Нити забвения:сквозь времена и боль

Золотые сумерки Домино больше не приносили Анике покоя. Восстановленный мир сиял, дышал теплом и благоухал розами, но для неё он казался огромной, роскошно украшенной клеткой.

Девушка сидела на самом краю парящей террасы Императорского Дворца. Она безотрывно смотрела на крошечную, едва заметную серую точку на горизонте — заблокированный портал, ведущий обратно в замерзшее Ниндзяго.

— Если ты просидишь здесь ещё час, то превратишься в одну из тех мраморных статуй дворца. А у нас их и так предостаточно.

Аника вздрогнула и быстро вытерла слезы рукавом. Сзади, тихо стуча тяжелыми походными ботинками по перламутровым плитам, шел Коул.Земляной ниндзя выглядел уставшим. Коул помогал восстанавливать разрушенные окраины Домино, пытаясь занять свои руки работой, чтобы не сойти с ума от мыслей о команде.Он тяжело опустился на край террасы рядом с ней, протягивая девушке кружку чая.

— Держи. Дафна заставила заварить. Сказала, что тебе нужно тепло.

— Спасибо, Коул, — тихо ответила Аника, принимая кружку. — Я не голодна. Правда.

—И вообще, Ани... прекрати это.

— Что «это»? — Аника повернула к нему бледное лицо.

— Изводить себя, — Коул поставил поднос и серьезно посмотрел на неё. — Ты сидишь здесь со вчерашнего дня. Не спишь, не ешь. Ты думаешь, я не чувствую то же самое? Кай, Джей, Ния, Зейн... Ллойд. Они все там. Но если ты сломаешься сейчас, у них вообще не останется шансов.

Аника судорожно вздохнула, прижимая кружку к груди.

— Коул... это из-за меня. Весперус освободился, потому что я активировала ядро. Мой Сумеречный Свет сломал цепи. Я... я сама задула их солнце.

Коул резко притянул её к себе, крепко обняв за плечи своей огромной, сильной рукой. Аника уткнулась лбом в его плечо, чувствуя, как её снова начинает трясти.

— Эй, малявка, послушай меня, — негромко, но твердо произнес Коул, легонько встряхнув её за плечо. — Ты спасала своих родителей. Ты спасала этот мир. Оверлорд подстроил эту ловушку задолго до нашего рождения. Ты не виновата. И мы вернем их. Всех до единого. Слышишь?

— Но как? — Аника подняла на него заплаканные глаза. — Весперус сильнее всего, что мы видели. Его пепел поглощает энергию стихий. Мой свет бессилен.

Коул на секунду замолчал, глядя на портал. Затем на его лице появилась упрямая, жесткая ухмылка.

— Чистый свет бессилен. Но перед тем, как застыть, Зейн что-то анализировал. Я видел, как его датчики мигали красным. Он сканировал силу Весперуса. Зейн — ниндроид, его процессор работает автономно. Если его жесткий диск не поврежден камнем, то вся информация о слабостях Весперуса сейчас находится в его лаборатории в монастыре. Нам просто нужно её забрать.

Аника резко выпрямилась, её глаза округлились.

— Вылазка в Ниндзяго? Но портал заблокирован! Мама и папа ни за что не отпустят нас. Они боятся, что Весперус найдет меня.

— А мы у них и не спросим, — заговорщически подмигнул Коул. — Я знаю обходной путь через пещеры Домино. Первый Мастер оставил там старый пространственный разлом. Он нестабилен, но дракон Дафны сможет перенести нас.

Аника посмотрела на Коула. В её груди впервые за последние дни затеплился слабый, но упрямый огонек надежды. Она поставила кружку на поднос и решительно поднялась на ноги.

— Тогда собираемся. Мы идем за нашими ребятами.

***

Портал, открывшийся в глубине пещер Домино, выплюнул их не во двор монастыря, а чуть ниже — на каменистую тропу, ведущую к главным воротам.

Стоило им ступить на землю Ниндзяго, как Аника невольно вздрогнула. Мир, который она знала, исчез.

Небо над горами Спинджитцу было затянуто тяжелыми, неподвижными тучами цвета грязного свинца. Солнце не могло пробиться сквозь эту пелену, оставляя вокруг лишь тусклые, мертвенно-серые сумерки. Воздух был настолько холодным и сухим, что каждый вдох обжигал легкие, оставляя на губах горький привкус пепла. Вокруг царила оглушительная, неестественная тишина — ни пения птиц, ни шелеста травы. Всё живое словно затаило дыхание под тяжелым покрывалом Затмения.

— Держись ближе ко мне, — шепнул Коул, бесшумно обнажая свой тяжелый молот. — Весперус оставил здесь своих ищеек. Я чувствую их вибрации сквозь скалы.

Они осторожно пробирались вдоль полуразрушенной красной стены монастыря. Повсюду лежал серый, похожий на сажу пепел. Он покрывал деревянные балки, тренировочные манекены и даже камни.

Вдруг Серафина,которая все это время лежала у Аники на руках, резко напряглась. Она издала еле слышный, предупреждающий писк и ткнула лапкой в сторону угла главного здания.

— Назад! — Коул среагировал мгновенно.

Он ухватил Анику за капюшон и силой затащил в узкую нишу за старыми бочками из-под воды, закрывая её своим широким телом.

Через секунду из-за угла медленно выплыли две фигуры.

Это не были люди или ниндзя. Это были Пепельные Фантомы-безликие существа, сотворенные Весперусом из тлена и застывшего света. Они напоминали высокие, истощенные человеческие силуэты, состоящие из клубящегося серого дыма. Вместо лиц у них были плоские маски из серого камня с одной-единственной горизонтальной щелью, из которой сочился холодный стальной свет. Они двигались абсолютно бесшумно, паря в нескольких сантиметрах над землей, и от их прохождения пепел на плитах шевелился, словно живой.

Аника затаила дыхание, чувствуя, как сердце колотится в груди. Один из фантомов остановился всего в паре метров от их укрытия. Его каменная маска медленно повернулась в их сторону, а стальной луч света начал сканировать бочки.

Коул крепче сжал рукоять молота, его мышцы напряглись. Он посмотрел на Анику и одними губами произнес: «Если что — беги».

Аника упрямо мотнула головой. Она осторожно приоткрыла правую ладонь. Потоки прохладного ветра, бесшумные и невидимые, послушно закружились вокруг её пальцев. Она направила легкий воздушный поток в противоположный угол двора, заставив старую жестяную банку с грохотом покатиться по плитам.

Звук в этой мертвой тишине показался оглушительным.

Оба фантома мгновенно развернулись на шум и стремительно, словно скользя по льду, устремились в дальний конец двора.

Коул с облегчением выдохнул и легонько потрепал Анику по волосам.

— Отличный маневр, малявка. Двигаемся во двор. Быстро.

Они выбежали на центральную площадь монастыря, и Аника резко остановилась. Её ладонь сама взлетела к губам, подавляя готовый вырваться крик боли.

Перед ними стояли они. Её друзья. Её семья.

Они застыли именно так, как их застигло проклятие Весперуса.

Справа стояла Ния. Её каменное лицо было искажено криком отчаяния, а рука была протянута вперед. Напротив неё, всего в полушаге, замер Джей. Его серая каменная фигура казалась хрупкой под слоем пепла. Его пальцы были протянуты к Ние, застыв в вечном, недостижимом жесте надежды. Они были так близко, но теперь их разделяли миллионы километров каменной пустоты.
Чуть дальше возвышался Кай. Он застыл в прыжке, сжимая в каменных руках серые, остывшие мечи.
— Прости, Кай... — хрипло прошептал Коул, и на его глаза навернулись слезы. — Мы оставили вас. Но мы вернемся. Я обещаю тебе.

Аника же не могла оторвать взгляда от центра двора. Там, залитый блеклым серым светом, стоял Ллойд.

Его фигура была величественной и трагичной. Он застыл, выставив вперед руки, словно до последнего мгновения пытался удержать невидимый щит, защищая её.

Девушка медленно, словно во сне, подошла к нему. Её ноги были ватными, а из глаз снова непрерывным потоком хлынули горячие слезы.

— Ллойд... — её голос сорвался на тихий всхлип. Она прижалась лбом к его каменной руке. — Мне так жаль. Это я... это я виновата. Если бы я не была такой слабой, если бы я сразу поняла, кто я... ты бы сейчас улыбался мне. Пожалуйста, вернись.

В этот момент глубоко внутри её груди, прямо под ребрами, где спал Источник Света Домино, произошло странное движение. Это не была контролируемая магия. Это был чистый, первородный порыв её души — концентрированная любовь, боль и отчаянное желание вернуть его.

Золотистое тепло из её сердца заструилось по венам, концентрируясь на кончиках пальцев. Оно смешалось с легким, прохладным ветром её стихии.

Мягкое, невероятно нежное золотое свечение перетекло с её ладони на каменные пальцы Ллойда.

Хрусть...

В этой абсолютной тишине звук показался подобен грому.

Коул резко обернулся, его глаза расширились.

— Ани! Что ты делаешь?!

Аника приоткрыла глаза и ахнула. На серой, шершавой поверхности каменного указательного пальца Ллойда появилась тонкая, извилистая трещина. Из этой трещины, пробивая серый пепел, пробился крошечный, но яркий золотистый луч света, пульсирующий в такт её собственному сердцу. Камень вокруг трещины на секунду стал теплым.

— Он... он живой! — прошептала Аника, её сердце бешено заколотилось. — Коул, смотри! Он реагирует на мой свет!

— Тихо, Ани! — Коул подбежал к ней и осторожно, но настойчиво потянул за плечи назад. — Я вижу! Но если ты продолжишь сейчас, Весперус почувствует всплеск Источника. Его фантомы уже близко. Нам нужно забрать диск Зейна и уходить. Это наш единственный шанс спасти их всех, а не только согреть один палец!

Аника понимала, что он прав, но оторваться от Ллойда было невыносимо больно. Она сделала глубокий вдох, заставляя свою магию утихнуть. Золотая трещина на руке Ллойда медленно погасла, но осталась там — маленькая, светящаяся золотая вена среди мертвого серого камня. Символ того, что надежда жива.

***

Они пробрались в жилые помещения монастыря и спустились в подземную лабораторию Зейна. Здесь было темно и невероятно холодно. Все приборы, экраны и компьютеры были покрыты толстым слоем инея и пепла.

Посреди лаборатории, у своего рабочего стола, застыл Зейн. Его титановое тело было покрыто серым каменным коконом, а синие глаза-сенсоры навсегда погасли.

Коул подошел к нему, на его лице отразилась глубокая скорбь. Он бережно положил руку на металлическое плечо друга.

— Прости, Зейн. Мы должны забрать твои данные.

— Где он мог спрятать карту памяти? — встревоженно спросила Аника, оглядывая заваленные пеплом столы. — Здесь сотни ящиков.

— Зейн всегда был параноиком, когда дело касалось безопасности данных, — Коул слабо улыбнулся, вспоминая былые времена. — Он никогда не хранил важную информацию на внешних носителях. Всё самое ценное он дублировал на резервный чип, который находился... в его собственном левом предплечье. Под титановой пластиной.

Коул достал из кармана небольшой набор инструментов, который прихватил с собой. Он аккуратно очистил от инея левую руку каменной статуи Зейна и нашел скрытый разъем под локтем.
— Ани, придержи его руку, — попросил он.

Аника подошла ближе, бережно поддерживая тяжелую каменную конечность ниндроида.

Коул аккуратно нажал на скрытую кнопку. С тихим, сухим щелчком каменная панель на предплечье Зейна приоткрылась, обнажая небольшое металлическое гнездо. Внутри него, защищенный герметичным корпусом, ровно мерцал крошечный синий светодиод. Резервный чип был цел!

— Есть! — победно прошептал Коул, аккуратно извлекая чип с помощью пинцета. — Зейн, ты просто гений.

В этот момент Серафина резко вскочила на лапки. Она издала громкий, панический писк и яростно зацарапала когтями по столу, указывая на вентиляционную решетку под потолком.

— Коул! — крикнула Аника, инстинктивно делая шаг назад.

Из вентиляционной шахты с шипением повалил густой, серый пепельный туман. Он стремительно заполнял комнату, превращаясь в воздухе в длинные, костлявые щупальца фантомов.

— Нас обнаружили! Бежим! — рявкнул Коул, пряча чип в карман и хватая свой молот.

Они бросились к выходу из лаборатории, но путь в коридор уже был отрезан. Три Пепельных Фантома медленно плыли им навстречу, их каменные маски светились зловещим стальным огнем.

— Назад, малявка! Я прикрою! — Коул выступил вперед, его тело мгновенно покрылось прочной земляной броней.

Он с силой обрушил свой молот на каменные плиты пола. Мощная ударная волна пошла по земле, выбивая каменные осколки и заставляя стены лаборатории дрожать. Один из фантомов, попав под удар, рассыпался серым дымом, но два других лишь заколебались и продолжили движение, выпуская в Коула струи пепельного тумана.

— Коул, берегись! — закричала Аника.

Она сделала быстрый выпад вперед. Её левая рука вспыхнула фиолетовым Они-пламенем, а правая — золотым светом. Она соединила ладони, создавая мощный вихрь Сумеречного Света. Двухцветная буря с ревом пронеслась по лаборатории, врезаясь в фантомов.

Сила Они в её энергии мгновенно растворила пепельный туман, а свет Домино выжег каменные маски существ. Фантомы с глухим шипением испарились, оставив после себя лишь кучки серой пыли на полу.

— Невероятно... — выдохнул Коул, глядя на неё с восхищением. — Твоя сила действительно работает против них!

— Но её слишком мало! Я чувствую, как Весперус приближается! — крикнула Аника, тяжело дыша. — Нам нужно уходить! На улицу!

Они выбежали во двор монастыря. Но ситуация здесь стала еще хуже.

Пепельный туман полностью заполнил двор, превращая его в серое, непроглядное болото. Из этого тумана одна за другой начали формироваться десятки серых фигур фантов. Они окружали их плотным кольцом, отрезая путь к воротам.

В самом центре двора, прямо над каменной статуей Ллойда, туман сгустился, образуя гигантский теневой силуэт Весперуса. Его стальные глаза холодно смотрели на Анику.

— Ты вернулась, принцесса, — прозвучал его могильный шепот в её голове. — Какая глупость. Ты сама принесла мне мой Источник. Отдай его — и я избавлю тебя от мук.

— Никогда! — крикнула Аника, её голос вибрировал от Они-ярости. Она приготовилась к бою, хотя понимала, что их силы неравны.

Весперус лишь узко прищурил свои стальные глаза.

— «Никогда» — слишком громкое слово для смертной, — прошелестел его голос, — Ты думаешь, твой упрямый дух сможет защитить тебя от того, что неизбежно?

Он поднял свою длинную, бледную руку. Из его растопыренных пальцев со свистом вырвалась не просто струя — истинный цунами из серого пепельного тумана.

— Ани, за меня! — рявкнул Коул.

Земляной ниндзя шагнул вперед, с размаху вонзая свой тяжелый молот в каменные плиты двора. Мощный пласт земли вместе с фрагментами старинной кладки поднялся вверх, образуя импровизированный монолитный щит между ними и наступающим туманом.

Но пепел Весперуса не ломал преграды — он растворял их. Стоило серой волне захлестнуть возведенную стену, как прочный гранит прямо на глазах начал крошиться, превращаясь в сухой, безжизненный песок. Щиты Коула таяли, как сливочное масло на раскаленной сковороде.

— Он разъедает стихии! — закричал Коул, изо всех сил упираясь ногами в дрожащую землю.— Ани, твоей силы не хватит, чтобы сдержать всю эту массу!

Аника не слушала. Вскинув руки, она выпустила мощный столп Сумеречного Света, пытаясь перерезать пепельный поток. Двухцветная плазма с треском врезалась в туман. В месте удара пепел яростно шипел и испарялся, но на место сгоревшего тумана тут же приливали новые, неисчерпаемые волны Затмения.

Аника почувствовала, как от нечеловеческого напряжения в висках застучала кровь, а из носа потекла тонкая алая струйка. Её сила таяла.

— Скоро твоя искра станет моей, — торжествующе прошептал Весперус, смыкая пальцы.

Серый туман обрушился на них с трех сторон одновременно, пробивая защитные барьеры. Коул уже заносил молот для последнего, отчаянного удара, заслоняя Анику своим телом, как вдруг...

Небо над монастырем сокрушительно разорвалось.

Светящийся, золотисто-фиолетовый разлом рассек свинцовые тучи. С оглушительным, вибрационным ревом из разлома вырвался гигантский двухголовый королевский дракон Домино.

На спине дракона стояли Дафна и Марсель.

— Назад от моей дочери!— выкрикнула Дафна.

Её руки были распростерты, а тело полыхало чистейшим светом Источника. Она направила в Весперуса ослепительный, концентрированный луч золотого огня. Свет ударил прямо в теневой силуэт Владыки Затмения. Весперус издал глухой, раздраженный шип, и его пепельная волна на секунду захлебнулась.

В то же мгновение Марсель совершил невероятный, гравитационный прыжок со спины дракона. Он зарычал, превращаясь в полете в гигантского Они-воина.

Покрытый фиолетовым пламенем, он с грохотом приземлился точно между Аникой и наступающими фантомами, создавая вокруг детей плотный, непроницаемый щит из тяжелой силы Они.

— Всплываем! На дракона, живо! — рявкнул Марсель, сгребая Анику вместе с Серафиной одной рукой, а второй мертвой хваткой вцепившись в воротник кимоно Коула.

Серафина ловко цеплялась когтями за его доспех, а Коул, не теряя секунды, активировал остатки своей силы земли, чтобы подтолкнуть их вверх. Мощным толчком Марсель взмыл в воздух, устремляясь к снижающемуся дракону.

Весперус, придя в себя от удара Дафны, взвился в воздух серым смерчем.

— Вам не уйти! Этот мир уже принадлежит мне!

Он выпустил вслед улетающему дракону гигантское пепельное копье. Дафна мгновенно среагировала: она выбросила перед собой золотую сферу, принимая удар на себя. Сфера распалась с оглушительным треском, но дала дракону те самые драгоценные секунды.

Марсель вместе с детьми рухнул на широкую спину дракона.

Дафна взмахнула руками, и перед носом ящера распахнулся ослепительный золотой портал. Дракон взмахнул огромными крыльями и устремился в сияющие ворота.

Золотой портал с грохотом захлопнулся, погружая их в звенящую пространственную тишину.

Дракон вылетел из пространства и тяжело опустился на перламутровые плиты центральной площади Императорского Дворца Домино.

***

— Мы расшифруем данные Зейна, — чеканно произнесла Аника. — Мы найдем слабость Весперуса. Мы найдем способ обратить его пепел в пыль. И я заставлю его лично разбить каждый миллиметр камня на теле Ллойда и ребят.

Дафна и Марсель смотрели на свою дочь с смесью гордости и глубокой тревоги. В этот момент перед ними стояла не хрупкая девочка, потерявшая память, а настоящая Принцесса Сумеречного Света, готовая пройти сквозь ад ради своей семьи.

Но в этот самый момент весь замок Домино содрогнулся.

Глухой, вибрационный гул пронесся по парящему архипелагу. Великий Кристалл ядра Домино, сиявший в центре площади, издал жалобный, хрустальный звон.

Все обернулись.

По золотистой поверхности Великого Кристалла медленно, но неумолимо поползла тонкая, паутинообразная серая трещина. Из неё вырвалась тонкая струйка пепельного тумана, который тут же заставил завянуть нежно-розовые розы у подножия постамента.

Затмение Весперуса больше не было заперто в Ниндзяго. Отраженная волна его силы дотянулась до Домино.

Аника сжала чип Зейна в кулаке с такой силой, что металл въелся в кожу. Время утекало.