Чужая справедливость. том 2.

Утро на «Морской вдове» выдалось на удивление спокойным. Туман, окутывавший судно на рассвете, постепенно рассеялся, открывая вид на бескрайнюю свинцовую гладь воды. Ветер дул ровно, наполняя черные паруса, и корабль уверенно шел на север.

На утро почти все были наверху. Как ни странно, пираты оказались не такими уж и свирепыми монстрами, какими казались ночью в пылу схватки. Обычные люди, со своими мозолями, грубыми шутками и страстью к азартным играм. Видимо, близость возможной смерти и общее проклятие заставляли их ценить короткие моменты покоя.

Облокотившись о косяк двери, ведущей в каюты, я лениво наблюдал за тем, что происходило в центре палубы. Там, на перевернутой бочке, была разложена настольная игра — старые, засаленные карты с непонятными символами. В неё играли почти все по очереди, но был один человек, которого никто не мог обыграть. Кайл, первый советник Бартоломью. Высокий, жилистый мужчина с холодными глазами и цепкими пальцами.

Снова проигравший соперник, какой-то щербатый матрос, бросил на бочку пару медных монет и со вздохом поднялся, качая головой.

— Проклятье, Кайл, у тебя будто лишний глаз в рукаве припрятан, — пробурчал он, уходя в сторону бака.

Кайл лишь усмехнулся, ловко тасуя колоду. Звук карт, бьющихся друг о друга, напоминал шелест змеиной чешуи.

— Ну, кто следующий? — спросил он, обводя собравшихся вызывающим взглядом.

— А давайте я, — раздался звонкий голос.

Я фыркнул, не меняя позы. Нора. Ей что, совсем делать нечего? Я видел, как она уверенно подошла к бочке. Сев на стул напротив Кайла, она деловито откинулась на спинку, закинув ногу на ногу. Я видел только её спину и копну волос, растрепанных ветром, но был уверен — она сейчас улыбается.

Кайл наклонился вперед, его улыбка стала хищной, как у волка, загнавшего добычу в угол. Он медленно оглядел Нору, задерживаясь на деталях её одежды.

— Смелая девочка. А что предложишь в качестве ставки? У нас здесь в ходу золото или сталь.

— А что хочешь ты? — парировала она, ни капли не смутившись под его взглядом.
Кайл облизал пересохшие губы. Его глаза блеснули недобрым огоньком.

— Проиграешь — снимаешь платье, — бросил он, и по палубе тут же пронеслись свист и одобрительные возгласы матросов.

Даже Бартоломью, стоявший у штурвала, на мгновение отвлекся и бросил взгляд на них, усмехнувшись в бороду. Клара, стоявшая неподалеку, всплеснула руками.

— Да ты спятил! — воскликнула она, переводя испуганный взгляд с пирата на сестру.

Но Нора лишь слегка наклонила голову вбок, словно обдумывая предложение.

— Хорошо, — спокойно ответила она.

Я почувствовал, как внутри меня что-то резко натянулось, как струна. Мои глаза широко раскрылись. Она что, с ума сошла? Решила поиграть в раздевание с пиратским советником посреди открытого моря?

— Но если ты проиграешь... — начала она, но я не дал ей договорить.

Мир вокруг словно ускорился. В три шага я оказался рядом, бесцеремонно отодвинул какого-то пирата и, схватив стоящий рядом пустой стул, с грохотом опустил его рядом с Норой. Я сел, в упор глядя на Кайла. Он вздрогнул от неожиданности и перевел взгляд на меня.

— То падаешь за борт, — ледяным тоном закончил я фразу за Нору.

Все вокруг ахнули. Гул голосов на палубе мгновенно стих. Только ветер свистел в снастях. Нора резко повернулась ко мне, её глаза полыхали возмущением.

— Эй! Это моя игра! — прошипела она мне прямо в ухо.

— Тихо, — бросил я, не сводя глаз с Кайла.
Тот издал короткий, лающий смешок, хотя в его взгляде появилось напряжение.

— Парень, думай, что говоришь. За борт — это долгий путь до дна.

— Играем мы с тобой, — отрезал я, чувствуя, как холодная ярость наполняет меня. — Если я проиграю — Нора раздевает не только платье.

Я слышал, как за спиной охнула Сьюзен и как присвистнул Уилл, но мне было плевать. Я смотрел в притык Кайлу, в самую глубину его зрачков. Если он хотел азарта — он его получит.

— Проиграешь ты — пойдешь за борт, — повторил я, чеканя каждое слово.

Кайл на секунду перевел взгляд на Нору, медленно осматривая каждый дюйм её фигуры, словно уже представлял свой выигрыш. Затем он снова посмотрел на меня, и его лицо исказила злая, азартная гримаса.

— Так что? — спросил я, слегка приподняв бровь.

Он с силой хлопнул ладонью по столу, рассыпая карты.

— Играем!

Я позволил себе короткую, холодную улыбку.

— Я тебя убью, Эдмунд, — тихо, на самой грани слышимости, прошипела Нора, впиваясь пальцами в мое плечо.

— Спокойно, — так же шепотом ответил ей я, не оборачиваясь.

Я подмигнул ей, чувствуя, как внутри просыпается старый инстинкт стратега, который когда-то вел армии Нарнии. Наклонившись вперед к столу, я уверенно взял в руки карты.

Колода была холодной. Но ставки были еще холоднее.