Глава 18
27 июня
Уже днем я подготовила то, что надену на кинопоказ: обтягивающий желтый топ и джинсовые шорты до колен. Волосы должны быть в высоком хвостике, а на шее ощущаться аромат мяты и зеленого чая.
— Слишком вульгарно? — телефон с изображением Евы стоял на комоде. Я крутилась перед ней. — Это же просто фильм в парке.
— Да, но я хожу каждый день в одной и той же одежде. Хочется иногда быть... другой, — я посмотрела на себя в зеркало. — Да не вульгарно! Тут же вообще нет декольте.
— Значит у меня другое понятие вульгарности. Боже, Мира, зачем позвонила, если и так все решила, — она хлопнула себя по лицу.
— Дуайт назвал это свиданием. Я, вроде как, согласилась. Так что мне все равно нужна твоя помощь. Не только в выборе одежды, — я стянула с себя топ и надела просторную застиранную майку.
— Где моя депрессивная Мира? Ты выглядишь наигранно счастливой.
Я оттянула край футболки.
— Все совсем не так. Крис отверг меня, но не заканчивать же мне жизнь самоубийством? Лето только началось, я не хочу провести его в кровати и плакать.
— И все же мне кажется, что ты как-то легко все это перенесла.
— Тебе не кажется. Я действительно отпустила это. Ну... почти. Просто нет смысла держаться.
Ева лишь посмотрела на меня исподлобья, но ничего не ответила.
— Конец сказки. Хэппи энда не будет, — заключила я и взяла в руки другой топ. — Может, этот лучше?
— Да надевай ты что хочешь. Будет темно, все равно он не увидит ничего, — Ева вздохнула и подперла рукой лоб.
— Ладно, ладно, — я все-таки остановилась на желтом. — Тогда, как думаешь, если он решит меня поцеловать, то что мне делать?
— Дуайт?
— А кто еще? — я посмотрела на себя в маленьком окошке на телефоне; на моем лице будто появился знак вопроса.
— Ты торопишь события. В прошлом бы ты не позволила. Это ваша какая? Третья встреча?
— Пятая, — уточнила я.
— Ага, встреча в трейлере для бронирования палаток. Или встреча в парке? Я их не считаю. Это даже не пародия на свидания.
— Да ну тебя. Ты на первом свидании и в кровать залезть можешь, — колкость на колкость. Война началась.
— Это было лишним, Мира. Я не шлюха.
Я притупила взгляд и вновь начала неосознанно тереть пальцы.
— Ладно, прости. Так что мне делать? — я постаралась вернуть разговор в прежнее русло.
— Как сама чувствуешь. Главное, чтобы ты сама этого хотела. Не нужно делать это, если ты просто хочешь отомстить или спрятаться, — слова Евы звучали логично. Но если я действительно хочу спрятаться?
— Ты права. Буду смотреть по ситуации. Может он даже не захочет, — пожала плечами и вернулась к выбору подвески.
— Позвони, как вернешься домой. Мне интересно услышать подробности.
— Конечно, — я завершила звонок.
Ближе к вечеру легкое волнение отражалось в мурашках по коже и вечном поправлении хвостика. Я переделывала его раз пять — то вылезут не те пряди, то волосы сильно стягивает. Сегодня однозначно День плохих волос.
Наконец к семи часам я спустилась на первый этаж. Почему я так волнуюсь? Дуайт комфортный, он не навязывает тактильность, не лезет внутрь, а просто рядом. С ним удобно.
— Выглядишь странно, — отозвался Крис, увидев меня на кухне. Они с Кенни играли в карты.
— Согласен, — Кенни даже взгляда не поднял, но с Крисом был солидарен.
— Нормально выгляжу, — я прошла мимо к холодильнику, достав кувшин с холодным чаем.
— У тебя лямка от лифчика торчит, — подметил Луи. Он сидел на диване и пялился в телевизор.
— Вы сговорились? — грозно оглядела я мальчиков и выпила второй стакан чая.
— Я просто избавил тебя от неловкости, — Луи пожал плечами. — Не в обиду.
— Я не просила совета, — но все равно поправила лямку.
Луи вернулся к просмотру фильма, а Крис оценивающе оглядел меня.
— И все-таки желтый тебе не идет, — и вернулся к игре.
Я закатила глаза и убрала кувшин в холодильник. Раздался стук в дверь, отчего я вздрогнула.
Я еще раз посмотрела на себя в зеркало: поправила прическу, стянула топ ниже, чтобы он прикрывал пупок, оттярхнула шорты и... выдохнула.
— Удачи, — крикнул мне Луи. Я мысленно поблагодарила его.
Я вылетела за дверь, стараясь, чтобы мальчики не увидели Дуайта.
Он стоял в широких джинсах и синем поло. Сегодня он подготовился.
— Привет, — он почесал затылок. — Я взял плед.
— П...привет, — неловкая улыбка появилась на моем лице.
— Пойдем, иначе опоздаем, — он улыбнулся в ответ.
Я кивнула.
Перед экраном собралось немного людей. Кто-то разместился просто на траве, кто-то на лавочках сбоку, а кто-то, как мы, расстелили покрывала. В воздухе витал аромат карамельного попкорна и запах недавно скошенной травы.
Подростков было мало. В основном женатые и пожилые пары, которые наконец выбрались отдохнуть от детей и внуков, поэтому на поляне стояла почти мертвая тишина, лишь редкие перешептывания нарушали ее. Все ждали начала фильма.
Экран наконец загорелся. Мы с Дуайтом сели позади, он принес два стаканчика шоколадного попкорна и стаканы с колой. Он сидел не рядом, но достаточно близко, чтобы взять меня за руку. Поймала себя на мысли, что мне даже хочется этого.
Я пыталась погрузилась в фильм, но узел волнения и предвкушения не развязывался. Возьмет за руку? Случайно коснется? Или обнимет? Но ничего не происходило. Он просто смотрел фильм, поедал попкорн и облизывал пальцы, чтобы избавиться от шоколадной пыли.
Я не смотрела. Точнее, слушала, но все сцены я видела много раз, когда мама звала меня присоединиться к ней. Она каждый раз приносила холодный чай с жасмином через двадцать минут после начала фильма, всегда укрывала меня пледом, стоило мне только начать зевать или когда я укладывалась к ней на колени. Мы смеялись с ней до боли в животе и вместе плакали на особо тяжелых моментах. Но мне всегда было весело и тепло рядом. Будто в этом мире были только мы вдвоем, без беспокойных мальчиков, без шума ветра в шторм и без яркого дневного солнца.
Иногда все-таки странно смотреть знакомый фильм с другим человеком. Для нас с мамой это ритуал, это конец июля, когда мы уже устали от изнуряющей жары и фисташкового мороженого, когда в доме все меньше песка, а за окном чаще льют дожди. Я как будто смотрю другой фильм.
Я непроизвольно сравнивала эмоции Дуайта и мамы. Они смеялись по другому, даже попкорн ели по-разному. Это было очевидно, но мне было тяжело это принять.
Дуайт коснулся моей руки. Невзначай, кажется. Но не отодвинулся. Я не видела, хотя знала, — он скорее всего сейчас смотрит на меня. Дуайт обхватил своим пальцем мой мизинец, будто боясь прямо брать за руку. В фильме как раз Люси сближается с Джеком, а Питер все еще в коме. Они подходят друг другу и она выберет его в конце. Ну как мило, ну как тепло. Все, как должно быть. Но от этого тошнит.
Я доела свой попкорн и поставила стаканчик рядом.
— Хочешь мой? — шепнул на ухо. Щекотно.
— Я наелась, спасибо, — но он все равно поставил стаканчик между нами. И наконец взял меня за руку.
По коже пробежал электрический разряд. Казалось, что даже волосы на голове встали дыбом. Открытые касания, без каких либо обстоятельств немного пугали. Будто они созданы лишь для спасения или типа того. Как на крыше или вчера.
Его палец мягко гладил по внешней стороне ладони, оставляя после себя ощущение тепла и заботы. И мне даже показалось, что это приятно и я хочу его касаться. Возможно, не просто за руку, возможно, сейчас самое время потянуться к нему ближе и отдать ему первый поцелуй. Это уже не казалось мне чем-то странным. Дуайт мне нравился, и сейчас он казался мне особенно привлекательным в свете одно лишь экрана.
Я сунула руку в карман и достала оттуда смятый розовый листочек бумаги и аккуратно положила его между нами. Дуайт осторожно кинул взгляд на него, поднял глаза и улыбнулся.
— Я найду, — прошептал он, склонившись к уху, и я почувствовала его горячее дыхание на щеке.
Я в ответ кивнула, и мы продолжили смотреть, но рука Дуайте крепче сжала мою.
Финальная сцена. Джек предлагает Люси выйти замуж через окно билетной кассы. Вроде все так просто, ванильно, чуточку оригинально. Но раньше эта сцена казалась мне сказкой, какой-то недостижимой мечтой. А теперь я даже не уверена, хочу ли я быть за кассой. Или вообще на этой станции. Кто я? Люси, которая мечтает или которая все время притворяется, что нашла?
Но фильм хороший. И погода приятная: прохладно, но не холодно. И даже Дуайт старался, он рядом и мне комфортно.
И вообще все нормально.
Правда.
Наверное...