Нити забвения:сквозь времена и боль

В Ниндзяго наконец-то наступил долгожданный, хрустальный покой. После долгих месяцев битв, ледяного плена Домино и бесконечного страха небо над монастырем сияло чистейшей, глубокой синевой. Зло было повержено, миры обрели баланс, а звенящая тишина больше не казалась угрожающей. Она была мирной.

На зеленом холме, возвышающемся над Ниндзяго-Сити, лениво шелестели нежно-розовые лепестки цветущей сакуры. Трава здесь была мягкой, как бархат, и пахла диким медом и прогретой солнцем землей.

Аника сидела на расстеленном клетчатом пледе, подтянув колени к груди. Рядом с ней, свернувшись уютным пушистым комочком, посапывала маленькая Серафина. Белая медведица забавно дергала лапками во сне, прижимаясь к теплому боку девушки, а её небесно-голубые глаза были плотно прикрыты пушистыми ресницами. Аника ласково перебирала пальцами её белоснежный мех, изредка поглядывая на Ллойда.

Юный Мастер Энергии лежал на спине, подложив руки под голову, и жмурился от ярких солнечных лучей. В его волосах запуталось несколько розовых лепестков, что делало грозного лидера ниндзя невероятно домашним и беззащитным.

— Знаешь, — тихо нарушила молчание Аника, лукаво прищурив глаза. — Тебе действительно идет этот покой. Твоя вечная межбровная морщинка «Я должен спасти этот мир» наконец-то разгладилась. Я уж думала, она у тебя приклеенная.

Ллойд негромко рассмеялся, приоткрыв один изумрудный глаз, и повернул голову к ней.

— Очень смешно, Ани. Кто-то же должен хмуриться в этой команде, пока некоторые мастера ветра катаются на воздушных потоках вместо тренировок.

— Эй! — притворно возмутилась девушка, легонько щелкнув его по носу травинкой. — Это называется тактическая разведка с воздуха. И вообще, я теперь дипломированный спаситель Домино. Имею право на законный отгул.

— Дипломированный? — Ллойд приподнялся на локтях, его взгляд потеплел, наполняясь той самой бесконечной нежностью, от которой у Аники внутри каждый раз сладко замирало сердце. — А я думал, ты просто хотела сбежать со мной на пикник.

— Ну... — Аника слегка покраснела, уводя взгляд в сторону горизонта. — Одно другому не мешает. К тому же, в монастыре сейчас слишком шумно. И... там все так странно на меня смотрят.

— Они просто всё еще не могут поверить. Ты ведь... ну, понимаешь. Принцесса. Настоящая наследница древнего Царства Света. Для ребят это... ново.

— Вот именно этого я и боялась, — вздохнула Аника, утыкаясь подбородком в колени. — Я не хочу быть «Вашим Высочеством». Я просто Аника. Девочка, которая ворует пироги Коула, спорит с Каем и заставляет Джея кричать от сквозняков. Если они начнут ко мне относиться как-то иначе... я просто сдую их с горы.

Ллойд тихо хмыкнул, бережно перебирая её светлые пряди, в которых мягко пульсировал едва заметный золотистый свет — наследие её мамы Дафны.

— Обещаю, я защищу тебя от их церемоний. Но если Кай попробует поклониться, я сниму это на видео.

Аника весело толкнула его плечом в плечо.

— Договорились, Мастер Энергии.

***

В это же время в Монастыре Кружитцу кипела жизнь, но весьма необычная. Никаких ленивых потягиваний или банальных тренировок — каждый ниндзя был поглощен своим делом, пытаясь справиться с обрушившимся на них миром.

В кузнице стоял невыносимый жар. Кай, сбросив верхнюю часть кимоно, был сосредоточен до предела. После того как они вернулись из Домино, Кай понял, насколько хрупка жизнь, и теперь пытался довести свое кузнечное мастерство до идеала, создавая медицинские инструменты и защитные каркасы.

Рядом, прямо на каменных плитах двора, расположился Коул. Земляной ниндзя был окружен глиняными горшками, мешками с редким грунтом и ворохом сухих корней. Он пытался вырастить редкий сорт чая «Золотой Рассвет», семена которого ему тайно передала Дафна.

Внутри монастыря, в библиотеке, Зейн сидел за столом, заваленным древними свитками и микросхемами. Его датчики мерцали ровным синим светом. Ниндроид занимался делом колоссальной важности: он переводил уцелевшие, полуразрушенные хроники Домино, которые они успели спасти из Королевского Архива. Зейн пытался сопоставить клинопись древних Стражей Света с современным языком Ниндзяго, изредка тихонько гудя процессором от сложности лингвистических формул.

А в жилом крыле разворачивалась настоящая драма. Ния, одетая в испачканный смазкой рабочий комбинезон, лежала под полом, пытаясь починить прорванную трубу монастырского водонагревателя. Из-под досок доносился её глухой голос и металлический стук гаечного ключа.

— Джей! Я же просила подать мне ключ на четырнадцать, а не отвертку! — крикнула она.

Джей, сидевший на полу рядом со вскрытым люком, испуганно вздрогнул. Один из колков инструмента с тихим треском лопнул, оборвав струну.

— Ой! Ния, прости! Я просто... я запутался в этих струнах! И вообще, почему мы чиним трубы, когда у нас в монастыре теперь живет настоящая королевская семья? Вы вообще понимаете масштаб?!

Коул, услышав это через открытое окно, отложил лопатку и заглянул в комнату.

— Джей прав. Я до сих пор в шоке. Наша Ани — принцесса Домино. Дочь Императрицы Дафны и Императора Марселя. Это же... уму непостижимо.

— Согласно моим вычислениям, вероятность того, что спасенный нами мастер ветра окажется наследницей угасшего космического престола, составляла один к семи миллионам, — подал голос Зейн, заходя в комнату со стопкой переведенных бумаг. — Но факты неоспоримы. Её генетический код содержит три великих наследия.

— Да уж, — Кай вошел в зал, вытирая шею полотенцем. Его лицо было усталым, но на нем блуждала ухмылка. — Представляю, как теперь изменятся наши тренировки. «Ваше Высочество, не соизволите ли вы помыть посуду?» или «Принцесса Аника, ваш ураган сегодня недостаточно изящен!».

—О, я обязательно буду называть её «Ваше Благородие», — хихикнул Джей, наконец-то отложив сломанную лютню. — Интересно, а у неё есть корона? И положена ли нам королевская пенсия за её спасение?

Двери монастыря со скрипом приоткрылись, и во двор вошли Ллойд и Аника. На руках у девушки уютно устроилась проснувшаяся Серафина, которая лениво зевала. Они держались за руки, но стоило им увидеть выстроившихся во дворе ниндзя, как Аника инстинктивно попыталась отпустить руку Ллойда. Тот, однако, лишь крепче сжал её пальцы, подмигнув ей.

Ниндзя переглянулись. На их лицах расплылись абсолютно одинаковые, заговорщические ухмылки.Джей первым шагнул вперед, картинно заложив руку за спину и совершив настолько глубокий, карикатурный поклон, что едва не ткнулся носом в колени.

— О, великая и сияющая принцесса Аника! — провозгласил он самым высокопарным голосом, на который был способен. — Приветствуем ваше возвращение в наши скромные, пыльные чертоги! Не соблаговолит ли ваша милость снизойти до нас, простых смертных, и благословить этот двор своим присутствием?

Кай тут же подхватил игру, встав на одно колено и приложив руку к сердцу.

— Моя королева, ваши верные рыцари Ордена Грязной Посуды ждут ваших великих указов. Кого сегодня казнить через мытье котлов — Джея или Коула?

— Эй! — возмутился Коул, но тоже шутливо склонил голову. — Ваше Высочество, примите этот скромный дар в виде недосаженного чая.

Аника застыла на месте. Её щеки мгновенно вспыхнули пунцовым цветом.Серафина на её руках почувствовала напряжение хозяйки и тихо, предупреждающе зарычала на Джея, выставив свои крошечные белые лапки.

— Ребята, прекратите сейчас же! — простонала Аника, закатывая глаза. — Если еще хоть кто-то из вас назовет меня «принцессой» или «Вашим Высочеством», я устрою в этом монастыре такой ураган, что вы все полетите гостить в Облачное Королевство без билетов!

— О, смотрите, королевский гнев! — продолжал паясничать Джей, пятясь назад. — Как величественно! Как благородно! Ллойд, как тебе спится рядом с особой королевской крови? Не жмет ли корона?

— Джей, лучше замолчи, — покачал головой Ллойд, хотя на его губах тоже играла улыбка. — Она ведь не шутит про ураган.

Анику это откровенно напрягало. Вся эта шумиха, шуточки и излишнее внимание кололи её прямо в сердце.Она резко развернулась, собираясь уйти в свою комнату, но не успела сделать и шага.Внезапно мир вокруг них изменился.

Теплое, ласковое солнце Ниндзяго словно накрыли плотным, грязным стеклом. Свет стремительно тускнел, превращаясь в неестественные, мертвенно-серые сумерки. Воздух за секунду стал ледяным, пронизывающим до самых костей.

— Что за... — Кай мгновенно посерьезнел, его шутливый настрой испарился. — Зейн, твои сканеры что-то фиксируют?

— Температурный фон падает со скоростью десять градусов в секунду, — встревоженно доложил ниндроид, его глаза замигали красным. — Это не природное явление. Пространственные метрики искажены.

По каменным плитам двора монастыря, лениво переваливаясь через красные стены, пополз густой, тяжелый туман. Он не был похож на обычный пар — этот туман был мертвенно-бледным.Он двигался словно живой, гася любые источники света и тепла на своем пути. Все прекрасные нежно-розовые розы, которые Аника посадила у входа, мгновенно почернели, съежились и осыпались безжизненным прахом.

Ниндзя мгновенно выстроились в боевой порядок, обнажая оружие. Ллойд заслонил собой Анику, его тело окуталось защитной зеленой энергией.

Из центра воронки медленно вышла фигура.
Она была высокой, неестественно тонкой и изящной. Существо было облачено в рваные, блекло-серые одежды, которые казались сотканными из самого тлена. Лицо было скрыто под глубоким капюшоном, но из темноты на ниндзя смотрели два холодных, безжалостных глаза, светящихся мертвым светом.

Это был он. Узник Храма Затмения.

— Приветствую тебя, Ключ, — раздался его голос. Он не был громким, но вибрировал прямо в головах ниндзя.— Ты проделала отличную работу в Домино. Твой Сумеречный Свет... он был так восхитительно силен, что растопил мои вековые оковы.

Аника сделала шаг из-за спины Ллойда, крепко прижимая к себе дрожащую Серафину.

— Кто ты такой? И что тебе нужно в моем доме?

Существо тихо, шелестяще рассмеялось. Этот звук походил на шуршание сухих листьев по могильной плите.

— Меня зовут Весперус. Я — Первый Господин Затмения. И я пришел за тем, что принадлежит мне по праву. Мне нужна твоя искра, Аника. Твой Сумеречный Свет — это идеальное топливо. Отдай мне свою силу, и я сделаю это Затмение вечным для всех шестнадцати миров. Отдай её — и твои друзья выживут.

— Мой свет не принадлежит тебе. И я никогда не отдам его чудовищу.

Глаза Весперуса вспыхнули яростным стальным огнем.

— Глупое дитя. Ты сделала свой выбор.

— Ниндзя, к бою! — скомандовал Ллойд.

Кай первым бросился вперед, его мечи полыхнули яростным пламенем. Он совершил высокий прыжок, целясь в Весперуса.

— Получи!

Но Весперус даже не шелохнулся. Он лишь слегка приподнял бледную руку с длинными острыми ногтями и сделал легкий щелчок пальцами.

Из его ладони вырвалась волна серого, пепельного тумана. Стоило этой волне коснуться огненных клинков Кая, как пламя мгновенно угасло, превратившись в серый дым. В следующее мгновение туман окутал самого красного ниндзя. Кай застыл в прыжке. Его лицо, одежда, мечи прямо в воздухе начали стремительно бледнеть, покрываясь шершавой серой коркой. Секунду спустя он тяжело рухнул на каменные плиты двора... превратившись в безжизненную, серую каменную статую. Его лицо навеки застыло в гримасе ярости.

— Кай!!! — в ужасе закричала Ния.

Она направила на злодея мощный поток воды из монастырского колодца, но Весперус просто взмахнул рукой. Водяной поток мгновенно замерз, превратившись в серый пепельный лед, а затем рассыпался пылью. Темный туман настиг Нию и Джея, который пытался прикрыть её своими молниями. Молнии Джея бессильно угасли в серой пустоте.

Через мгновение на месте любящей пары стояли две серые, холодные статуи. Джей застыл, отчаянно протягивая руку к Ние, а её каменные пальцы были в миллиметре от его ладони. Они были так близко, но теперь разделены вечной каменной тишиной.

— Мои системы не могут вычислить тип этой энергии! Она поглощает саму структуру жизни! — Зейн попытался активировать свои ледяные щиты, но серый туман просочился сквозь них. Металлическое тело ниндроида покрылось слоем камня, его синие глаза-сенсоры погасли навсегда. Еще один памятник былому величию команды.

Аника смотрела на это, и её сердце разрывалось от неописуемого, парализующего ужаса. Это было точно так же, как в её кошмаре. Её друзья... её семья превращались в безжизненный камень прямо у неё на глазах.

— Беги, Ани! — Ллойд схватил её за руку, пытаясь оттолкнуть назад. Его тело вспыхнуло золотисто-зеленой энергией Кружитцу на максимуме возможностей. Он бросился на Весперуса, создавая мощный энергетический щит. — Коул! Забирай её и уходите! Быстро!

Коул, чье лицо было бледным от ужаса, схватил Анику под руку.

— Ллойд, нет! Мы не оставим тебя! — кричал он.

— УХОДИТЕ! — это было последнее, что успел крикнуть Ллойд.

Весперус направил на него двойной поток серого пепла. Зеленый щит Ллойда яростно зашипел, сопротивляясь изо всех сил. Юный Мастер Энергии кричал от нечеловеческого напряжения, его ноги уходили глубоко в каменные плиты монастыря. Но сила Затмения была слишком велика.
Аника видела, как серый камень медленно ползет по ногам Ллойда, поднимаясь к его талии, груди...

В свои последние секунды Ллойд повернул к ней голову. Каменная корка уже коснулась его шеи. Его изумрудные глаза, полные безграничной любви, страха за неё и тихой мольбы, встретились с её глазами.

— Я люблю... — прошептали его каменные губы перед тем, как полностью застыть.

Перед Аникой стояла серая, холодная статуя Ллойда. Её любимый Ллойд, который еще полчаса назад обещал защищать её от шуток ребят и нежно держал за руку, теперь был лишь безжизненной глыбой камня.

— ЛЛОЙД!!! — её истошный, разрывающий легкие крик огласил мертвый двор монастыря.

Она попыталась броситься к нему, но Коул мертвой хваткой удерживал.Серафина на её руках жалобно скулила, пряча мордочку.

Весперус медленно повернулся к ним, его стальные глаза сверкнули торжеством.

— Теперь твоя очередь, принцесса. Твой свет станет моим.

Он занес руку, и огромная волна серого пепла устремилась прямо на Анику и Коула.

В этот самый момент небо над монастырем взорвалось ослепительным золотым и глубоким фиолетовым сиянием. Сверху, пробивая пепельные тучи, с громовым ревом опустился величественный двухголовый дракон Домино, чей чешуйчатый панцирь переливался золотом и обсидианом.

На спине дракона стояли Дафна и Марсель. Их лица были суровыми и решительными.

— Назад, чудовище! — выкрикнула Дафна, направляя мощный луч чистого Источника Света прямо в Весперуса. Вспышка на мгновение ослепила злодея, заставив его серую волну рассеяться.

Марсель, совершив колоссальный прыжок со спины дракона, приземлился прямо перед Аникой и Коулом. Его Они-сила бушевала фиолетовым пламенем, создавая временный защитный купол. Он подхватил плачущую Анику одной рукой, а второй мертвой хваткой вцепился в Коула.

— Быстрее на дракона! Мы не сможем удерживать его долго! — рявкнул он.

Серафина ловко запрыгнула на спину Марселя. В следующее мгновение Марсель мощным толчком взмыл обратно на спину гигантского дракона.

Дафна взмахнула руками, открывая прямо в небе сияющий золотой портал, ведущий в Домино. Дракон взмахнул огромными крыльями и устремился ввысь, унося выживших прочь.

Аника, перегнувшись через край седла, сквозь слезы смотрела вниз, на уменьшающийся двор монастыря. Там, среди серого тумана и праха роз, сиротливо стояли каменные статуи её друзей. И в самом центре — Ллойд, навеки застывший в попытке защитить её.

Портал захлопнулся, погружая их в золотистый свет перехода.

Они приземлились на центральной площади Императорского Дворца Домино. Вокруг простирался прекрасный, восстановленный мир — парящие острова, мосты твердого света, цветущие розы на окнах и чистый, теплый воздух. Но для Аники этот мир больше не имел значения. Он казался ей чужим и пустым.

Она скатилась со спины дракона прямо на перламутровые плиты и упала на колени, закрыв лицо руками.Серафина тихонько подошла к Анике, утыкаясь пушистой головой в её дрожащее колено, пытаясь хоть как-то согреть свою хозяйку.

Дафна и Марсель медленно подошли к дочери. Императрица опустилась перед ней на колени, бережно прижимая её к себе.

— Ани... родная моя... мне так жаль, — тихо шептала она, и её собственные слезы падали на светлые волосы дочери.

— Почему?.. — задыхаясь от слез, прокричала Аника, поднимая на мать свои заплаканные глаза. — Кто это?! Почему он превратил их в камень?! Ллойд... он остался там! Мама, мы должны вернуться и спасти его! Должны спасти их всех! Я должна уничтожить этого Весперуса!

Марсель хмуро подошел к краю площади, глядя на парящие архипелаги. Его голос звучал тяжело и глухо:

— Мы не можем вернуться сейчас, Аника. Сила Весперуса... она не похожа на магию Оверлорда. Против неё нет простого оружия.

Дафна помогла Анике подняться и повела её к парапету, откуда открывался вид на величественный Великий Кристалл ядра Домино. Кристалл ровно сиял золотом, но теперь на его гранях изредка пробегали едва заметные серые искры.

— Послушай меня внимательно, дочь моя, — Дафна взяла её за руки, её лицо было бледным и предельно серьезным. — Весперус... он не просто злодей. Его история началась задолго до того, как Оверлорд впервые попытался погрузить Ниндзяго во тьму. Он — Первый Господин Затмения.

Коул поднял голову, прислушиваясь к её словам. — Много тысячелетий назад, когда мой  отец, Первый Мастер Кружитцу, только создавал Шестнадцать Миров, он стремился к абсолютному балансу между Созиданием и Разрушением, — тихим, дрожащим от древнего страха вокалом начала рассказывать Дафна. — Но баланс — это опасная вещь. В попытках соединить свет и тьму отец случайно породил побочный эффект. Сущность, которая не принадлежала ни к свету, ни к тьме. Она питалась их уничтожением. Это и был Весперус.

Дафна сделала паузу, глядя на золотые облака Домино.

— Весперус повелевает силой Затмения.Это сила, которая обращает в камень саму жизнь, высасывая из нее энергию стихий и превращая живых существ в безмолвные памятники. Он пытался поглотить Источник Чистого Света в Домино, чтобы погрузить все шестнадцать миров в вечное, серое небытие, где не будет ни жизни, ни смерти. Только тишина.

— И как его остановили? — хрипло спросил Коул.

— Мой отец, объединился с Древними Стражами Света, — ответила Дафна. — Они создали золотые цепи Баланса и запечатали Весперуса в самом глубоком подземелье этого мира — в Храме Затмения. Печать была абсолютной. Её нельзя было взломать ни чистым светом, ни чистой тьмой. Она была рассчитана на то, что эти силы никогда не соединятся в одном существе.

Дафна печально посмотрела на Анику.

— Но когда ты, Ани... когда ты объединила мой свет и Они-силу твоего отца, чтобы зажечь ядро Домино... Ты создала Сумеречный Свет. Эта уникальная энергия Ключа, пробившая землю Домино до самого основания, сработала как идеальный разрушитель для печати Первого Мастера. Ты... ты сама того не зная, открыла саркофаг Весперуса.

Аника застыла. Слова матери ударили по ней больнее, чем любой физический удар.

— Я... я сама освободила его? — прошептала она, и её глаза расширились от ужаса. — Это... это из-за меня Ллойд стал камнем? Из-за меня ребята...

— Нет, Ани, ты не знала! — Дафна крепко сжала её плечи. — Ты спасала нас. Ты спасала Домино. Но теперь Весперус свободен. И его сила растет с каждой секундой. Ему нужна ты, потому что в тебе горит Источник. Если он поглотит твой Сумеречный Свет, его Затмение станет абсолютным. Ниндзяго, Домино, все шестнадцать миров превратятся в безжизненные каменные руины. Навсегда.

Аника медленно повернулась и посмотрела вдаль, туда, где за золотыми облаками Домино скрывался портал в её разрушенный, замерзший дом — Ниндзяго.

В её душе, глубоко под ледяным панцирем отчаяния и боли, медленно, но верно разгоралось новое, абсолютно незнакомое ей чувство. Это была не просто злость. Это была холодная, расчетливая ярость Они, смешанная с ослепительной решимостью Древних Стражей Света.

Она медленно вытерла слезы с лица. Её взгляд стал твердым и острым, как сталь.

— Мы вернемся, — тихо, но с такой силой, что Коул невольно вздрогнул, произнесла Аника. — Мы найдем способ разрушить его пепел. И я заставлю его заплатить за каждую крупицу камня на теле моих друзей.

Но в этот момент Великий Кристалл ядра Домино за её спиной внезапно издал глухой, тревожный рокот.

Золотой свет на его гранях начал медленно покрываться тонкой, серой паутиной...

Затмение Весперуса уже начало свой медленный, беспощадный марш по Шестнадцати Мирам. И времени у них почти не оставалось.