратно сложенный мешочек из плотной ткани. Внутри — пара новых боксерских бинтов и ещё одна записка, свернутая в трубочку.
«Чтобы руки оставались крепкими, а запястья — целыми. Но следующий подарок защитит то, что внутри тебя. Ищи его там, где ты сбрасываешь уличную одежду.»
Ислам уже по-настоящему улыбался, прижав бинты к груди. Он быстро направился к шкафу в прихожей. Внизу, между аккуратно сложенными худи и спортивными штанами, он заметил плотную коробку, перевязанную широкой лентой.
Внутри лежали новые тренировочные перчатки, матовые, в глубоких тёмно-синих тонах. А под ними — тонкая черная бумага, в которую была завернута очередная записка.
«Теперь ты готов ко всему. Осталось найти меня. Иди туда, где чаще всего слышишь море. Там и будет финал, и главный подарок.»
Его сердце дрогнуло. Он знал, что Марьям говорит про балкон. Он открыл дверь, и в лицо тут же ударил тёплый морской воздух. За тонкой тюлевой шторкой, в утреннем свете, стояла она.
Марьям. Красивее, чем когда-либо.
На ней было лёгкое, изысканное платье пастельного оттенка, подчёркивающее тонкую талию. Волосы аккуратно уложены, на лице — лёгкий, почти незаметный макияж. В руках — маленький фирменный пакетик. Она застенчиво улыбалась, глядя на него.
— С днём рождения, мой чемпион, — прошептала она.
Он молча подошёл, обнял её крепко, впитывая её запах, её тепло. Сердце билось чуть быстрее обычного. Он опустил взгляд на пакетик и посмотрел вопросительно. Марьям кивнула, и Ислам аккуратно достал коробку. Внутри — элегантные, титановые часы с синим циферблатом и тонким гравированием сбоку: "Мар. & Исл. – навсегда."
Он замер. Потом посмотрел на неё, ничего не говоря, и просто поцеловал в лоб.
— Самый лучший подарок — ты, — тихо произнёс он. — Даже если бы ты не приготовила ничего из этого.
— Знаю, — с улыбкой ответила она. — Но мне хотелось поиграть.
Они вернулись в комнату и вместе легли на кровать, вызвав завтрак в номер. Вскоре накрыли на маленький столик у окна. Овощи на гриле, свежие круассаны, омлет с зеленью, фрукты и две чашки густого, крепкого кофе.
— Это было безумно мило, — сказал Ислам, кивая в сторону балкона. — Серьёзно. Но ты, по-моему, в душе агент ФСБ. Все эти подсказки...
— Ну, я старалась, — скромно ответила Марьям, играя ложкой в своём стакане с йогуртом.
В этот момент раздался видеозвонок. На экране появился Хабиб, в бейсболке и с широкой улыбкой.
— Эй! С днём рождения, брат! — весело крикнул он.
— Спасибо, брат, — Ислам ухмыльнулся. — Как ты узнал, что я в живых после утреннего квеста?
— А я в курсе, кто там мозгами рулит, — сказал Хабиб, подмигнув Марьям. Она засмеялась.
Разговор затянулся. Хабиб рассказал о подготовке, ребята из зала тоже по очереди подключались, кто-то кричал поздравления, кто-то шутил. В номере стоял смех и лёгкая, теплая суета.
Когда звонок закончился, Марьям встала с кресла, подошла к Исламу и обняла его за шею.
— Ну, день начался неплохо, да?
— Он начался идеально, — шепнул он, касаясь губами её щеки.
...Но вечер ещё впереди.
После того как видео-звонки стихли и стол с остатками завтрака опустел, в номере снова воцарилась тишина. Только мягкое шуршание кондиционера и негромкое дыхание Марьям, устроившейся на коленях у Ислама, нарушали спокойствие. Она тихонько что-то рисовала пальцем на его руке, а он, лениво развалившись, просто смотрел на неё.
— Как думаешь... — начала она, не отрываясь от "рисования", — если бы ты не был бойцом, кем бы ты был?
— А я и так каждый день кем-то другим становлюсь, — усмехнулся Ислам.
— Сегодня — именинник, завтра — монстр на тренировке, а послезавтра — муж, который будет собирать Лего.
Марьям рассмеялась, коснулась его щёки и прошептала:
— Ну сегодня ты ещё и мой.
Она поднялась на колени и медленно поцеловала его. Сначала мягко, осторожно — как будто пробовала вкус. Потом — с жадностью, с накопленным за весь день желанием. Ислам среагировал сразу — притянул её ближе, его пальцы скользнули по её спине, задержались на шее. Он перевернул её под себя и, не отрываясь от поцелуя, тихо пробормотал:
— Мы с тобой как в своём мире... Как будто всё остальное исчезло.
— И пусть не возвращается... — выдохнула Марьям, её губы горячо касались его скулы, уха, ключицы.
Он медленно провёл рукой по её талии, и она выгнулась под ним, отвечая на каждое его прикосновение будто нотами на их личной мелодии. В комнате стало душно от одного только их дыхания. С каждым движением они будто растворялись друг в друге — без слов, без спешки.
И вдруг... тук-тук-тук.
— Я убью того кто там стучит, — выдохнул Ислам, не вставая.
Марьям захохотала, спрятала лицо в его шее:
— Даже если это Хабиб который за час переместился в Дубай, я не удивлюсь, он всегда не вовремя.
— Если это он, я скажу, что мы в намазе, — отозвался Ислам и нехотя поднялся.
Он натянул футболку, пошёл к двери. За ней — курьер с большой коробкой, обмотанной бантом и с яркой открыткой на арабском.
— Салам, с днём рождения, брат, — сказал курьер, явно передавая чьи-то слова.
— Валейкум ассалам... Спасибо, — Ислам забрал коробку, и вернулся в номер.
Марьям уже сидела на кровати, укутанная в плед, со смущённой, но довольной улыбкой.
— И что там?
— Сейчас посмотрим, — он открыл коробку. Внутри — небольшая кофеварка с гравировкой «For the early bird», футболка с изображением Хабиба и Ислама в смешных карикатурных позах, и огромная коробка восточных сладостей. Внизу лежала записка от Зубайры:
«Не забудь угостить Марьям, не будь эгоистом. P.S. Мы всё равно знаем, что ты сейчас занят».
Они оба рассмеялись.
— Ну теперь это официально они следят за нами, — пошутила Марьям.
— Я всё равно вернусь туда, где остановился, — сказал Ислам, отбросив крышку коробки и вернувшись к ней.
Он снова лёг рядом, обнял, провёл рукой по её щеке и шепнул:
— Наш вечер ещё не закончен.
— Да, — улыбнулась Марьям. — Просто небольшая рекламная пауза.
Они засмеялись. И в этот момент, под свет ночного города за окном, всё вокруг снова исчезло, оставив только двоих — влюблённых, родных, в своём маленьком, скрытом от всех мире.