Глава 10
Прошлый год
Я любила яхт-клуб — уютное, небольшое пристанище, чаще всего погруженное в тихую, почти сонную атмосферу. Однако скука мгновенно рассеивалась, стоило мне оказаться на борту одной из яхт. Мы плавали совсем недалеко, а то и просто перегоняли их с места на место. Но особенно я любила то, что эти дни я проводила наедине с Крисом. В его обществе обыденность преображалась, и мне даже казалось, что наши отношения вот-вот смогут выйти на новый этап, ведь мы никогда не проводили с ним так много времени вместе. Совсем редко к нам присоединялся Кенни, но такие дни я почти не помнила. Либо старалась забыть.
В тот вечер, сразу после помощи в гостинице, я помчалась к Крису. Он не приглашал, но я знала — сегодня в клубе проходил вечер бумажных фонариков. Это небольшая и трогательная традиция в честь уходящего лета: каждый желающий мог прийти на пирс, купить фонарик и ровно в полночь поджечь его и отпустить в небо, загадав желание вновь вернуться сюда. В большинстве своем там были именно туристы, мы с семьей никогда не посещали подобное мероприятие, ведь знали, что мы точно вернемся сюда следующим летом. Но в этом году я хотела прийти.
Солнце уже постепенно начало опускаться. Погода стояла по-настоящему летняя; воздух был пропитан ароматом моря и лета, теплый, но не изнуряюще жаркий. Приближаясь к яхт-клубу, я забежала в рядом стоящий ларек, чтобы купить нам с Крисом по мороженому. Фисташковое и клубничное. Я совсем не сомневалась в том, что он будет рад видеть меня, а от пары рабочих рук он точно не отказался бы.
Я нашла его на краю пирса, он сидел, свесив ноги в воду, лицо скрывала широкополая панама.
— Привет! Я принесла мороженое, — сев рядом, я протянула ему чуть подтаявшее лакомство. — Устал?
Крис приподнял панаму, но, увидев меня, вновь закрыл ею глаза, взяв у меня мороженое. Он молчал, и это молчание, тягучее и немного тревожное, заставило меня задуматься. Но я постаралась не придавать этому значение. Я тоже опустила ноги в прохладное море и смотрела на противоположный берег, заросший густым темно-зеленым лесом. Мы пару раз ходили туда с Крисом, но лишь по моей инициативе. Мне просто было интересно.
Мороженое уже было съедено, а кончик рожка лежал между мной и Крисом.
Яхт-клуб начал постепенно оживать, подтягивались семьи, с детьми и без, компании подростков, от которых было больше всего шума. Неужели в наше время подростки такие сентиментальные, что приходят попрощаться с летом? Либо они считывали это как очередной повод от души напиться.
Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в яркие цвета — оранжевый, пурпурный, малиновый. Звуки вечера накладывались друг на друга: шум волн, смех подростков, легкая музыка из колонок, приглушенный говор взрослых.
Все, одетые в легкую летнюю одежду и купальники, ходили вдоль пирса, собирались компаниями на траве, купались в теплом море и выбирали фонарики — нежно-розовые, голубые, ярко-оранжевые. Дети носились взад-вперед, их голоса сливались в веселый гул. Атмосфера была праздничной и легкой, но в то же время немного меланхоличной. Прощание с летом всегда немного грустное.
Крис ушел помогать, а я продолжила сидеть там же. Я чувствовала себя немного неловко. Все казалось таким живым и насыщенным, а я ощущала себя лишь сторонним наблюдателем. Но мне не терпелось поскорее увидеть десятки фонариков, улетающих далеко в темно-синее небо. Да и сама я была не прочь запустить один, но с иным желанием.
Мое приятное одиночество прервала неизвестная мне девушка, которая подсела рядом. Ее тонкое платье изящно облегало ее фигуру, а на руке красовалась небольшая татуировка.
— Почему ты сидишь тут одна? — она обратилась ко мне. Казалось, она была чуть старше.
— А... просто сижу, — прошептала я, а затем услышала смех девушки. Она аккуратно заправила за ухо выбившуюся прядь темных волос.
— Ты раньше была на этом фестивале?
— Нет, впервые, — я перебирала край своей футболки, словно пытаясь успокоить дрожащие руки. Ладошки стали слегка влажные. — А ты?
— Тоже, но мне здесь понравилось. Хочу вернуться, — она посмотрела на меня и наши взгляды встретились. — Если ты не против, то можешь присоединиться к нам.
Она указала на компанию ребят. Их смех и разговоры доносились до нас.
— А, да. Думаю, да, — я закивала головой. Я редко когда общаюсь с кем-то кроме семьи, поэтому я чувствовала себя смущенно. — Только мне нужно предупредить друга, иначе он потеряет меня.
— Напиши ему смс. Будет тяжело найти его среди этой толпы, — я молча согласилась с ней и написала Крису о том, что проведу немного времени с другими ребятами. Но мгновенного ответа, как я и ожидала, не последовало.
Новая знакомая отвела меня к месту, где расположились ее друзья. Я совсем не запомнила их имена, ведь почти всю мою голову занимали мысли о Крисе и о том, как я хочу поскорее сбежать к нему. Зачем я вообще согласилась?
Меня тепло приняли в новой компании, угостили горячей кукурузой. Они много расспрашивали обо мне: откуда я, чем я занималась летом и почему я приехала в Эдисто. Поток вопросов прекратился так же быстро, как и начался; ребята переключись на общение между собой, совсем забыв о моем существовании. Лишь один парень, сидевший рядом, продолжил разговаривать со мной.
— Я тоже с Мейкона, кстати, — упомянул парень.
— О, круто-о, — я отпустила взгляд на землю.
— Мы могли бы обменяться контактами и встретиться по приезде, — он достал свой телефон и показал мне свой номер телефона. Я трясущимися руками записала его в контактах, подписав «Парень с фестиваля». — Напишешь мне, как вернешься туда?
Я в ответ кивнула, в надежде, что он переключит свое внимание на друзей. Но он подсел ближе и положил свою руку мне на плечи. От него несло алкоголем и табаком, отчего мне пришлось отвернуться немного в сторону.
Парень продолжал что-то спрашивать у меня, поглаживая мои волосы и плечи, но в голове все затуманилось, и я совершенно не слышала его голоса. Я даже не смогла рассмотреть его — помню только ужасный запах сигарет и его шершавые руки на моей коже.
Очнулась я только тогда, когда меня выхватили из его объятий. Крис завел меня за спину, а сам со всей дури ударил парня, отчего он упал на землю. Он что-то кричал нам в след, когда Крис вел меня в сторону своей машины.
— Мира, ты совсем бесстрашная? — его голос был сдержан, но в нем ощущалась тревога. Крис усадил меня на переднее сиденье, а сам сел за руль. — Почему ты не сказала мне, что ушла с кем-то?
— Я написала тебе, — прошептала я, не поднимая глаз.
— Я не использую телефон на работе, — Крис завел двигатель. Но я резко схватила его за руку.
— Нет! Я не хочу уезжать! Я хочу посмотреть на фонарики! — на глазах выступили слезы. — Пожалуйста, всего раз!
Крис послушно заглушил машину. Но больше не произнес ни слова. Я хотела попросить его и мне принести фонарик, но он был разгневан и я чувствовала, будто он вот-вот сорвется и накричит на меня, поэтому молча смотрела в небо.
Я увидела первый фонарик лишь через некоторое время, за ним — еще несколько, а затем все небо осветили маленькие оранжевые огоньки. Я наблюдала за этим с тихим изумлением и легкой грустью. Совсем скоро мы поедем домой, я вернусь в школу и вновь наступят томительные месяцы ожидания лета.
Крис остановился напротив моего дома, повернулся на меня и я поймала его грозный взгляд.
— Не будь наивной. В этом мире существует не только добро, Мира. Ты подвергла себя опасности и больше никогда не смей так просто уходить, никого не предупредив.
— Не рассказывай маме, пожалуйста. И Кенни тоже, — мой голос был также тих. Крис покачал головой. — Этого не повторится, правда.
Я ушла домой в подавленном настроении. Хоть Крис и не дал обещания никому не говорить, но я была уверена, что он оставит это в секрете.
Это была наша первая ссора с ним. Хотя и ссорой это назвать сложно. Скорее, меня отругали как маленького ребенка, отчего на душе было еще тяжелее. И, вспоминая тот день, я начинала понимать, почему Крис так с осторожностью отнесся к моему невинному разговору с Дуайтом. Он был спокойнее, но не будь рядом Кенни, он точно напомнил бы мне про случай на фестивале.