Ночь

Севилла стояла у могилы. Той самой. Сейчас она могла разглядеть острые шипы роз, сорняки, окружившие место захоронения, и, конечно, надпись на кресте.

Севилла Мария Тёрнер. 1978 — 1998.

Вот откуда узнали ангелы. Погребение с молитвами за упокой души, а гроб-то пустой. Никто на самом деле не отошёл в мир иной. Это должно было их заинтересовать. А потом ещё и я убила здесь своего любимого, который спокойно клал цветы на мою, чёрт возьми, мою могилу. — Севилла вздрогнула. — Непростительный промах, стоящий не только жизни, но и чувств.

Однако их совсем не осталось, этих чувств. После встречи с матерью, которую Севилла уже не чаяла увидеть, после осознания того, что она убила собственного жениха, хотелось только взвыть в голос да надавать по щекам Люциферу за всю боль, причинённую ей.

Севилла была уверена — Люцифер самолично стёр ей половину воспоминаний. Стёр половину её прошлого ради забавы. Чтобы посмотреть, как она мучается, как убивает некогда близких людей.

Вот ведь краснолицый гад. Он, оказывается, продумал весь свой план до мелочей. Чувствую себя лишь жалкой пешкой  в его играх, — от последней мысли девушку передёрнуло. Ей претила одна лишь мысль, что она на самом деле не играла значимой роли в мироздании. Она ведь бросила всё ради великой миссии, которую Люцифер приписывал ей. Чего скрывать, Севилла всегда жаждала величия и власти. А кем она оказалась по итогу?

Неожиданное яркое свечение за деревом отвлекло Севиллу от размышлений. Кто-то с очень заметной аурой подсматривал за ней.

Она медленно начала подходить к человеку или, если не повезёт, к ангелу. Шаг за шагом Севилла становилась всё ближе к своей цели — существо не двигалось. Опьяненная азартом и охотой, она не замечала ничего, кроме неё. Но в голове вдруг родилась отрезвляющая мысль:

Что я буду делать, если это ангел? Гипноз на них не действует.

Севилла вскинула голову, скрестила руки у груди. В общем, встала в свою любимую позу. У девушки возникла идея, как узнать, кто же, всё-таки, следил за ней.
Чёрное свободное платье безмятежно колыхалось на ветру.

— Выходи, жалкая крыса. Хватит за мной подсматривать.

Если бы это был человек, то он обязательно явился бы. Ни один смертный не устоит перед силой гипноза демонов.

Но ангел (теперь уже стало ясно, что это именно он) пустился бегом в глубь дремучего леса. Аура, точно такая, какой её описывал Люцифер, скрылась во тьме деревьев.

Добро бежит от зла. Как символично.

Севилла развернулась и направилась в сторону своего относительно нового дома. Сегодня Люцифер точно придёт. Он будет в гневе из-за её выходки, но Севилле есть, чем ответить. Она тоже была в гневе.

Встретила Севиллу полная тишина, которую та разрушала, наступая на скрипящие половицы. Она прошла мимо небольшой залы. Кресло, тумба, на которой стояло радио и давно завядшие белые с фиолетовыми крапинками ирисы в стеклянной вазе. Всё было покрыто слоем пыли. Когда-то тут жил престарелый надсмотрщик кладбища. Он отпугивал безбожных подростков, что пытались осквернить могилы, следил за домом, создавал в нём уют. Надсмотрщик стал первой жертвой Севиллы. Удивительно, как из-за непутёвой хозяйки всего за два года милый домик превратился в самый настоящий склеп.

Неторопливыми шагами она поднялась наверх, перешагивая сгнившие и сломанные ступени. Одной рукой девушка держала подол платья, другой — деревянные перила.

Гнев и ярость чуть отступили, давая голове возможность более трезво мыслить. Севилла обдумывала, как заставить Люцифера раскаяться в содеянном. Однако такая перспектива при любом варианте развития событий казалась весьма и весьма невозможной, и от этого девушка-портал вновь теряла пришедшее хладнокровие.

На мансарде, где находилась широкая кровать, шкаф-рухлядь и все вещи девушки, тело Севиллы сковал ужас, а она сама упала на холодный пол.

— Молох, Асмодей и...

Не успев назвать третьего демона, на что он наверняка обидится, Севилла провалилась в обморок.

Над остатками костей стоял Александр. Живой Александр.