Diary suicides.

Высокие фонарные столбы освещают тёмные улицы города, чтобы люди, которые вечно куда-то торопятся, могли без опаски идти по аккуратно выложенной плиткой дороге, не боясь споткнуться обо что-то и поранить своё такое любимое ими тело и кожу. Всегда не могла понять людей, которые так переживают из-за состояния своего тела и при каждой кровоточащей не имеющей никакой опасности ранки, начинают паниковать, делая из этого самую настоящую проблему и трагедию, требуя немедленной помощи, не замечая абсолютно ничего и никого. Может быть у человека, которого они так усиленно просят помощи, всё намного хуже и рана у него не на теле, а внутри в самом сердце, которая поглощает его с каждым днём. И ещё хуже то, что люди не замечают этого, ведь человек улыбается, а значит всё хорошо, но возможно за маской улыбки скрывается горе и обида, которые с каждым днём становятся только больше.

Подняв глаза на небо, я в какой раз убеждаюсь насколько оно волшебно ночью. Ночное звездное небо всегда являлось великой тайной для меня, и я всегда хотела узнать, что там над небом, во вселенной, усыпанной мириадами звезд. Древние люди внимательно и с любопытством всматривались в ночное загадочное своей красотой небо. Некоторые звёзды образуют разнообразные рисунки, которые мы называем созвездиями, они заставляют любоваться их красотой, не отрывая глаз. Усыпанное тысячами звезд, различных по яркости и цвету, ночное небо одновременно манило и пугало людей своей таинственностью. Иногда скопления ночных звезд рождали в воображении людей замысловатые формы или фигуры, которые они рисовали по ночным звездам. Когда смотришь на нечто необъяснимое и загадочное, то невольно начинаешь думать о чём-то серьёзном и поистине важном в жизни. Начинаешь мечтать и рассуждать о тех или иных ситуациях, которые тревожат тебя, и ты не знаешь как поступить, но взглянув на волшебную, неизвестную и никем не разгаданную луну, находишь ответ и видишь в этом самое настоящее чудо.

За всеми этими размышлениями я и не заметила, как сильно вспотели мои ладошки, кажется, скоро с них начнут скатываться капельки пота, которые в конечном итоге разобьются о коричневый паркет, которым покрыт пол моей комнаты. Я отошла от окна и уже раз десятый посмотрела на часы, что весят на стене комнаты, и нервно вздохнула, понимая, что совсем скоро попаду на свою первую вечеринку. К девяти часам к заднему входу моего «горячо любимого» дома приедет Найл, чтобы отвести меня к нужному месту. Я ужасно волнуюсь из-за того, что мне придётся буквально сбегать из дома, ведь другого выхода нет. При одной мысли, что родители заметят меня, становится не по себе. Уверена, мне придётся выслушивать их длинные на повышенном тоне нотации, а потом и вовсе запрут меня в комнате и скажут, что я под домашним арестом, думая, что так будет лучше, и я исправлюсь. Господи, какие же они наивные бывают порой!

Я уже давно надела бордовое платье с юбкой клёш. Небольшой вырез на спине оголял мою бледную шероховатую кожу, а белый блестящий поясок подчёркивал тонкую талию. Мне, если быть честной не хотелось его одевать, так как я не сторонница подобных вещей, мне просто неудобно в них. Кажется, что подол платья задерется, оголяя мои бедра и трусики, когда я покружусь в танце, и все начнут тыкать своими грязными пальцами в мою сторону, звонко смеясь, а после подкалывать своими ужаснейшими шутками. Снова эти ужасные мысли прокручиваются в моей голове, не желая оттуда уходить.

Подойдя к зеркалу, я снова посмотрела на своё отражение, критично осматривая внешний вид девушки, которую вижу перед собой, боясь пропустить малейшую погрешность в макияже; наряде, который мне пришлось надеть. Я благодарна Найлу за то, что сходил со мной в магазин, если бы не он, я бы так и не смогла выбрать что-то действительно стоящее для предстоящей вечеринки. Мои щёки краснели, а руки дрожали каждый раз, когда я выходила из примерочной, потому что боялась услышать в свой адрес слова, которые могли бы окончательно добить меня комплексами, которых итак слишком много. Но взамен он делал комплименты, хвалил мою фигуру, а я краснела пуще прежнего, превращаясь в спелый помидор. Когда платье действительно не шло мне, парень мягким голосом говорил, что цвет вещи не подходит моей коже, чтобы не обидеть и не задеть меня за живое, будто знал, что разобьёт последние капли любви к себе, которых почти что не осталось.

Когда время было почти девять, я надела белый блейзер и взяла в руки серебристые туфли, которые мне купил Найл. Я всячески пыталась отговорить его от этой затеи, но он настоял на своём, попросив сказать меня простое «спасибо» и с удовольствием носить туфли, на которых я весь вечер училась ходить, хоть и каблук не такой большой. Он рассказал, что сам зарабатывал деньги до того, как приехал сюда, а сейчас ищет работу, которая не могла бы помешать ему учиться в институте.

Хоран делает всё, чтобы стать моим другом, я вижу это, но всё равно не могу довериться ему. Это сложно, и я не в силах понять почему. Но если бы на его месте был Гарри, то я думаю, я бы тут же открыла ему всю свою душу, всю себя, ведь он нравится мне, но мои шансы равны нулю. После того случая с часами он смотрит на меня с укором и буквально пожирает глазами, в которых виден злой оскал. От этого хочется стукнуть себя в наказание за свою глупость, но я итак наказана своей безответной симпатией.

В последний раз, посмотрев на себя в зеркало, я поправила свои шоколадные лёгкие почти незаметные локоны и, повесив на плечо маленькую сумочку с цепочкой, выключила в комнате свет и вышла в коридор. Аккуратно на цыпочках, я спустилась вниз по лестнице босиком, боясь разбудить родителей, которые уже готовились ко сну в своей комнате, что находится напротив моей. Подойдя к чёрному входу, тихо открыла дверь и прошла на улицу, вступая голой пяткой на холодную плитку. По коже прошлась неприятная дрожь, я немного поёжилась и надела свои туфли. Подошла к месту, на котором мы договорились встретиться, но, не обнаружив машины, стала просто стоять, ожидая ее.

Холодный ветер обдувал мои волосы, по коже пробегала толпа мурашек и чтобы хоть как-то согреться, я обняла себя за плечи, перебирая ногами в разные стороны. Это немного помогло, но неприятное чувство прохлады всё же не покинуло меня. Простояв так ещё минут пять, я заметила чёрную машину, которая ехала по дороге прямо ко мне. С резким звуком торможения колёс, она остановилась прямо передо мной, и я увидела блондина, который выходит из машины. На его лице как всегда сияет жизнерадостная улыбка, в ответ которой просто невозможно улыбнуться – это будет самым настоящим преступлением.

Найл выглядит очень хорошо, его волосы зачёсаны наверх, образуя беспорядок, но ему, безусловно, идёт такая причёска. Пиджак цвета кофе с молоком из потёртой на вид ткани, белая рубашка, застёгнутая на все пуговички, тёмно-синие джинсы и коричневые туфли смотрятся на нём эффектно. Я чувствую себя не такой красивой, как он, и это угнетает меня.

- Привет, ты очень красиво выглядишь, как и всегда впрочем то, - сказал он, почёсывая затылок и, кажется, краснея, но это может быть моей фантазией, скорее всего так и есть.

Мои щёки приобрели лёгкий румянец, чтобы хоть как-то его скрыть, я посмотрела на свои ноги.

- Спасибо, - слишком тихо сказала я, думаю, он не услышал моё бормотание.

Вдруг раздался звонкий смех Найла, от которого хотелось смеяться самой, ведь его смех такой заразный и забавный.

- Чего ты смеёшься? – посмеиваясь, спросила я.

Он всё же остановился, снова поправляя свои итак хорошо уложенные волосы, а потом посмотрел на меня голубыми глубокими, как море глазами, улыбаясь мне тёплой улыбкой.

- Просто… не важно, садись в машину, я итак немного опоздал, извини, - открывая дверь машины, говорил парень.

Я шагнула вперёд ближе к машине, попутно поправляя подол платья, которое раздувалось из-за ветра.

- Ничего страшного, Найл, - сказала я и села в машину, после чего он закрыл дверь и пошёл к водительскому месту.

Блондин плюхнулся в сиденье и, пристегнувшись, завёл машину, после чего включил печку, хотя было итак тепло.

- Пристегнись, хорошо? – спросил он, одарив меня мимолётной улыбкой.

Я молча кивнула и, пристегнув ремень безопасности, стала осматривать салон машины. Найл нажал на газ, и мы двинулись в пока что неизвестном для меня направлении. Изнутри машина в молочных тонах, лишь панель коричневого цвета. Кожаные сиденья, машина выглядит довольно дорогой.

- Это твоя машина? – спросила я, вытирая вспотевшие из-за волнения ладошки о свои ноги.

Его взгляд задумчив, глаза устремлены в переднее стекло машины, внимательно наблюдая за дорогой. Мой голос прервал тишину, отчего парень немного дрогнул и сильнее сжал руль.

- Нет, моего отца, но он отдал мне её, когда я решил ухать в другой город к сестре, - всё также, не смотря на меня, отвечал он, облокотившись локтём о боковое стекло и придерживая подбородок, теперь уже управляя одной рукой.

Я заправила выбившуюся прядь волосы за ухо, отвернувшись от Найла, и снова повернулась к окну, за которым пейзажи менялись за считанные секунды.

- Красивая, - тихо сказала я, прислоняясь лбом к холодному стеклу.

- Спасибо, - тут же ответил он.

Видимо у него очень хороший слух, раз он так чутко слышит мои невнятные, порой слишком тихие слова. Это радует, ведь он внимателен даже к таким мелочам. Всю дорогу мы молчали, и я бы не сказала, что мне было неловко с ним, нет, совсем наоборот. Просто меня огорчает тот факт, что нам не о чем поговорить, у нас нет общих тем для разговоров или может я не тот человек, с которым хочется общаться? Ну, вот опять я становлюсь самокритичной, опять эти комплексы. Как бы я хотела навсегда распрощаться с ними! Но, увы, это не так просто.

После пятнадцати минут дороги мы остановились около большого двухэтажного дома, вход которого был украшен различными шариками, украшениями и, кажется, какой-то надписью, которая написана на плакате. Это выглядело немного странно для вечеринки, но может быть, я не разбираюсь в этом? Да, скорее всего так и есть.

Найл повернулся к задним сиденьям и достал оттуда большую белую коробку, обмотанную синей лентой. Я в недоумении посмотрела на него, спрашивая всем своим видом для чего и для кого она? Он видимо заметил моё вопросительное выражение лица, так как начал отвечать на мой немой вопрос.

- Это Луи – другу, к которому мы идём на вечеринку. У него сегодня День Рождения, ему уже двадцать лет! – восторженно говорит блондин, смотря то на меня, то на коробку.

Я приоткрыла рот, не понимая сказанного, точнее не понимая, почему он не сказал мне о поводе этой вечеринки. Теперь я ещё больше буду чувствовать себя не комфортно, словно не в своей тарелке.

- Почему ты не сказал мне? – вскинув брови, спросила я.

Он улыбнулся, смотря на коробку, а потом на меня. Его улыбка точно сведёт меня, когда-нибудь с ума, хотя о чём это я?

- Я не сказал, потому что знал, что тогда ты точно не пойдёшь, но тебе не о чем волноваться. Он будет только рад новым друзьям, ты поймёшь это, когда пообщаешься с ним, - оправдывался Найл, протирая коробку подушечками своих пальцев.

Я не думаю, что этот самый Луи захочет общаться со мной, ведь я скучная, со мной и вправду не о чем поговорить.

- Я так не думаю, - тихо сказала я, смотря на свой лак, который нанесла несколько часов назад.

- Пойдём, и ты сама всё увидишь, просто держись рядом, хорошо? – спросил он, прикасаясь своей тёплой рукой к моей кисти в знак поддержки.

Я улыбнулась его жесту, всё-таки он умеет поддерживать и убеждать людей, хотя может дело в его очаровательной улыбке? Я не знаю…

Мы вышли из машины и направились к дому именинника. Я стояла, поправляя подол своего платья, а заодно протирая свои вспотевшие ладошки, а Найл звонил в звонок, хотя я не думаю, что нас кто-то услышит, ведь из дома доносилась громкая музыка. Видимо вечеринка уже началась. На моё удивление нас не заставили долго ждать, а уже через минуту открыли дверь. На пороге стоял высокий парень с белоснежной яркой улыбкой, которая кажется, ослепила мои глаза. Серо-голубые глаза с секунду пробегаются по нам, а потом он с объятьями накидывается на блондина, отчего его коробка упала на асфальт.

- Как же я давно тебя не видел! – воскликнул парень, всё ещё обнимая своего друга.

Я стояла в сторонке, убеждаясь в том, что буду лишней на сегодняшней вечеринке, но мои предположения рухнули в ту же минуту. Луи, вроде так его зовут, обнял меня, отчего в нос ударил запах его парфюма.

- Я рад видеть такую красивую девушку в своём доме, хоть и не знаком с тобой, - хихикнул он, отходя от меня на шаг, пока Найл поднимал коробку, что минуту назад с грохотом упала вниз.

- С Днём Рождения самый забавный и смешной чувак из всех кого я знаю, - буквально прокричал Хоран, вручая ему подарок и улыбаясь задорной улыбкой.

- Ох, спасибо блондинчик! - потеребив его волосы, Луи взял коробку из рук и посмотрел на меня.

Он и вправду был очень дружелюбным и приятным парнем.

- Я Луи, - сказал он, протягивая мне свою руку.

- Белла, - ответила я, вложив свою руку в его.

Он улыбнулся и отошёл, пропуская нас внутрь этого большого дома. Из-за непривычки громкая музыка ударяла по моим ушам, отчего я немного скривилась. Найл шёл со мной, касаясь своими широкими мускулистыми плечами моих слишком маленьких по сравнению с его. Весь дом был украшен разноцветными шариками и надписями « С Днём Рождения!». Я бы никогда не подумала, что сегодня день рождение двадцатилетнего парня, если бы не выпивка, что стояла на нескольких столах и громкая музыка, под которую танцевал народ. Я ещё раз убедилась, что вечеринки – это не моё.

- Будешь пить? – предложил Найл, но тут же покачал головой в разные стороны, поражаясь своей глупости, ведь я явно не собираюсь пить, но он ошибается.

Я решила выпить немножечко, чтобы расслабиться, я читала об этом в интернете. Алкоголь должен помочь мне в том, чтобы раскрыться и не стесняться кого-либо.

- Я буду, ты со мной? – спросила я, прислоняясь к его уху, чтобы он услышал.

Его большая ладно коснулась моей, когда я приблизилась к нему слишком близко, отчего ток прошёлся вдоль моего тела, образуя лёгкую дрожь. Но я попыталась пропустить это через себя, не подавая виду непонятного мне трепетания своего тела на его мимолётное касание.

- Ты серьёзно? – вскинув брови от удивления, уточнил он.

Я кивнула, а он взял меня за руку и повёл сквозь толпы людей к столу со спиртными напитками. Его рука такая тёплая и такая приятная и это странно для меня. Очень странно.

Найл подал мне стакан с красной жидкостью, а я стала рассматривать его, попутно соображая, что за напиток он мне дал.

- Это красное вино, - сказал он, облегчая мои раздумья.

Не думала, что здесь будет вино, но это даже лучше.

- А ты что будешь? – спросила я.

- Я не буду пить, я же на машине, - ответил он, пытаясь перекричать громкую музыку.

Я только сейчас поняла насколько был глупый мой вопрос, но, когда он улыбнулся мне, то маленький страх, что он мог подумать, что я глупая исчез.

- Извини, но мне нужно найти свою сестру, ты подождёшь меня здесь буквально пять минут? Только никуда не уходи, - его рука держала меня за предплечье, а дыхание обжигало кожу щеки.

Мне было не по себе от чувств, которые просыпаются, когда он касается меня, но они нравятся мне, а это пугает меня ещё больше. Идти с ним на поиски сестры мне совсем не хотелось, но и оставаться здесь одной также не было лучшим вариантом для меня, но это всё же лучше, чем смотреть в глаза Эмили, когда мы найдём её.

- Хорошо, - ответила я, а он направился на поиски.

Глоток за глотком и вот уже большая часть бокала выпита, отчего лёгкое жжение в горле неприятно. Чувствую, как моя голова начинает немного кружится, когда стакан оказался полностью пуст, мне стало жарко, видимо я начала пьянеть. Это произошло так быстро, лишь потому что я не пила ни разу за всю свою жизнь, ни о дна капля алкоголя не оказалась в моём организме до этого момента. Меня понесло, я чувствовала огонь во всём своём теле, который жаждал танцев. Забыв про то, что мне сказал Найл, я направилась к месту, где танцевали ребята, и стала отдаваться резкой музыке. Моё тело само по себе двигалось в такт музыке, не видя и не замечая никого вокруг. Вдруг сильный толчок в мою сторону и я падаю на колени, сильно ударившись о пол. Колено жжёт из-за боли, а голова идёт кругом из-за алкоголя. Поднимаю голову, чтобы понять что произошло, все взгляды устремлены на меня, а музыка, кажется и вовсе затихла.

- Смотрите, у неё видны трусы! – крикнул какой-то парень, а мои щёки тут же покраснели.

Я тут же поправила задравшееся платье, но было явно поздно, так как я услышала громкий смех всех, кто стоял рядом. Некоторые говорили «Неудачница», отчего слёзы потекли из глаз. Коленка кровоточила из маленькой ранки, ведь я упала на стакан, который кто-то уронил. Всё было, как в страшном сне, я ненавидела себя за то, что не послушалась Найла и не осталась стоять там и ждать его. Слёзы ручьём стекали по моим щекам, а смех вокруг меня стал усиливаться. Кажется, кто-то начал фотографировать меня и мой позор.

- Эта же та девчонка, что хотела подставить Эмили, - крикнул кто-то, и все загудели, тут же бросая грязные слова в мой адрес.

Мне хотелось провалиться сквозь землю, не желая выслушивать все обвинения, что сейчас летят в мою сторону. Я просто хочу проснуться и понять, что это страшный сон.

Я тихо зову Найла, прося про себя его помощи, ведь я так беззащитна. Мне кажется, что он уже не поможет, ведь я так ужасна, так противна.

Вдруг я слышу его голос, его отличавшийся от всех голос.

- Дайте, пройти! – кричит он, кажется, пробиваясь сквозь кучку, что образовалась около меня.

Все затихли, ожидая увидеть обладателя голоса. Мне не хочется, чтобы он видел меня такой, я просто хочу умереть и не чувствовать ничего, лишь спокойствие и умиротворенность. Он садится рядом, его руки хватаются за мои плечи, прижимая к себе, я утыкаюсь в его белоснежную рубашку, наплевав на то, что могу испачкать её своей расплывшейся тушью.

- Всё хорошо, - шепчет он, поглаживая меня по волосам.

Слышу стук каблуков, кажется, сюда пришла девушка.

- Что произошло? Почему вы смеётесь над ней, - буквально кричит она, и я понимаю, кто это, но мой разум отказывается понимать, почему она разбирается в этом.

Парень ещё крепче прижимает меня к себе, а я обвиваю его шею своими трясущимися ручками, слыша его постоянное «прости», хотя его вины тут нет.

Эмили снова задаёт тот же вопрос, но уже громче и настойчивее, а мне становится безумно стыдно.

- Что случилось? – уже запыхавшийся голос Луи, спрашивает всех, смотря на моё жалкое подобие тела.

- Её толкнули, - сказал кто-то из толпы, после долгого молчания, в котором были слышны лишь мои всхлипы.

Я ещё сильнее прижалась к Найлу, не желая слышать рассказ одного из ребят о том, как поднялся подол моего платья.

- Кто? – сурово спрашивает парень.

Все молчали.

- Эмили! – неожиданно кричит Найл, подзывая сестру к себе.

Он слегка отстраняется от меня, осмотрев мои кровоточащие ранки, берёт на руки и несёт куда-то, а вслед за нами идёт его сестра, в глаза которой мне стыдно смотреть.

POV Автор.

Когда Найл, держащий на руках бедную Беллу ушёл в одну из комнат вместе с его сестрой, Луи продолжил допрос, сожалея о случившимся на его дне рождении.

- Кто? – сурово, спрашивает парень, а ребята опускают головы вниз, но они не сожалеют, не капельки.

Они думают, что эта девушка достойна такого отношения к себе, так как позволила себе пойти против Эмили – девушки, которая добродушна ко всем и обладает невероятной репутацией.

- Ну, я, - уверенно сказал один из парней, что стоял во всей этой кучке.

Высокий парень, которого зовут Лиам уверенно подходит к Луи, не имея хоть капли сожаления в содеянном.

- Почему ты сделала это? – не понимая, кто это, спросил голубоглазый.

- Потому что она ужасно танцевала, - сказал он, ухмыляясь. – К тому же мне хотелось посмотреть на её зад.

Вдруг подходит Найл и со всего размаху ударяет виновника в лицо, желая отомстить за все страдания, которые пережила Белла. Губа Лиама стала кровоточить, но он не растерялся и также сильно ударил блондина в лицо. Удар за ударом там и завязалась драка, а ребята гудели, поддерживая драку, и лишь один Луи пытался разорвать их, а после чего психанул и сам стал помогать своему другу, избивать виновника.

***

Девушка лежит на кровати, тихо посапывая после, пожалуй, самого ужасного вечера в её жизни. Белокурый парень поглаживает её волосы, мысленно виня себя в случившемся, ведь если бы он не оставлял её, то ничего бы этого не случилось. Ему ещё больнее из-за того что он пообещал ей, он обещал, что всё будет хорошо, но сдержать своих слов ему не удалось. Эмили входит в комнату брата, желая обработать его ранки и ссадины после драки, а он сидит и смотрит на свою Беллу, желая забрать всю боль и обиду, которые она ощутила за сегодняшний вечер.

- Найл, уже поздно пора спать, мне нужно обработать твои раны, - мягко говорит она, прекрасно понимая состояние её брата.

Ей также сильно жаль Изабеллу, но ничего не вернуть, всё что сделано не вернуть и она понимает это.

- Не хочу, - отгрызнулся он, поглаживая мягкие щёки девушки.

Парню кажется что он сейчас заплачет, ему слишком больно от осознания того что это он виноват, что не уследил – это угнетает его и полностью убивает.

- Прошу, Найл. Я обработаю твои раны, и после ты можешь лечь рядом с ней, если захочешь, - молила сестра, смотря на голубоглазого.

Парень снова провёл рукой по мягким волосам Беллы и поцеловав её в лоб, прошептал:

 - Я отомщу ему. На этот раз я сдержу  своё обещание.