8 часть
- Нам надо подсобрать вещей, в первую очередь, ботинки и рубашку перед встречей Палыча с Карасем, - сказал я Губе.
Губа уже начал понимать серьезность ситуации, и притащил рубашку, в которой ходил в школу.
Я позвонил Максу по поводу ботинок. Дома он уже расслабился, и опять принялся нагловато разговаривать.
- Ну я нашел, приедете заберете! - сказал он.
- Да вроде бы мы договаривались, что ты привезешь, - заявил я.
- Слушай Саша, ты думаешь у меня только этот ваш алкаш, больше дел нет? - прокричал он в трубку.
Как я понял, он вообще зажрался, он видно близко к сердцу принял, что его назначили старшим и решил этим по полной пользоваться.
«Проделаем эту хату, потом на прямую будем работать!» - принял я для себя решение.
- Максим если так, я тогда приеду только за соткой, и за нее куплю ему новые, а свои можешь себе оставить.
- Зима обещает быть холодной! - резким тоном заметил я.
Как я понимал, он не собирался расставаться с соткой, и смягчил тон.
- Ну давай я привезу ботинки, - неохотно заявил он и мы договорились о встрече.
- Да ублюдок, что он о себе возомнил, - возмущался Губа на автобусной остановке.
Макс приехал без авто, и без авто он гораздо проще смотрелся.
- На держи! - нагло заявил он и передал мне кулек, как будто это была подачка именно мне.
- Вы у меня конечно столько времени забрали, - важно добавил он.
- Ну прости нас, - еле сдерживая злость, заявил я.
- Я договорился, готовьтесь на завтра на 10 у него, смотрите, чтобы ничего не учудил, отвечаете головой - добавил он и холодно попрощался.
Я этого не мог гарантировать, так как на этот процесс слабо влиял. Но тем не менее, съехать я уже не мог. Я вспомнил нашу случайную встречу с Максимом, вспомнил как он мне предложил не пыльную работу, и я уже сильно сомневался, что она была мне нужна.
Мы распаковали кулек и внимательно рассматривали ботинки, которые давно уже надо было выбросить на свалку. Еще, ко всему, размер был 45.
- Как ты думаешь, наш принц хоть их не забракует? - спросил я.
- Они не важные, если бы Палыч не был таким ленивым, мог бы себе получше в мусорнике найти, - заявил Губа.
Я согласился с ним. Я помнил, каким он был не благодарным, и трезво осознавал, что от такого презента, он в восторге точно не будет.
- Хоч не хоч, опять придется водку покупать, - подытожил я.
- Пошел он нахер! - вырвалось с уст Губы.
Я был с ним согласен, мы уже практически бросили курить, а про маленькие радости, такие как жвачки или пиво, вовсе забыли. Все имеющиеся деньги мы тратили на нашего кровопийцу, который, ко всему, не был особо благодарен за это и все воспринимал как должное.
- Давай уже потерпим, завтра с Карасем встретиться и все закончиться! - заявил я.
- Все нормально, если эта сука забракует боты я его урою! - добавил Губа. Это был его фирменный номер - сотрясать воздух угрозами, я не стал уточнять, кого именно уроет, Макса или Палыча, так как был уверен, что им двоим абсолютно ничего не грозит.
Наш Палыч, надо отдать ему должное, был человеком бессовестным, или просто понимал свою значимость, или такой был по жизни, мне не известно. Но я уже еле себя сдерживал в его присутствии. Единственное, что мне помогло в этом деле, это мысль, что завтра сюда должен приехать Карась. Палыч презрительно посмотрел на боты, и не высказал ни радости ни благодарности. Боты в правду были не ахти, но на фоне его «скромного» жилища холостяка, смотрелись еще куда ни шло. Вот новые боты за карасевские 100 баксов, точно бы нелепо смотрелись на его лапах, еще и как дружеский презент от двух ребят в рваных кроссовках. Такие себе тимуровцы нашего времени, взяли на попечение человека, который оступился и сбухался, и чтобы он не лазил по мусорникам и не страдал от утреннего похмелья, решившие приносить ему водяру прямо на дом.
А бутылку вообще он взял с таким видом, как будто она была доставлена на дом официантом, которого перед этим закидали чаевыми.
- Надень! - предложил я.
- Потом! - отнекивался он.
- Ну примерь, - упрашивали мы его как приемного сына. Он брыкался, фыркал, но все же примерил.
- Завтра придет покупатель, надо ж выглядеть солидно, - заявил Губа.
Палыч, после этих слов, лишь печально посмотрел на Максима боты, а потом недовольно на нас. Мы заставили, или скорее упросили, полностью его одеться, во все, что принесли. Когда он все надел, я вздохнул с облегчением. Выглядел он вполне.
Я уже перестал чувствовать вонь в его квартире, меня это обстоятельство пугало, так как я понимал, она никуда не делась, я просто привык к этому запаху.
Сняв пальто, он радостно с бутылкой побежал в кухню, и достал свой стакан. Выпив стакан, он как всегда повеселел. После, как я понял, он начал активно напрягать свой мозг, размышляя, что еще можно с нас вытрусить.
Я не ошибся, и после второй рюмки, он выдавил из себя - Уже забыл когда жрал, дайте немного денег.
Произнеся это, он посмотрел на меня глазами бездомной собаки. Как мне хотелось сказать ему то, что надо говорить в таких ситуациях. И только лицо Карася, которое я резко вспомнил, помогло мне совладать с собой.
- Палыч деньги с собой не брал, дома оставил, давай завтра принесу - оправдывался я.
По его взгляду я понял, что он мне не поверил, но я говорил правду, денег у меня с собой действительно не было, правда, дома тоже их не было.
- Давай завтра мы утром зайдем, ты ж будешь дома? - спросил я.
Палыч промолчал, и его молчание меня озадачило.
- Палыч? - вновь обратился я к нему.
- Ну, - неохотно ответил он.
Он всем своим видом показывал, что на меня обиделся. Но мне действительно накормить было его нечем.
- Ты завтра утром будешь дома? – повторил я.
- Да куда мне идти, буду! - зевая, ответил он.
- Тогда скажешь, этому мужику, сколько тебе доплаты надо, только не перебарщивай.
- В чем проблемы, - ответил он странным тоном, и мне показалась, он опять принялся меня передразнивать.
Я посмотрел на его лицо и ужаснулся. Я теперь вспомнил, кого он мне так напоминал, и осознание этого, меня сильно шугануло.
Как то, не так давно, я проходил через подземный переход и обратил внимание на неформала, который играл на гитаре и диким голосом выкрикивал какие то несвязанные слова. У его ног лежала шляпа для подношений, но за это творчество прохожий имел право вытворить все что угодно: разбить ему рожу, плюнуть в морду, надеть гитару на голову, только не поблагодарить за это деньгами. Я тогда остановился и понаблюдал за ним со стороны, и на его футболке я рассмотрел странный портрет, под которым была надпись красного цвета: «satana». Это было точно лицо Палыча. Такая же точно маленькая козлиная бородка, немного заостренные к верху уши, острый нос, такой же точно взгляд, слегка задумчивый и коварный.
«Может Палыч и есть сатана!» - аж передернуло меня от этой мысли. Палыч выдурил у меня все карманные деньги, из за него мы влезли в долги к людям Круглого, и уже оставались считанные дни до возврата. Благодаря ему, Карась, хитрым образом, сделал меня своим должником. Почти неделю я поил и одевал его, вел себя с ним как с близким родственником, и несмотря ни на что, я полностью от него завишу и всецело в его власти. Я не смог его купить, не смог его расположить, единственное, что я смог, так это залезть в долги к двум группировкам. А он, тем временем, тот, кто все получил, никому вообще ничего не должен. Он даже не должен передо мной отчитываться, будет от завтра дома или нет.
«Да вот это мастер развода!» - с ужасом, признавал я. Если он завтра что то отмочит, он даже не будет ни перед кем виноват, за все отвечать буду я. Он, с первого же дня знакомства, не казался мне безобидным простачком, а сейчас я был уверен, что он им никогда и не был.
Потом я вспомнил Максима. Его наглый тон и высокомерное поведение по отношению к нам, меня это просто приводило в бешенство. Я не признавал его как человека, который имеет право меня постоянно вычитывать. Но я сам попал в такую ситуацию, что должен это все терпеть. А все из за кого – из за Палыча. Рожи алка и Максима, только вспомнив их, я начинал дико злиться. Эти двое, буквально за неделю, стали главными моими врагами, но ни одному из них я не мог высказать то, что я думаю. Моя беспомощность в этой ситуации, в которую я сам плавно вляпался, меня просто убивала, и я не знал ни единого способа, как от этого всего избавиться. Я гнал прочь все эти грустные мысли и понял, что сегодняшней ночью я не усну.
- Тогда завтра в 10 утра придет мой друг - опять напомнил я.
- Давай понятно, - ответил он мне таким тоном, каким обычно говорят другие слова, очень плохие слова.
Мы с Губой ушли с плохим предчувствием.
Утром, как и договорились, мы с Губой пришли под парадное Палыча. Мы пришли туда за 20 минут, там нас уже ждал Максим, который опять был без машины.
«Если человека видишь чаще без машины, чем в ней, значит это не его машина!» - подчеркнул я. Видно ему Карась для каких то дел временно давал ее, и уже забрал обратно. Из всего этого значит, Максим не такой уж и серьезный штемп, каким хотел показаться - подытожил я.
За пять минут до назначенного времени, во двор заехал знакомый мерс. За рулем сидел сам Карась, а со стороны пассажирского места вышел холенный мужичек в галстуке и костюме.
- Нотариус! - весело промолвил Макс.
Мы стояли немного в сторонке, Карась посмотрел на нас и даже не кивнув, пошел к парадному. Они с нотариусом зашли в дом. У меня сердце начало биться как барабан.
- Если все нормально, нам сейчас дадут лавэ, - успокаивал себя Максим. Через пять минут они вышли, и я понял, что у меня в жизни появилась большая проблема, которую я вряд ли смогу решить своими силами.
Карась, садясь в авто, кивком головы, позвал нашего старшего. Когда тот подбежал, Карась что то тихо ему проговорил на ухо, от чего тот покраснел как помидор.
Он подбежал к нам и процедил - Никто не открывает!
- Да ладно, у него даже замка нет на двери, - заметил Губа.
- Точно? - переспросил Максим, он был даже больше перепуган, чем я.
- Да, еще вчера вечером не было! - сказал я.
Теперь я знал, моей главной задачей было контролировать каждое слово, которое я произношу вслух. Слова материальны, это выражение как раз для такого случая, каждое неправильное слово может мне стоить сотку, а может штуку, это как Карась будет считать. А такие обычно не мелочились, считали с размахом.
Максим подбежал к машине, и прошептал что то Карасю в окно. Докурив сигареты, они снова вышли из машины и вместе с Максом вернулись в парадное.
- Че Палыч не слышит? - спросил я Губу.
- Может перебухал и до сих пор спит? - предположил он.
- Это падло не простой орешек, я сразу чувствовал, - заявил я.
- Не нагнетай.
- Меня вчера мучило предчувствие, что он все понимает и крутит нами как хочет, - заявил я.
-Не нагнетай, и так не весело, - вздохнув, промолвил Губа.
Мне резко захотелось курить, но я вспомнил, что сигарет у меня нет, все мои деньги были вложены в дело, которое, по ходу, горело на глазах.
Через минут десять, вся делегация вышла из квартиры и села в машину. На нас никто не обратил внимания, как будто нас и не было.
- Рано вышли, что то мне это вообще не нравиться, - заявил я.
Мы внимательно следили за происходящим. Вскоре машина завелась и поехала.
- Куда это они? - взволнованно промолвил Губа.
- Не переживай, они нас так просто не оставят, - промолвил я.
Я был прав, вскоре из за угла дома, выбежал Максим.
- Пацаны - это подстава! - злобно промолвил он.
Глаза его были перепуганными, даже руки немного тряслись.
- Не понял? - заявил я.
- Его нет, мы зашли, никого внутри не было.
- Ну и вонь там, - заметил он.
- Привыкнешь со временем, - добавил я.
- К вам серьезная претензия, - сухо заявил Макс.
- Чего это вдруг? - огрызнулся я.
- Ну как, это ваша проблема!
- Я не могу контролировать его передвижения, - заявил я.
- Если еще раз такое повториться, он вам предъявит! - добавил Макс.
Я видел, он не пытался нас запугивать, он говорил то, что есть.
- Что предъявит? - поинтересовался я.
- В общем то тянуть не куда. Завтра, послезавтра как хотите, но чтобы он был на месте с паспортом. Остальное наше дело!
- Только не злись, меня уже серьезно прессуют, - добавил он.
- Зачем ты деньги брал? - не своим голосом, закричал я.
- Ты думаешь, если бы я не взял, что то бы поменялось? - посмотрев мне в глаза, промолвил он.
Я заметил, что его хорошо обработали, и он реально был напуган. Я был уверен, по школьной привычке, он уже успел Карасю наобещать всего, что только возможно. Плохо было одно, я был с ним в одной связке и тоже, за его слова, буду отвечать.
- Ты деньги хоть не потратил? - посмотрев ему в глаза, спросил я.
-Перестать, я к ним и не притронусь, - убедительно ответил он.
- Вот падло, мы ж сто раз ему говорили быть дома! - возмущался Губа.
- Он еще попьет крови, - тяжело вздохнув, прогнозировал я.
- Я ему попью сука, напьется что подавиться, - грозно заявил Губа.
Эти бессмысленные угрозы в воздух от Губы, как они меня всегда раздражали.
- Ну а что будем делать?
- Дождаться и ночевать что ли с ним до утра? - предложил Губа.
Я вспомнил его желтый матрас, Палыча, в обнаженном виде, и представил себя и Губу лежащими по обоим бокам от него на кровати и стерегущими его до утра.
- Не пусть меня карасевцы лучше в лесу пристрелят, - заявил я.
- Это им не составит труда – подбодрил меня Губа.
- Ну а что еще придумать? - промолвил Губа.
- Давай сначала дождемся нашего красавца, и уже по ходу определимся, - предложил я.
И так мы ждали Палыча возле его дома без сигарет, голодные, еще и под моросящим дожем. В это время, мы себя развлекали сшибанием сигарет у прохожих, но покурить нам так и не удалось. Жлобковатые нам попадались прохожие.
Через три часа, мое терпение окончательно лопнуло. Настроение вообще упало, и я предложил - Давай на пару часов разойдемся по домам и к вечерку нагрянем к нему, если его не будет, уже будем ждать до упада.
- Давай, - согласился Губа.
Я пришел домой, у меня пропал аппетит, и я лишь осилил бутерброд с чаем. Я, полностью обессиленный, упал на кровать и задумался о нашем деле. Самые плохие мои предчувствия оправдались, и я не верил, что это простое совпадение, что он так резко вышел из дома и застрял где то на целый день. Это была его игра, и он в ней обыграл нас в чистую. Что мне требовалось? Максимум, я уже не выполню, задача минимум – это снова договориться о встрече с Карасем, и чтобы Палыч был на хате. Если я смогу это сделать, значит, ко мне предьявы не будет. По крайней мере, по справедливости, не должно быть - поправил себя я. Так как такие как Карась, спокойно предьяву выпишут и на пустом месте. У них своя справедливость.
Я вспомнил, как вступил в этот дело «без пыли», с целью хорошо заработать, сейчас же у меня была одна забота - как от туда выпутаться, не будучи никому ничего не должным. Я вспомнил про десятку, которую нужно отдать через пару дней и у меня резко заболела голова. Если мы не отдадим 10 долларов «Круглым», она превратиться в сотку, если не решу вопрос с Карасем, его сотка превратиться в тысячу. «В таком попандосе я еще в жизни не был!» - с горечью, признал я. Я частенько, по набоям, занимался вымогательством и выбиванием долгов, как я не хотел оказаться на месте моих жертв.
«Что будем делать?» - во всю, принялся размышлять я. «Круглые пошли в жопу, даже думать о них не буду еще один день, так как если даже отдам их деньги, мои проблемы вообще не решаться!» «Надо решать с Карасем, или точнее с Палычем!» - определился я. Мне надо организовать их встречу на хате, если это получиться, значит я уже могу вылезти из этого расклада. По крайней мере, теоретически, поправил себя я, так как Карась единолично будет решать, когда кому уходить. Но, тем не менее, если встреча произойдет, мне хоть что то будет сказать в свое оправдание. Я должен думать только об этом. «Ходил себе на тренировочки, бил себе по грушам: левой – правой, левой - правой – апперкот, никаких тебе забот, а вот влип так влип!» - со вздохом вспомнил я свою беззаботную жизнь недельной давности. «Палыч считает нас за полных дегенератов, и крутит свое кино, это факт. Что остается делать?» «Надо его перехитрить, показать ему, что мы действительно такие и расслабить, и потом дело за малым!» «А как это сделать?» «Неизвестно!»: вздохнув, признал я.
Резко, передо мной возникло гнусное лицо Палыча, сейчас у него уже были рога на голове, и его ехидный смех зазвучал в моих ушах. «Зачем же я его ассоциирую с дьяволом, он ведь меня так точно переиграет!» - гнал я грустные мысли в сторону.
«Паспорт!» - неожиданно вспомнил я. «Кроме того что он должен быть на хате когда я скажу, еще должен быть паспорт. Если его не будет, это будет мой бок!» «Эта падла могла его куда то и спрятать и тогда всему, или точнее, нам с Губой полный капец!»
Я быстро встал, набрал Губу, и уже через минуту мы бежали в сторону дома Палыча. Мы зашли в квартиру, по прежнему, там никого не было. Я запомнил, где он прятал свой документ и, со слабой надеждой, перевернул матрас. Когда я увидел герб СССР на красной обложке, резко до меня начала доноситься знакомая мелодия со словами: «Союз не рушимый республик свободных!» Я хотел даже начать подпевать, но сдержался, так как я еще далеко не все решил.
- Ну что Палыч - ганялыч поиграем в твою игру! - ехидно заявил я.
Он видно нас с Губой вообще принял за кретинов, ни во что не ставил и, соответственно, расслабился.
- Ошибка резидента, - листая паспорт, промолвил я.
- Я кстати знаю аферистов, им можно скинуть паспорт за двадцатку! - заметил Губа.
Он, по ходу, вообще не врубался, во что мы влипли.
- И что, за эти деньги твоя бабушка сможет оплатить твои похороны?- добавил я.
- Не шути так, я что уже плохо реагирую на все это, - не весело заметил Губа.
- Давай идем отсюда, надо думать Губа, этот паспорт, единственное, что нас спасет, - сказал я.
Пока я занимался поиском паспорта, Губа нашел его нычку, и достал от туда пачку Примы.
- Дожился, ворую свои же сигареты у какого то бомжа, - грустно заявил Губа.
- Ты прикинь, как дармовое курит, это последняя пачка из блока, - заметил он.
- Может кого то угостил? - предположил я.
- Этот не угостит, - заметил Губа.
- Ты прав, - согласился я.
Мы вышли из квартиры. Я пару месяцев назад поклялся, что больше никогда не буду курить сигареты без фильтра. Сейчас же, я открыто плевал на эту клятву. «Прима» без фильтра хорошо пошла, даже очень хорошо в нашем случае, и сигареты очень легко улетали одна за другой, как будто это были дамские сигаретки с ментолом.
- Паспорт наш, как организовать нашу встречу? - предложил я тему для обсуждения.
- Ты прикинь Губа, что меня мучает, мы ж его и не пытались разводить. Мы предложили ему разменять квартиру, а это уже его дело, о чем ему с Карасем договариваться. Правильно?
- Правильно, - согласился Губа.
- Так это получается, мы обычные посредники – брокеры, которые сводят покупателя с продавцом и ничего более. Наше дело свести, а хочет Карась его деньгами закидать или развести, нас это не волнует, мы на это не влияем, нам главное организовать эту сделку.
- Ну да, - промолвил Губа.
- Так смотри, мы его позакидывали, чем только его гнидавская душа пожелала, по уши влезли в долги, а он даже не желает встречаться с нашим покупателем.
- Ну да, к чему ты клонишь? - произнес, видно окончательно запутавшийся в моих умозаключениях, Губа.
- К тому, что мы терпилы, которых он развел и кинул. На самом деле, это он квартирный аферист.
После этих слов Губа замер на месте.
- Дожились! - печально вздохнув, произнес Губа.
- Возрази мне? - обратился я к нему.
- Ты прав, что тут скажешь!
- Но он допустил одну, очень грубую ошибку.
- Какую? - взволнованно переспросил Губа.
Я достал из кармана паспорт и показал его - вот эта ошибка!
- Гражданин будь бдителен, главный документ храни в недоступных местах, так как преступный элемент не дремлет! - промолвил я и засмеялся. Вернее пытался засмеяться, но получилось фальшиво.
- Нам надо сегодня, крайний срок, завтра их свести. Он нас считает за лохов, надо будет ему подыгрывать. Что можно пообещать, чтобы он завтра ждал нас дома, вернее Карася ждал?
- Ты ж понял он хитрый, может он уже решил, что нас достаточно надоил и сворачивается? - предположил Губа.
- Я думаю, сильно не свернется, водка для него всегда актуальна, он хитрый, но одновременно жадный.
- А где ее взять, вот в чем вопрос? - по шекспировски грустно промолвил я. Драматизма тут хватало, и Гамлет бы озадачился.
- Можно у Макса разменять сотку? - предложил Губа
- Лучше не надо трогать эту блядскую сотку! - возразил я.
Я был уверен, что самый лучший для нас расход с Карасем - вернуть ему эти деньги обратно.
- Допустим, достали мы водку, что дальше? - спросил Губа.
- Надо дождаться Палыча, и сделать вид, что мы вовсе не обиделись на него.
- Это трудно! - честно заявил Губа.
- Придется, если хочешь отметить свое совершеннолетие, - заявил я.
- Давай вообще извинимся, сделаем вид, что нас вообще тут не было, и скажем, что наш человек не смог прийти сегодня, - неожиданно пришла мне в голову яркая мысль.
- Идея! - радостно промолвил Губа.
- Все я понял, что надо делать.
После, я серьезным тоном озвучил свой план - Завтра, с раннего утра, мы заваливаемся к нему с водкой и это все расскажем, ты останешься и вы начнете бухать, а я в это время выбегу, позвоню и договорюсь о встрече с Карасем на месте. Они приедут и все дело в шляпе!
- Хорошо придумал, только я не хочу с ним бухать, - недовольным тоном, заявил Губа.
- Я тебя по человечески понимаю, но тогда будут бухать на наших поминках, - добавил я.
- Можно без этих могильных шуточек? – прохрипел Губа.
- Я уверен, что «круговцы» уже дышат нам в спину, а тех двух мордоворотов, которые ходят с Карасем, помнишь?
- Ну?
- Даю руку на отсечение, они уже изучают наши досье!
- Ну я и влип с тобой, - злобно заявил он.
- Мы все влипли, - не весело добавил я.
- Осталось дело за малым, найти деньги на бухло, - промолвил я.
- Надо делать завтра утром, обнаружит пропажу паспорта, может вообще кипишнуть и свалить куда то, - добавил я.
- А твои черти «Кругловские» уже ждут дня расчета, - стимулировал я его активность.
- Ничего страшного, я бурсу брошу, хрен найдут! – в эмоциях, заявил Губа.
- Ну так, возможно, ты сможешь решить с ними, но чтобы отвязаться от «карасевцев», надо будет поменять место жительство. И желательно выехать из Киева.
После этих слов Губа вообще сник.
- Слушай, а если он вовсе откажется пить со мной и тупо свалит? - добавил он.
- Ну это будет полный копец, - печально подытожил я.
- Он умный, изворотливый, но мне кажется, что его страсть к дармовым продуктам, это то, что нас может спасти.
- А если нет? - выпытывал поникший Губа.
- Ну если так, у тебя ж есть дальние родственники в селе, я думаю там два молодых колхозника будут востребованы, - пошутил я.
- Я ненавижу это все, - сорвался Губа, и принялся бить кулаком в стенку.
- Успокойся, Палыч считает нас за полных идиотов, я чувствую, мы это еще используем в своих целях!
- Я сейчас все силы на поиск денег на бухло! - заявил я.
И так мы принялись мутить деньги на бутылку. К кому мы только не обращались, все было тщетно, никто не соглашался одолжить нам денег. Такой ход событий не трудно было предсказать, за последние полгода, как минимум, мы с Губой хорошо поопрокидывали наших лохонутых и полулохонутых знакомых, так что нам нечего было пенять на судьбу. Я не рискнул обращаться к авторитетным знакомым, у которых, по всей вероятности, были такие деньги, одолжить у таких, и быть уже должным представителям трех криминальных группировок, это уже был явный перебор для двух простых парней. Пацаны нашего круга общения, денег не имели на одалживание, и я даже к ним не обращался. Они сами с удовольствием, что то бы у меня одолжили. Когда ты куришь драп или нюхаешь геру, у тебя никогда нет лишних или свободных денег, все имеющиеся деньги, копеечка к копеечке, складываются и предназначаются для одной цели. Я все это хорошо понимал, и не тревожил их по пустякам глупыми вопросами.
Разработанный мною план мне казался почти гениальным, но с одним но, он был реальным только с бухлом, без бухла, попросту, у нас не было плана. Бухло это то, что могло нас спасти, прямо как живительная вода.
Вечером, уже отчаявшись во всем, мы, как тени, бродили по слабо освещенным улицам района, в надежде встретить старого доброго знакомого, который имел на руках нужную нам сумму денег, и всем сердцем желал ее одолжить нам. Надо сказать, это была полностью мифическая личность, но попадая в такие ситуации, охотно надеешься и на чудо.
Я обратил внимание на пьяного мужика, который, пошатываясь в разные стороны, шел нам на встречу. Я внимательно осмотрел его, из левого кармана его куртки торчало горлышко бутылки. Даже не надо было гадать, это была водка, то, что мы безрезультатно пытались заполучить целый день. Вот она, бери ее, с одной стороны казалось как это просто, но чтобы взять ее, надо было еще попотеть. Не обратив на нас никого внимания, он прошел мимо, наполнив воздух запахом перегара. Я печально смотрел ему вслед и промолвил – По ходу, это наш последний шанс Губа.
- Здоровый сука! - изучив его, ответил Губа.
Так низко я еще не падал, подчеркнул я, я готов был грабить на все что угодно, только не на бутылку водяры. Мало того, я вынужден был это делать не для себя, а для того алкоголика, который уже меня достаточно наразводил и, к тому же, серьезно подставил.
Мы, как загипнотизированные, ни на секунду не убирая взгляда с бутылки, болтающейся в его кармане, пошли следом за ним. Он был крупный, и так, чтобы сказать наверняка, что я его срублю даже нежданчиком сзади, я бы не сказал. Он иногда останавливался, но, продолжая пошатываться, шел вперед. У меня была слабая надежда, что он сам упадет, и нам только надо будет вытащить бутылку из кармана, но я уже понял, падать самостоятельно он не собирается.
- Козлина, зашел бы в местечко поспокойней, - причитал я.
Улица была центральная, и хоть людей не было, они могли появиться в любую минуту.
- Сейчас прыгнет в свое парадное и все пипец, - сгущал краски Губа.
- Что делаем? - торопил меня Губа.
Я понимал, нам надо торопиться, возможно, это наш последний шанс.
- Попроси у него подкурить, он остановиться даст спички, а я сзади попытаюсь вырвать бутылку, если не получиться буду рубить, - предложил я.
- Хорошо - согласился Губа.
Он обогнал мужика, я стал у него за спиной.
- Не будет подкурить? - вежливым голоском обратился к нему Губа.
- Не курю! - громовым голосом ответил незнакомец, и даже не остановился. План провалился, хотя был хороший, проверенный годами.
- Сука здоровый, килограмм 150! - вблизи рассмотрев его широченную спину, подытожил я.
- Уходит, уходит! - причитал Губа.
- В общем то так: я его обгоняю начинаю тушить, твоя задача вытянуть бутылку. Ясно?
- Ясно, - повторил Губа.
- Помни, это наш последний шанс! - добавил я.
На что Губа лишь тяжело вздохнул. Но он взял себя в руки и состроил такую мужественную рожу, как будто это он шел его тушить, а не я.
Я обогнал мужика и преградил ему дорогу. Я молча стоял, мужик увидел преграду, остановился и недовольно посмотрел на меня. Когда Губа уже был у него за спиной, я ударил ему двойку в голову. Реакция мужика была специфическая. Его голова даже не пошевельнулась.
- Ты что меня ударил? - удивленно спросил мужик.
Он этими словами меня просто унизил, я бил со всей силы, как меня учили, а он даже не понял, что я сделал. Губа, сука, еще не вытащил бутылку, и мне пришлось оставаться на прежнем месте.
- Тебе капец, - посмотрев на меня разъяренными глазами, заявил мужик.
Я ему поверил на слово. Я еще раз повторил серию ударов, уже тройку. Мне это начало напоминать бой с самой большой грушей в зале - как и чем ее не бей, она не пошевельнется. Мужик начал хрипеть как крупное парнокопытное. Он был просто громадный и находясь рядом с ним, я почувствовал себя юным натуралистом, который беззаботно собирал в зимнем лесу шишки, и нечаянно разбудил медведя.
Я увидел, как Губа вытянул бутылку из его кармана, и, со скорость света, побежал в противоположную сторону. Мужик этого даже не заметил, так как был занят изучением меня.
- Одно дело сделано, осталось совсем немного, потушить этого громадного мужика и самому бежать, - подытожил я.
Я снова осмотрел его и поправил себя, потушить его - это задача вообще не реальная. Он замахнулся правой рукой, я легко увернулся и ответил двумя ударами, но он был непробиваемый. Губы уже не было видно, и я решил, мне тоже пора пуститься в бегство.
Бег помог мне справиться с нервным напряжением. Не долго правда я порадовался мысли, что все плохое осталось позади.
Пробежав второй квартал, я услышал - Стоять, уголовный розыск!
Я, в ужасе, обернулся, это прокричал тот мужик, который бросился за мной вдогонку.
- Мать его, мусора ограбили! - в панике прошептал я и, как мог, ускорил бег. Мои удары его видно отрезвили, и, не смотря на свой вес и состояние, он довольно живенько бежал за мной. Уже я пересек пятый квартал, он не отставал.
- Стоять, я буду стрелять! - прокричал он.
Я в панике обернулся и так и хотел ответить - Не надо дядя только стрелять!
Он остановился, нагнулся и рукой полез за пазуху.
- Сука, застрелят за бутылку водки, вот это попандос! - в приступе отчаянья, про себя подумал я.
Я ускорился как мог, но мне казалось, что я топчусь на одном месте. Как назло, некуда было свернуть, и я был легкой мишенью даже для такого пьяного как он. От нервного напряжения я даже прищурился, ожидая вот-вот услышать звуки выстрелов за спиной.
- Мне конец, мне конец! - причитал я.
Увидев вдалеке арку, я влетел туда, как будто я был на крыльях, даже не оборачиваясь по сторонам, перебежал дорогу, и остановился только под нашим домом. Губа сидел на лавочке и, с довольной рожей, изучал этикетку на бутылке.
- Че ты радуешься тупица, мы опера ограбили! - задыхаясь, промолвил я. После этих слов, Губа уже не радовался. Его лицо, в момент, из беззаботного превратилось в озадаченное. Мы забежали ко мне домой, и принялись решать, что дальше делать. Я уже был сам не свой - ограбить мусора на бутылку, да лучше бы я у него волыну украл. Это ж станет теперь для него делом чести, меня найти и отомстить.
- Губа если он меня запомнил, мне конец! - печально заявил я.
- Не, там темно было, и он бухой! - пытался успокоить меня Губа.
Как я понял, по этому поводу он особо не парился, он знал, мужик его точно не мог запомнить, так как стоял к нему спиной, и этого ему было достаточно, чтобы не переживать. Все шло очень сложно в нашем деле.
- Сейчас этот даст наводку, и начнут рыскать мусора по всем подворотням. Нападение на опера мать его, куда мы влипли! - бесился я.
- Они же, где только можно, проведут карательные операции, они же не успокоятся, пока не отмстят. Так что сегодня выходить никуда нельзя! - высказался я.
- Если он меня запомнил, мне конец! - в истерике, повторил я.
- Да ну его все к черту, это мало того, что мы всем кому только можно должны, мы еще перед мусорами засветились! - Когда же что то хорошее произойдет у меня в жизни! - начал причитать я.
Я, с большим трудом, взял себя в руки, чтобы позвонить Максиму. Я рассказал ему, что мы нашли паспорт и пересказал мой завтрашний план. Он уже перестал строить из себя наглого и влиятельного старшого, и вел беседу, как мой старейший друг и вернейший союзник. Я даже через трубку чувствовал, что он весь трясется от страха.
- Постарайтесь ребята на завтра все организовать, дело вообще дрянь, - промолвил он.
Я как понял, основную предьяву Карась лепит ему, и это не могло меня не порадовать. Как я и подозревал, Макс, по старой привычке, наобещал Карасю всего, что только возможно. Но, тем не менее, я понимал, в этой ситуации Максима проблемы – мои проблемы. Чем у него будет больше проблем, тем, соответственно, и у меня их станет больше. Но как бы там ни было, мне было намного приятней, что меня не будет щемить козел Максим, а его будут грузить вместе со мной.
«Максим стал такой милый, видно впрямь проблемы были серьезными!» - подытожил я наш телефонный разговор. Я уже перестал его воспринимать как своего злейшего врага, на одного врага у меня в жизни уменьшилось, но правда легче от этого мне не стало.