Можешь идти.
Я зашла в класс и почувствовала это сразу.
Будто воздух стал плотнее.
Все взгляды — одновременно — поднялись на меня. Кто-то резко замолчал, кто-то наоборот зашептался громче, даже те, кто обычно меня не замечал, теперь разглядывали с ног до головы, не стесняясь.
Я медленно прошла к своей парте, стараясь держать лицо спокойным, но ощущение было такое, будто по коже проводят холодными пальцами.
Шёпот расползался по классу, как липкая паутина.
Я уже села, когда до меня наконец дошло.
Футболка.
Я опустила взгляд — чёрная, чуть великоватая, мягко спадала с плеч, и на груди отчётливо выделялся знакомый принт.
Футболка Сын Сика.
В животе неприятно ёкнуло.
Чёрт...
Теперь всё встало на свои места.
Почему так смотрят.
Почему кто-то ухмыляется.
Почему девчонки шепчутся с ядом, а парни смотрят с интересом.
Сзади кто-то хмыкнул:
— Он реально с ней...
Я сжала пальцы, уставившись в парту.
Злость накрыла волной — на него, на себя, на эту дурацкую футболку.
А ему бы это понравилось.
То, что все знают.
То, что все видят.
Я резко выпрямилась, подняла голову и посмотрела прямо перед собой.
Ладно. Хотите смотреть — смотрите.
Как только прозвенел звонок на перемену, я тяжело поднялась с парты, ещё сонная и усталая после скучного урока. В голове всё ещё крутилось вчерашнее, а мысли о Сын Сике никак не отпускали.
Я пошла по коридору, слегка уставившись в пол, но взгляд постепенно сканировал пространство в поисках Ким И-Гема. Он не отвечал на звонки и сообщения, а это начинало слегка нервировать.
У окна стоял парень в тёмной шапке, а по бокам у него — ещё двое ребят. Когда я подошла ближе, они сразу подняли на меня глаза и замолчали.
Их взгляды были настойчивыми, оценивающими, словно они пытались просканировать меня с ног до головы. Особенно задержались на алых следах на шее, ярких и слишком заметных.
Я машинально прикрыла шею рукой, делая вид, что просто зачесалось, хотя внутри было стыдно и жарко одновременно.
Парень в шапке бросил взгляд на мою футболку — ту самую, что принадлежала Сын Сику — и только слегка усмехнулся, будто это забавляло его.
— Чего тебе? — наконец спросил он, голос ровный, без злобы, но с оттенком любопытства.
Я чуть приподняла подбородок, стараясь говорить уверенно:
— Вы не знаете, в каком классе Ким И-Гем?
Они переглянулись между собой, как будто обсуждали, стоит ли отвечать, и парень в шапке сказал с лёгкой насмешкой:
— Прямо за твоей спиной.
Я резко повернулась, и действительно, прямо за спиной была дверь класса. Сердце слегка пропустило удар — казалось, что всё внимание сейчас приковано к мне, хотя я ещё стою в коридоре.
— Спасибо, — выдохнула я и направилась внутрь, стараясь выглядеть спокойно, хотя щёки пылали, а шаги казались громче обычного.
В классе снова все взгляды устремились на меня. Словно в коридоре меня разглядывали лишь из любопытства, здесь же — из оценки и шепота, как будто каждый хотела понять, что со мной произошло, и почему я в футболке Сын Сика.
Я подошла к последней парте, где сидел Ким И-Гем, а рядом с ним стоял парень в очках, оживлённо что-то обсуждая. Я замерла на мгновение, а потом решилась: нужно было сказать то, что давно хотелось.
Ким И-Гем поднял взгляд на меня, но не успел произнести ни слова — его глаза встретились с моими, и в этот момент я почувствовала, как внутри что-то сжалось.
Парень в очках улыбнулся, но не нагло — просто легко и весело:
— О, это же ты, сестра Ким И-Гема?
Я слегка улыбнулась в ответ:
— Да, и я пришла просить прощения у него.
Парень кивнул, ещё шире улыбнувшись, а я опустила взгляд на Ким И-Гема и сказала тихо, но с ноткой тревоги:
— Ты почему не отвечаешь на звонки и сообщения? Я переживала.
Он тут же опустил взгляд в парту, словно увлёкся изучением стола и полностью игнорировал меня. Я вздохнула, разочарованно:
— Ну не обижайся, прости. Я же не виновата, что сердце рядом с ним стучит громче.
Ким И-Гем наконец посмотрел на меня из-под бровей:
— Я тебе и не обвиняю.
— Просто... — он замялся, будто подбирая слова, — не подходи ко мне потом, когда он тебя сломает, хорошо?
Парень в очках слегка приподнял бровь и улыбнулся:
— Сломает в смысле...?
Ким И-Гем ухмыльнулся в ответ:
— Морально. Не физически.
Я закатила глаза и резко сказала:
— Если у вас между собой война, это не значит, что я в этот круг вхожу, ясно?
Он поднял глаза на меня, взглянул строго, но уже без раздражения:
— Можешь идти.
Я фыркнула, сделав вид, что меня это мало трогает:
— Да пожалуйста.
Развернувшись, я направилась к выходу.
Я шла по коридору, всё ещё злая, сжатые кулаки сжимали сумку. Направлялась к своему классу, чтобы наконец отдохнуть от всего этого хаоса, как вдруг кто-то резко перехватил мою руку.
Я резко обернулась.
Передо мной стоял светловолосый парень, тот самый, что раньше стоял у подоконника рядом с типом в шапке. Его улыбка была не простой — в ней была тень злости, но руку он так и не отпускал.
— Отпусти, — сказала я твёрдо, дернув руку.
Он только чуть приподнял бровь и сказал, держась за мою руку:
— Я Чхве Хон Иль, а ты... Т/и, да?
Я снова дернула руку, но безуспешно. Он сжал немного сильнее.
— Правда говорят, что ты с Сын Сиком встречаешься? — продолжил он, с ухмылкой, которая меня раздражала до предела.
Я подняла на него взгляд, голос был холодным:
— Да, правда. А теперь отпусти.
Он усмехнулся, насмешливо наклонив голову:
— А то что? Сын Сику пожалуешься? Да ты ещё одна его игрушка на ночь.
В тот момент во мне что-то щёлкнуло. Я не сдержалась и резко треснула ему по щеке.
Он не стал терпеть: в следующую секунду резкий удар прилетел мне прямо в лицо. Я отлетела назад, схватившись за щеку, по которой уже разливалась боль.
Чхве Хон Иль с улыбкой шагнул назад, будто ничего и не произошло, и вернулся к своим друзьям, оставив меня сжиматься от боли и злости одновременно посреди коридора.
Я собрала себя с трудом и медленно вернулась в класс, щёка всё ещё болела, а на коже остался красный след от удара. Каждый шаг давался с усилием — хотелось просто исчезнуть.
Я оперлась на парту, закрыла глаза на пару секунд и просто провалилась в себя, стараясь не обращать внимания на шепот и удивлённые лица вокруг.
Я лежала на парте, притянув к себе руки, пытаясь погасить внутреннее раздражение и боль на щеке.
И вот прозвенел звонок. Я медленно подняла голову, выпрямилась, и хотя хотелось закрыться в себе, пришлось собраться.