Глава 11: Тень из прошлого
Мир Хвана Хёнджина состоял из логики, фактов и цифр. Но в то утро, когда на его личную почту пришло сообщение от «анонима», логика рассыпалась в прах, превратившись в едкий, удушливый дым.
В письме не было текста. Только один файл — скан протокола опознания тела после ДТП трехлетней давности и серия фотографий из частного архива. Хёнджин смотрел на снимки, и его пальцы, сжимавшие край стола, побелели.
На фото был Кан Мин Хо. Но на обороте цифрового снимка стояла дата, предшествующая аварии, и подпись: «Ли Мин Хо и Ли Ариэлла. День свадьбы».
Хёнджин почувствовал, как в комнате стало нечем дышать. Муж Ариэллы, который «погиб» в искореженном металле на перекрестке Каннама, сейчас был тем самым человеком, который едва не ввел ей смертельную инъекцию на складе. Человеком, который флиртовал с ней в лаборатории.
— Это невозможно… — прошептал Хёнджин, чувствуя тошноту.
Он вспомнил пустые глаза Ариэллы, когда она говорила о смерти мужа. Вспомнил её траур, её одиночество, её борьбу за выживание. Ли Мин Хо не просто инсценировал свою смерть — он бросил свою жену и новорожденную дочь в аду, чтобы спасти свою шкуру или выполнить какое-то задание его отца.
В дверь кабинета тихо вошел Кан Мин Хо. Точнее, Ли Мин Хо. Он больше не улыбался той наглой улыбкой. Он выглядел как человек, вернувшийся с того света — холодный, расчетливый и бесконечно опасный.
— Ты узнал, — это был не вопрос. Мин Хо сел в кресло напротив, закинув ногу на ногу. — Я видел, как ты открыл файл. У тебя лицо человека, который только что увидел привидение.
— Ты… ты бросил их, — Хёнджин медленно поднялся, и его голос вибрировал от ярости. — Ты позволил ей оплакивать тебя три года. Ты позволил ей голодать, тянуть ребенка в одиночку, сходить с ума от горя. Как ты вообще смеешь дышать с нами одним воздухом?
— Твой отец предложил мне сделку, от которой нельзя было отказаться, Хёнджин-и, — Мин Хо спокойно рассматривал свои ногти. — Мои долги были слишком велики, а его влияние — безграничным. Инсценировка смерти была единственным способом стереть мое прошлое. Я думал, он позаботится о них. Я не знал, что он превратит их жизнь в пытку.
— Ты лжешь! — Хёнджин ударил кулаком по столу. — Ты работал на него всё это время. Ты был его «чистильщиком». И ты был готов убить её вчера!
— Шприц был пуст, идиот, — Мин Хо резко подался вперед. — Это была часть шоу для старика. Я бы никогда не причинил ей вреда. Я вернулся, чтобы забрать свое. Ариэллу. И Аврору.
Хёнджин издал короткий, сухой смешок, в котором не было ни капли веселья.
— Забрать? Ты думаешь, они — вещи? После того как Аврора назвала меня папой? После того как Ариэлла засыпает только тогда, когда я держу её за руку? Ты для них мертв. И я сделаю всё, чтобы ты оставался мертвым.
— Посмотри на себя, — Мин Хо усмехнулся. — Ты — Хван. Твое имя сейчас полощут во всех новостях. Твой отец — преступник, и ты пойдешь прицепом. А я? У меня есть новые документы, есть деньги, которые я украл у твоего отца за эти годы, и у меня есть законное право мужа. Как ты думаешь, кого выберет Ариэлла, когда узнает, что я жив? Измученную влюбленность в «директора-спасителя» или отца своего ребенка, который вернулся из могилы?
— Она тебя возненавидит, — отрезал Хёнджин. — Ты — предатель.
— Она простит. Женщины всегда прощают «ради семьи», — Мин Хо встал. — Я даю тебе 24 часа. Отдай мне их тихо. Я увезу их в Европу, и ты больше никогда о нас не услышишь. Если нет… я опубликую документы, которые докажут, что ты знал о моем «воскрешении» и удерживал их силой. Я уничтожу остатки твоей репутации.
Когда Мин Хо вышел, Хёнджин рухнул обратно в кресло. Голова раскалывалась. Он посмотрел на монитор, где камера из спальни показывала Ариэллу. Она проснулась и сейчас кормила Аврору завтраком. Они смеялись.
Сердце Хёнджина обливалось кровью. Как он мог сказать ей это? Как он мог сказать женщине, которая только что начала склеивать осколки своей души, что её главная трагедия была ложью? Что человек, которого она любила, — это монстр, стоящий за спиной её мучителя?
Вечером Хёнджин вошел в спальню. Ариэлла уже была без капельницы, на щеках появился слабый румянец. Она подошла к нему и обняла за талию, прижимаясь ухом к его груди.
— О чем ты думаешь? — спросила она. — Ты весь день сам не свой. Опять проблемы в школе?
Хёнджин замер, не в силах обнять её в ответ. Его руки словно онемели. В голове крутились слова Мин Хо: «Она простит. Она выберет отца своего ребенка».
— Ариэлла… — он осторожно отстранил её, глядя в её ясные, доверчивые глаза. — Скажи мне… если бы у тебя была возможность вернуть что-то из прошлого. Что угодно. Что бы это было?
Она грустно улыбнулась.
— К чему эти вопросы? Ты же знаешь. Я бы хотела, чтобы Аврора знала своего отца. Чтобы тот день на перекрестке никогда не наступил. Но прошлое не вернуть, Хёнджин. Мы здесь. С тобой.
— А если бы… — он сглотнул горький ком. — Если бы он не умер? Если бы он всё это время был где-то рядом?
Ариэлла нахмурилась, в её глазах промелькнула тень подозрения.
— Хёнджин, ты меня пугаешь. О чем ты говоришь?
В этот момент дверь спальни распахнулась. Хёнджин не успел ничего сделать.
На пороге стоял Ли Мин Хо. На нем был тот же свитер, который он носил на их последнем совместном фото. В руках он держал маленькую плюшевую собачку — любимую игрушку Авроры, которую она потеряла три года назад.
— Привет, Элла, — тихо произнес он. — Прости, что я так долго был в пути.
Звук, который издала Ариэлла, был похож на хруст ломающегося льда. Она попятилась, врезавшись спиной в штатив капельницы. Её глаза расширились до невозможных размеров.
— Нет… нет… — зашептала она, прижимая ладони к лицу. — Это бред. Это лекарства. Хёнджин, скажи мне, что это галлюцинация!
— Это я, Элла. Это действительно я, — Мин Хо сделал шаг в комнату. — Я выжил. Меня спасли люди твоего директора, но мне не разрешали связаться с тобой. Я был в заложниках у семьи Хван три года.
Хёнджин вскинул голову. Гнусная ложь Мин Хо была безупречной. Он выставлял себя жертвой, а Хёнджина — частью системы, которая его удерживала.
— Ты лжешь! — выкрикнул Хёнджин. — Ариэлла, не верь ему! Он работал на моего отца по доброй воле!
— Элла, посмотри на меня, — Мин Хо игнорировал Хёнджина, глядя только на жену. — У меня на плече шрам от твоей плойки, помнишь? А в кармане — твое кольцо, которое я забрал из машины. Я вернулся за вами.
Аврора, услышав голоса, прибежала из игровой. Она остановилась, глядя на незнакомого дядю, который держал её старую игрушку.
— Моя собачка? — прошептала она.
— Аврора, иди ко мне, — Хёнджин попытался перехватить ребенка, но Ариэлла внезапно закричала:
— Не трогай её!
Она бросилась к Мин Хо, но застыла в метре от него, дрожа всем телом. Её мир, только что обретенный, рассыпался на тысячи острых осколков. Она смотрела на «мертвого» мужа и на «спасителя» Хёнджина, и в её взгляде не было любви. Там был только первобытный, парализующий ужас.
— Уходите… — прошептала она. — Оба. Уходите вон!
— Ариэлла, послушай… — начал Хёнджин, делая шаг к ней.
— Вон!!! — её крик перешел в ультразвук. Она схватила тяжелую вазу с тумбочки и швырнула её в зеркало. Осколки разлетелись по комнате, один из них задел щеку Хёнджина, но он даже не вздрогнул.
Хёнджин посмотрел на Мин Хо. Тот стоял с абсолютно спокойным лицом, зная, что его план сработал. Он посеял хаос, в котором Ариэлла больше не могла доверять никому.
Этой ночью Хёнджин не спал в спальне. Он сидел на полу в гостиной, прислонившись спиной к закрытой двери, за которой Ариэлла рыдала, задыхаясь от боли. А в гостевой комнате Ли Мин Хо пил дорогой виски Хёнджина, празднуя свое возвращение.
Хёнджин сжал кулаки так, что ногти вонзились в ладони. Он понял: его отец проиграл войну за деньги, но он выиграл войну за страдание. Он вернул Ариэлле её прошлое, чтобы лишить её будущего.
— Ты не заберешь их, — прошептал Хёнджин в темноту. — Даже если мне придется снова стать монстром, которым ты меня считаешь.
Он достал телефон и набрал номер Кан Мин Хо.
— Я знаю, где спрятаны оригиналы твоих расписок моему отцу, Ли Мин Хо. Завтра утром мы устроим настоящие «похороны». Твои.
Но в спальне Ариэлла уже собирала сумку. Она больше не верила в принцев. Она видела только мертвецов и лжецов. И этой ночью она решила, что единственный способ спасти Аврору — это бежать от обоих.