Бумеранг
Томный вечер обещал быть скучным и обыденным. К слову, ничем не примечательным. Олег Владиславович приготовился его коротать за чтением газет в кабинете, когда внезапно пожаловали гости, а точнее гостья.
Посмотрев в глазок, Морозов не удивился визиту Ляли, как всегда оказался прав: проститука погуляла-погуляла и выбрала одно из меньших зол, то бишь его.
— Проходи, — не скрывая торжества, нахально пригласил ее войти.
Ольга выглядела слегка сконфуженной, видимо, пока еще сомневалась. Похожая на побитую собаку, молила взглядом о прощении. Вскоре перестала смущаться, в коридоре сняла странную верхнюю одежду и предстала перед капитаном в полуголом виде. В кармане ватника у нее оказалась целая бутылка столового красного вина.
— Бокалы есть? — спросила она без прелюдий.
— Я не пью.
— Сегодня можно, — Ляля нежно поправила воротник гимнастерки.
Олег Владиславович гнусаво посмеялся и принёс два гранёных стакана. Специальной посуды для алкоголя у него не было, он придерживался здорового образа жизни.
— Глоток, — Ляля наполнила стакан до краев.
Капитан смакуя, пригубил вино и одобрительно кивнул. Терпкий вкус напитка ему показался благородным и выдержанным, он сделал еще пару глотков.
Ольга же напротив, пить не стала, вместо этого вдруг спросила:
— Душ принять у тебя можно?
Морозов напомнил, где находится ванная комната; всё-таки девушке слоняющейся сутки по городу не мешало бы освежиться.
Вино ему, и правда, нравилось, поэтому с удовольствием допил до дна.
Да и эффект оно производило незамедлительно хороший, тепло разлилось по всему телу, позволяя наконец-то расслабиться. Морозов налил себе еще.
Замечательно пошло, он покрутил зеленую бутылку в руках. Странно, с виду дешевое столовое вино, а на вкус божественный нектар. Вскоре ему стало совсем легко и хорошо, так хорошо, что даже не слышал, как кто-то открыл входную дверь и зашел в квартиру.
— Сколько он уже выпил? — прошептал Осип.
— Два стакана, — Ляля пропустила его вперед.
Ося без опаски предстал перед капитаном, тот икнул от неожиданности.
— Ты что здесь делаешь? — приподнялся он со стула и грозно нахмурился.
Незванный гость посмотрел на наручные часы, затем на капитана.
“Один, два”... — считал он мысленно.
— Я тебя спрашиваю, ты что здесь делаешь? — спросил Морозов и упал мордой в стол.
Раствор опиума смешанный с вином подействовал, Ляля громко выдохнула и опустила поднятую руку с папье маше. Еще никогда она себя не чувствовала столь близко к провалу. А вот Осип ни секунды в успехе задуманного дела не сомневался, не было еще человека, способного отказаться от Шато Совиньон де ля Руж.
Перед глазами туман и полнейшая неразбериха, мутные пятна, как будто надел чужие очки с линзами более шести диоптрий.
— Нельзя его убивать! — послышался приглушенный женский голос.
— Тогда Кривой убьет нас, а после и его тоже! Морозов, всё равно, не жилец!
— Нас найдут и расстреляют!
— Не успеют! Посидим в притоне, а в десять поплывем на корабле в Варну.
Отвечавший мужчина был куда более оптимистично настроен. Его слова не сулили капитану ничего хорошего. Он попытался пошевелиться, но оказался намертво привязан к стулу.
Такого поворота Морозов не предвидел, а стоило предусмотреть все возможные варианты развития событий. Не рой яму другому, сам попадешь. Пакости совершенные им вернулись бумерангом. И подобный исход было вполне возможно предугадать. Увы, капитан оказался не столь дальновидным. И на старуху бывает проруха.
Картинка прояснилась и его взгляд встретился с жалостливым взглядом проститутки и ненавистным директора ресторана, теперь уже бывших.
— Очухался, — заметил Осип с жестокой насмешкой.
Морозов не мог ему ответить, во рту был кляп.
Сообщники переглянулись и подошли ближе.
— Отрежем ему голову и бросим под ноги Кривому? — продолжал жестоко шутить Ося. — Нам понадобятся доказательства, а то вдруг не поверит.
— Слишком много крови, — холодно возразила Ляля. — Хватит и служебного пистолета с удостоверением.
Морозов не мог видеть, как за спиной пошатывается сломанная дверца платяного шкафа.
— Заканчивай с ним, — по-хозяйски велела Ольга.
Осип игриво улыбнулся, такой повелительный тон пришелся ему по вкусу.
Он набрал в шприц морфий и медленно ввел содержимое в вену капитана.
Дело сделано, голова Морозова безвольно упала на грудь, тело обмякло, хотя мозг продолжал работать и воспринимать происходящее.
Оля поддалась порыву и прильнула к Осипу. Поцелуй оказался весьма неожиданным, но очень приятным. Ося ошарашенно заморгал, затем ответил тем же. Они целовались, как сумасшедшие на глазах у одурманенного Морозова, получая от этого еще большее наслаждение. Пусть смотрит и медленно угасает, съедаемый изнутри желчью.