Глава 5.
Он совершенно неправильно понял, почему Юджин был потрясен. Но вместо того, чтобы поправить его, Юджин слабо улыбнулся и ответил:
– Ты прав.
Холодный воздух помог. После нескольких глубоких вдохов его голова начала проясняться.
«Возьми себя в руки. Это было просто имя. Если ты расстроишься из-за этого, как ты справишься с тем, что ждет тебя впереди?»
Вместо того чтобы дать себе пощечину, Юджин залпом допил остатки воды.
«Есть только одна причина, по которой я вернулся в это жалкое место. Услышать завещание, получить все деньги, какие смогу. Вот и все. Уинстон Кэмпбелл больше не имеет никакого отношения к моей жизни».
Сделав еще один глубокий вдох, Юджин наконец развернулся и пошел обратно к машине.
– Извини за это.
Он снова извинился за задержку. Браун улыбнулся и отмахнулся, заводя машину. Анджела посмотрела на Юджина, не в силах скрыть беспокойство. На этот раз он искренне улыбнулся ей.
– Все действительно в порядке, Энджи.
Не было причин, по которым он мог быть не в порядке. Рядом с ним была самая драгоценная в мире дочь.
Они прибыли в поместье поздно ночью.
Юджин молча стоял, глядя на возвышающийся особняк, силуэт которого вырисовывался на фоне темного неба, усеянного звездами. В его груди бушевала буря эмоций.
Пока они ехали, наступил вечер. Браун отвел их в скромную придорожную закусочную. Юджин заказал треску на гриле, Анджела детский чизбургер и клубничное мороженое. У него не было особого аппетита, но он знал, что лучше не пропускать прием пищи, когда представится такая возможность. Это был урок, рожденный суровым опытом и сейчас, как никогда, ему нужна была энергия для того, что будет дальше. Было очевидно, что впереди не предвидится ничего дружелюбного.
Пока Юджин с трудом проглатывал свою рыбу, Браун с легкостью поглощал толстый стейк. После этого они вернулись в машину и ехали еще несколько часов, прежде чем наконец добрались до поместья.
Когда они приехали, Анджела уже спала. Юджин вынес ее из машины и неподвижно стоял, глядя на особняк. Браун отдал ключи подошедшему сотруднику и подошел к ним.
– Пойдемте внутрь. Надеюсь, они уже все спят.
Не дожидаясь ответа, он начал подниматься по ступенькам. Юджин молча последовал за ним. По пути Браун рассказал ему, что три года назад устроился в фирму Маккоя, переехав из другого города. Это означало, что он понятия не имел, что произошло, когда Юджина выгнали. Никто: ни Маккой, ни семья, не сказали бы ему.
«Они, вероятно, стерли меня, как будто я никогда не существовал».
Юджин подумал об этом, но не почувствовал особой боли. Он тоже их стер. Это могло бы остаться похороненным навсегда, если бы не воля Гарольда Кэмпбелла, которая вытащила это на свет.
«Что, черт возьми, он там написал?»
Тот факт, что Маккой изо всех сил старался найти Юджина и сказал, что не прийти было бы потерей, ясно давал понять: завещание было выгодно ему. А в отчаянном положении Юджина это было важнее всего. Без этой веры он бы никогда не вернулся.
Не тогда, когда он точно знал, как с ним будут обращаться.
– Добрый вечер, мистер Браун.
Дворецкий первым поприветствовал адвоката, когда тот проходил по коридору. Хотя было ясно, что он видит Юджина, стоящего позади него, он никак не отреагировал на него. Ни взгляда, ни кивка как будто Юджина не существовало.
Юджин без выражения смотрел на мужчину.
Если бы дворецкий мог, он бы просто развернулся и ушел, сделав вид, что ничего не видел. Но это было невозможно, между ними стоял третий.
– Кейн, это Юджин Сол. Тот человек, о котором мы говорили по телефону. Юджин, это Кейн, дворецкий Кэмпбеллов. Он здесь уже давно ты его знаешь?
– Конечно.
Прежде чем Кейн успел ответить, Юджин заговорил первым:
– Он уже был дворецким, когда я здесь жил. Прошло много времени, Кейн. Вижу, ты еще жив.
Он слегка улыбнулся, как будто это была шутка, но только Браун усмехнулся. Конечно. Это была не шутка. Лицо Кейна оставалось бесстрастным. Улыбка Юджина исчезла, когда он встретился взглядом с мужчиной. Браун наконец заметил напряжение между ними и с тревогой перевел взгляд с одного на другого.
– Что ж, я пойду. Кейн... Я оставлю все на тебя. Спокойной ночи.
С этими словами Браун быстро кивнул обоим мужчинам и поспешно вышел из особняка. Юджин не отрывал взгляда от Кейна.
Он почти не изменился с тех пор, как Юджин видел его в последний раз. Тогда он полностью посвятил себя Гарольду Кэмпбеллу. И теперь, когда Гарольда не стало, не нужно быть гением, чтобы догадаться, кому он верен. Конечно, Кейн будет относиться к нему холодно. Он просто выполняет приказы.
– Где моя комната? Я бы хотел уложить свою дочь. – прямо спросил Юджин, не отводя взгляда от Кейна. Он был здесь не по своей воле он был здесь, потому что этого требовало завещание.
«Я скоро исчезну. Не стоит беспокоиться». – с горечью подумал он.
Кейн мельком взглянул на спящую девочку на руках у Юджина, затем снова посмотрел на него.
– Сюда.
Он развернулся и пошел, не сказав больше ни слова. Юджин молча последовал за ним, его руки начали болеть от того, что он держал Анжелу, но тепло и вес ребенка придавали ему сил. В этом мире они были только вдвоем. Так было всегда. Так будет всегда.
В конце коридора Кейн открыл боковую дверь и начал подниматься по винтовой лестнице. Юджин не мог сказать, сколько этажей они преодолели. Он был измотан, но продолжал идти, не жалуясь. Раньше его никогда не пускали внутрь даже близко к особняку. Все, что он видел, это величественные фасады и редкие проблески интерьера, мелькавшие за открытой дверью или окном.
Мало что изменилось.
И все же тот факт, что он сейчас находится внутри, казался странным и сюрреалистичным. В особняке были широкие элегантные лестницы и даже лифт, но та, которую выбрал Кейн, была крутой, узкой и без окон, словно намеренно спрятанная.
Должно быть, это маршрут слуги.
Они явно не собирались обращаться с ним как с гостем. Когда-то такое унижение заставило бы его расплакаться. Теперь он едва обратил на это внимание. Все, о чем он мог думать, это о том, чтобы найти для дочери место, где она могла бы поспать.
Наконец дворецкий открыл дверь наверху.
Юджин с облегчением выдохнул. Было так тихо, что единственным звуком были их шаги. Они шли по длинному коридору, который казался бесконечным, пока Кейн наконец не остановился перед комнатой. Юджин чуть не вздохнул, но вовремя спохватился. Кейн достал из кармана связку ключей, выбрал один, вставил в замок и повернул ручку. Юджин вошел внутрь, все еще держа Анжелу на руках.
Комната оказалась... не такой, как он ожидал. Поместью было больше ста лет, и большинство комнат отражали это, но это помещение выглядело так, будто его наспех собрали. Оно было маленьким, с одним предметом мебели: односпальной кроватью, придвинутой к стене.
Послание было ясным.
Несмотря на очевидное презрение, которое скрывалось за этим поступком, Юджин ничего не почувствовал. Если они думали, что смогут разозлить его таким образом, то зря тратили время. Они с Анжелой всегда спали в тесных кроватях, крепко обнимая друг друга. В этом не было ничего нового.