Глава 3
6 июня
«Никогда не отказывайся от того, что заставляет тебя улыбаться».
Хит Леджер
— Мама разговаривала с Бриджет сегодня утром. Как я поняла, они все же собираются вернуться сюда на каникулы, — я загорала на лежаке на заднем дворе, разговаривая с Евой по телефону. Вчера я настолько устала, что после ужина сразу завалилась спать.
— Это же круто, теперь ты не проведешь все лето на своем балконе, — Ева усмехнулась, и по звукам в телефоне показалось, что она отошла куда-то. — Я сегодня иду в парк аттракционов с Элайзой и Эмми.
— С теми самыми твоими кузинами? — я усмехнулась.
— Ага. Им тринадцать, и по их мнению я обязана развлекать их круглосуточно.
— Надеюсь, ты хорошо проведешь время, — я улыбнулась, хотя и знала, что Ева этого не увидит. — Ты планируешь присоединиться ко мне этим летом?
— Не думаю. До вас добираться сплошной гемор. Если твой отец вдруг соберется приехать где-нибудь в начале августа, то сообщи. Самостоятельно я больше никогда не поеду!
В прошлом году Ева прилетела к нам на самолёте в Чарлстон, а дальше начался квест под названием «доберись до Эдисто-бич и не возненавидь всех людей». Она пыталась поймать такси, которое вообще согласится ехать так далеко, и к моменту, когда наконец добралась, была мокрая от жары, злая и готовая выдать мне монолог на три акта.
«Почему никто не мог забрать меня на машине?» — повторяла она так, будто я лично отменяла транспорт в этом штате. Но мы правда не могли: наша машина снова сломалась, мама увезла её в автомастерскую, а Крис в тот день был на смене в яхт-клубе и, возможно, именно это и спасло его от речей Евы... или просто было самым удобным объяснением.
— Хорошо, — смеялась я, поднимаясь с лежака. — Я собираюсь искупаться, так что созвонимся позже.
Ева что-то буркнула в ответ и сбросила трубку.
Я отложила полотенце и телефон на столик, а сама пошла к бассейну. Океан все еще был довольно холодным, как мы вчера поняли с Кенни, и купаться там не сильно хотелось, поэтому я довольствовалась нагретой водой в бассейне.
Я с разбегу нырнула в воду и на какое то время задержалась под ней. Плавание расслабляло все мои мышцы, уши закладывало и я не слышала ничего. Я чувствовала только то, как вода сжимает мои легкие, выталкивает меня на поверхность и полностью подчиняет себе. Когда кислород кончился, я наконец вынырнула. Плечи, которые уже успели неплохо обгореть на дневном солнце, обжигало, но прохладная вода смягчала неприятные ощущения.
— Хей, лягушка! — крикнул кто-то с балкона на первом этаже. Подняв взгляд, я увидела Кенни, который стягивал с себя футболку. — Как думаешь, если я спрыгну отсюда, то расшибусь?
— Мы делали так кучу раз. Давай! — вскрикнула я и подняла руки вверх, удерживаясь на плаву только при помощи ног. Но вскоре я погрузилась под воду почти полностью, случайно носом хлебнув воды. — Кх-кх-кх, черт!
Кенни уже готов был прыгать, как позади него появилась мама и коснулась его плеча:
— Кенни, спустись вниз и там залезай в бассейн. Не хватало мне еще кости твои по двору собирать, — она посмотрела на брата, а потом на меня. — Нам нужно съездить до гольф-клуба сегодня вечером. Кенни, можешь сесть за руль, — мама все еще пристально смотрела на меня. — А ты, Мира, сходи до гостиницы и спроси, нужны ли им работники на это лето. Вам уже не по двенадцать, пора взяться за ум, а не проводить каникулы, как ленивые тюлени.
— Но я итак с прошлого лета работала там. Я думала, что могу отдохнуть хотя бы недельку, — взвыла я, вылезая из бассейна. Я вернулась к лежаку, взяла свое полотенце и накинула его на плечи. — Мне правда нужно сделать это именно сегодня?
— Именно сегодня, Мира. Завтра туда прибегут такие же «ленивые тюлени», только пошустрее — и место будет занято, — сказала мама и скрылась в гостиной.
На самом деле я могла бы сказать «нет». Не скандалить и не кричать — просто отказаться. Но я уже знала, что не скажу. Так было проще: согласиться сразу и потом злиться не на маму, а на себя.
Я цыкнула и опять завалилась на лежак, планируя вздремнуть немного. Тень от дома уже скрыла меня от палящего солнца, но я еще боялась сильно обгореть, поэтому накрылась влажным полотенцем. Я слышала как Кенни плескался в бассейне, на меня то и дело летели брызги.
Я всегда любила спать на свежем воздухе. Будь то палатка, какое-то старое покрывало или вообще голый песок. Особенно мне нравилось оставаться на ночь на пляже вместе с Каси и папой. Мы устанавливали палатку недалеко от дома, разводили небольшой костер и жарили сосиски и зефир. Иногда к нам присоединялись мальчики, но они редко проводили с нами всю ночь, предпочитая зависать где-нибудь в другом более интересном месте. В этом году я очень надеялась поехать в кемпинг всем вместе, но маме я пока об этом не говорила. Она слишком занята своей статьей, что у нее совершенно нет времени на какие-то увеселительные мероприятия.
Поспать мне не удалось, потому что Кенни бегал туда-сюда вокруг меня, иногда запрыгивал в бассейн с громкими всплесками. Я сделала ему несколько замечаний, но все они были нагло проигнорированы. Я накрылась полотенцем с головой и пошла в дом, чтобы смыть с себя песок и жар.
К вечеру Кенни и мама уехали в гольф-клуб, а я все же решила сходить до гостиницы. Работать там на самом деле была неплохо. Много не требовали, а выходить нужно было всего пару раз в неделю на несколько часов, чаще утром или вечером.
Гостиница была скорее огромным коттеджем, который притворялся отелем. Внизу — стойка рецепции, диван и общая кухня, где всегда пахло кофе и чьим-то завтраком; наверху — всего три комнаты, которые летом были заняты надолго. Элеонора, хозяйка, жила тут же, и границы между «гостями» и «домом» стирались почти сразу. Туристы, приезжавшие на месяц, так быстро привыкали, что сами начинали хозяйничать: кто-то стриг газон ради скидки, кто-то мыл посуду на общей кухне просто так, потому что здесь все становились своими.
Я поднялась по ветхим ступеням и зашла в дом. На ресепшене никого не было, поэтому я позвонила в звонок.
— Бегу-бегу! — послышалось с кухни, и затем в арке появилась женщина лет пятидесяти. — Мира, вот это да! Вы уже приехали?
Я в ответ лишь улыбнулась и прошла вместе с ней в гостиную, где расположилась на мягком кожаном диване, от которого пахло старостью и еще чем-то непонятным. Давненько его не чистили. Мои ноги утонули в пушистом коричневом ковре, а со стола я схватила парочку лакричных конфеток, которые очень любила Элеонора.
Элеонора — хозяйка дома. Когда-то в этом доме круглый год жила вся ее семья: муж, четверо детей и мать Элеоноры. Вскоре дети выросли и разъехались, а муж и бабушка скончались. Элеонора не хотела покидать родной дом, но содержать его самостоятельно с каждым годом становилось все сложнее, поэтому она открыла здесь гостиницу.
Мне нравилась Элеонора. Она всегда кормила меня различными пирогами и другими десертами, платила за мою работу вполне достойно, хотя маме казалось, что она меня балует. Я зарабатывала около сорока долларов в неделю, что для пятнадцатилетнего подростка было довольно много.
— В этом году ты тоже хочешь мне помогать? — спросила Элеонора, ставя чашки с горячим чаем на стол и присаживаясь напротив меня. — Твоя помощь мне не помешает. Сезон только начался и совсем скоро должна приехать семья. Я еще не успела подготовить комнаты к сдаче, поэтому можешь приступить к работе завтра.
— Конечно, я могу прийти завтра к десяти утра, — Элеонора в ответ кивнула и вновь встала с кресла.
— В этом году я не смогу платить также, милая. Но обещаю, я тебя не обижу, — она улыбнулась и прошла за стойку рецепции.
— Ничего страшного. Здесь деньги не так уж и важны, покупать нечего, — я посмеялась.
— Ну что ты, тебе уже пора откладывать на колледж. Ты в следующем году поступаешь, верно? — Элеонора вернулась ко мне с бумажным конвертом. Я в ответ ей кивнула. — Ну вот тем более. Держи. Это оплата тебе сразу за месяц. Приходи, когда посчитаешь нужным.
Она хитро посмотрела на меня. Тут точно есть подводный камень.
— ... но не менее трех раз в неделю.
Мы посмеялись.
Я с благодарностью приняла конверт с деньгами. Не было смысла отказываться, так как Элеонора всегда платила за месяц вперед. Зато теперь у меня были карманные деньги и я могла не беспокоить маму по пустякам.
— Я тогда пойду. Увидимся завтра, Элеонора! — я допила чай, попрощалась с хозяйкой и поплелась домой.
Жара постепенно сменилась вечерней прохладой. У океана ночи часто влажные и прохладные, даже если днём тебя жарило так, что кожа потом горит. Я накинула тонкую кофту, которую весь день таскала на бёдрах, и по пути заглянула в магазин: солнцезащитный крем я забыла, а обгореть успела всего за несколько часов. Сейчас плечи напоминали об этом при каждом движении, и я злилась на себя за такую глупость.
Вернувшись домой, я не обнаружила там никого. Кенни и мама задерживались, следовательно, готовка ужина на мне. Я достала из морозилки котлеты из индейки и закинула в кипящую воду макароны. Простенько, но на один раз сойдет.
Поужинав, я поднялась к себе и плюхнулась на кровать. Набрав номер Евы, я услышала лишь короткие гудки. Окей, скорее всего она была с Элайзой и Эмми.
С моря тянуло прохладой, и волны шумели ровно. Луна отражалась в воде и подсвечивала пустой пляж. Где-то вдали ещё слышались голоса и машины, но быстро стало тише, и остались только ветер и вода. Я устроилась в плетёном кресле на балконе, накинула плед на ноги и взяла книгу, которую начала читать днём.
В доме было слишком спокойно. В игровой не раздавались радостные взвизги Луи, не слышался голос Криса — ни смех, ни крик, ни даже раздражённое «да брось ты». Бассейн тоже был только моим: никто не топил и не брызгался, вода не кипела от чужого присутствия.
Иногда мне даже нравилось, что дома тихо. Эта мысль появлялась внезапно — и тут же хотелось от неё избавиться. Как будто, если признаться себе в этом, я предам кого-то, кого ещё даже нет рядом.
Дни сливались в одинаковое шуршание страниц, утренние тосты и ленивые прогулки к пляжу. Я ловила себя на том, что иду мимо дома Луи и Криса медленнее обычного, задерживая взгляд на пустой веранде, будто они могут появиться просто потому, что я этого жду.