Глава 9: Цена дыхания
Сектор 4 встретил Хёнджина запахом ржавчины, старой смазки и бетона. Огромное здание склада казалось вымершим, но Хёнджин знал: его отец никогда не оставляет свои трофеи без присмотра. Каждый его шаг по стальному настилу отдавался гулким эхом, словно пульс умирающего гиганта.
В руках у него был пистолет, но палец не лежал на спусковом крючке. Хёнджин понимал, что в этой игре пули — самый дешевый ресурс. Здесь торговали жизнями.
Он нашел комнату из видео в самом конце коридора. Дверь была приоткрыта. Сердце Хёнджина замерло, когда он вошел внутрь. Свет был тусклым, но его хватило, чтобы увидеть: на бетонном полу, там, где на записи лежало «тело», было пусто. Только желтый лоскут ткани и брошенная кукла.
— Аврора? — его голос сорвался на шепот.
— Хёнджин-и, ты всегда был слишком предсказуем в своей сентиментальности.
Голос отца раздался из динамиков, скрытых где-то под потолком. Хёнджин резко обернулся. В стене напротив открылась потайная дверь, и в образовавшемся проеме показался Хван Тэ Джун. За его спиной, в небольшом застекленном боксе, сидела Аврора.
Она была жива. На её щеке была размазана бутафорская кровь, глаза были опухшими от слез, но она дышала. Увидев Хёнджина, она бросилась к стеклу, беззвучно крича «Принц!» и колотя крошечными кулачками по бронированной поверхности. Звук не проходил наружу.
— Она жива... — выдохнул Хёнджин, чувствуя, как ноги становятся ватными от облегчения. — Ты инсценировал её смерть. Ты заставил Ариэллу пройти через ад ради своего шоу!
— Я показал ей реальность, — Тэ Джун вышел вперед, опираясь на трость. — Реальность, в которой ты не можешь защитить тех, кого любишь. Посмотри на неё, сын. Она — заложница твоей гордыни.
— Отпусти её. Я подпишу всё. Акции, недвижимость, права на школу — забирай всё это дерьмо! — Хёнджин швырнул пистолет в сторону. — Просто открой этот чертов бокс.
Старик медленно покачал головой, и на его губах заиграла зловещая улыбка.
— Ты опоздал со своими уступками. Ставки выросли. Теперь мне не нужны твои подписи. Мне нужно твое полное подчинение. А для этого мне нужно убрать корень твоей болезни.
Тэ Джун достал пульт и нажал на кнопку. На стене склада загорелся огромный проектор. Хёнджин почувствовал, как кровь стынет в жилах.
На экране был его пентхаус. Спальня. Ариэлла лежала на кровати, бледная, под действием тех самых успокоительных, которые ввел врач. Но рядом с её кроватью сидел человек. Это был Кан Мин Хо. В его руке был шприц, наполненный прозрачной жидкостью.
— Ты ведь знаешь Мин Хо, — буднично произнес Тэ Джун. — Он не просто химик. Он блестящий токсиколог. В этом шприце — калиевый состав, который вызывает остановку сердца в течение тридцати секунд. Смерть будет выглядеть как последствие тяжелейшего стресса и панической атаки. Врачи напишут «сердечная недостаточность». Никто не заподозрит убийство.
— Нет... — Хёнджин рванулся к отцу, но двое охранников, бесшумно вышедших из тени, преградили ему путь, наставив оружие. — Отец, останови это! Пожалуйста! Убей меня, если хочешь, но оставь её в покое!
— Выбор за тобой, Хёнджин, — старик посмотрел на часы. — У Мин Хо приказ ввести препарат ровно через пять минут. Или... ты берешь пистолет, который только что бросил, и делаешь то, что должен сделать настоящий наследник Хван.
Тэ Джун указал на Аврору в боксе.
— Чтобы спасти мать, ты должен навсегда отказаться от ребенка. Если ты выстрелишь в механизм замка, бокс закроется герметично, и через десять минут там не останется кислорода. Ты спасешь свою любовницу, но убьешь её дочь своими руками. Если ты откажешься — Мин Хо нажмет на поршень, и Ариэлла умрет прямо сейчас, на твоих глазах.
Хёнджин смотрел то на экран, где Мин Хо медленно подносил иглу к вене спящей Ариэллы, то на застекленный бокс, где Аврора прижимала к стеклу ладошку, надеясь, что её спасут.
Это был идеальный капкан. Дьявольская математика его отца. Убить ребенка, чтобы спасти женщину, которая никогда не простит ему этой смерти. Или позволить женщине умереть, сохранив жизнь ребенку, который будет вечно напоминать ему о потере.
— Ты чудовище... — прошептал Хёнджин. Слезы катились по его щекам, обжигая кожу.
— Я твой создатель, — отрезал Тэ Джун. — Выбирай. Три минуты.
Хёнджин поднял пистолет. Рука дрожала так сильно, что дуло описывало неровные круги. В его голове проносились кадры: Ариэлла, смеющаяся в кафе над куском хлеба. Аврора, запускающая самолетики. Запах её волос. Тепло её рук.
Он посмотрел на экран. Мин Хо перехватил шприц.
«Прости меня...» — беззвучно прошептал Хёнджин, глядя на Ариэллу.
Затем он посмотрел на Аврору. Она улыбалась ему сквозь стекло, веря в него. Веря в своего «принца».
— Ты думаешь, я выберу одно из двух? — Хёнджин вдруг выпрямился. Его взгляд стал острым и прозрачным, как лед. — Ты думаешь, я буду играть по твоим правилам?
— У тебя нет выбора, сын. Две минуты.
— Выбор есть всегда, — Хёнджин медленно перевел пистолет с бокса на... свое собственное сердце.
Тэ Джун нахмурился.
— Что ты делаешь? Это ничего не решит.
— Ошибаешься, отец. Ты любишь активы. Ты любишь контроль. Но твой главный актив — это я. Твое наследие. Твое бессмертие. Если я умру сейчас — всё, что ты строил, рассыплется. У тебя нет других наследников. Совет директоров сожрет тебя живьем через неделю после моих похорон.
Хёнджин нажал на курок, но не выстрелил, лишь взвел затвор.
— Дай команду Мин Хо уйти. Сейчас же. И открой бокс. Или ты увидишь, как твое «великое будущее» разлетится по стенам этого склада.
— Ты не сделаешь этого, — голос Тэ Джуна впервые дрогнул. — Ты слишком любишь жизнь. Ты слишком любишь её.
— Именно поэтому я это сделаю! — закричал Хёнджин. — Потому что без них моя жизнь не стоит и воны! У тебя тридцать секунд, старик! Прикажи Мин Хо бросить шприц!
На экране Мин Хо замер. Он смотрел в камеру, ожидая команды. Игла коснулась кожи Ариэллы.
Хёнджин прижал ствол к груди. Он чувствовал, как под металлом бешено бьется его сердце. В этот момент он не был директором. Он не был сыном миллиардера. Он был просто мужчиной, готовым сгореть дотла, лишь бы свет его жизни продолжал гореть.
— Десять! Девять! — Хёнджин начал отсчет.
Аврора в боксе затихла, словно почувствовав серьезность момента. Тэ Джун тяжело дышал, его лицо перекосилось от ярости и... страха. Он впервые в жизни терял контроль над ситуацией. Его расчет на эгоизм сына провалился.
— Пять! Четыре! — палец Хёнджина напрягся на спусковом крючке.
— Стой! — взревел Тэ Джун. — Мин Хо, отставить! Уходи оттуда!
На экране химик вздрогнул, вытащил иглу (он даже не успел её ввести) и быстро вышел из комнаты. Ариэлла даже не шелохнулась, продолжая спать под действием лекарств.
Старик нажал на кнопку на своем пульте. Раздалось шипение, и бронированное стекло бокса медленно поползло вверх.
Аврора пулей вылетела наружу, с криком «Принц!» бросаясь к Хёнджину. Он подхватил её одной рукой, всё еще не опуская пистолет. Малышка уткнулась лицом в его шею, заливаясь слезами.
— Убирайся, — тихо сказал Хёнджин отцу. — Забирай своих людей и убирайся. Если я еще раз увижу тебя или твоих псов рядом с ними... я не буду стрелять в себя. Я выжгу всё, что тебе дорого.
Тэ Джун посмотрел на сына с ненавистью, смешанной со странным, извращенным уважением.
— Ты стал монстром, Хёнджин. Поздравляю. Ты наконец-то настоящий Хван.
Старик развернулся и в сопровождении охраны вышел из склада. Его шаги по стальному настилу звучали уже не так уверенно. Он проиграл. Не битву за деньги, а битву за душу своего сына.
Возвращение из пепла
Хёнджин упал на колени, всё еще сжимая Аврору. Пистолет выпал из его рук. Он плакал — громко, навзрыд, как ребенок. Весь ужас последних часов выходил из него с этими слезами.
— Всё хорошо, маленькая... всё закончилось... — шептал он, целуя её в макушку. — Мы едем к маме.
Он нес её к машине на руках, не обращая внимания на дождь. Его разум уже был в пентхаусе, рядом с Ариэллой. Он знал, что впереди еще много боли. Ей придется объяснить, что видео было ложью. Ей придется заново учиться дышать без страха. Но они были живы.
Когда Хёнджин вошел в спальню, неся спящую Аврору, Ариэлла только начинала приходить в себя. Она открыла глаза, и в них всё еще отражался тот бесконечный ужас видеозаписи.
— Хёнджин? — её голос был едва слышен. — Она... она мертва? Скажи мне, что это был сон...
Вместо ответа он подошел к кровати и аккуратно положил Аврору рядом с ней.
— Она здесь, Ариэлла. Она жива.
Ариэлла замерла. Её руки медленно, словно боясь коснуться призрака, потянулись к дочери. Почувствовав теплое дыхание и мягкость волос, она издала звук, который Хёнджин никогда не забудет — смесь стона и смеха.
— Живая... теплая... — Ариэлла прижала дочь к себе, обливая её слезами.
Хёнджин сел на край кровати, обнимая их обеих. Он чувствовал, как его собственная тьма начинает отступать. Он потерял отца, потерял покой и, возможно, потерял свое будущее в высшем обществе. Но глядя на двух самых дорогих ему людей, он понимал, что это была лучшая сделка в его жизни.
— Я никогда больше не оставлю вас, — прошептал он, закрывая глаза. — Больше никогда.
За окном начинался рассвет. Первый рассвет их новой, опасной, но настоящей жизни. Они еще не знали, что Кан Мин Хо не просто ушел — он забрал с собой копии всех данных Тэ Джуна. Но это была история для другого дня. Сегодня они просто дышали. Втроем.