[18]
Жуткая усмешка сменила улыбку на морщинистом лице Элеанор. Она потерла ладони и довольно захихикала, до ужаса напоминая ведьму из рассказов о Хэллоуине. Кандида несколько смутилась от ее странного поведения. Луи приобнял подростка за плечи, всем своим видом говоря «я с тобой, милая, я с тобой».
Как мужественно.
— Элеанор, — высокомерно вскинув брови, начал защитник Кандиды, — Я думаю, что ты хочешь пунша. — Он показал рукой на стол в самом дальнем конце зала, как бы тонко намекая, что ей следует уйти.
Та замотала головой, гадко улыбаясь.
— Нет, я не хочу.
Луи сузил глаза и фыркнул.
— Что за бред? Конечно, ты хочешь! — Он оставил девушку и, схватив за руку призрачную старуху, поволок ее как можно дальше.
Элеанор начала яростно вырваться.
— Пусти, Томмо, пусти! — Она укусила его за палец, отчего он взвизгнул, как собачонка, которой прищемили хвост дверью, но продолжил волочить ее за собой.
В глазах хозяина особняка заиграли злые огоньки, когда он обратил свой взор на лицо неадекватной старушки землистого оттенка.
— Немедленно прекрати, Колдер!
— Но она похожа на меня! — неустанно твердила Эль. — Похожа! Я же видела...
— Закрой свой рот, — рыкнул Луи. — Она на тебя ни капельки не похожа.
Томлинсон посчитал оскорблением как для Кандиды, так и для себя, когда сумасшедшая заявила, что они схожи внешне.
— Нет, ты должен это увидеть! — Элеанор уперлась ногами в пол, тормозя более молодого по виду призрака. Луи нахмурился. — У нас действительно есть общее.
— У нее не вываливаются зубы, — возразил Луи.
— Да нет же! Наши глаза... они... они одного цвета! — бегая глазами (хорошо, что не в прямо смысле выражения), затараторила она.
— Вау, — Томлинсон закатил глаза. — Надо же. Оказывается, у людей редко встречаются глаза карего цвета. Значит, вы родственники.
— Я знала, что ты поймешь меня! — явно не понимая его сарказма, с улыбкой произнесла она. — Знала, ей богу знала!
Луи нахмурился, прекрасно поняв, что с соображалкой у Элеанор не очень.
— Я не это имел в виду...
Но она уже схватила его за руку и потащила назад, к Оскару и Кандиде.
—
Олдридж вновь осталась наедине с Уайльдом. Тот беспечно пожал плечами.
— Луи сильно беспокоится за Вас, мисс Олдридж. Он осознает, что Элеанор может причинить Вам боль и пытается защитить Вас от нее. При всем моем уважении к этой старой леди, я тоже стал бы опасаться за свое здоровье, — приглушенно хихикнув, признался писатель.
— Позвольте спросить, сэр? — смущенно спросила его живая собеседница.
Тот кивнул.
— Почему Вы предпочитаете обращаться и говорить в более официальном тоне? Луи, насколько мне известно, старше Вас и умер раньше...
— Все верно, дорогая Кандида, — снова кивнув, ответил Оскар. — Просто я более... более знаменит, чем он. Я писатель, понимаете? Я должен вести себя соответствующе своему статусу. Но дело еще не только в этом, — завидев немного злой вид подростка, добавил он. — Благодаря тому, что я писатель, мой мир иной... Он другой и совершенно не такой, каким видите его Вы, или Луи. А в моем мире все более официально и четко.
Девушка кивнула в знак того, что поняла, о чем только что толковал Оскар. Но даже после его пояснений ей все еще не было немного неясно.
«Почему он не хочет идти в ногу со временем? Это странно...» — думала она.
— А... позвольте еще один, но ма-а-аленький вопросик, — сщурившись и показав на пальцах миниразмер, пролепетала она.
Уайльд снова кивнул, с интересом заглядывая ей за спину, где Луи завизжал и схватился за палец.
— Как вы познакомились с Луи? Я имею в виду... он уже должен был быть призраком...
Привидение с превеликим трудом оторвалось от столь странной картины за спиной девочки и внимательно посмотрело на нее.
— Это не такой уж и большой секрет, моя дорогая, — улыбнувшись, сказал он. — На самом деле все куда страннее, чем это может показаться.
***
Начинающий писатель, Оскар Уайльд, более известный под псевдонимом «Себастьян Мельмот», решил навестить своих давних друзей, братьев Эванс, живших в ту пору в богатом особняке Брауниг, который они выкупили у прежних хозяев. Хотя слово «выкупили» подходит сюда меньше всего, потому что прежний хозяин за баснословно низкую цену продал им дом, еще и съехал как можно скорее, не забыв предупредить старшего из братьев, Ричарда Эванса, о том, что в доме живет «дух нечистой силы». Он, можно сказать, почти всучил им право на обладание этой частной собственностью. Но ни у Ричарда, ни у Кристиана подозрений не возникло на этот счет. Они думали, что благородный сэр слишком долго не мог продать дом — вот и был так сильно взволнован, когда они явились к нему с просьбой о покупке Браунинга.
В своем письме молодому писателю братья Эванс просили лишь приехать как можно скорее, потому что им «не терпится поделиться последними новостями о мисс Блэк и о здоровье бедной Луизы».
Вот почему Оскар приехал в Донкастер.
По прибытию его встретили некоторые из слуг братьев и довезли до особняка, где он был принят с большим теплом и радушием.
— Оскар, как давно мы не виделись, друг мой! — воскликнул Ричард, медленно спускаясь по ступенькам крыльца. Он был достаточно сдержанным человеком и предпочел обменяться объятиями в более приватной обстановке. Кристиан ждал их в гостиной, где в том же камине-портале странно горел огонь.
Мистер Уайльд искренне удивился неестественным цветам пламени — братья же ничего не заметили. Он приостановился у камина, и на миг — всего на миг — ему показалось, что он увидел голову молодого мужчины, но он тут же отогнал столь бредовые, как ему думалось, мысли.
Ну, это же самое настоящее безумие — видеть живых людей в камине. Это просто парононормальное явление. По крайней мере, потому, что человек физически не мог пролезть в камин.
— Как поживает Луиза? — спросил Оскар после того, как подали чай с имбирным печеньем.
Кристиан демонстративно повернулся к окну: ему было неприятно разговаривать о здоровье сестры, которую он любил всей душой и был вынужден оставить с отцом. Должно упомянуть, что Луиза была младше братьев на семь лет и родилась в Германии, в Кёльне. Она не являлась родным человеком семейству Эванс, но ее взяли у умирающей приятельницы матери Кристиана и Ричарда. С самого рождения у Луизы был недуг, причем, ужасно страшный недуг — синдром Дауна, но не так давно она заболела чахоткой и довольно долгое время проводила в постели, потому что с каждым днем ей становилось все хуже и хуже.
— Не все так хорошо, Оскар, — наконец заговорил Ричард, пристально и несколько осуждающе наблюдая за Кристианом. — Доктор дает прогнозы, слушать которые нам совсем не хочется.
Кристиан фыркнул, скрестив руки на груди так, что старый сюртук противно затрещал, предупреждая о том, что еще одно подобное движение, и он разорвется по швам.
— Мне очень жаль, я, правду сказать, думал, что она идет на поправку, раз вы хотели рассказать мне о ней в своем письме. Ах, бедная, бедная Луиза! — в сердцах воскликнул писатель и угрюмо уставился на чашку чая на столике. Оскар не знал Луизу лично, но он действительно сочувствовал ей. В ее возрасте надо бы подыскивать жениха, но судьба отнеслась к ней несправедливо, дав ей синдром Дауна и откинув ее на окраину общества.
— Кристиан очень переживает за нашу сестру, — пояснил столь странное поведение брата Ричард. — Он ходит сам не свой.
Уайльд закивал, но он почти не вслушивался в дальнейшую речь Эванса-старшего, потому что его взгляд был прикован к какой-то картине, на которой был изображен юноша. Светлые русые волосы, и мутно-голубые глаза привлекали собою внимание, но не красотой, а какой-то излишней живостью, которой картины обладать не должны. И имея в виду «живость», а не «правдоподие», можно действительно заподозрить что-то не то, потому что юноша моргал неоднократное количество раз. Оскар даже немножко перепугался такого «спецэффекта» от картины.
— ... Мисс Блэк учувствовала в благотворительной акции, — беспечно продолжал Ричард, совершенно не замечая, что его собеседник увлекся картиной на стене. — К сожалению, я не могу припомнить с чем связана эта акция, но раз она благотворительная, то, следовательно, как-то связана с... Куда это вы смотрите, друг мой? — наконец спросил он, одарив Оскара более чем недоуменным взглядом. — А-а-а... Мистер Горбин, предыдущий хозяин этого особняка, сказал, что это портрет Луи Томлинсона, сына Джоанны Томлинсон и ее мужа. Того, что умер, как говорили мне, крайне нелепо...
Невозмись откуда поднялся сильный ветер. Свечи в канделябрах попросту задуло, и комната погрузилась во мрак.
— Что это? — сдавленным голосом произнес Кристиан, оглядывая комнату. Сумрачный свет из окна мягко освещал ковер и ноги Ричарда и Оскара.
— Я не знаю, — слегка подрагивая, ответил ему Ричард. Он с силой вжался спиной в кресло и крепко ухватился за подлокотники кожаного кресла.
Чей-то злобный смех разразился раскатным громом по комнате. Все живые люди вздрогнули.
— Не смей произносить это слово! — крикнул мягкий и, на удивление, приятный голос.
— Что? — пропищал Ричард Эванс.
— Ты все прекрасно слышал, неотутюженный сюртук! — гневно прокричал голос, который постепенно начал сменяться протяжным и нудным воем. Ричард нервно оглядел свой костюм и заметил, что сюртук и вправду был не отутюжен.
Снова жуткий ветер поднялся в комнате, мебель запрыгала, угрожая скинуть с себя и гостя, и Эванса-старшего. Мужчины испуганно попятились к двери, невнятно бормоча молитвы, какие они только знали.
В гостиной поднялся настоящий ураган, поднимающий бумажки и мелкие предметы и сметающий все на своем пути.
— Вот отсюда, вон, псы несчастные! — на повышенных тонах вопил голос.
***
Оскар покачал головой.
— Да... Это было эффектно. Вам, миледи, следовало бы видеть наши лица. Они выражали последний ужас! — тихо смеясь, воскликнул писатель. — Именно благодаря Луи и появился образ Кентервильского привидения. А это кровавое пятно на полу... Он надувал нас этим трюком неоднократное количество раз.
Кандида слушала его с большим вниманием. Она пьянела с каждым слова Уайльда, потому что рассказ поглотил ее целиком.
— Значит, Луи послужил прототипом Кентервильскому привидению?
Оскар кивнул.
— Все верно.
В этот момент непонятно откуда-то выскочила Элеанор, которая крепко держала за руку хозяина особняка. Она тыкнула пальцем прямо в лицо Олдридж.
— Вот, вот, смотри, Томмо! Смотри!
________________________
хэй! ну как вам? я просто не могла не поместить одного из моих любимых писателей сюда.
помните, что Оскар Уйльд является вымышленнысём персонажем в моей истории.
что вы думаете об Элеанор? а о Луи и Кандиде? что вы думаете о "знакомстве" Оскара и Луи?
голосуйте и комментируйте!!!