Круг подозрений.
Мы находились в отведенных нам покоях — огромной, пугающе красивой зале, полностью высеченной изо льда. Стены здесь были такими гладкими, что в них, как в мутных зеркалах, отражались наши напряженные лица. Люси уснула мгновенно, едва её голова коснулась меховых шкур на ледяном ложе. Остальные же сидели в кругу, не решаясь даже заговорить в полный голос, словно сами стены замка имели уши.
Моё состояние, которое было несколько минут назад в обеденном зале, теперь меня искренне озадачило. Я не могла понять, что со мной произошло. В тот момент, когда Астрид смотрела на меня, все мои мысли будто превратились в вату, а воля просто испарилась. Но сейчас, в тишине комнаты, пелена спала. Голова прояснилась, и всё снова встало на свои места. Тревога вернулась с удвоенной силой.
Все молчали, погруженные в свои думы. Тишина была такой тяжелой и тягучей, что я не выдержала.
— Я ей не доверяю, — произнесла я. Это прозвучало резко, почти грубо, но зато коротко и понятно.
Эдмунд, сидевший на краю кровати и не сводивший глаз с двери, мрачно кивнул.
— Я тоже. Слишком много гостеприимства для дочери Колдуньи.
— Знаю, знаю, — Питер потер виски, выглядя смертельно уставшим. — Мы все это чувствуем. Она словно пытается убаюкать нас своей добротой. Джеймс, — он обернулся к пирату, — зеркало у тебя?
Джеймс молча кивнул, похлопав по внутреннему карману своей куртки. Его взгляд был сосредоточенным и жестким.
— Держи его при себе и не высовывай, — скомандовал Питер. — Пока мы не поймем, с чем имеем дело, козыри раскрывать нельзя.
Я раздраженно выдохнула. Терпение никогда не было моей сильной стороной.
— Почему бы нам просто насильно не заставить её взглянуть в него? Узнать всю правду, и всё. Дело сделано. К чему эти игры в вежливых гостей?
Я услышала, как Эдмунд издал короткий, сухой смешок. В его глазах промелькнуло одобрение моей дерзости, но и понимание того, что план не так прост.
— Нет, Нора. Всё намного сложнее, — Питер покачал загорелой головой. — Мы в её доме, на её территории. Если она та, кем мы её считаем, один неверный шаг — и мы все станем частью интерьера этого замка. Статуями.
— Не знаю... — Клара неуверенно поправила волосы. — Она кажется милой. Может, и вправду... может, она действительно не такая, как мать? Может, мы зря на неё нападаем?
— Нет, Клара. Тут что-то не так, — Сьюзен решительно перебила её, и в её голосе прозвучал холод, которого я раньше не замечала. — Возьмем даже Нору.
Она выразительно показала на меня рукой. Я вскинула брови, глядя на неё в упор.
— Что «Нора»?
— Ты сама не своя была там, внизу, — Сьюзен подошла ближе. — Что это за «Ивправду, что это я, извините»? Это была не ты. Настоящая Нора топила бы её вопросами до тех пор, пока та не начала бы заикаться. А ты просто... сдалась. Сложила лапки.
Я опустила взгляд, чувствуя, как к щекам приливает жар от стыда и злости на саму себя. Я пожала плечами, не зная, что ответить. Сьюзен была права. Я тоже чувствовала, что в тот момент мной управляли, как куклой на ниточках. Это пугало больше всего.
— Может, я просто устала, — буркнула я, хотя сама в это не верила.
— В любом случае, — Питер подвел черту под разговором, — сдаваться мы не будем. Мы зашли слишком далеко, чтобы отступить из-за красивых глаз и сладких речей. Мы так близко к цели. Нечего нам расслабляться.
Сказав это, он встал и одним резким движением задул свечи. Комната погрузилась в густой, синеватый полумрак, пронзаемый лишь слабым светом луны, проходящим сквозь ледяные стены. Атмосфера мгновенно стала тяжелой и таинственной.
— Все. Всем спать. Завтра нам понадобятся силы, — приказал Питер.
Я закатила глаза, понимая, что вряд ли смогу сомкнуть глаз в этом хрустальном склепе. Откинувшись на спинку ледяной кровати, я подтянула ноги к груди и обхватила их руками. Холод замка начал пробираться под кожу, но это был не тот мороз, что на улице. Это был холод тайны, которую Астрид так тщательно прятала за своей улыбкой.