Diary suicides.

POV Автор.

Утро.

На часах 5:35.

Темнота начинает понемногу отступать, уступая светлому чуду. Дома по-прежнему мрачны, лишь небо преображается в яркие краски, отчего на асфальте улиц рождаются тени высотных зданий и деревьев. Облака приобретают оранжевый окрас, который предвещает скорейшее появление яркого и тёплого солнца. Взглянув на голубое чистое небо, кажется, словно какой-то известный художник украсил его лёгкими мазками и взмахами кисточки. Он использовал много различных волшебных красок: бледный и ярко-жёлтый, оранжевый, красный, сиреневый, синий и чёрный, который не позволяет ночи окончательно покинуть город.

Солнце медленно поднимается из-за горизонта, его яркие и тёплые лучи пробиваются сквозь белые пушистые, как вата облака, отчего образуются еле видные полосы, которые исходят из горизонта, простираясь по всему небу, заставляя людей проснуться и подняться с тёплых кроватей, чтобы прожить ещё один день из их жизни. У каждого этот день будет разным. Кто-то будет праздновать свой День Рождения; кто-то сделает то, что для него казалось невозможным; кто-то откроет для себя что-то новое, а кто-то просидит весь день дома, убивая ещё двадцать четыре часа своей жизни; у кого-то умрёт знакомый или родной для него человек, отчего слёзы будут скатываться по щекам, но такова наша жизнь - все мы когда-то умрём и изменить мы это не в силах.

Улицы города постепенно становятся светлее, отчего фонарные столбы прекращают своё освещение, уступая естественному, никому не похожему свету солнца. Киоски и магазины совсем скоро откроются, встречая новых и прежних покупателей. Лучи солнца стремительно заглядывают в окно людей. Один из них просочился сквозь бежевую тюль, оставив на стене оранжевый рисунок, который похож на овал или круг.

Девушка лежит на мягкой кровати, накрытой белоснежной простыней. Её каштановые волосы разбросаны по всей подушке, лёгкое, подобное пуху одеяло греет ноги, не давая им замерзнуть, и не дай Бог, заболеть. Рядом лежащий белокурый парень тихо посапывает, его сильная рука покоится на талии девушки, защищая и грея Беллу, не желая никуда отпускать. Вчера вечером он лежал рядом с ней, легонько поглаживая её волосы и спину, а после и сам заснул, даже не переодевшись.

Луч солнца медленно переместился на бледную кожу Беллы, отчего ощущалось лёгкое приятное жжение. Веки девушки слегка приоткрылись, но тут же вернулись в прежнее положение из-за яркого луча. Она снова открыла глаза, уже привыкая к солнечному свету, и зевнула, легонько вытягивая свои пяточки. Изабелла повернула голову, снова касаясь своей щекой подушки. Увидев мирно спящего блондина, она невольно улыбнулась. Его рот был слегка приоткрыт, ей казалось это очень милым и забавным. Она только сейчас поняла, что его рука крепко сжимает её талию, щёчки девушки покрылись румянцем, а на душе стало как-то тепло. Девушка не понимала, почему чувствует это; почему ей хочется коснуться его, как ей кажется, мягких волос; почему хочет дотронуться до его кожи, которая однозначно подарит ей тепло; почему?

Воспоминания вчерашнего вечера пробежались в голове девушки, отчего улыбка пропала с лица, а глаза, кажется, и вовсе покраснели, предвещая слёзы. Смех и ругательства эхом раздавались в её голове, отчего большой ком подступал к горлу. Ей было стыдно, она просто не представляет, как будет ходить по школе, снова встречая в свою сторону косые обвиняющие взгляды, теперь ещё и со звонким смехом. Белла винила себя за то, что не послушалась Найла; за то, что наплевала на его слова, получая взамен самое жестокое наказание. Белле захотелось обнять парня, чтобы успокоиться, ведь вчера именно его тепло смогло утихомирить её истерику. Маленькая ручка девушки легонько погладила мягкие волосы Найла, ближе придвигаясь к нему. На её лице засияла улыбка, а по коже пробежалась дрожь. Она застыла, когда парень немного шевельнулся, но в итоге он лишь сильнее прижал девушку к себе, отчего её личико уткнулось в его немного запачканную после вчерашних рыданий девушки рубашку. Изабелла легонько сжала его сильные плечи, а слёзы почему-то начали стекать по её пухлым щечкам. Несколько тихих всхлипов вырвалось с её губ из-за чувства вины перед парнем. Она виновата в том, что испортила День Рождения его друга, за то, что просто ослушалась его.

Найл, почувствовав горячее дыхание на своей шее и то, как ворот его рубашки стал мокнуть, приоткрыл глаза, ничего не понимая. Увидев прижавшуюся к нему Беллу, он тяжело вздохнул и стал поглаживать её волосы, пытаясь успокоить, пытаясь забрать боль девушки, но, похоже, это невозможно. Изабелла, заметив это, мысленно ударила себя за то, что разбудила Найла, за то, что прервала его сон. В этот момент она чувствовала себя самой настоящей эгоисткой.

- Прости, что разбудила тебя, я не хотела, - осипшим после сна голосом, сказала она, поднимая свои заплаканные глаза на парня.

Он сильнее прижал её к себе, пытаясь утешить, подарить заботу и тепло. Парень понимал, как сильно она нуждается в этом.

- Тебе не стоит извиняться, - тихо ответил он, поглаживая её по спине.

Белла не могла поверить, что есть такие добрые и хорошие люди, как он.

«Таких просто не бывает!» - твердила она сама себе. Он с ней, несмотря на то, что она так омерзительна; несмотря на то, что сделала столько глупостей, он просто прощает ей всё. Для Беллы это очень странное и непонятное явление. Она не привыкла к такому отношению к себе.

Девушка немного прокашлялась, в горле совсем пересохло, будто солнце обожгло всю гортань, хорошенько осушив его от какой-либо влаги. Она продолжала лежать в объятьях парня, не смея пошевелиться или сказать о том, как сильно хочет пить. Наверное, она стеснялась.

- Белла, нам пора вставать, - прошептал Хоран, посмотрев на настенные часы, на которых стрелки доходили до десяти.

Девушка начала отстраняться от него, а парень убрал свои руки с её талии, улыбаясь тёплой улыбкой. Белла осмотрела одежду, в которую была одета и только сейчас вспомнила, кто одолжил ей свою футболку и шорты. Вчера Эмили помогла ей обработать ранки на коленке, помогла просто не сломаться, говоря о том, что всё будет хорошо. Изабелла хотела тогда извиниться перед ней, но что-то мешало ей, что-то очень сильное похожее на гордость, которую она ненавидит в себе.

POV Изабелла.

- Я схожу в душ, а ты можешь пока спуститься вниз. Думаю, Эмили проснулась и приготовила завтрак, - сказал Найл, поправляя свои волосы.

Внутри что-то юркнуло, а чувство вины в моём сердце усилилось. Мне тяжело смотреть в её добрые, невинные глаза, но и извиниться для меня является непростой задачей. Немного трясущимися руками я стала заправлять постель, прихрамывая из-за боли в коленке.

- Белла, не нужно, - протараторил Найл, буквально подлетев ко мне. – Я сам, тебе, наверное, больно, - полными раскаяния глазами он посмотрел на мои перебинтованные коленки, а после в глаза, отчего, словно волна, ток прошёлся по телу.

Одной рукой он аккуратно забрал из моих ладоней одеяло, а другая как-то даже по-хозяйски покоилась на моей талии, слегка придерживая меня.

- Всё хорошо, - улыбнулась я.

Я, словно лёд под палящем солнцем, таяла от его прикосновений. Моя рука невольно потянулась к его волосам, поправляя их. Белокурые мягкие пряди прошлись сквозь мои пальчики, отчего вдоль спины прошлась холодная дрожь, хотя может быть это из-за сквозняка, ведь форточка открыта. Да, скорее всего, это из-за ветра.

- Пожалуйста, Изабелла. Просто иди вниз, завтрак явно готов, ты ведь чувствуешь этот запах блинов? – улыбаясь обаятельной, никому не присущей улыбкой, говорил он.

Я отошла на несколько шагов от Найла и, поправив край одеяла на кровати, повернулась к нему.

- Вот и всё, истеричка. Видишь, со мной всё хорошо, - улыбаясь, сказала я, руками показывая на заправленную постель.

Его звонкий смех раздался по всей комнате, заставляя меня улыбаться ещё шире.

- Истеричка? – уже успокоившись, спросил он. Его брови приподнялись вверх, а широкая, белоснежная улыбка, будто бы освещала его лицо. Луч солнца переместился на его щеку, отчего парень немного скривился. Я тихонько ущипнула его за нос и, посмеявшись, направилась в сторону двери.

- Если бы не твоя нога, я бы точно сделал что-то подобное, - посмеиваясь, крикнул он, когда я уже закрыла дверь.

Я медленно шла вдоль коридора, придерживаясь рукой о стену, чтобы не упасть. Сердце с каждой минутой ускоряло свой ритм, а ладошки начали потеть из-за страха, которого становилось больше с каждым маленьким, неуверенным шагом. Дойдя до лестницы, я остановилась. Схватившись за перила, медленно стала ступать по ступенькам, боясь поскользнуться. Запах блинов и, кажется, персикового сиропа можно было учуять даже здесь, отчего живот предательски заурчал, выдавая моё желание съесть что-нибудь.

- Помочь? – неожиданно спросил чей-то хрипловатый голос.

Я подняла голову, взглянув на его обладателя. Гарри стоял на ступеньку ниже, но всё же был выше меня на голову. По спине прошлась дрожь, ноги подкосились, а щёки предательски покраснели. В его зелёных глазах я не видела ни капли сочувствия, лишь обвиняющий взгляд, который прожигал меня насквозь. Хотя чего я ожидала? Любви? Это глупо с моей стороны.

- Нет, я, - мой голос дрожал, а руки тряслись. – Сама, - но, всё же я смогла закончить свою фразу.

- Давай руку, иначе упадёшь, а мне потом тебя по косточкам собирай, - усмехнулся он, но его голос оставался таким же холодным.

Я без всяких слов ухватилась за его большую ладонь и стала более уверенно спускаться вниз, иногда смотря на него. Его взгляд был направлен куда угодно, но только не на меня, что, безусловно, огорчало. Я понимала, что не достойна его, но маленькая надежда всегда оставалась внутри меня. Его кудрявые волосы, которые так и хочется потеребить, красиво зачёсаны наверх, а белая футболка идеально подходит его мускулистому телу и цвету кожи. Он идеален для меня.

Когда моя нога коснулась пола, то рука парня тут же выскользнула из моей. Для меня это было подобно ножу в сердце, я закрыла глаза, пытаясь забыть его холодные глаза и такой же стальной взгляд, прислонясь к стене. Гарри уже ушёл куда-то, а я так и осталась стоять, пытаясь забыть недавние минуты, которые задели меня за живое.

Спустя пять минут я всё же успокоилась и направилась дальше по коридору. Стены в персиковых тонах, на которых висят несколько картин. Коричневая тумба, на которой стоят маленькие горшочки ароматных цветов, придавая уют и теплоту. Я дошла до двери, из которой явно доносился манящий запах еды, и потянула ручку вниз, пытаясь открыть её. Я не ошиблась – это была кухня.

- О, Белла, доброе утро, - улыбаясь, сказала Эмили, подходя ко мне.

Я попыталась улыбнуться, но не думаю, что у меня вышла действительно искренняя улыбка.

- Доброе, - ответила я, осматривая комнату.

Белые шкафчики с резными и рельефными украшениями, стены нежно-голубого цвета, а стол и стулья из белого дерева. На окне висит прозрачная тюль, а на подоконнике стоит ваза с цветами, запах которых не чувствуется из-за ароматного запаха блинов. Гарри сидит на одном из стульев, его руки скреплены в замок, а губы плотно сомкнуты.

- Садись, - сказала девушка, показывая мне на стулья. – Скоро придёт Найл, и мы все вместе позавтракаем, - улыбнулась она, показывая свои ямочки, которые делали её ещё обаятельнее.

Я кивнула и медленными шажками направилась к столу, пытаясь не упасть. Эмили держала меня за руку, тем самым помогая мне.

- Я, пожалуй, потороплю Найла, - нервно сказал Гарри и вышел из комнаты.

- Не обращай на него внимания, он просто не выспался, - оправдывалась она за него.

Я улыбнулась, пытаясь сказать, что всё хорошо и мне всё равно, но это не так, совсем не так. Мы сели за стол, наступила неловкая тишина, которую прерывало лишь тиканье настенных часов. Я подумала, что сейчас самое время попросить у неё прощения, ведь возможно другого такого шанса не будет, а чувство совести когда-нибудь точно сгрызёт меня изнутри.

- Я, - мой голос дрожал из-за неуверенности. – То есть, извини, - выпалила я слова, словно на автомате.

Она снова улыбнулась мне, сжимая мою руку в своей ладони.

- Я не сержусь на тебя. Наоборот, я бы хотела подружиться с тобой, ведь мой братец явно запал на тебя, - она подмигнула мне, а я залилась краской.

Что? Я нравлюсь Найлу? Нет, такого быть не может! Я вообще не могу кому-либо понравиться!

- М, как вкусно пахнет, - восторженный голос блондина прервал меня от размышлений.

Он вошёл в кухню и, потерев свои ладони, сел рядом со мной, обращаясь к Эмили.

- Ну, корми нас, сестричка, - улыбаясь широкой улыбкой, просил парень.

Девушка засмеялась и, встав со своего стула, направилась к тумбочкам, на которых уже всё было готово. Пока Эмили ставила на стол тарелки, я теребила край футболки, думая о её словах. Я чувствовала, как Найл смотрит на меня, чувствовала его заботу и теплоту, но для меня это было выражением дружбы, я бы никогда не подумала, что нравлюсь ему.

- Всё в порядке? – спросил Хоран, прислонившись к моему уху, отчего дрожь прошлась вдоль спины, и это не было из-за сквозняка.

Я подняла свой взгляд на него, ища в его глазах ответ на свой немой вопрос, но это было слишком тяжело, ведь я совсем не знаю его.

- Да, всё хорошо, - всё же ответила я, когда поняла, что слишком долго молчу, смотря на него.

Когда Эмили подала каждому порцию блинов, которые были политы персиковым сиропом, все принялись есть. Взяв вилку, я, как и все принялась кушать, пытаясь не думать о родителях, которые уже явно подняли всех на уши.

***

POV Найл.

Долгие гудки разносятся в динамике телефона. Мои пальцы стучат по рулю, я слишком долго жду ответа своего друга. Кажется, уже начинаю нервничать, чувство ожидания действительно томительно, даже если оно совершенно незначительное.

- Привет, - наконец-то я услышал звонкий голос Луи на другом конце провода.

- Привет, у меня к тебе дело, - сказал я, сильнее сжимая руль.

- Какое? – по голосу моего собеседника было слышно, что он насторожился. Видимо для него моё заявление было неожиданным.

Я нервно вздохнул, осматривая вечерние улицы. Мгла уже опустилась на город. Легкий туман исследовал каждый закоулок, каждую улицу. Яркие стразы-звёзды сияли на тёмном полотне, которое имеет название "небо". Бледная луна даёт такой свет, что его нельзя сравнить со светом фонарей. На данный момент на улице довольно живописно, но сейчас мне не до этого. Я позвонил Луи по делу, а не просто так.

- Ты знаешь, как зовут парня, который своим действием заставил Беллу плакать весь вечер? – мой голос стал холоднее.

Даже не ожидал такого от себя, но при одном упоминании этого ублюдка по телу будто проходит дрожь, разнося за собой по венам злость, ненависть и остальные негативные чувства.

- Ну, допустим, знаю. А, зачем тебе? – мне кажется или эту фразу Томлинсон произнёс с чувством опасения?

Снова нервный выдох срывается с губ. Чтобы хоть как-то успокоить свои нервы, постукивал кончиками пальцев по подлокотнику.

- Просто скажи и всё, - потребовал я.

- Нет, Найл. Ты можешь натворить глупостей.- Томлинсон искал пути отступления.

А ведь, правда, я могу натворить всё, что угодно в приступе гнева. Чувство злости и гнева уже переполнило меня, эти чувства зашли за края, и я потерял над собой контроль. Представляя на месте руля, рожу моего недруга я со всей силы ударил кулаком по нему.

- Я всего лишь хочу выбить из него всю дурь, понимаешь? – я сорвался на крик. – Он унизил Беллу, я должен преподать ему урок!

На другом конце я услышал тихий вздох Луи, мне было жаль, что я сорвался, я не хотел этого, правда, не хотел. Теперь всё эти негативные чувство пополнились ещё и чувство вину перед другом, какой чудесный пирог получился из этого всего.

- Хорошо, - на выдохе ответил он. – Я скину тебе его номер и имя по смс. Жди, - сказал он и положил трубку.

- Спасибо, брат. Я не останусь в долгу, - успел сказать я.

На моей душе уже лежал камень вины. Я видимо обидел его, но мне и вправду нужно сделать это, нужно проучить чёртового мерзавца. Через пару минут на телефон пришло сообщение, которое отвлекло меня от размышлений, я тут же вбил написанный телефон и снова стал ждать ответа. Как ни странно, но трубку взяли сразу же.

- Алло, - услышав этот отвратительный голос, гнев нахлынул новой волной.

Ещё большей силой охватило чувство злости, оно просто сковало меня. Это чувство намеривалось меня не отпускать.

- Ну, здравствуй, - ехидным тоном ответил я.

- Эм, это кто? – мой собеседник явно недоумевал, кто же ему позвонил.

- Тот, кто набил тебе вчера рожу и тот, кто собирается сделать это снова, - решил я так сказать, прояснить недавний вечер, а заодно напомнить о себе.

Я услышал громкий смех парня, отчего хотелось прямо сейчас врезать ему, с размаху, да так, чтобы этому придурку нос сломать, но, увы, у меня нет такой возможности.

- Если ты про две царапины, что на моей щеке, то это вряд ли можно назвать настоящим ударом, - усмехаясь, ответил он.

Мои пальцы были сжаты в кулаки, так сильно, что костяшки побелели, чуть ли не посинели от такого напряжения.

- Назначай место и дату, и тогда посмотрим, кто кого, - уверенно и мгновенно ответил я.

- Не боишься? Думаешь, сможешь повалить боксёра? – спросил он, всё ещё насмехаясь надо мной.

- Может это ты струсил, боец?

- Пф, через четыре дня на заброшенной стройке, что стоит на окраине города. Думаю, ты знаешь, о каком месте я говорю.

- В девять часов вечера я набью тебе морду, - сказал я, вкладывая в свой голос всю злость и гнев, что сейчас бушуют во мне словно океан.

Он снова засмеялся, а я отключил телефон, бросая его на соседнее сиденье.

«Значит, боксёр? Думаю, Зейн даст мне пару уроков в его бойцовской школе», - подумал я, заводя машину и направляясь к дому парня.