Diary suicides.

«Дорогой дневник, прошло ровно три дня с того момента, как я пообещала тебе и самой себе, отомстить всем, кто делал и продолжает делать мне больно. Все тем, кто заставлял меня рыдать по ночам в подушку и считать себя никчёмной. Но теперь всё изменилось, не знаю к лучшему это или же к худшему. Я думаю, что это не выход. Мой первый же опыт провалился, проделав трещину в моей, и так никчёмной репутации. Это опозорило меня ещё больше, заставило думать других, что я самая настоящая стерва, которая просто прикидывается серой мышкой. Косые взгляды в мою сторону, все эти перешептывания, о которых внутри что-то трепещет, заставляет опустить взгляд своих заплаканных глаз обратно, в пол. Нет, я не кого не виню в этом, я признаю, что это лишь моя вина...больше ни чья.

Сейчас я сижу на одном из стульев кабинета, в ожидании начала лекции. Медленно, но верно кабинет начинает заполняться посторонними голосами. Иногда, ребята смотрят на меня взглядом, полным презрения и, даже ненависти. От этого по коже проходит предательская дрожь, что может выдать моё огорчение и разочарование. Чувство стыда из-за этого поступка меня не покидает, в последнее время это чувство уже стало моим спутником. Но извиняться я не собираюсь, наверное, это выше моей гордости. Никогда не сделаю этого, для меня слишком сложно сказать такое простое, но в то же время трудное «прости».

Вчера я встретила Найла, его глаза смотря на меня с добротой, а не презрением. Он снова отвлёк меня от заполнения тебя, мой дорогой дневник, своими нудными записями. Не скажу, что это меня раздражает, что от этого я хочу оторвать ему голову, расчленить и сложить в полиэтиленовые пакетики, после чего спустить на дно какой-нибудь глубокой речушки. Но всё же неприятно, когда тебя прерывают во время исповеди, во время твоего письменного раскаяния во всех своих недобрых делах. Все мысли, чувства, переживания, что до этого хотелось изложить на твои страницы, вмиг исчезают, не оставив и следа, кроме несчастных обрывков.

Мы заключили с ним пари. Я впервые согласилась на подобное. Он сказал, что моя жизнь изменится: надо мной не будут смеяться, я не буду одинока. Но, мне в этот "сон" слабо верится, но надежда умирает последняя...сразу, после смерти её хозяина. Тем более, мне осталось не долго, почему бы и не попробовать? Правда, есть одно "но". Я не верю его словам, так как это всего лишь звуки, исходящие из его уст, ничего большего. Но, я уже говорила, что терять мне нечего. Моё сердце перестанет биться ровно через шесть дней. Ровно, через шесть дней моё дыхание прервётся навсегда, сердце перестанет гонять кровь по венам, из-за этого кожа станет такой бледной, что можно будет сравнить со снегом, ровно, через шесть дней на глаза падёт пелена, от которой я уже не буду в силах избавиться. Мне всё равно, что произойдёт за это время. Я умру, а значит, перестану чувствовать всю эту боль, что режет, как стёкла меня изнутри, что так разбивает меня и сердце на мелкие осколки, которые уже никто не в силах найти и собрать.

Вчера он проводил меня до моего ненавистного дома. Вся наша дорога сопровождалась безмятежным молчанием, лишь звук мимо проезжающих машин и голоса вечно куда-то торопящихся людей, нарушало эту блаженную тишину. Я чувствовала на себе его пристальный взгляд, но стоило мне посмотреть на него в ответ, как он тут же отводил глаза. Это было довольно мило и забавно, нежели странно и пугающе.

До лекций осталось пять минут, поэтому напишу тебе чуть позже, пока, до встречи. Знаю, глупо прощаться с тобой, но мне так хочется. Ты стал моим другом, другом, который может мне помочь в любое время. Другом, который может выслушать абсолютно всё, не упрекая после этого и не прося ничего в замен.».

Положила свой дневник в сумку,а в замен достала тетрадь для записей. Приметив пустой стул возле себя, я уже хотела расположить на нём свою сумку, как вдруг на мою цель сел парень. Я подняла свой невинный взгляд, чтобы посмотреть на того, кто занял место моей сумки. Первые догадки были, что это совершенно незнакомый мне человек, но это оказалось не так. Человек, которого я приняла за незнакомца, был улыбающейся во все тридцать два зуба милый парнишка - блондин, о котором три минуты назад шла речь в моём дневнике.

- Привет, - поздоровался со мной парень,так же улыбаясь и попутно скидывая свой зелёный рюкзак на парту.

- Привет, - невнятно пробормотала я.

Интересно он расслышал это бурчание аквариумной рыбки? Я находилась ещё в каком-то ступоре, недоумении, и пока что, внятность была не моим форматом.

- Ты ведь не против того, что я сел рядом? – поинтересовался Найл, бросив на меня мимолётный взгляд.

Ой, он вся-таки услышал моё бульканье. Парнишка был слишком занят раскладыванием тетрадей, чтобы пристально смотреть на меня, как тогда, когда он провожал меня, но я на него не обижаюсь.

- Нет,что ты, совсем не против, просто это неожиданно, - уголки моих губ слегка дрогнули.

Что это? Улыбка? Это действительно, что-то неожиданное. Он так мил со мной, не смотря на то, что я натворила. Возможно, он и вправду, не такой, как все. Как все, кто окружает меня.

- Хм, почему же? – вскинув бровь и смотря на меня вопросительным взглядом, попытался он уточнить.

- Думаю, ты уже знаешь, - отводя свой взгляд в тетрадь, при этом открывая её, проговорила я.

Так, Изабелла, возьми себя в руки и прекрати мямлить, будто бы ты отказываешься есть кашу, но боишься поставит всех в известность об этом.

- Мне всё равно, что подумают люди, - с видом спокойного удава говорил Найл.

Ребята, составляющие нам "компанию" в кабинете уже стали перешептываться, бросать на нас все различные взгляды. В этих взглядах читалось недоумение, презрение и вообще, в них было слишком много эмоций негативного характера. Видимо Найлу действительно всё равно на этих людей. Его не заботит их мнение. Это меня радует. Хорошо, когда у человека есть своя точка зрения, и он не прислушивается к остальным, как стадо дружных баранов.

- А твоя сестра? Она же ненавидит меня? – я посмотрела на него слегка взволнованным взглядом.

Если бы я была на её месте, то ненавидела бы себя, но я не на её месте, поэтому, я не могу точно знать, что она чувствует по отношению ко мне. Однако, одно я знаю точно - ей плевать на меня с высокой горы.

- Нет, она не умеет долго обижаться, - теребя свою фенечку, украшавшую его сильную руку, говорил парень.

- Как это? Такого ведь не бывает, - я стала внушать парню свою точку зрения, пристально смотря на него.

Я не сводила глаз с Найла, пока твердила ему, что такого быть не может.

- Ты просто не знаешь её, и … ты могла бы извиниться перед ней, - перебил меня Найл.

Мы стали обмениваться пристальными взглядами. Кажется, он любит свою сестру, раз заступается за неё. Хотя,в чём-то он и прав.

- Не буду, - твёрдо, но почти что шёпотом сказала я.

Мой взгляд на данный момент был устремлён в окно. Почему-то, в этот момент, я не могла смотреть на парня, скорее всего, если я буду смотреть в его глаза, меня будет терзать угрызение совести.

- Почему? Это ведь твоя вина, - эти слова спустили меня с небес на землю.

Внутри, что-то аж взорвалось, он своими ненужными словами стал немножко действовать на мои расшатанные нервишки. Найл, нервные клетки не восстанавливаются!

- Если ты сел сюда, чтобы снова задавать кучу ненужных вопросов, то тебе лучше пересесть, так как я не намерена на них отвечать и вообще выслушивать, - грубо ответила я.

Этот тон был похож чем-то на сдержанный. Вот только, что я сдерживала? Злость? Может это обида? Или же страх? Много непонятных мне чувств сейчас присутствуют в моей светлой головушке.

- Хватит! - строго сказал он чуть ли не крикнув.

По моему, я Найла тоже стала раздражать. Радует одно, наши чувства взаимны на данный момент. Я уверена, что по крайней мере он заинтересован во мне. Меня радует то, что хоть кто-то интересуется мной, а тут эти наезды в сторону друг друга.

- Что? – моё недоумение можно было узреть по взгляду, который остановился на парне, он не мог перейти на какой-либо другой предмет, это как, что-то защемило и не отпускает.

- Не разговаривай со мной в таком тоне, я ничего плохого не сделал тебе, - сквозь стиснутые зубы проговорил Найл, сверля меня своим взглядом.

Видимо, его разочаровало моё поведение и мои речи. Да, честно сказать, я и сама от себя не в восторге.

Я отвернулась от него, чтобы не видеть этот разгневанный взгляд, чтобы не видеть в этих голубых глазах море упрёков в мою сторону. Не думала, что его можно так быстро разозлить. Наверное, нужно извиниться, но я не буду. Не думаю, что ему нужны мои еле слышные и не имеющие никакого раскаяния извинения. Лучше, просто посидеть, подождать, пока злость пройдётся, пар выйдет, и все успокоятся.

Медленной, но уверенной походкой в класс вошёл вечно ворчливый преподаватель. Ему скоро стукнет шестьдесят лет, а он продолжает капать на мозги всем ученикам и не только. Другие учителя так же не в восторге от его присутствия в институте, но ничего не поделаешь. Осталось год потерпеть и этот старикашка законно отправится на пенсию, после чего все спокойно выдохнут, а некоторые ребята устроят вечеринку по этому поводу, на которой меня уже точно не будет.

Преподаватель начал свой нудный, никому неинтересный урок, рассказывая тему очередной лекции. От его монотонной речи и спокойного, иногда тихого голоса мои веки начали смыкаться, требуя незамедлительного сна. Чтобы хоть как-то отвлечься и не уснуть, я отвернулась к окну и стала наблюдать за происходящим. Лучи солнца спрятались за большими грозными тучами, которые медленно плыли по небу, предвещая дождь. Сильный ветер «пел» известную только ему песню, колыхая уже пожелтевшие листья деревьев. Люди торопились по своим, как им кажется важным делам, ничего не видя и не замечая вокруг. Никто не видит, как тоскует природа, как ей не хочется прощаться с летом и отдавать эстафету осени. Никому нет до этого дела - это заставляет меня грустить, но я верю, что есть такие, кому интересна загадочная и никому не известная жизнь природы.

Вдруг Найл подкидывает мне аккуратно свёрнутый листок, тем самым прерывая меня от интересного занятия. Я бросаю на парня мимолётный и недоверчивый взгляд, а он делает вид, будто ему и вправду интересна болтовня этого старика. Развернув белоснежную бумагу, смотрю на строчки, написанные красивым доступным почерком, что, безусловно, радует глаза и мне не приходится щуриться, пытаясь разобрать очередное непонятно слово.

« Сразу после занятий пойдём в магазин одежды, хорошо?» - прочла я в записке.

Зачем нам идти куда-то, да ещё и в магазин? Если он намекает на то, что у меня отвратительный вкус и одеваюсь я не по моде, то я могу разозлиться не на шутку. Мне нравится моя одежда. Я не собираюсь кардинально менять свою внешность – это не про меня. Он, заметив мой полный непонимания взгляд, берёт ту же бумагу и что-то быстро пишет на обратной стороне. Я заметила, что он пишет не правой рукой как все, а левой. Это заставило меня улыбнуться, ведь я тоже левша. Дописав свои мысли, он снова отдаёт листок мне, а я внимательно читаю только что им написанные строки.

« Мы поспорили, помнишь? Так вот нам нужно купить тебе пару юбок и платье. Завтра ты идёшь на дискотеку, и это не обсуждается », - гласили аккуратно написанные предложения.

Я снова посмотрела на Найла, но уже пожирающим взглядом. Все эти вечеринки и дискотеки не для меня, я предпочитаю проводить вечера в спокойной для меня обстановке, а не там, где воняет сигаретами и перегаром, а громкая музыка стучит по вискам, отчего голова идёт кругом.

« Я никуда не пойду. Мне нечего делать на дискотеке, я всё сказала», - написала я своим не менее красивым и понятным почерком.

Блондин, прочитав мой ответ, отрицательно закачал головой, а листок уже исписанной бумаги, засунул в задний карман джинс. Я приняла это, как согласие, поэтому снова повернулась к окну, желая поскорее уйти из этого противного мне института. Все оставшиеся минуты, я наблюдала за природой, за птицами, которые стаями кружились в небе, как бы прощаясь, перед полётом на юг.

Когда самая нудная и скучная лекция сегодняшнего дня закончилась, я буквально подорвалась с места, желая побыстрее покинуть это место и компанию вечно задающего мне не касающееся его вопросы Найла, поспешила к двери. Но моему плану не удалось сбыться, так как блондин схватил меня за запястье и повёл в неизвестном мне направлении. Я пыталась вырваться из его сильной хватки, но всё тщетно, я беспомощна перед ним. Поняв это, я перестала брыкаться и просто плелась за ним, перебирая ногами.

Парень привёл меня в один из самых тихих коридоров института, где редко, кто отшивается и отпустил мою руку, становясь около одного из подоконников. Как только моё запястье выскользнуло из его руки, я стала протирать её, пытаясь унять еле заметную красноту и такую же тихую, но всё же боль. Заметив мои старания заглушить ноющую боль руки, Найл с сожалением посмотрел на меня, поправляя свои белокурые волосы.

- Прости, я не хотел, - с глазами полные раскаянья, сказал он.

Неожиданно парень аккуратно обхватил моё запястье своими ладонями, и снова посмотрев на меня, сказал тихое «прости». Я лишь хмыкнула, не желая выслушивать его не имеющие для меня никакого смысла извинения. Его пальцы слегка поглаживали покрасневшее место кисти, отчего еле заметная дрожь пробегала вдоль руки.

- Я не хотел, правда, - всё так же смотря на моё запястье, говорил он.

Я недоверчиво посмотрела на него, не желая слушать его слова, которые ровным счётом ничего не значат для меня. Я уже давно перестала верить людям, верить в их пятиминутное извинение и ничего незначимое раскаянье.

- Отпусти мою руку, - уверенно, но тихо сказала я, боясь реакции своего тела на его прикосновения.

- Хорошо, - с горечью ответил он, поднимая свой взгляд на меня. – Ты должна пойти на вечеринку, которая пройдёт завтра, у друга моей сестры.

Его голубые, кажется, невероятно глубокие глаза смотрят на меня, желая услышать моё согласие, но этого не будет.

- Я никому ничего не должна, - твёрдо сказала я, поправляя рукав своей бежевой блузки.

- Это для твоего же блага, нужно уметь отдыхать по-другому, а не сидя в парке притом в гордом одиночестве и пополнять записи в своём дневнике, - утверждал он, пытаясь переубедить меня.

Я подняла свой взгляд на блондина, пытаясь показать свою злость, которая заставляет мои глаза сверкать злым оскалом. Но ему, похоже, всё равно, так как выражение его лица остаётся таким же спокойным, как и минуту назад.

- Если тебе не понравится, то ты сможешь уйти. Я в любом случае провожу тебя. Ты должна попробовать, соглашайся же уже! – парень явно негодовал, так как не думал, что придётся так долго уговаривать меня.

Если хорошенько подумать, то это неплохая идея, ведь я смогу свалить оттуда, когда захочу и не трястись из-за страха, который просыпается, стоит только завернуть на тёмную улицу, где часто ходят пьяные мужики. Но вдруг надо мной буду смеяться, над тем, как я танцую или просто над моим внешним видом? Мне больше всего не хочется слышать звонкий смех пьяной молодёжи, которая тыкает в меня своими грязными пальцами.

- Если ты боишься выглядеть глупо или того, что над тобой будут смеяться, то я обещаю, такого не будет, - будто читая мои опасения, сказал Найл.

Я недоверчиво посмотрела на него, не веря тому, что он и вправду сможет защитить меня или оберечь от всей этой грязи. Но в его глазах нет лжи или неуверенности в своих словах, я это вижу, просто чувствую.

- Хорошо, - выдохнула я, принимая своё поражение. – Только пообещай мне, что все твои слова не окажутся пустым звуком.

- Я обещаю, - тут же сказал он, а его голос был твёрд, как никогда, выражая свою уверенность в сказанном.

- Тогда пошли в магазин, так как у меня и вправду нет подходящего платья, - уголки моих губ дрогнули, показывая мимолётную улыбку надежды и веры в то, что моя жизнь и вправду может измениться.

- Пошли, - блондин улыбнулся мне в ответ и повёл в сторону выхода института.

Я поверила ему, поверила его словам и очень сильно надеюсь, что не зря, не зря я перешагнула через себя, не зря подпустила его к себе. Найл, не дай мне снова убедиться в том, что не стоит верить людям и их словам. Я прошу тебя…