Глава 18
Жасмин ожидала проснуться и почувствовать лучи солнца, ощутить, что она находится на мягкой кровати, но проснулась она на чем-то жестком, да и по коже пробегал холодок.
Девочка перевернулась на спину и открыла глаза. В пространстве, где она находилась, не было потолка, пола, стен или чего-то еще. Перед ней простиралось белое, далекое, бесконечное и бесцветное пространство, одновременно манящее и пугающее. И хоть Жасмин и открыла глаза, а впереди все было светло, ей все равно казалось, что она еще не проснулась, а перед ней не было абсолютно ничего, будто на это мгновение пропало зрение. Это было место, в котором Жасмин уж точно не ожидала оказаться, открыв глаза.
Она поднялась на ноги и обнаружила, что не чувствовала ушибов и царапин. Где она? Умерла во сне и попала в рай?
– «Что ж, если это он, то довольно скудный. Как будто «рай для бедных»...» - подумала Жасмин и огляделась, но тут ее мысли разнеслись словами по всей комнате, в которой она находилась.
Со всех сторон эхом отдался ее голос. Жасмин зажала уши и тут заметила перед собой человека, о котором она всю ночь старалась не думать.
– Здравствуй, Жасмин Хантер, – проговорил Эрик Остес, неспешно приблизившись к ней.
– О-ой, – промямлила девочка, толком не понимая, как реагировать на эту встречу.
– Что он тут забыл? – эхом разнеслись по стенам мысли девочки, от чего той стало неловко – Я-то надеялась, что больше его не увижу...
Жасмин оглядела Эрика. Он не обратил на проговоренные слова внимания или сделал вид, что ему все равно. Девочка подметила, что он заметно помолодел с их первой встречи. Морщин стало гораздо меньше, горб со спины исчез. Седина в волосах тоже куда-то делась, и теперь на лицо Эрика спускались волнистые золотисто-русые прядки. Наверняка он воспользовался Древней магией, чтобы постепенно возвращать себе молодость.
– А вы... изменились, – пробормотала девочка.
Ее собеседник усмехнулся, довольный ее замечанием.
– К счастью, Древняя магия не имеет границ, – проговорил он, пристально изучая девочку глазами. Жасмин стало не по себе.
– Так и... где я? – спросила она, осматривая пространство.
– В своем сознании, – кратко ответил Эрик.
– Какое-то оно... пустоватое, – заметила Жасмин.
– Это всего лишь не тронутая его часть, – пояснил Остес, – сознание – очень сложная часть нашего организма.
– Хорошо... – неуверенно промямлила девочка – тогда что я тут забыла?
– Мне нужно с тобой кое о чем поговорить, – начал Эрик и глубоко вздохнул. Видимо, за триста лет жизни в одиночестве, он совсем забыл, как правильно вести беседу, не прерывая ее неловкими паузами.
– То, о чем вы хотите мне сказать, ведь не связано с моим обещанием? – с надеждой спросила Жасмин.
– Нет, – после этих слов девочка облегченно выдохнула, – пока нет. Для начала мне нужно, чтобы ты хотя бы осталась живой. К твоему счастью я терпелив и знаю, что у тебя есть другие проблемы. О них я и хотел с тобой поговорить.
– Вы про Беатрис? – спросила Жасмин.
– Именно, – подтвердил Эрик и, обойдя пространство, продолжил, – ты со своим другом уже почти дошла до нее. Но я хочу тебя предостеречь, – мужчина по своему обычаю, стал внимательно следить за реакцией Жасмин, но, не найдя в выражении ее лица ничего, кроме недоверия, снова заговорил. – Вам говорили о Ноксанулусе?
Девочка медленно кинула. Да, она слышала о нем в первый день своего пребывания в Алио-Мундо.
– Это кольцо Беатрис уже долгое время не снимает, – принялся разъяснять Эрик, – его сила находится в особом крохотном камне, о происхождении которого мало известно, как, в общем-то, и о Темном мире, с которым он связан. Но кое-что я знаю – при огромном выбросе магической энергии, в частности при создании нового мира, частицы магии принимают форму камней или сущностей. И этот камень в Ноксанулусе обладает огромной силой, поэтому Беатрис так долго справлялась со всеми войсками и воинами – у них не было оружия, сильнее ее.
– Так, значит, вся ее сила кроется в этом кольце? – подытожила Жасмин.
Эрик кивнул.
– Хочешь знать, какие у нее на самом деле способности? – с ухмылкой спросил он.
– Да, не помешало бы, – согласилась Жасмин. – Разговаривать с животными, как бы нелепо это не звучало. Может, поэтому, монстры Темного мира слушаются ее. Ко всему прочему, она может говорить еще и на разных языках, с кем пожелает, – проговорил Остес, – но в бою ее способности бесполезны.
– То есть, чтобы победить Беатрис, нужно просто снять кольцо? Звучит просто.
– К сожалению, только звучит, – пробормотал Эрик, – за долгое время использования кольца, оно буквально вросло в кожу Беатрис и они стали единым целым. Возможно, их удастся разделить, отрезав ей палец.
Жасмин поморщилась.
– Ладно, вроде, тоже не так уж сложно.
– Ты уверена? – с насмешкой спросил Эрик – Все те, кто пытался ранить Беатрис, обычно лишались голов. Хотя, не будь она в вас с твоим другом заинтересована, вы бы уже давно были мертвы.
По коже Жасмин пробежал холодок. Остес тоже заметил, что Беатрис с какой-то осторожностью относилась к Салваторам. Интересно, с чего бы?
– Что ж, ладно, – пробормотала девочка, – мы с Джесом сделаем все возможное, чтобы победить. И я учту ваши замечания. Но почему вы решили встретиться... здесь?
– Твое сознание – самое безопасное на данный момент место, – ответил Эрик, отведя взгляд, будто что-то задумчиво рассматривая, – по крайней мере, пока, – он глядел на девочку с неподдельной заинтересованностью, а затем усмехнулся.
– Похоже, тебе пора просыпаться.
Пространство вокруг начало рассеиваться и становиться прозрачным. Все завертелось, словно в урагане.
– Да какого черта тут творится?! – отдались в стенах мысли Жасмин.
– И еще, – сказал Эрик сквозь нарастающий шум, – помни, что у каждого решения есть свои последствия.
Жасмин не сразу разобрала его слова, но прокрутила в голове, чтобы запомнить. Пусть Эрик и вел себя, как сумасшедший, но все же она не хотела пропускать его слова мимо ушей.
.... .... .... .... .... .... .... ....
Девочка открыла глаза и обнаружила, что снова находится в своей комнате. Только в каком-то странном положении...
Жасмин огляделась и осознала, что ее кровать, и она сама находятся на потолке. Девочка резко приподнялась и не сразу поняла, что происходит.
По комнате, потолку, полу и стенам ползали маленькие фиолетовые ящерки и что-то старательно искали.
Жасмин хотела подняться на ноги, но когда она встала с кровати, то на нее едва не упал шкаф. Девочка отскочила, но в эту же секунду упала с потолка на пол, а на стену вдруг с грохотом соскользнула кровать, едва не разбив окно.
– Что здесь происходит?! – воскликнула Жасмин, стараясь понять, как в этой комнате действовала сила притяжения. И тут до нее дошло, что ее контролировали эти ящерицы. Девочка хотела было поймать одну из них, но, когда ее рука была совсем рядом с ней, расстояние между ними внезапно увеличилось, и Жасмин оказалась чуть ли не за несколько метров от ящерки. Комната будто увеличилась, а затем в ту же секунду Жасмин упала на стену, рядом с кроватью, а шкаф рухнул на пол.
Понять эту неразбериху было очень сложно, у Жасмин начала кружится голова. К ней подскочил Аклей, который выбрался из-под завала с книгами, но все они разлетелись по стенам, потолку и полу. Дракеникс стоял на потолке и подтащил к Жасмин ее сумку. Все ящерки внезапно выбрали одно-и-тоже направление и поползли к Аклею и Жасмин.
Теперь стало ясно, где находился предмет, который был им нужен. В сумке. Но что это могло быть?
Тут девочка вспомнила, где видела этих ящерок. Они были в заброшенной темнице и странно на нее поглядывали, когда та вытащила из стены тот необычный камешек.
Жасмин начала копаться в сумке. Это было не совсем удобно, ведь у нее притяжение работало иначе, и складывалось впечатление, будто все предметы приклеились к ее дну. Девочка почти вытянула Дефенсор, но сумка, и все вещи в ней попадали на пол. Жасмин подошла к краю стены и хотела взять все необходимые ей предметы, но тут она соскользнула со стены и чуть не упала на Аклея.
Все раны невероятно разболелись. Девочка увидела, как несколько десятков ящерок подползли к сумке и начали что-то искать.
– «Почему я даже проснуться не могу без приключений?» – подумала Жасмин, мысленно проклиная внезапно нагрянувших ящерок.
Вещи продолжали летать по комнате, соскальзывая то на одну стену, то на другую. Книжки беспорядочно метались туда сюда, нередко задевая Жасмин, пытающуюся вернуть свою сумку.
Вскоре, почти неслышимая из-за грохота, дверь в комнату распахнулась.
– Жасмин?! – удивленно воскликнул Джес.
Та помахала ему с потолка.
– Доброе утро! – натянуто улыбнулась она.
– Что тут вообще творится?!
– Я по-твоему похожа на того, кто знает? Просто помоги, я тут в буквальном смысле, на стенку лезу!
Мальчик осмотрел комнату и его взгляд сразу упал на ящерок перед ним. Те, завидев его, расползлись в разные стороны. Джес подошел к сумке Жасмин, но как только он хотел ее подобрать, его в ту же секунду притянуло к правой стене. Ящерки снова собрались возле сумки, и одна из них вытащила в зубах тот самый камешек, который нашла Жасмин.
Сама не зная почему, девочка знала, что просто обязана была оставить этот камень у себя. Она взобралась по шкафу, с которого так кстати можно было дотянуться до пола, который на время стал для Жасмин потолком. Девочка потянулась к ящерке и выхватила у нее камешек, вот только сразу после этого шкаф, на котором она стояла, наклонился и, едва не задев Аклея, рухнул совсем рядом с Джесом возле другой стены. Жасмин удалось вовремя спрыгнуть.
Мальчик отбежал от того места и посмотрел в сторону девочки, которая крепко сжимала камешек, сидя возле дракеникса.
– Похоже, этим ящерицам нужен этот камень, – заметил Джес, так как все ящерки поползли к девочке, – просто отдай его им!
– Не могу! – отозвалась Жасмин.
– Почему?! – не понял Джес.
– Если эти странные земноводные хотят его забрать, значит, это что-то важное!
– И что с того? – мальчик снова взглянул на ящериц – Слушай, я кое-что понял. Помнишь, я говорил тебе про воплощения магии? Так вот, похоже, это Рунты. Поэтому лучше их не злить! Мало ли что там, в головах у этих пространственных воплощений!
– Мне все равно, кто они! – в эту же секунду Жасмин вскрикнула, ведь она снова упала на пол, прямо перед сворой пучеглазых ящерок. Полоски на их чешуе засияли собственным пурпурным светом при виде камня. Они стали пробегать по всему телу девочки, пытаясь забрать его. Жасмин старалась их смахнуть, но ящериц было слишком много. С потолка на нее начали падать книги, а после рядом с ней свалилась кровать.
Жасмин отмахивалась от всех предметов, валившихся на нее, а Рунты продолжали наступать. Девочка быстро поднялась на ноги и, едва не споткнувшись об одну из книг, взяла в руки Дефенсор, который лежал совсем рядом с ней. Жасмин повернулась к Рунтам и, продолжая в одной руке сжимать камень, а в другой Дефенсор, она заставила оружие выдвинуть лезвия. На удивление девочки, ящерки расступились.
На секунду все в удивлении замолчали. Даже неугомонный Аклей замер. Жасмин, тяжело дыша и стараясь не обращать внимание на новые колющие ушибы, заметила, что на Дефенсоре загорелись вырезанные на рукояти знаки. Они поблескивали чистым белым светом, похожий на тот, что Джес и Жасмин видели в разломе на Земле. Такого еще не случалось. Рунты пораженно глядели на Жасмин и начали переглядываться, как тогда, в пещере, будто принимая какое-то решение.
Несколько ящерок сощурилось, а затем, после еще нескольких знаковых движений друг другу, все Рунты огромной стайкой выползли из распахнутого окна. Знаки на Дефенсоре погасли. Внезапно все остальные вещи снова вернули прежнее притяжение и с грохотом рухнули на пол.
– Что это было? – спросил Джес, с трудом поднимаясь на ноги.
Жасмин покачала головой, давая понять, что она не знает. Девочка уставилась на свое оружие и рассматривала знаки на нем, пытаясь понять, почему они засияли. Затем девочка перевела взгляд на камень и, отыскав среди груды вещей свою сумку, положила его в нее.
– Это было странно, – пробормотала девочка.
– Мягко сказано, – фыркнул мальчик и подошел к Жасмин, – что ты сделала со своим оружием?
– Ничего я не делала! – воскликнула та – Я сама не знаю, что произошло, и понятия не имею, что это за камень, – она достала из сумки тот самый камешек и демонстративно покрутила им перед лицом Джеса.
– Почему же Рунты оставили тебя? - произнес мальчик.
– Я тебе кто, эксперт по воплощениям магии? – спросила Жасмин – Может, ты что-нибудь о них знаешь? Лариска-то уж должна была тебе рассказать о них!
– Не хочу тебя расстраивать, но я о них вообще ничего не знаю и не помню кроме того, что уже тебе сказал.
– Отлично, – фыркнула Жасмин, но ее взгляд снова приковал Дефенсор. Эдмунд Улулате говорил, что его название переводится как «защитник». Неужели оружие ее только что защитило?
Салваторы оглядели комнату. В ней царил кавардак. Шкаф был опрокинут, все одеяла, подушки и книги были разбросаны по полу.
– Кстати, а где Аластер и Чарльз? – спросила Жасмин, надеясь, что они не слышали весь этот грохот и находились примерно за километр от хижины.
– Они нашли в шкафах фляжки и решили набрать в них воды, – ответил Джес, – и стоило им отлучиться на пару минут, как в этой хижине опять что-то произошло. В одной маленькой хижине. Опять.
Жасмин снова осмотрела разбросанные вещи и подобрала все те, что лежали у нее в сумке. Она не стала пытаться прибрать все то, что устроили Рунты. Состояние комнаты было слишком плачевным.
– А что там с дневником Ларисы? – спросила девочка.
– Я смог перевести не так уж много, – пробормотал Джес, – это оказалось сложнее, чем я ожидал. Древне-эльфийский очень отличается от обычного эльфийского. Это как египетские иероглифы расшифровывать... А у нас есть только книжка про обычный эльфийский язык. Ну, в общем, я просидел над дневником около четырех часов и смог перевести три страницы.
– И что же в них? – спросила Жасмин.
– Я не смог перевести все полностью, – начал Джес, – но в общих чертах я могу рассказать. На первой странице Лариса описывала Землю, в частности город, в котором она оказалась. По описаниям очень походит на наш, наверное. На следующей странице она что-то говорила об Алио-Мундо и о том, что ее изгнали не по ее вине и всякое такое. Еще говорилось что-то о детях. Не знаю, о ее, или чьих-то еще, но там точно было слово «дети». На третьей странице она говорила, что будет скучать по дому, но теперь ей действительно лучше остаться на Земле. Мне пришлось потратить кучу времени на этот перевод и то, он далеко не полный. Да и мне начинает казаться, что все это впустую.
– Стой, погоди, – прервала его Жасмин, – о детях? Я слышала от нянечек, что у Ларисы были дети, но как они сказали, они были «опустошены». Теперь, учитывая здешние реалии, это звучит не так бредово. Как думаешь, что няни имели в виду?
Джес пожал плечами.
– Может, Лариса и писала об этом, но я не разобрал, – мальчик задумался, – еще она в начале написала, что завела этот дневник, чтобы все-таки не сойти с ума. Мне кажется, у нее довольно-таки интересная история, если про нее узнать больше.
– Может быть, когда-нибудь в нем найдется что-то действительно полезное, – хмыкнула Жасмин, - не очень-то я горю желанием лезть в прошлое Ларисы. А сейчас мы особо не нуждаемся в каких-то дневниках, чтобы узнать больше о родителях.
– Надеюсь, я не просто так не спал эти четыре часа, - пробормотал Джес.
Салваторы еще раз оглядели комнату и решили все-таки хотя бы постараться скрыть появление Рунтов. Прибираться нужно было быстро, но погром был таким масштабным, что дети даже не знали с чего начать. Но все же, им пришлось принять какое никакое решение.
Они вместе подвинули кровать на прежнее место и нашли все одеяла, которые были разбросаны по комнате. С трудом они вернули шкаф в прежнее положение, но, если бы не помощь Аклея, у них бы вряд ли что-то получилось.
– Интересно, почему все-таки твое оружие засветилось, – проговорил Джес, собирая с пола книжки.
– Хотела бы я знать, – пробормотала Жасмин, подбирая ту самую книгу, которую она читала вчера вечером. Некоторые ее страницы порвались, а переплет помялся, – но меня больше интересует, возместят ли Рунты причиненный ущерб. Могу ли я подать заявление на них куда-нибудь?
– Сомневаюсь, – пробормотал Джес.
Девочка поставила на полку последнюю книгу. Комната приняла прежний облик. На мебели теперь были заметны сколы, в стенах неровности, а окно осталось поцарапано, но, если не приглядываться, казалось, что все осталось прежним. А вот к мыслям Жасмин прибавились новые размышления, которые прервал голос Аластера:
– Все в порядке? Мы слышали шум.
Джес и Жасмин переглянулись.
– Все в норме, – равнодушно ответил мальчик, как ни в чем не бывало.
– Что ж, ладно, – пробормотал Аластер, – сейчас нужно поесть. А затем можно отправляться в дорогу.
Рыцарь вышел из хижины, а вслед за ним и Салваторы с Аклеем. На улице их уже ждал Чарльз. Со вчерашнего дня осталось мясо кабана, поэтому они позавтракали им и снова взяли из хижины столовые приборы.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил кот во время трапезы, обращаясь к Жасмин.
Девочка немного подумала. Все по-прежнему немного болело, но она не хотела задерживать снова.
Все в порядке, – ответила она, – я готова продолжить путь.
Чарльз улыбнулся, выражая свою радость и облегчение.
Спустя какое-то время, все собрали вещи и, сверившись с картой, двинулись в дорогу.
Погода вновь обещала быть солнечной и сухой. Осторожный ветер прощупывал стволы деревьев, забирая с собой хрупкие листочки с их качающихся ветвей. Упрямые лучи пробивались сквозь листву и ложились на вьющиеся среди стволов тропинки, окруженные кустарниками и цветами. По воздуху вновь проносилась свистящая птичья трель, разгоняя на мгновение воцарившуюся тишину, окутавшую собой молчаливый лес. Среди утоптанной травы у тропинок виднелись следы чьих-то крупных лап и когтей, впившихся в землю. Следы вели далеко в лес, не касаясь тропинки.
Девочка обернулась, позади осталась старая хижина Аластера и Клэр, и там же осталось озеро и это странное появление Рунтов. Жасмин не покидало какое-то странное чувство, когда она вновь сжимала в руках Дефенсор. Эдмунд говорил, что владеть им могли только те, у кого было достаточно магических сил для этого. Только теперь девочка верила его словам больше, и ей стало не по себе. Но вместе с этим немного приободрилась, ведь чем больше у нее было сил, тем больше шансов у нее одолеть Беатрис.
Жасмин так и не поняла, почему Рунты решили оставить ее и камень в покое. Почему сияние Дефенсора их остановило? И почему он засиял? С каждым днем становилось все больше вопросов. Девочка все же надеялась, что когда-нибудь получит ответы на все интересующие ее. Этот мир вновь показался Жасмин невероятно таинственным. Она и представить себе не могла, когда еще была на Земле, что когда-нибудь ей придется ломать голову над тем, какие у нее магические способности, и над тем, как она спасет целое королевство. И кто бы мог подумать, что когда-нибудь Джес и Жасмин стукнуться кулачками? Как быстро ее жизнь явила новый оборот.
Лес стал еще тише. Густые ветви деревьев почти не пропускали солнечный свет. Стволы и пни были покрыты мхом и обвиты разнообразными растениями. Редкие золотые лучи ложились едва заметными пятнами на густую зеленеющую траву. И с каждым шагом по маленькой тропе, у Жасмин все сильнее начинало колотиться сердце. С каждой минутой она становилась все ближе и ближе к Беатрис. Все внутри трепетало от одной мысли о девушке, с которой Жасмин предстояло встретиться. В груди будто исчезал воздух, из-за чего девочке становилось трудно дышать. Путь должен был занять, по словам Аластера, где-то полдня, если удастся продолжать его без остановок. Но девочке хотелось как можно дольше оттягивать этот момент.
Чарльз заметил беспокойство Жасмин и ускорил шаг, чтобы идти с ней вровень.
– Все хорошо? – спросил кот – Ты выглядишь обеспокоенно.
– Я в порядке, – ответила Жасмин и набрала в грудь побольше воздуха, чтобы вовсе не задохнуться от нарастающего в ней напряжения. – Просто... я поздно осознала для себя, что от нас с Джесом многое зависит. А ведь мы всего лишь дети, но решили, что справимся. Это было очень... самонадеянно. Я стараюсь убедить себя, что мы победим, но чем ближе я к Беатрис, тем больше меня берут сомнения.
Жасмин понимала, что не стоило раньше времени опускать руки и настраивать себя на плохой исход. Но, взвешивая и обдумывая все как следует, она осознала, что, если Беатрис и вправду вступит с Салваторами в схватку, та с легкостью одержит победу, и даже новоявленная способность Джеса вряд ли поможет. В этой ситуации поможет только невероятное чудо.
Хотя, пожалуй, девочка поздно начала размышлять об этом.
Чарльз внимательно выслушал Жасмин и взглянул на нее глазами, полными верой, и в тоже время решительностью.
– Вы справитесь, – уверенно проговорил Чарльз, – вы не просто так попали в Алио-Мундо, и вас не просто так посчитали Салваторами. Это вовсе не случайность. Что-то необъяснимое, дергающее за ниточки все живое в этом мире, посчитало, что вам следовало оказаться здесь именно в это время. Вы – будущие герои, на счету которых будет немало заслуг. Хотя, о чем я, вы уже ими стали. Не каждый двенадцатилетний ребенок согласится на такое путешествие, и уж точно не каждый сможет одолеть столько монстров, не побояться идти дальше и следовать своей непростой цели. И я уверен, если бы ваши родители были рядом, они бы вами очень гордились. Потому что я горжусь.
Джес прекрасно слышал слова Чарльза, хоть он и не подал виду. Его речь вдохновляла и заставила Жасмин растрогаться. Она всегда хотела, чтобы ее родители ей гордились, и девочка очень надеялась, что все-таки когда-нибудь услышит из их уст похвалу. Хотя бы просто услышит их голос, и Чарльз будет не единственным, от кого она услышит теплые слова...
– Спасибо, Чарльз, – девочка улыбнулась, ее глаза заблестели от слез, но она не позволила им пройти по щекам и подняла глаза вверх. Аклей тоже подошел ближе к Жасмин и ткнулся в нее мордочкой. Девочка погладила его между рогов. Видимо, он тоже старался ее поддержать, хоть и не до конца понимал, почему Жасмин переживала.
Солнце поднялось высоко в небо. Растения бросали на землю свои темные тени. Между ними мелькали силуэты животных. Со временем лес начал редеть, растительность приобрела новые краски, и большую часть леса заняли причудливые цветы всевозможных цветов и размеров. Природа была предельно спокойна, будто весь лес спал.
Жасмин вздохнула, остановив взгляд на гладких белых лепестках одинокого цветка, росшего среди непохожих на него небольших гераней, опустивших свои фиолетовые макушки, в то время как белый цветок, напротив, тянулся к солнечным лучам. Этот цветок выглядел живым и ярким, несмотря на свою далеко не пеструю окраску. В нем не было ничего особо примечательного, но почему-то он невольно приковывал к себе взгляд, вновь погружая в какие-то неясные размышления, неразборчиво смешавшиеся с потоком остальных нависших и не до конца обдуманных проблем.
Облако, ранее не позволяющее пробиться паре лучей к цветкам сквозь раскинувшиеся во все стороны ветки, наконец, согнанное ветром, развеялось. На белый цветок упал солнечный свет, делая его еще более прекрасным. Но вот для опустивших свои лепестки гераней не хватало всего пары дюймов, чтобы и они оказались освещены и наслаждались теплым светом. Похоже, они слишком рано склонились, а ведь сейчас бы могли вместе с белым цветком купаться в солнечных лучах.
Отведя взгляд и снова обратив его куда-то в пустоту, девочка невольно усмехнулась своему замечанию и двинулась дальше.
Лесное умиротворение невольно навевало спокойствие, и Жасмин уже было расслабилась, но тут земля затряслась, будто под тяжестью чьих-то грузных шагов. И шаги этого большого существа двигались в сторону Салваторов, Аластера и Чарльза.
Шаги были настолько тяжелыми, что создавалось впечатление, будто началось землетрясение.
– Что происходит? – спросил Джес, оглядываясь вокруг.
– Есть два предположения... – начал Чарльз, но он не успел договорить. Над кронами деревьев возвысился огромный великан. Он был почти вдвое выше самых высоких деревьев и примечателен был его один единственный глаз, который находился чуть выше переносицы. Одежду ему заменяли кое-как сшитые друг с другом шкуры медведей, от которых несло чем-то неприятным. Выглядел великан устрашающе и явно не был настроен на милую беседу. Его массивное тело остановилось и огромное существо склонило голову над ванафикусами и совсем незаметным для него котом.
ЭТО МОЯ ЗЕМЛЯ, – проревел великан, наполнив шумом всю округу и демонстративно сжав руки в кулаки, – УБИРАЙТЕСЬ ОТСЮДА!
Его слова оглушительным ревом пронеслись по лесу, распугав стаю крохотных птиц. Один только его голос был в состоянии создать поток ветра, такой, что даже верхушки деревьев слегка склонились.
– С каких пор циклопы забирают себе земли? – спросил Аластер, ни к кому не обращаясь и оглядывая великана с ног до головы.
– УБИРАЙТЕСЬ! – повторил циклоп.
– Размечтался, – фыркнул в ответ Джес и, достав Экскалибур из ножен, вонзил его в ногу великана, но тот даже не дернулся. Мальчик поднял голову, и в эту же секунду заметил над собой вскинутую вверх ручищу великана. Джес вынул меч из толстой кожи гиганта и хотел отскочить, но тот успел его подхватить и отшвырнуть в сторону с неприличной легкостью.
Джес, не сразу осознав произошедшее, приземлился не слишком мягко.
– Ты как? – спросила Жасмин, подбежав к нему.
– Чувствую себя униженным, – пробормотал мальчик и медленно поднялся на ноги, выругавшись себе под нос. – Как можно одолеть этого урода? – спросил Джес, повернувшись к Аластеру и Чарльзу, подготовившимся к атаке.
– Видимо, грубой силой, других вариантов я не вижу... – с сомнением ответил кот и, обратившись в пантеру, побежал на циклопа. Тот взревел и тут же отбросил Чарльза, прежде чем тот успел что-нибудь сделать. Аластер поднял руки и циклопа со всех сторон начали окружать высокие камни, но великану они ничуть не помешали. Он ударял их массивными кулаками и те поддавались, разваливаясь на множество мелких камешков. Хоть циклоп и был медлительным, он оставался крупным и сильным, оттого было неясно, что могло в действительности навредить ему и позволить пройти.
– Что-то его ничего не берет, – заметила Жасмин, пытающаяся придумать, чем она может помочь. Ей удалось пару раз ударить его Дефенсором, но в отместку за это, великан едва на нее не наступил.
Его шаги громко отдавались в ушах, а вся земля вокруг дрожала.
Аклей, заметив, что Жасмин почти вступила с ним в схватку, сорвался с места и подлетел к лицу циклопа, выпустив на него поток пламени. Великан взревел и постарался смахнуть дракеникса, но у него не вышло. Аклей ловко отлетел в сторону и снова опалил огнем циклопа. Только в этот раз великан закрылся рукой и, разозленный еще больше, он сумел сбить дракеникса взмахом ладони, и тому пришлось спикировать к земле.
Циклопа удалось только разозлить. Его ноздри сердито раздувались, а глаз с презрением оглядывал ванафикусов, ступивших на земли, которые он провозгласил своими. Великан начал наступать на Салваторов, Аластера и Чарльза. Он попытался растоптать их, но у него это плохо выходило. Циклоп двигался медленно и неуклюже, в то время как его противники оказались гораздо более проворными, да еще и успевали ранить его оружиями. Соперники циклопа обошли его и постарались бегом продолжить задуманный маршрут, но тут великану удалось схватить Жасмин, что заставило остальных остановиться. Девочка вскрикнула и постаралась ударить руку схватившего ее существа Дефенсором, но оно будто и не почувствовал этого удара. Циклоп крепче сжал руку.
Жасмин пискнула и постаралась вырваться, но ничего не вышло. Ее сил определенно было недостаточно, чтобы суметь разжать пальцы великана. Аластер, сильно обеспокоенный сложившейся ситуацией, поднял руку, и из земли вырвался острый камень и воткнулся в руку великана. Тот взревел и свободной рукой разрушил его. Несколько крупных обломков отлетело в сторону Аластера, Джеса и Чарльза. Им удалось увернуться, но магия рыцаря, как оказалось, в данной ситуации не слишком помогала, а наоборот, все сильнее злила неугомонного циклопа.
Аклей кинулся на его руку и, пытаясь освободить Жасмин, выпускал потоки пламени. Великан нахмурился и смахнул дракеникса, а затем наклонился и без труда подхватил Аластера. Рыцарь пытался защитить себя магией, призывая другие камни, но циклоп слишком легко с ними расправлялся. Чарльз собрался с духом и накинулся на великана. Он начал раздирать ему кожу, но циклопу будто было все равно. Джес тоже старался ранить противника, и ему даже удалось стать пантерой, но все было без толку. Казалось, что Аластера с Жасмин циклоп сейчас съест, а Чарльза с Джесом с легкостью растопчет. Но вдруг девочка увидела невероятно знакомого для нее зверька.
Совсем рядом с циклопом кружил маленький совенок с беличьими ушками. Жасмин не сдержала улыбки. Тут же сзади послышался чей-то женский возглас:
– Не распускай руки, громила! – этот голос девочка сразу узнала. На циклопа в эту же секунду наскочил огромный пятнистый медведь, а на нем сидела Диана, на лице которой играл азарт и жажда приключений. Сразу после на ногу циклопа бросился невероятно большой черный волк, который тоже врезался в память Жасмин. Эдмунд и Диана, оседлавшая медведя, заставили циклопа разжать пальцы. И девочка вместе с Аластером, освободившись от хватки великана, упали на землю, едва сумев обеспечить мягкое приземление.
– Эдмунд? Диана? – едва скрывая свое удивление пробормотал Джес.
– Не ожидали такой скорой встречи? – усмехнулся оборотень, превратившись снова в человека, но ему тут же снова пришлось стать волком, ведь циклоп продолжал совершать яростные атаки.
– Вы знакомы? – спросил Аластер, переводя взгляд с Салваторов на дриаду с оборотнем.
– Вроде того, – ответила Жасмин.
– Сейчас не самое время для пояснений, – заметила Диана. Медведь, на котором она сидела, вскочил на спину циклопа, и великан едва не потерял равновесие. Циклоп взревел и постарался смахнуть животное со спины, но не вышло. Медведь взобрался выше и толкнул плечи великана передними лапами. Циклоп не удержался и упал. Остальные отбежали от великана, чтобы его огромная туша не свалилась на них.
– Что вы тут делаете? – спросил Джес, обращаясь к дриаде и Эдмунду.
– А разве не видно? – улыбнулась Диана.
– Во второй раз спасаем ваши жизни, непутевые вы Салваторы, – закончил за нее оборотень. На его лице не угасала дерзкая ухмылка.
– Кажется, я видел тебя раньше. Эдмунд Улулате, да? – спросил Чарльз.
Великан прервал их разговор. Он поднялся на ноги и замахал руками, сумев сбить с ног Джеса, Жасмин и медведя, на котором была Диана, но девушка вовремя спрыгнула.
– Он самый, – с гордостью ответил оборотень, ловко уходя от ног и рук циклопа, а затем превратился в волка и вцепился клыками в его правую руку. Циклоп хотел столкнуть его свободной ладонью, но оборотень увернулся и стоял уже на плече великана, вгрызаясь в его ухо. Во второй раз циклопу удалось его спихнуть, но великан лишился мочки уха. Волк приземлился на лапы, а великан двинулся к нему грузными шагами и в любой момент мог растоптать, но ему пригородил дорогу огромный серый камень, который создал Аластер. Великан разрушил и его, но волк успел отскочить.
Оборотень благодарно кивнул рыцарю. Великан же переключил свое внимание на Джеса. Мальчик этого только и ждал. Он проскочил под ногами циклопа, пару раз запутав его и, прежде чем великан на него наступил, обратился в большого похожего на Фамильяра Эдмунда медведя и толкнул его. Циклоп на секунду потерял равновесие, и устоял бы на ногах, если бы не подоспевший волк и его медведь. Великан не удержался и упал снова.
Циклоп злился все больше и больше, а Жасмин до сих пор не знала, чем помочь. Ее оружие помогало только в борьбе с более мелкими животными, но против такого гиганта девочка не могла пойти. Она попробовала пару раз сжать в руках тот камешек, но Дефенсор не засиял, как в прошлый раз и надеяться на его чудесную помощь не приходилось. Все остальные совершали успешные атаки на циклопа, но ему, казалось, все нипочем. И он не выглядел так, будто вымотался, разве что разозлился еще сильнее, чем в начале их «знакомства».
Тут сзади Жасмин услышала чей-то голос:
– Эй, девочка! – голос был так же знакомым – Как там тебя... подойди!
Жасмин обернулась, сзади стоял эльф Люциус, ставший знакомым Салваторов все при тех же обстоятельствах. Похоже, он хотел помочь, за спиной у него был колчан со стрелами и лук. Девочка, не раздумывая, подошла к нему.
– Я думала, вы ушли с Дианой и Эдмундом в разных направлениях, – проговорила Жасмин.
– Так и было, – эльф вздохнул, будто жалел, что ввязался, – но я понял, что там, где раздается шум и грохот – окажутся эти двое. Я решил узнать, что тут происходит, и оказался прав: сюда действительно пришли Эдмунд и Диана, которым не живется спокойно. И, похоже, без меня они, впрочем-то, как всегда, не справляются.
Люциус снял лук и колчан со стрелами и подал их Жасмин.
– Подержи, – велел он и начал перерывать карманы плаща, коих было множество, и почти каждый из них был оснащен одной, а то и тремя колбочками с какими-то зельями и порошками. Девочка взяла колчан и лук, но поглядывала на эльфа с недоумением и возмущением. Похоже, от нее больше ничего не требовалось.
– Вы серьезно? Только ради этого вы меня позвали? – спросила она, наблюдая, как он переходит от одного кармана к другому.
– Тебя что-то не устраивает? – вскинув брови, спросил Люциус.
– Ну, знаете, вы могли просто положить все это на землю, – заметила девочка.
Эльф поморщился, будто та сказала какую-то глупость.
– Мои лук и стрелы – бесценны. И я не собираюсь их пачкать. Да и тем более, тут куча всяких насекомых... в твоих руках надежнее, хотя не знаю, конечно, насколько. Но в любом случае, ты все равно, как я вижу, ничем не помогаешь, поэтому радуйся, что от тебя появилась хоть какая-то польза.
Жасмин обиженно надула губы и отвернулась.
Великан не переставал наступать и все сильнее свирепел, в то время как остальные начали уставать. Аластер уже не мог использовать магию снова и снова. По скованным движениям Чарльза было видно, что он выдохся. Джес старался помогать, и делал он это ловко, но его силы все же иссякали. Единственному, кому действительно сражение не на равных было в удовольствие – это Эдмунду.
Девочка нервно начала покусывать губу, наблюдая за сомнительными успехами остальных, и снова взглянула на Люциуса, который бурчал что-то себе под нос, продолжая рыться в многочисленных карманах, то и дело, доставая и снова засовывая новую колбочку.
– Да что вы ищите?! – в нетерпении воскликнула девочка.
– Что-то, что могло бы улучшить мою стрелу. Что-то полезное в этой ситуации, если быть точным. Так что молчи и не суйся. У тебя одна задача – держать мои драгоценные лук и стрелы, – ответил Люциус и, достав одну колбочку с пурпурной полупрозрачной жидкостью, начал ее разглядывать, обдумывая, пригодится она или нет.
Жасмин закатила глаза. Тут в ее голове созрела идея. Она повесила лук и колчан на плече и начала рыться в сумке. К ее счастью, цветки эксримасов были целы после того, что произошло в хижине. Девочка демонстративно вынула бутоны и показала их Люциусу.
– Это может быть полезным? – спросила она.
Эльф с недоверием взглянул на Жасмин, но увидев в ее руке цветок, в его глазах блеснуло удивление.
– Эксримасы? –- спросил он.
Девочка кивнула.
– Что ж, не знаю, откуда это у тебя, но это действительно может пригодиться, – Люциус взял цветки и вытряхнул всю пыльцу в колбу с пурпурной жидкостью, – молодец, – Жасмин приняла эти слова на свой счет, хотя было непонятно, адресовал эти слова эльф себе, или все-таки девочке.
Люциус аккуратно взболтал содержимое колбы и, достав из колчана стрелу, обмакнул наконечник. Эльф растер жидкость по острию и, взяв лук, прицелился в циклопа.
Великан же был вполне готов растоптать всех своих обидчиков, но тут ему в плечо прилетела стрела, которая в сравнении с ним казалась крохотной. Великан остановился и, недоумевая, уставился на миниатюрный предмет. Он было улыбнулся такой жалкой попытке, но тут же почувствовал, как на него накатила усталость, и он с оглушающим грохотом рухнул на землю и засопел.
– Чтобы вы без меня делали, – довольный собой проговорил Люциус, выйдя из укрытия, но поймав на себе испепеляющий взгляд Жасмин, исправился: – ладно, без нас. Довольна?
Девочка удовлетворенно кивнула. Волк снова обратился в Эдмунда и, взглянув на эльфа и Жасмин, усмехнулся.
– Предлагаю уйти отсюда подальше, пока циклоп не проснулся, – предложил Чарльз, остальные согласились, и они решили уйти в более безопасное место.
Люциус нехотя двинулся следом.
Остановившись вдалеке от великана и зайдя поглубже в чащу, Аластер спросил:
– Итак, с каких пор вы все друг друга знаете?
– Я только наслышан, – пробормотал Чарльз, – поэтому тоже не прочь узнать.
– Это долгая история, – отмахнулась Диана и улыбнулась Салваторам, – не ожидали, что вы окажетесь на «землях» этого циклопа. Он часто нападет на тех, кто попадет на территорию, где он похоронил свою семью. Циклоп считает, что кроме него теперь никто не должен ходить возле их могил... ну и нам иногда приходится его усмирять, чтобы не натворил чего-нибудь. Кто-то же должен это делать. Мы зовем его Стив, и вы не единственные, кому пригодилась помощь в поединке с ним. – Пояснила дриада.
– Спасибо, что помогли нам, – поблагодарила Жасмин, немного смутившись, узнав о циклопе немного больше.
– Это нужно сказать тебе и Люциусу, – заметил Эдмунд.
– Ну, наконец-то кто-то это понял, – проговорил эльф, скрестив руки на груди.
Рыцарь кашлянул.
– Что ж, я тоже очень признателен за помощь, – проговорил он, – меня зовут Аластер.
Все, кроме Салваторов, представились друг другу.
Люциус взглянул на Чарльза, смерив его взглядом.
– Теперь понято, зачем ты нужен был Харрису, – пробормотал эльф.
После длительного и утомительного поединка с циклопом, все решили на некоторое время остаться посреди леса и перевести дух.
У Люциуса завязался разговор с Аластером. Эльф, как оказалось, многое знал о положениях самых разных королевств на данный момент и разъяснял все рыцарю, который не знал ничего о последних четырнадцати годах. Эльфийская Империя стала самой сильной, среди всех прочих королевств и почти догнала Империю Эксальтатус. У нее оказалось самое крупное войско, которое хорошо снарядили, ведь на территории Империи эльфы отыскали залежи полезных ископаемых и драгоценных камней и за счет этого, смогли продавать драгоценности за пределами Империи. И, в общем и целом, за последние несколько лет Эльфийская Империя расцвела.
Три королевства Колоссеса заключили мир, в их число входил и Сакратарум. Одно из королевств на материке Десертус распалось и образовало два новых, произошло это из-за графов, которые хотели расширить территорию своих городов. Сейчас в этих королевствах все было спокойно.
В северном королевстве Никсфорд с недавнего времени велась война с орками.
Люциус рассказал и такое, о чем не знал даже Чарльз, из-за чего кот тому не верил и старался всячески встрять в разговор, поправить эльфа или перебить его, высказав свой вариант. Люциус бросал на того раздраженный взгляд, но предпочитал не начинать конфликт, хотя было заметно, что замечания кота были для него чем-то на грани оскорбления.
У Эдмунда и Джеса тоже нашлось, что обсудить. Оборотень сразу отметил новые способности мальчика и тот с удовольствием поделился своими впечатлениями. Как-то так вышло, что они разговорились, и оборотень даже предложил немного потренировать силу Джеса, пока есть время. Мальчик немного поразмыслил и согласился. Они ушли куда-то вглубь леса, никто не стал их останавливать, правда, Чарльз немного насторожился.
Жасмин внимательно слушала рассказы Люциуса, полезно было немного узнать о мире, в который она попала. Но тут голос подала Диана:
– У тебя интересный Фамильяр, – заметила она, глядя на Аклея, лежащего возле Жасмин.
– Почему вы так считаете? – спросила девочка, повернувшись к дриаде.
Та пожала плечами.
– Дракениксы очень редкие и скрытные животные, – проговорила она, – похоже, чтобы добраться до тебя, он улетел от своей семьи. Видимо, у вас с ним очень крепкая связь.
Жасмин улыбнулась и погладила Аклея по голове. Тут к дриаде спустился ее совенок и сел на плече, обеспокоенно поглядывая на дракеникса.
– Это ваш Фамильяр? – спросила Жасмин.
– Да, – кивнула девушка, – и я ее просто обожаю, – дриада почесала совенку подбородок, на что тот ответил кротким урчанием.
– Я думала, что Фамильяры бывают только у ванафикусов, – пробормотала Жасмин.
Диана улыбнулась, ведь такое высказывание звучало для нее забавно.
– Вовсе нет, – проговорила она, – Фамильяр может быть у всех. Ты, например, для своего дракеникса тоже Фамильяр. Связь между вами – это что-то особенное, что-то нерушимое. Фамильяр – это не обязательно животное, а партнер, который наполняет твою душу гармонией и равновесием. Чаще, конечно, мы называем Фамильярами зверей, но это ошибочная версия.
Жасмин обдумала ее слова. Она поняла, что, когда дракеникс рядом, ей было и вправду спокойнее.
– А что же влияет на эту связь? – поинтересовалась девочка из чистого любопытства – Почему она появляется?
Дриада, задумалась, сведя брови к переносице, но, после некоторых размышлений, пожала плечами:
– Не знаю, – наконец сказала она, – Этот вопрос интересует некоторых ученых, но я не слышала, чтобы кто-то мог дать на твой вопрос точный ответ. Слышала я легенду, что после смерти наша душа может распасться на две части, которые воссоединяются в таких воплощениях – Фамильярах. Но что есть душа? Не думаю, что это может быть правдой. Да и вряд ли когда-нибудь мы сможем ответить на все загадки магии и ее воплощений.
– Как все сложно... – пробормотала Жасмин.
– Пожалуй. Поэтому я не хочу лишний раз вникать в то, как и почему. Зачем досаждать себе лишними раздумьями? Просто наслаждайся, что у тебя есть такой чудесный Фамильяр.
Жасмин улыбнулась, распрямив плечи, но в эту же секунду ощутила в них боль. После встречи с ликантропом, она до сих пор ощущала то место, где он ее сжимал своими крепкими ручищами. Жасмин потерла плечи.
– Болит? – быстро среагировала Диана.
– Нет, все в порядке, – отмахнулась Жасмин, но дриада уже коснулась ее плеч. Вместе прошла и боль в ранах, оставленными ноктеканес. Такое облегчение, наверное, девочка еще никогда не испытывала.
– Спасибо, – с улыбкой выдохнула Жасмин.
– Не стоит благодарности, – улыбнулась дриада, но затем ее улыбка слегка поникла, – у тебя... необычная энергия.
– В хорошем или плохом смысле? – спросила Жасмин.
Диана задумалась, отведя взгляд куда-то в сторону. Девочка сразу насторожилась, пожалев, что задала этот вопрос.
– Думаю, в хорошем, – дриада выдавила из себя улыбку. Хотя на самом деле она не была уверена в своих словах и что-то ее беспокоило. – Ну, так, сколько вам еще осталось до Беатрис?
– Немного, – тяжело вздохнула Жасмин.
– Волнуешься? – догадалась Диана.
– Не то слово, – пробормотала девочка, – у меня нет никаких способностей, а единственное, чем я могу обороняться – это Дефенсор, а если у меня его отобрать – я сразу стану беспомощной. Я не слишком-то и смелая, и вообще не понимаю, зачем в это ввязалась...
Дриада подбадривающе улыбнулась.
– Если ты здесь, то это уже доказывает твою смелость, – сказала Диана, – ты прибыла сюда с Земли, перешла с другой стороны реки в Заречье, успела столкнуться с мерзким гоблином и, я уверена, еще с кучей монстров, но не отступила. В таком случае, как ты можешь сомневаться в себе сейчас?
Жасмин выслушала дриаду. Ей удалось придать девочке уверенности. Хотя самой дриаде, вроде как, должно быть все равно на Жасмин, но тем не менее, она в нее верила.
– И помни, – добавила Диана, – твой самый главный враг – собственный страх. У тебя все получится только тогда, когда ты сама поверишь в свои силы.
Девочка улыбнулась и, глубоко вздохнув, кивнула.
– Хорошо, я верю в себя, и я верю, что смогу победить Беатрис.
– Вот, так-то лучше, – просияла Диана, – ударь ее от меня как следует, за всех, кто погиб по вине ее магии.
Жасмин кивнула. Разговор с дриадой еще немного настроил ее на битву с Беатрис. Ответив на улыбку Дианы, девочка бросила взгляд на лес, в поисках Джеса. Сквозь листву она заметила его едва различимый силуэт и высокую фигуру Эдмунда. Они о чем-то беседовали, но их разговор Жасмин не слышала, да и не была уверена, что ей это было нужно.
Джес, по совету оборотня, сумел обратиться в волка, правда не такого большого, как сам Эдмунд. Бурая шкура, кажущаяся слишком ухоженной для лесного волка, блестела на солнце, а желтые глаза, кажущиеся проницательными и умными, с интересом обратились на ухмыляющегося оборотня.
– Неплохо, – прокомментировал он и глотнул из своей фляжки какого-то напитка, – Очень неплохо, учитывая, что ты обзавелся этим умением вчера.
Оборотень похлопал волка по спине, вновь усмехнувшись.
– Вот только облик волка маловат будет, если ты хочешь задать Беатрис жару, – заметил Эдмунд.
Волк недовольно дернул ушами и вновь обратился в мальчика.
– А что, по-вашему, подойдет? – спросил он – Виверна? Не думаю, что мне удастся принять ее облик. По крайней мере, не сейчас.
Эдмунд пожал плечами и обвел взглядом лес, будто стараясь найти среди окруживших их ветвей что-то отличительное.
– Ладно, раз так считаешь, сделаешь, когда будет нужно – согласился оборотень, снова взглянув на Джеса – Но какой у вас план?
– Его нет – признался Джес, скрестив руки на груди.
Тот выпустил смешок, сев на землю и облокотившись на дерево.
– Импровизация тоже неплохо – с усмешкой подметил он – Планы для слабаков. Только сильные и смелые могут пойти на решительный шаг, не продумывая его последствий, но зная, что он не обернется крахом. Ты, похоже, не боишься предстоящих событий, да?
– Не боюсь – кивнул Джес – Интуиция подсказывает мне, что бояться нечего. Но я не согласен с вашими утверждениями. Возможно, нам в самом деле стоило все обдумать, прежде чем идти к Беатрис. Если совершаешь решительный шаг с полной уверенностью в выигрыше, это далеко не значит, что все пойдет, как надо. Уверенность – не надежность... она может быть неоправданной. Да и наши знания нередко не соответствуют реальности.
Эдмунд хмыкнул.
– Может быть – пожал плечами он – Но раз ты так считаешь, почему же план не придумываешь?
– Я не знаю всех подробностей. Мне не на чем опираться в моем плане. Я знаю только, что Беатрис чего-то хочет от нас с Жасмин. И это что-то если не поможет нам все решить, хотя бы позволит выиграть время, а уж там я что-нибудь соображу.
– Что ж, наверное, ты рассуждаешь здраво – Эдмунд вновь усмехнулся, сделав глоток из фляжки – Да и звучишь так уверенно, что невольно сам начинаю верить в вашу безоговорочную победу.
– А прежде сомневались?
– В голове с трудом укладывается мысль о том, что главного врага королевства одолеют дети, – пояснил Эдмунд, – Когда об этом пророчестве начали шептаться на каждом шагу, это как-то само собой вызывало мой смех и заставляло насмехаться над теми, кто верил в это. С этой проблемой должна была разбираться королевская семья, а не парочка детей, невесть откуда взявшихся. Но, глядя на вас, мои сомнения, по неясной причине, куда-то улетучиваются. Что-то в вас есть. Хотя на первый взгляд в вас нет ничего примечательного, все же, мне кажется, что Салваторы не просто выдумка слетевших с катушек Жриц.
Джес ненадолго замолчал, обдумывая сказанное. Он не сомневался в своих силах и силах Жасмин и был уверен, что им удастся победить, но было приятно знать, что кто-то еще в них верил.
– Спасибо, – пробормотал мальчик.
– Всегда пожалуйста, – Эдмунд вновь поднялся на ноги, – Ну, продолжим превращения?
Тот кивнул, выслушивая предложения оборотня.
Жасмин продолжала рассматривать лес, росшие в нем цветы и деревья. Природа Алио-Мундо и ее облик по неясной причине успокаивали девочку и она могла долго ею любоваться, пусть даже это были крохотные цветочки, не слишком отличные от земных.
Вскоре Джес и Эдмунд вернулись к остальным. Запас интересных историй Люциуса тоже был исчерпан, поэтому все приняли решение разойтись.
– Что ж, рад был познакомиться, – проговорил эльф и нехотя пожал руку Аластеру.
– Взаимно, – ответил он, – невероятно признателен вам, что посвятили во все события, произошедшие за то время, пока меня не было.
Люциус кивнул и быстро убрал руку. Рыцарь повернулся к Эдмунду и Диане.
– Был рад знакомству с вами, – проговорил он, – надеюсь, когда-нибудь наступит время, в котором все Общества смогут жить в мире.
– Что ж, я тоже рад, не каждый рыцарь решит защитить обычного оборотня, – усмехнулся Эдмунд.
– Я против пренебрежительного отношения к другим, непризнанным Обществам, – сказал Аластер, – и сейчас я убедился, что вы заслуживаете подобающего к вам отношения.
– Спасибо вам, я тоже надеюсь, что когда-нибудь все будут считать так же, как и вы, – улыбнулась Диана и повернулась к Салваторам, – удачи вам.
Дети кивнули. Люциус, Диана и Эдмунд двинулись куда-то в лес, иногда переглядываясь, и спрашивая что-то друг у друга. За ними последовал огромный медведь, а на нем устроился совенок.
Салваторам же, Аластеру и Чарльзу, пришлось продолжить дорогу до Беатрис. С каждым метром деревья редели, а разнообразность растений увеличивалась. Кустарники переплетались с другими растениями, образовывали арки, срастались вместе. По ним ползали многочисленные жуки, разных оттенков. Солнце ярко освещало каждую травинку, листочек и насекомое. Природа была прекрасна, каждому ее сантиметру можно было посвятить отдельную картину.
Позже природа снова изменилась. Большую часть занимали кустарники и крупные цветы, растущие с ними бок о бок. Земля вновь стала холмистой, из-за чего продвигаться по ней стало тяжелее. Салваторы, Аластер и Чарльз прошли через узкий ручеек, вытекающий из более широкой реки, в которую из высокой скалы протекал водопад, переливающийся в дневном свете и принимающий завораживающий облик. Возле него раздавались всплески воды, ударявшихся в крупные камни. От реки веяло приятной свежестью, даже на расстоянии чувствовалась речная прохлада.
На какое-то время водопад поймал внимание Жасмин, из-за чего ей пришлось догонять остальных.
Рядом слышался шум из деревни, чьи-то голоса и даже музыка. Наверное, этой деревне приходилось хуже всех остальных, так как она была невероятно близка к логову Беатрис, но кажется, ее жители справлялись.
Вдали показалось широкое поле, усеянное маленькими цветочками, которые будто тонули в густой траве. За ним простирался более густой лес, скрывающий новые холмы. А дальше уже стала видна та самая скала, в пещере которой должна была оказаться Беатрис.
Скала была крутой и невероятно высокой. Ее окружали другие горы, становящиеся дальше все выше и выше, а самые дальние верхушки оказались заснежены. В вышине были видны движения, какие-то птицы, или животные ходили в горах. А по вершине скалы, где была Беатрис, сновали знакомые ящеры и тенебрисы.
Жасмин глубоко вздохнула. Скоро она встретиться лицом к лицу с той, кто держал в страхе не одно королевство. Чем же все это кончится для Жасмин и самого Сакратарума?