Нити забвения:сквозь времена и боль

Лаборатория Императорского Дворца Домино сияла перламутром и чистым хрусталем.

На центральном пьедестале, в окружении искрящихся золотых нитей, лежал синий резервный чип Зейна.

Коул и Аника стояли у консоли, не сводя глаз с мерцающего луча. Рядом возвышались Дафна и Марсель.

— Стабильный контакт установлен, — тихо произнесла Дафна, проводя ладонью над фокусным кристаллом. — Архивы твоего друга оживают.

Воздух над пьедесталом сгустился. Золотые нити света переплелись, образуя полупрозрачную, синеватую трехмерную фигуру Зейна. Ниндроид выглядел так, каким они помнили его за секунду до падения: сдержанным, со сложенными на груди руками, но с одухотворенным, глубоким взглядом.

— «Запись резервного протокола №412», — раздался в тишине лаборатории знакомый, слегка вибрирующий голос Зейна. — «Если вы читаете это послание, значит, мой основной процессор заблокирован, а Ниндзяго поражено внешней архаичной аномалией. Мои датчики успели провести экспресс-анализ структуры энергии Затмения перед полной петрификацией...»

Аника невольно затаила дыхание, подступив ближе. Коул молча положил руку ей на плечо, слегка сжав его в знак поддержки.

— «Сила Весперуса — это не элемент и не магия», — продолжала голограмма Зейна. — «Это статичная пепельная пустота. Она работает по принципу абсорбции: стоит любой стихии столкнуться с пеплом в зафиксированном состоянии, как Весперус вытягивает её молекулярный импульс, обращая плоть и энергию в камень. Однако мои вычислительные системы обнаружили единственное слепое пятно в его защите».

— Слепое пятно? — выдохнул Коул. — У него есть слабость?

— «Да», — ответил голографический Зейн, словно слыша его вопрос. — «Весперус бессилен против материи, находящейся в состоянии постоянной, сверхчастотной трансформации. Если сила не застаивается в одной форме, пепел не успевает поглотить её вектор. В древних текстах Домино описан артефакт, созданный Первым Мастером Кружитцу для сдерживания этой аномалии — Зеркало Первого Рассвета. Оно способно преломлять любую атаку, придавая ей хаотичный, непрерывно меняющийся спектр».

Голограмма Зейна сменилась чертежом: перед ними возникла проекция изящного круглого диска, высеченного из золотого нефрита и обсидиана.

— «Зеркало спрятано в Затонувших Садах — на самом нижнем, полузатопленном ярусе парящих архипелагов Домино», — произнес Зейн, и его проекция начала медленно истаивать. — «Аника... Коул... если вы слышите меня... не теряйте надежды. Мои логические алгоритмы указывают: вероятный шанс нашей победы равен девяноста четырем процентам. Берегите друг друга. Вы — всё, что осталось от Ниндзяго...»

Синий свет погас. Проекция исчезла, оставив после себя лишь тихий гул активированных кристаллов.

В лаборатории повисла тяжелая тишина.

Аника смотрела на пустой пьедестал, и на её глаза снова навернулись слезы. Голос Зейна — спокойный, разумный, родной — словно на мгновение вернул её в тот уютный монастырь, где они шутили и пили чай. Но реальности вокруг напоминала: Зейн, Кай, Джей, Ния и Ллойд сейчас стоят серыми, холодными статуями среди мертвого пепла.

— Эй, ну-ка отставить сырость, — раздался теплый, басистый голос Коула.Земляной ниндзя опустился на одно колено прямо перед ней, заглядывая ей в глаза. Он бережно поддел пальцем её подбородок, заставляя смотреть на себя.— Ты слышала Зейна? Девяносто четыре процента. А Зейн никогда не ошибается в цифрах. У нас есть карта, у нас есть цель.

— Но если мы не успеем? — тихо прошептала Аника, и её голосок дрогнул. — Коул... я так боюсь. Я боюсь, что когда мы вернемся, их камни окончательно рассыплются. Я боюсь потерять и тебя тоже.

Коул слабо улыбнулся. На его широком, мужественном лице проступила та самая непоколебимая, братская теплота, которая всегда спасала команду в самые темные времена. Он аккуратно смахнул слезинку с её щеки своим большим, мозолистым пальцем.

— Слушай меня внимательно, малявка, — проговорил Коул с искренней нежностью. — Ты меня не потеряешь. Я — Мастер Земли. Я твердый, как эта скала, и занудный, как лекции Ву. Чтобы избавить тебя от меня, Весперусу придется приложить гораздо больше усилий. Я твой старший брат, Ани. Марсель и  Дафна доверили тебя мне, а Ллойд... Ллойд доверил мне самое дорогое, что у него было. Я буду перед тобой как щит. Всегда.

Аника не выдержала и порывисто обняла его за шею, уткнувшись носом в его прочное черное кимоно. Коул крепко прижал её к себе, гладя по светлым волосам одной рукой, пока Серафина у него на плече довольна заурчала, ткнувшись носом в их щеки.

Марсель, стоявший у дверей вместе с Дафной, смотрел на них с нескрываемой гордостью. Он подошел ближе, положив свою тяжелую ладонь на плечо Коула.

— Затонувшие Сады — опасное место. После катастрофы они опустились в самую бездну парящих островов, где течения жидкого света переплетаются с древними ловушками. Вы должны идти вдвоем. Мы с Дафной останемся здесь, чтобы удерживать барьер вокруг Императорского Дворца.

— Мы принесем Зеркало, — твердо сказала Аника, вытирая глаза и поднимаясь на ноги. В её взгляде снова полыхнула сталь. — Пошли, Коул.

***
Путь в Затонувшие Сады лежал через гигантские вертикальные колодцы Домино, по которым когда-то низвергались водопады жидкого света. Чем ниже они спускались по заброшенным, скользким винтовым лестницам, тем гуще становился золотистый туман, а воздух пропитывался запахом озона и древней сырости.

Коул шел первым, осторожно прощупывая каждую каменную ступень своим тяжелым молотом. Аника шагала следом, удерживая на руках Серафину, которая крутила пушистой головой, реагируя на каждый шорох.

— Знаешь, — нарушила тишину Аника, пытаясь отвлечься от давящей глубины. — А ведь Джей в детстве уверял меня, что ты боишься высоты.

Коул едва не поскользнулся на мокром камне и саркастично хмыкнул, не оборачиваясь.

— Джей слишком много болтает. Я не боюсь высоты. Я просто... глубоко уважаю гравитацию. Это разные вещи. И вообще, если бы ты видела, как он паниковал, когда впервые увидел Серафину, ты бы не слушала его сказки.

— Он назвал её «опасным пушистым облачком», — улыбнулась Аника, и эта короткая, светлая воспоминание на мгновение согрела её сердце. — Коул... а какими вы были до того, как нашли меня? До того, как я появилась в монастыре?

Земляной ниндзя на секунду остановился, глядя вниз, где в золотистой дымке проступали очертания затонувших белых арок.

— Мы были просто шумной кучкой мальчишек, которые думали, что спасать мир — это легко и весело, — мягко ответил он. — Кай вечно лез на рожон, Джей кричал по любому поводу, Зейн цитировал энциклопедии. А потом появилась ты. Маленькая девочка.—Коул повернулся к ней, и его взгляд стал глубоким.— Ты сделала нас настоящей семьей, Ани. До тебя мы были просто командой воинов. Но когда появилась ты, мы все поняли, что нам есть кого защищать не просто как «мир», а как младшую сестренку. За тебя каждый из нас готов был отдать жизнь.

Аника сжала губы, почувствовав, как алая волна тепла разлилась по жилам. Она сделала шаг вперед и крепко сжала руку Коула.

— Ты никогда раньше не рассказывал мне об этом. Спасибо, Коул. За то, что ты рядом.

Они вышли на гигантскую, наполовину ушедшую под золотистую воду платформу. Это и были Затонувшие Сады. Повсюду высились полуразрушенные колонны, свисали хрустальные лианы, а в центре платформы, на затопленном алтаре, покоился диск Зеркала Первого Рассвета. Он тихо пульсировал переливающимся, постоянно меняющим оттенок свечением — от небесно-голубого до глубокого фиолетового.

Аника сделала шаг к алтарю, но в этот момент вода вокруг платформы яростно забурлила.

Из золотистой жидкости с оглушительным шипением вырвались три гигантские тени. Это были не обычные Фантомы — это были Пепельные Стражи Затмения, оставленные Весперусом для охраны артефакта. Их тяжелые бронированные тела состояли из прессованного серого камня, а в руках они держали огромные цепы из пепельного тумана.

— Засада! — закричал Коул, мгновенно заслоняя Анику и вскидывая свой молот. — Бери Зеркало, я задержу их!

— Нет, мы деремся вместе! — выкрикнула Аника.

Она выхватила из-за пояса свои боевые веера. Левая рука полыхнула фиолетовым Они-пламенем, правая — золотом Источника. Она попыталась нанести привычный, прямой удар Сумеречным Светом, но один из Пепельных Стражей просто подставил свой каменный щит. Статичная пепельная энергия Стража мгновенно поглотила её атаку, едва не перекинувшись по лучу света прямо на руку Аники.

Девушка с криком отпрянула назад, тяжело дыша.

— Моя атака бессильна! Он впитал её!

— Вспомни, что сказал Зейн! — громко крикнул Коул, парируя тяжелый удар цепа своей земляной броней. От столкновения во все стороны разлетелись искры. — Постоянная трансформация! Не бей их монолитным лучом, Ани! Меняй частоту! Переключай стихии на лету!

Аника замерла на долю секунды. Менять частоту... Не дать пеплу ухватиться за одну форму.

Она закружилась в быстрой, изящной танец-стойке Кружитцу. В её руках золотой свет мамы мгновенно сменялся фиолетовым пламенем отца, а затем подхватывался прохладным, резким вихрем ветра. Свет — Тьма — Ветер — Свет! Энергия вокруг её вееров превратилась в хаотичный, переливающийся всеми цветами радуги шторм.

Она сделала стремительный выпад. В этот раз её Трансформирующийся Шторм врезался в пепельного Стража.

Пепел монстра попытался поглотить свет, но не успел — магия мгновенно сменилась яростной тьмой Они, а затем резко превратилась в разрезающий ветер. Каменная броня Стража не смогла подстроиться под непрерывную смену стихий. С оглушительным, трескучим звуком пепельное существо разорвало изнутри, и оно рассыпалось горсткой серой пыли в воду!

— Получилось! — восторженно выкрикнула Аника.

Она подбежала к алтарю, подхватила тяжелое, сияющее Зеркало Первого Рассвета и прижала его к груди. Артефакт мгновенно отозвался на её магию, окутывая её и Коула мерцающим, защитным аурой-коконом.

— Есть Зеркало! — крикнула она Коулу. — Уходим!

Но в этот самый момент весь парящий массив Домино над их головами содрогнулся от страшного, апокалиптического удара.

БУУУУУМ!

Звук был настолько оглушительным, что древние колонны Затонувших Садов покрылись трещинами, а золотая вода пошла гигантскими волнами. Сверху, с верхних ярусов Домино, донесся полный боли и ярости рев Марселя и оглушительный взрыв золотой магии Дафны.

— О нет... — бледнея, прошептала Аника. — Они прорвались.

— Наверх! Быстро! — Коул подхватил Серафину, схватил Анику за руку, и они бросились обратно к винтовой лестнице.

Когда они выбежали на центральную площадь Императорского Дворца, перед ними предстала картина настоящего ада.

Золотое небо Домино было согнуто и разорвано колоссальным, серо-свинцовым пространственным разломом. Из этого разлома, словно саранча, высыпали сотни Пепельных Фантомов и гигантских теневых тварей. Все нежно-розовые розы, распустившиеся на стенах дворца, сгорели дотла, превратившись в серую пыль. По перламутровым плитам площади стремительно расползались черные, ледяные трещины Затмения.

В самом центре площади сражались Дафна и Марсель.

Императрица Домино полыхала золотым огнем, удерживая огромный купол над ранеными жителями города, но её лицо было смертельно бледным, а из уголка губ текла алая струйка крови — защита чистого Света таяла под непрерывным натиском пепла. Марсель, принявший свою полную Они-форму с гигантскими рогами и парными клинками, яростно крушил фантомов, но их было слишком много.

А над всем этим хаосом, паря в воздухе на высоте нескольких метров, возвышался сам Весперус.

Его серые рваные одежды развевались на несуществующем ветру, а стальные глаза холодно и торжествующе смотрели на разрушение.

— Жалкие остатки древних родов... — гремел его могильный голос над площадью. — Ваш мир уже мертв. Вы просто отдаляете неизбежное. Отдайте мне Ключ, и я подарю вам быстрый покой в камне!

— Никогда!— зарычал Марсель, бросаясь на него в прыжке.

Но Весперус лишь лениво взмахнул рукой. Колоссальная волна тяжелого пепельного тумана ударила Императора в грудь. Сила Они Марселя вспыхнула, сопротивляясь, но пепел начал быстро покрывать его бронированное тело серым панцирем. Марсель с глухим рокотом рухнул на колени, а его ноги и руки стремительно превращались в камень!

— Папа! — истошно закричала Аника, выбегая на площадь.

— Марсель! — Дафна кинулась к мужу, ослабляя защитный купол. Пользуясь этим, десятка Пепельных Фантомов мгновенно окружила Дафну, связывая её движения пепельными цепями. Императрица упала рядом с застывающим супругом, ее золотой свет угасал на глазах.

Весперус медленно повернул свою бледную главу к Анике и Коулу. На его лице появилась зловещая, торжествующая ухмылка.

— А вот и мой Ключ. И мой маленький земляной червь. Вы опоздали. Твой отец уже превращается в камень, мама бессильна, а этот мир станет моей первой жертвой в новом Затмении.

Он поднял обе руки. Огромный, всепоглощающий смерч из серого пепла и колючего льда сформировался над площадью, устремляясь прямо на Анику, Коула и Серафину.

***
— Коул, Зеркало! — крикнула Аника, пытаясь поднять артефакт.

Но пепельный смерч Весперуса двигался с невероятной скоростью. Аника понимала: она просто не успеет активировать трансформирующий спектр Зеркала. Смертоносная волна серого небытия была в паре метров от них.

— Назад, Ани! — заорал Коул.

В этот момент в земляном ниндзя что-то сломалось. Вид застывающего Марселя, плачущей Дафны и хрупкой Аники, которую он поклялся защищать ценой своей жизни, пробудил в нем то, что спало годами. Он был Мастером Земли. Но земля — это не просто холодный гранит или сухой песок. Земля — это раскаленное, бурлящее, живое ядро планеты!

Коул с нечеловеческим рыком вонзил обе руки прямо в перламутровое покрытие площади, добираясь до акведука с жидким золотым светом.

— СВЕТ И ЗЕМЛЯ! — закричал он, и его голос перекрыл рев смерча.

Он не просто призвал стихию — он заставил свою силу Земли впитать и расплавить в себе тепловую энергию Источника Домино!

Произошло немыслимое.

Черное кимоно Коула мгновенно сгорело. Его кожа, мышцы и кости прямо на глазах превратились в прочнейшую, черную как ночь вулканическую породу. Но сквозь трещины в этой черной породе вырвалось ослепительное, огненно-золотое, бурлящее пламя раскаленной магмы! Его глаза вспыхнули чистым оранжевым огнем, а вокруг ног забурлила настоящая, расплавленная лава.

Коул обрел свою высшую форму — Магматическое Ядро.

Он шагнул вперед, заслоняя собой Анику, и с размаху обрушил свои пылающие магматические кулаки на землю.

БУУУУУМ!

Из-под перламутровых плит вырвалась гигантская стена из раскаленной, бурлящей лавы и жидкого золотого огня. Когда пепельный смерч Весперуса врезался в эту магматическую стену, произошло невероятное: пепел не смог поглотить атаку! Раскаленная температура Магматического Ядра Коула и непрерывное горение Источника просто сжигали серую пыль в воздухе, превращая ее в безобидный пар!

— Что?! — впервые на холодном лице Весперуса проступило глубокое изумление. — Жар пламени и тяжесть камня... Слияние стихий?!

— Я сказал тебе... — Коул медленно поднимался из лавового озера, его базальтовое тело полыхало огненными трещинами, а голос звучал как гул извергающегося вулкана. — Ты не тронешь мою сестру!

Коул с ревом бросился вперед. Превратившись в пылающий магматический таран, он пробил строй Пепельных Фантомов, буквально сжигая их дотла своим прикосновением, и заставил Весперуса отступить назад!

Но теневая армия была огромна. Сзади, из пространственного разлома, выскочил огромный Пепельный Генерал — четырехрукий теневой монстр с обсидиановыми мечами. Воспользовавшись тем, что Коул связывал боем Весперуса, Генерал с оглушительным шипением прыгнул прямо на Анику, занося свои клинки над её головой!

Аника упала на спину, Зеркало выскользнуло из её рук.

— Ани! — закричал Коул, но не успевал развернуться.

В этот смертельный миг маленькая Серафина, сидевшая у ног Аники, сделала то, чего никто не ожидал.

Маленький белый медвежонок с голубыми глазами выскочил вперед, заслоняя собой Анику. Малышка издала громкий, отчаянный, пищащий рев. И в ответ на этот рев вся древняя магия Солнечных Медведей, спавшая в её крови, вспыхнула как сверхновая!

Крошечное тело Серафины засияло ослепительным, божественным золотым светом. Вокруг нее сформировался колоссальный, полупрозрачный дух — гигантская, проекция Взрослого Золотого Солнечного Медведя с огромными светилоносными крыльями!

Солнечный Медведь издал сокрушительный рев, способный двигать горы. От этого рева в воздух поднялась мощнейшая световая волна. Пепельный Генерал, занесший мечи над Аникой, мгновенно разлетелся на миллионы серой пылинок! Световая волна Серафины прошлась по площади, выжигая десятки фантомов и растапливая серый камень, который уже успел сковать ноги Марселя!

Марсель вырвался из каменного плена, восстанавливая силы, а Дафна, освобожденная от пепельных цепей, мгновенно направила свой свет на подкрепление Коулу.

Маленькая Серафина, исчерпав все силы, тяжело опустилась обратно на лапки, снова превратившись в белого пушистого медвежонка, и обессиленно повалилась на руки подбежавшей Аники.

— Спасибо, моя девочка... спасибо, — шептала Аника, со слезами целуя спасшую её малышку.

— Ани, сейчас! — закричал Коул, сдерживая магматическим кулаком гигантский пепельный хлыст Весперуса. — Активируй Зеркало!

Аника подхватила Зеркало Первого Рассвета. Встав посреди площади, она направила артефакт прямо в центр пространственного разлома, где висел Весперус.

Она влила свой Сумеречный Свет прямо в обсидиановую сердцевину Зеркала.

Зеркало Первого Рассвета зазвенело. Его поверхность превратилась в бурлящий, жидкий изумрудно-золотой луч. Артефакт подхватил магию Аники и начал преломлять её со сверхчеловеческой частотой, создавая эффект непрерывной, хаотичной трансформации стихий!

Ослепительный, переливающийся всеми цветами радуги веер света вырвался из Зеркала и ударил точно в Весперуса и его разлом!

— Нет! Это невозможно! — в ужасе закричал Владыка Затмения.

Пепел Весперуса попытался поглотить луч, но не смог: магия преломлялась миллионы раз в секунду, меняя свою структуру от Света к Они-тьме, от Ветра к Огню и Земле. Пепельный туман Затмения начал с шипением гореть и распадаться!

Радужный световой поток Аники сметнул остатки теневой армии, ударил в пространственный разлом и с треском запечатал разрыв в небе Домино!

Весперус, издав полный ярости и ненависти крик, был отброшен обратно в пространственную пустоту Ниндзяго. Разлом схлопнулся.

Над Домино снова воцарилось чистое, золотое небо.

Коул тяжело опустился на каменные плиты. Его базальтовая Магматическая форма постепенно угасала, уступая место обычным человеческим чертам. Он тяжело дышал, всё его тело было покрыто ожогами и сажей, но на лице сияла усталая, победная улыбка.

Аника мгновенно подбежала к нему, опустившись рядом и бережно обнимая его за шею.

— Коул! Ты как? Ты в порядке?!

— Бывало и лучше, малявка, — хрипло ухмыльнулся Коул, легонько ероша её волосы. — Но, кажется, я только что изобрел новый способ жарить пироги без духовки. Как тебе моя новая форма?

— Ты был невероятен, — со слезами на глазах улыбнулась Аника, прижимая к себе уснувшую Серафину. — Ты действительно мой лучший старший брат.

Марсель и Дафна подошли к ним. Марсель с уважением склонил голову перед земляным ниндзя, помогая ему подняться, а Дафна мгновенно приложила свои светящиеся ладони к ранам Коула, исцеляя ожоги.

— Ты спасаешь мою дочь не в первый раз, Коул из Ниндзяго, — произнес Марсель, и его голос был полон глубочайшего почтения. — Домино перед тобой в вечном долгу.

— Мы еще не закончили, — сказал Коул, доставая из кармана синий чип Зейна и поднимая Зеркало Первого Рассвета. — Затмение Весперуса изгнано из Домино, но оно всё еще держит в плену Ниндзяго. Ллойд и остальные всё ещё там. В камне.

Аника встала рядом с ним. Она посмотрела на чип Зейна, затем на Зеркало, а потом — в небо, где за золотыми облаками ждал её разрушенный дом.

Она больше не боялась своей силы. В ней работали три великих наследия, рядом с ней стоял брат, способный управлять магмой земли, с ней были любящие родители и проснувшийся дух Домино — Серафина.

— Мы идем домой, — тихо, но со стальной решимостью произнесла Аника. — Весперус хотел Затмения? Он получит рассвет, который сожжет его пепел навсегда.

Они были готовы к финальной битве за Ниндзяго.