Глава 3.
– Это отличная идея. У Юджина даже не будет времени на какие-либо трюки. Если это сработает, то будет хорошо для всех.
Джордж охотно согласился. Когда все с надеждой посмотрели на Камелию, она коротко кашлянула, явно не собираясь возражать, и намеренно сделала паузу, прежде чем заговорить.
– Неплохо.
– Отлично. Тогда давайте приступим.
Как только она заговорила, Гордон тут же вмешался, уже взволнованный. Он начал сыпать идеями о том, как и когда организовать встречу между Эвелин и Уинстоном, кто должен первым выйти на связь и так далее, как будто их совместное присутствие в одной комнате волшебным образом решит все их проблемы. Слушая этот шумный оптимизм, Камелия подумала про себя:
«Я никогда не думала, что эта штука вернется».
Она втайне стиснула зубы. Во всем этом был виноват Гарольд Кэмпбелл. С тех пор, как она узнала, что он упомянул эту тварь в своем завещании, у нее постоянно болела голова. Вся эта неразбериха началась в тот день, когда ее муж привел в семью мальчика, практически ребенка, в качестве любовника. Если подумать, во всех бедах всегда был виноват только один человек. В глубине души она надеялась, что Гарольд не попадет в рай.
Поезд замедлил ход, приближаясь к платформе. Юджин смотрел на знакомый, но в то же время незнакомый пейзаж за маленькой головкой дочери, прижавшейся к окну. От одного только возвращения в этот город у него по спине пробежал холодок, а дыхание участилось.
«Я поклялся, что никогда не вернусь».
Как только он увидел вдалеке название станции, у него закружилась голова. Он закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья, делая глубокие вдохи. Когда его сердцебиение наконец успокоилось, к нему вернулась ясность ума. Когда он медленно открыл глаза, его дочь уже отвернулась от окна и смотрела на него.
– Папочка, у тебя снова болит голова?
Ее встревоженное лицо было полно беспокойства. Юджин выдавил из себя улыбку и покачал головой.
– Нет, сейчас я в порядке.
– Не мучайся. Тебе нужно принять лекарство. Плохо, если ты откладываешь это.
Анджела, которая всегда казалась слишком взрослой для своего возраста, мягко отчитала его. Юджин кивнул.
– Я так и сделаю. Как только мы сойдем с поезда.
В этот момент поезд остановился на платформе, и зазвучала громкая связь. Юджин встал, потянулся за маленьким чемоданом на верхней полке, а затем протянул руку своей дочери, которая спокойно ждала.
– Давай, пошли отсюда, Энджи.
– Хорошо.
Маленькая девочка крепко сжала его руку и пошла с ним. Когда они подошли к лестнице, Юджин поднял чемодан одной рукой, а другой подхватил дочь и спустил ее на платформу.
В тот момент, когда его ноги коснулись земли и он вдохнул свежий воздух, в груди у него потеплело. Он опустил девочку на землю, сделал глубокий вдох и снова взял ее за руку.
Через вокзал проходило довольно много людей, но, конечно, никто его не узнавал. И все же каждый раз, когда кто-то небрежно проходил мимо, он вздрагивал. Он ничего не мог с собой поделать, сколько бы лет ни прошло, воспоминания о том, как он покидал это место, были такими яркими, словно это случилось вчера.
«Все в порядке».
Он смотрел прямо перед собой и мысленно повторял эти слова.
«Прошло уже пять лет. Я все забыл».
Он сделал шаг вперед, держа Анжелу за руку, и напомнил себе о своем обещании: он больше не допустит, чтобы ему причинили боль. Он давал себе это обещание бесчисленное количество раз. Теперь все было по-другому. Ему нужно было защищать ребенка. Ради нее он был готов на все. Это было его единственной верой с того момента, как она родилась и оказалась у него на руках.
Единственная причина, по которой он снова переступил порог этого места, куда поклялся никогда не возвращаться, это Анджела. Если бы не она, он бы сгнил на улице, умер от голода, что угодно. Он бы никогда не вернулся. Но теперь ему нужны были деньги. И если Гарольд, который жестоко выгнал его, в конце проявил хоть каплю доброты, Юджин был готов принять ее. У него не осталось гордости, которая могла бы его согреть.
Два месяца назад в старой, ветхой квартире, где жил Юджин, вспыхнул пожар. Он начался в квартире этажом ниже и быстро распространился, оставив на стенах черную копоть, прежде чем его наконец потушили. Несколько семей были вынуждены покинуть свои дома.
Дом Юджина пострадал меньше всего. Он проснулся посреди ночи, схватил дочь и выбежал на улицу, ничего не взяв с собой. Так он потерял все. У него были небольшие ожоги на спине, но они спаслись. Он был бесконечно благодарен за то, что пострадал он, а не Анджела. Но на этом их удача закончилась.
Словно по проклятию, ресторан, в котором он работал, вскоре уволил его, сославшись на финансовые трудности. Несчастья накатывали волнами, обрушиваясь на него без конца.
Вынужденный просить помощи у церкви, Юджин свернулся калачиком со своей дочерью в пустом храме, спав на полу. В ту ночь он плакал впервые за очень долгое время.
Он увидел проблеск надежды, когда вернулся в сгоревшую квартиру, надеясь, что каким-то чудом что-то уцелело. Он рылся в мокром пепле, когда кто-то подошел и заговорил.
– Э-э, здравствуйте. Вы случайно не... господин Юджин Соль?
Это был Соль, а не Сол, но Юджин уже много лет не утруждал себя тем, чтобы поправлять кого-то. Да и сейчас у него не было на это сил. Выпрямившись, он посмотрел мужчине в глаза.
– Это я. Что такое?
– Ах, я так и думал! Я не был уверен, но это действительно вы!
Мужчина просиял от облегчения и быстро достал из кармана бумажник, вытащив из него визитку.
– Меня зовут Джозеф Браун. Я адвокат. Ух ты, это было непросто. Я думал, что наконец-то нашел вас, а потом узнал, что все ваше жилье сгорело, я понятия не имел, что делать дальше. Я просто рискнул и вернулся, и вот! Повезло мне!
Он от души рассмеялся, но Юджин лишь уставился на него с непроницаемым лицом. Мужчина неловко рассмеялся и откашлялся. Юджин наконец заговорил.
– Не знаю, зачем вы меня искали, но, как видите, я не в том положении, чтобы давать вам деньги.
– Нет, нет! Ты все неправильно понял, Юджин. Все наоборот.
Все еще улыбаясь, мужчина взмахнул руками. Увидев настороженное выражение лица Юджина, он быстро продолжил.
– Вы ведь знаете Гарольда Кэмпбелла, верно? Он недавно скончался и... оставил завещание.
Юджин застыл. Воспоминания о том, как он в последний раз видел Гарольда, нахлынули на него. Его сердце забилось чаще.
Он мертв.
Должен ли он чувствовать безразличие? Сожаление? На мгновение Юджин не знал, что ему следует чувствовать. Это последнее воспоминание все еще мучило его, но правда и в том, что Гарольд когда-то был его спасителем. Он взял Юджина к себе, когда тот был потерявшимся сиротой, которому некуда было идти. Гарольд глубоко заботился о нем, и Юджин отвечал ему взаимностью.
По крайней мере... пока это не случилось.
Он отогнал горькое воспоминание и заставил себя сохранять спокойствие, ожидая, когда адвокат продолжит.
Мужчина огляделся, но не нашел, где присесть. С неловкой улыбкой он спросил:
– Здесь есть кафе или какое-нибудь другое место поблизости, где мы могли бы поговорить? Или, может, сядем в машину и поищем место поудобнее?
– В этом нет необходимости. Просто скажи мне здесь.
Юджин прервал его. Адвокат, казалось, хотел помолчать, может быть, чтобы выразить соболезнования. Но у Юджина не было ни времени, ни причин. Анджела ждала его в церкви. Если этот человек не предлагал денег, то Юджин не собирался терять ни секунды. Увидев это, адвокат снова откашлялся и заговорил более деловым тоном.
– Ваше имя указано в завещании. Нам нужно, чтобы вы присутствовали на оглашении, которое состоится через несколько дней после похорон. Мы бы хотели, чтобы вы приехали в Делайт в течение трех дней.
Выражение лица Юджин изменилось. «Восторг». Полное название поместья было «Совершенный восторг». Оно относилось к главному особняку, самому большому зданию на территории Кэмпбеллов, но также и ко всему поместью.
«Вернуться туда...»
У Юджина голова пошла кругом от этой мысли. Он и представить себе не мог такого сценария. Он с трудом собрался с мыслями.