На острие ярости.
Мы плутали по бесконечным, вылизанным морозом коридорам, стараясь ступать бесшумно, но скорость была важнее тишины. Замок Астрид казался живым организмом, который пытался переварить нас, запутать в своих ледяных венах.
— Амулет... — вдруг Сьюзен резко замерла, её голос эхом отразился от сводов.
Мы все обернулись к ней. Лицо сестры было бледным, но решительным.
— Что? Сьюзен, не стой, нам нужно уходить! — Питер нетерпеливо махнул рукой, оглядываясь на темный зев коридора позади.
— Амулет, — повторила Сьюзен, глядя прямо на меня. — Его нужно уничтожить. Она всё равно нас найдет, пока эта вещь у неё. Она видит нас через него, Эдмунд. Она управляет этим холодом. Мы не дойдем до корабля, если не лишим её силы.
Я опустил взгляд, лихорадочно соображая. Да, она была права. Бежать бесполезно, пока у Астрид в руках пульт управления нашими жизнями. Это не просто украшение, это сердце её проклятия. Я кивнул Сьюзен, а затем повернулся к Питеру. Внутри меня что-то окончательно встало на свои места. Туман, застилавший разум последние часы, рассеялся, оставив лишь холодную, расчетливую ярость.
— Выбирайтесь, — твердо сказал я. — Я попробую найти Астрид.
Клара сделала шаг ко мне. Её глаза были красными от слез, она едва держалась на ногах, прижимая к груди озябшие руки.
— Эдмунд... — прошептала она сквозь всхлипы. — Если она соврала... если Нора жива...
— Я найду её, Клара, — я перехватил её взгляд, вкладывая в свои слова всю уверенность, что у меня осталась. — Она не мертва. Я это чувствую каждой клеткой. Она не могла уйти вот так. Всё будет хорошо, идите к берегу!
— Справишься? — Питер положил руку мне на плечо. В его глазах была тревога, но он знал: если я что-то решил, меня не остановить.
Я лишь коротко кивнул. Не дожидаясь лишних слов, я развернулся и бросился обратно вглубь замка.
— Давайте за мной! — услышал я приглушенный голос Питера, уводящего девочек к выходу. Это было последнее, что долетело до меня, прежде чем тишина подземелий снова сомкнулась за моей спиной.
Я шел, вслушиваясь в каждый шорох. Мои чувства обострились до предела. Я слышал, как трещит лед под потолком, как дышит сам замок. В конце концов, я вышел в огромное пространство. Это был тронный зал, сердце этой ледяной империи. Огромные колонны подпирали свод, а в центре стоял стол, покрытый инеем.
Я нахмурился, положив ладонь на рукоять меча. Мои шаги отдавались гулким эхом, которое, казалось, насмехалось надо мной. В этом зале пахло магией и старой кровью.
Внезапный шорох сзади. Я замер, даже не оборачиваясь. Инстинкты взвыли. Астрид. Я чувствовал её холодное дыхание, её запах — смесь горькой полыни и снега. Я резко развернулся, на чистых рефлексах перехватывая её руку. Забыв о всяких манерах и рыцарстве, я схватил её за волосы и с силой ударил лицом об ледяной стол.
Раздался глухой, тошнотворный звук удара черепа о камень. Астрид вскрикнула — не то от боли, не то от неожиданности. Весь зал наполнился этим криком. Не давая ей опомниться, я перехватил её за горло и прижал к этому же столу, нависая сверху. Наши лица были в сантиметрах друг от друга.
Я процедил сквозь зубы, чувствуя, как во мне закипает первобытная злость:
— Хватит с тебя геройства, Астрид. Слишком много на себя взяла. Не смей тягаться со мной. Ты думала, я вечно буду твоей марионеткой?
Из уголка её губ потекла тонкая струйка крови, пачкая безупречно белую кожу. Но эта стерва... она всё равно улыбнулась. Широко, безумно, глядя мне прямо в душу, пока судорожно хватала воздух ртом. Я сжал пальцы на её шее сильнее, заставляя эту улыбку погаснуть.
— Да что же вы такие неугомонные... — просипела она, пытаясь высвободиться. — Неужели нельзя смириться с тем... что ваша эра кончилась? Нарния принадлежит холоду. Она принадлежит мне!
Я пропустил её бред мимо ушей. Мне не были важны её мотивы или её обиды на мир. Мой взгляд скользнул ниже, к её шее. Пусто.
Я нахмурился, и ледяная игла страха прошила моё сердце.
— Где амулет? — прорычал я, встряхивая её.
Она молчала, лишь прерывисто дышала. Я снова приподнял её голову и с силой ударил о стол. По поверхности льда побежали трещины, похожие на паутину. Астрид издала приглушенный, мучительный выдох, зажмурившись от боли.
— Не заставляй меня делать тебе еще больнее, — мой голос был тихим, и от этого он звучал еще страшнее. — Где он?
— А вы... вы стоите друг друга... — прошептала она, кривясь.
В голове будто молния сверкнула. Нора. Она говорит о Норе. Значит, они виделись. Значит...
— Нора. Где она? — я почти кричал ей в лицо.
— Мертва, — ядовито выплюнула Астрид, и в её глазах на секунду вспыхнул прежний триумф.
— Ты лжешь! — я надавил сильнее. Она начала бледнеть, её глаза начали закатываться. Смерть была близко, и, несмотря на всю свою браваду, Астрид её боялась. Это было видно по тому, как задрожали её пальцы.
— Ладно... ладно, я скажу... отпусти... — прошелестела она, почти теряя сознание.
Я разжал пальцы и отступил на шаг, не убирая руки с меча. Астрид рухнула на стол, жадно втягивая воздух всей грудью, хватаясь за горло. Она смотрела на меня теперь совсем иначе — с неприкрытым страхом.
— Я не знаю, где она сейчас, — прохрипела она, вытирая кровь тыльной стороной ладони. — Но я не трогала твою Нору, успокойся. Она сама... она сумасшедшая.
Я зло выдохнул. Она что, издевается надо мной?
— Астрид!
— Амулет у неё, ясно?! — выкрикнула она, срываясь на визг. — Она сорвала его. Она забрала мою силу!
Астрид резко выпрямилась, её лицо снова исказилось в победной улыбке, хотя она едва держалась на ногах.
— А где она — я не знаю. Но я могу узнать...
Сказав это, она вдруг глубоко вздохнула, закрывая глаза, словно уходя в транс. И прежде чем я успел сделать хотя бы шаг, её фигура начала размываться, превращаясь в белесое марево. Она буквально растворилась в воздухе, оставив после себя лишь холодный сквозняк.
Я замер на мгновение, глядя на пустое место. Но тут же взял себя в руки. Медлить нельзя. Она отправилась за ней. Астрид лишена амулета, но замок всё еще подчиняется её воле.
Я развернулся и бросился в коридоры. Нора жива. Она жива, и она унесла амулет. Моя храбрая, безумная Нора. Теперь главное — успеть до неё раньше, чем Астрид найдет способ вернуть свою силу.