Принцесса

— Мэрибл, ты достала то красное платье? — громко спросила Анна, голос её звенел в утренней тишине. 

— Да, Ваше Величество, — поспешно ответила служанка, — ваша одежда уже лежит на кровати. Прошу поторопиться с подготовкой. Ваше лицо и так ровное, словно гладь воды. 

Анна злобно улыбнулась, глядя на своё отражение в зеркале. 
— Отец сказал не разочаровать его. Значит, я буду вести себя как принцесса, а вот выглядеть...

Её лицо было разукрашено вызывающе: алая помада, непривычная для принцессы; тёмные, резко очерченные брови; розовые щеки и белые тени на веках. Всё это скрывало её естественную красоту, превращая нежный образ в дерзкий и почти вульгарный.
— Я готова, — уверенно произнесла она и подмигнула своему отражению. 

Поднимаясь из-за дамского столика, принцесса случайно столкнулась с Мэрибл. 

— О боже! — воскликнула служанка, отшатнувшись. — Что вы сделали со своим лицом, юная леди? Срочно смывайте! 

Анна резко повернулась к ней, глаза её сверкнули. 
— А мне нравится, — сказала она твёрдо. — Яркий и притягательный вид.

- Ваше Величество, я прошу вас смойте это, Король будет в ярости! - пыталась переубедить Анну служанка.

- Мэрибл, пусть отец радуется, что я вообще выхожу к нему, так что я иду так!

~~~

Анна вошла в столовую, её красное платье горело в свете свечей, словно пламя, а лицо — яркое, дерзкое, непривычное для принцессы — сразу привлекло внимание. Шёпот гостей прокатился по залу, словно лёгкий ветер. Кто-то восхищённо смотрел, кто-то сдерживал усмешку, а кто-то — с ужасом. 

Король, заметив дочь, на мгновение застыл. Его улыбка, сиявшая во все зубы, дрогнула, но он быстро вернул себе вид радушного хозяина. Принц Аутсвелл, сидевший рядом, поднял брови и с интересом уставился на Анну, будто её дерзкий облик был вызовом лично ему. 
Анна шла уверенно, каждый шаг отдавался эхом по залу. Она знала: отец хотел видеть её покорной, изящной, «идеальной» невестой. Но сегодня она решила немного измениться, всё ради принца, конечно же.  Мэрибл, стоявшая у дверей, едва не закрыла лицо руками, понимая, что сейчас начнётся. 

Анна остановилась у стола, слегка склонила голову и произнесла: 
— Ваше Величество, отец, Приветствую.

Принц Аутсвелл поднялся со своего места. В его глазах мелькнуло любопытство, смешанное с холодным расчётом. Он шагнул навстречу, улыбка на его лице была слишком идеальной, словно маска. 

—  Ваше Величество — произнёс он, слегка склонив голову. 

Анна остановилась, её сердце билось быстрее, но она не позволила себе дрогнуть. 
— Принц Аутсвелл, — ответила она ровным голосом, — я рада вашему приезду. 

Их взгляды встретились. Взгляд принца был тяжёлым, властным, словно он пытался подчинить её одним лишь присутствием. Его глаза напоминали изумруд. В их глубине таилась холодная власть, но блеск был таким ярким, что казался магическим — будто сам камень ожил и смотрел прямо в душу. 

Взгляд Анны, напротив, был дерзким, полным скрытого огня. Она не опустила ресниц, не отвела глаза, будто бросала вызов прямо в сердце того, кто привык видеть покорность. В её взгляде читалось: «Я не твоя игрушка, я не твоя собственность». 

Принц слегка наклонил голову, его губы тронула едва заметная усмешка — знак того, что он принял вызов. Анна же осталась неподвижной, её осанка была величественной, а дерзкая улыбка на губах лишь усиливала напряжение.   

Рэндал, стоявший у стены, наблюдал за этой сценой. Он видел, как принц оценивает Анну, и как принцесса держится, несмотря на страх. Внутри рыцаря всё кипело: долг требовал молчать, но сердце кричало увести её отсюда. 

Аутсвелл протянул руку, его пальцы были тонкими, но сильными, движения — отточенными, словно он привык повелевать не только словами, но и жестами. Его улыбка казалась мягкой, но в глазах таилась холодная власть. 

— Позвольте мне быть вашим соседом за этим вечером, — произнёс он, и в его голосе прозвучала не просьба, а приказ. 

Анна медленно опустилась на стул. Её движения были грациозны, словно танец. Принц наклонился чуть ближе, его взгляд скользнул по её лицу, задержавшись на алой помаде. 

— Вы выбрали необычный образ, принцесса. Смелый. — Его слова звучали как комплимент, но в них чувствовался вызов. 

Анна повернула голову и встретила его взгляд прямо, не опуская ресниц. 
— Я предпочитаю быть такой, какой хочу. — Её голос был ровным, но в нём слышалась серьёзность. 

Аутсвелл усмехнулся, слегка прищурив глаза. 
— Воля — редкая роскошь при дворе. Но, возможно, именно она делает вас… интересной.

~~~

Пир разгорался, смех и звон бокалов наполняли зал, но для Анны всё вокруг словно затуманилось.

Принцесса впервые позволила себе внимательно рассмотреть принца Аутсвелла — того, кого считала своим врагом. 

Он сидел прямо, словно сама осанка была оружием. Высокий рост и крепкое телосложение выдавали в нём военачальника, привыкшего командовать. Его зелёные глаза, яркие, как изумруды, впивались в неё, холодные и настойчивые, будто змеи, готовые обвить. 

Анна почувствовала, как сердце сжалось, но не отвела взгляда. Она знала: именно этот человек станет её погибелью. Его костюм — глубокого зелёного цвета, украшенный золотой вышивкой и массивной брошей с гербом его королевства «Льва» — сиял в свете свечей, словно напоминание о власти и силе, которую он привёз с собой. 

— Принцесса, вы прекрасны. Я рад, что судьба позволила нам встретиться раньше, - его голос был низким и уверенным.

Анна дерзко приподняла подбородок, её губы тронула едва заметная усмешка. 
— Судьба редко спрашивает, чего мы хотим, принц.

— Верно подмечено, но я надеюсь, эта неделя станет для нас временем сближения. Я хочу узнать вас лучше. 
 
— Узнать меня? — произнесла она с лёгкой усмешкой. — Но ведь вы уже решили, какой я должна быть. 

— Решения приходят сами собой, когда видишь красоту и силу. Я уверен, что вы станете достойной спутницей. 

Анна приподняла подбородок, её голос зазвучал твёрдо, но спокойно: 
— Спутницей? Возможно. Но не той, что идёт позади. 

За столом повисла напряжённая пауза. Несколько гостей переглянулись, уловив скрытый смысл её слов. Король, довольный, лишь громко рассмеялся, радуясь остроумию дочери. Но Аутсвелл смотрел на неё иначе — его глаза блеснули, и в них мелькнуло то, что Анна узнала сразу: желание подчинить, но и интерес к её сопротивлению. 

— Тогда, принцесса, — тихо сказал он, наклоняясь ближе, — посмотрим, кто из нас умеет идти впереди.