thorn at dragon academy

 Мысленно я уже четвертовала Чимина – даже представить страшно, что он мог наговорить. Я начала искренне жалеть, что дала Розэ этот совет поговорить с ним. Если бы я знала раньше про ситуацию с Микаэлем...

В голове роились неоднозначные мысли. Даже если Айрин и действовала из лучших побуждений, поступок выглядел подлым. Наверняка Розэ чувствовала себя отверженной, преданной, в то время как ее сестра просто самоутверждалась за счет близкого человека. Еще и вынесла эту грязь на обозрение всей академии. Самая настоящая змея!

Пребывая в самом мрачном расположении духа, я направилась в комнату подруги. В воображении я очень красочно представила, как она лежит на кровати, драматично всхлипывая и прокРозэя Чимина. На деле все оказалось намного прозаичнее: вернувшаяся соседка, видимо, возмутилась раскиданными повсюду платьями и свалила их в одну кучу на постели Розэ.

Трагедия отменялась. Драконица как-то зло комкала вещи, запихивая их в свой шкаф.

– Привет. – Тихо позвала я ее. – Можно тебя на пару минут?

Здраво рассудив, что при свидетелях она вряд ли сможет быть откровенной, я потащила Розэ в свою комнату. Усадила на кровать и приступила к допросу.

– Все хорошо, Лили. – Произнесла она таким тоном, что сразу стало понятно: все плохо. – Мы поговорили и наконец-то расставили все точки над "и". Мы слишком разные.

– И что именно делает вас столь несовместимо-разными? – Осторожно попыталась выведать я.

– Он сказал, что я ему очень нравлюсь, но он не готов к браку. Но очень бы хотел продолжить со мной общаться в рамках допустимых норм, чтобы рассмотреть такой вариант в перспективе. – Отчеканила она злым тоном.

Видимо, с драконьего такая фраза трактовалась как "мы никогда не сможем быть вместе". Зная Чимина, с его языка она переводилась как "Розэ, я в тебя влюбился и хочу построить с тобой отношения".

Запущенный случай.

– И что именно тебя не устраивает в предложенном им варианте? – Продолжила выведывать я. Розэ открыла рот, и тут же закрыла, словно собственный ответ показался ей неподходящим.

– Если бы он действительно хотел быть со мной, то сделал бы все ради этого! – Наконец, веско заявила она. Ну, вообще-то, так и есть, – хотелось ответить мне.

– Отношения выстраиваются на взаимном доверии, уважении, честности, готовности принять со всеми недостатками. Невозможно по щелчку пальцев понять, подходит тебе этот человек... эм или дракон, или нет. – Мягко проговорила я, усаживаясь рядом.

– Как это невозможно? У нас это именно так и происходит. – Она тяжело вздохнула. – Правда, эта способность почему-то досталась только мужчинам — девушкам лишь остается принять волю более сильного.

Она выразительно скривилась, а у меня в душе начали разрастаться смутные подозрения.

– Ты сейчас о чем? – Спросила я настороженным тоном. Лицо подруги вдруг стало каким-то виноватым, словно она невольно выдала чужую тайну.

– Это что-то вроде главного секрета драконов. – Спустя несколько секунд молчания продолжила она. – Пообещай, что никому не расскажешь.

Я медленно кивнула. Ну не может быть ничего такого, чего я бы не знала за столько лет изучения этой расы. Каждая их особенность была мне хорошо известна, каждое уязвимое место.

– Иногда драконы выбирают себе пару. – Начала она, явно испытывая затруднения с правильным подбором слов. – И под "драконом" я имею в виду "звериную" суть. Чистые инстинкты, помноженные на потребности – и вот, как ты сказала, по щелчку пальцев, он, по сути, больше ни с кем другим быть не может. Ну разве что брачный ритуал проведет.

– Какие такие инстинкты и потребности? – Почему-то севшим голосом уточнила я. Розэ покраснела и явно смутилась.

– Ну-у-у, разные. Оберегать, лелеять, обладать... – Последнее слово выдохнула почти неслышно.

– И по каким критериям выбирает?

– К сожалению, точного ответа тут нет. Но считается, что девушка как раз должна вызывать это самое желание ее защищать и баловать. Еще много завязано на физиологической совместимости.

Ничего страннее в жизни не слышала. Ну хотя бы объясняет, почему драконицы так озабочены своим внешним видом и желанием угодить сильному полу.

– И как это работает в драконьем обществе? Подходит к тебе мужик и говорит: я тебя выбрал. Буду, значит, тобой обладать. А ты его в первый раз видишь. – Я даже хихикнула, представив такую картину. Да, теперь понятно, почему предложение Чимина узнать друг друга получше было встречено столь категорично.

– Любая драконица будет рада обретенной паре. – Почти заученно начала она. – Это идеально совместимый партнер, здоровое потомство, уверенность в завтрашнем дне. Он не предаст и не изменит, будет всегда защищать. О чем еще можно мечтать?

– О любви? – Приподняла я бровь. – О свободе выбирать самой и решать, какой именно будет твоя жизнь. Быть значимой не потому, что так решили инстинкты, а за то, кем ты являешься.

С каждым произнесенным мною словом ее лицо становилось все более задумчивым. Уж не знаю, на какие мысли я ее натолкнула, но девушка внезапно вскочила, а затем прерывисто меня обняла.

– Спасибо, Лили, что выслушала.

На недавно опечаленном лице теперь светилось воодушевление. Драконица выскочила из моей комнаты, даже не попрощавшись, словно мысли ринулись куда-то вперед без ее ведома, и она пыталась их поймать.

Я закрыла дверь и тяжело привалилась к ней спиной. Я же не похожа на ту, что нуждается в защите? Не та, кого хочется лелеять? Что Чонгуку могло от меня понадобиться?

Был только один способ узнать ответ. Я открыла окно и приготовилась ждать.

Чонгук появился примерно через час – ворвался, принеся с собой вихрь ледяной свежести и мороза. Все внутри меня затрепетало и потянулось к нему, словно мы не виделись несколько недель, а не пару часов.

За это время я успела привести себя в порядок и переодеться в домашнюю одежду, но настроиться на разговор так и не получилось. Да я и сама не знала, что именно хочу узнать.

"Слушай, Чонгук, твоя драконья сущность на мне, случайно, не зациклилась?" – даже звучит странно. И главный вопрос: нужен ли мне вообще этот ответ, и как он может повлиять на наши отношения.

– Привет. – Он плотно закрыл окно, а затем повернулся ко мне, озаряя широкой улыбкой. От нее как-то сразу стало тепло и спокойно, и я не смогла сдержать ответную. Как-то сама собой потянулась за объятьями – к нашему общему удивлению. Мои руки обхватили его шею, лицо уткнулось в грудь, и я услышала, как быстро-быстро бьется его сердце.

Ладони Чонгука прошлись по спине, очертили талию, спустились ниже, на ягодицы... и, быстрее, чем я успела пискнуть или возмутиться, приподняли над уровнем пола, заставляя обхватить его бедра ногами.

– Что ты...? – Сдавленно охнула я, но закончить фразу не смогла. Его губы накрыли мои – требовательно, жадно. Язык проник в мой рот, вызывая мелкую дрожь во всем теле. Спиной я почувствовала твердую поверхность – судя по всему, шкаф. Сильное тело вжималось в мое, лишая остатков здравого смысла, превращая кровь в раскаленную лаву.

Я сдавленно застонала, обвивая его шею руками и запуская пальцы в волосы, желая притянуть еще ближе. Едва ли это возможно – между нами ни миллиметра свободного пространства, словно каждый изгиб моего тела является продолжением его.

Его ладони сжимают мои ягодицы, то почти до боли, то сразу поглаживая, словно стараясь загладить вину. Этот контраст заставляет мое тело плавиться и пульсировать в такт каждому движению. Между моих разведенных бедер скапливается тягучее напряжение, усиливающееся с каждой секундой. И явное доказательство его страсти, что упирается мне прямо туда, делает ситуацию только хуже. Или лучше. Смотря с какой стороны посмотреть.

Из моего рта вырвались нечленораздельные звуки, когда его губы опустились на мою шею, лаская чувствительную кожу. Я откинула голову, стукаясь затылком о дверцу шкафа, и, кажется, зашипела от боли. И именно этот звук привел Чонгука в чувство. Он замер, глубоко вдыхая запах моих волос, а спустя несколько мгновений разжал руки, давая мне буквально сползти по твердой поверхности. Ноги не держали и мелко подрагивали, а внутри все жаждало продолжения.

Синие глаза дракона смотрели прямо на меня, не давая и шанса увернуться.

– Все хорошо? – Спросил он, убирая прядь волос с моего лица. Большой палец прошелся по щеке, коснулся нижней губы – наверняка слегка припухшей.

Вот и думай теперь: он спрашивает про удар головой или поцелуй? Хотя ответ в любом случае будет одинаковым.

– Да, – пробормотала я, обретая, наконец, твердость в ногах. – Это было... мм... неожиданно. Но мне понравилось.

Я сильно преуменьшала, используя такое плоское определение своим эмоциям. Это было так волнительно, остро, потрясающе, что внутри все до сих пор мелко трясется.

– Мне тоже. – Тихо произнес он, опуская руку ниже и переплетая наши пальцы. Этот простой жест отозвался какой-то щемящей нежностью в груди. Словно я всю жизнь только и мечтала держаться за руки с парнем, в которого влюбилась. – Присядем? Я хотел с тобой поговорить.

Какое совпадение... – подумала я.

Однако наши темы не совпали. Усевшись на моей кровати и пристроив мое несопротивляющееся тело у себя на коленях, он начал рассказывать, как продвигаются дела с расследованием о произошедшем на первом испытании.

– Отец Зари — важная шишка в министерстве. Естественно, он пытается все замять. Даже согласен забрать ее из академии, если это поможет предотвратить огласку.

– Она признала вину?

– Призналась, что именно она подкинула тебе артефакт, но утверждает, что не имела ни малейшего понятия о его свойствах. Купила у одного из студентов, что приторговывает различного рода неприятными, но довольно безвредными магическими творениями, вроде "штучки-вонючки" или шампуня, что меняет цвет волос и тела. По ее словам, этот артефакт должен был заставить тебя пахнуть, как выгребная яма.

Теперь понятно, зачем она так активно надушилась – чтобы никто не почувствовал этот дивный аромат.

– Этого студента нашли? – Нахмурившись, спросила я.

– Разумеется, но на нем след оборвался. Он действительно был уверен, что продал безобидный артефакт для розыгрыша, а, значит, на каком-то этапе произошла подмена. Да и след запретного колдовства нигде в его комнате не был обнаружен.

– Получается, настоящий недоброжелатель все еще на свободе? – Задумчиво пробормотала я, пытаясь понять, какая у него вообще может быть цель. Зачем нападать на меня так открыто и демонстративно?

– Это ненадолго. – Уверенно заявил Чонгук. – Не волнуйся, я смогу тебя защитить.

– Ну-у... – Протянула я с немного нервным смешком. – Я и сама могу за себя постоять.

Вздох Чонгука был наполнен какой-то обреченностью.

– Я знаю, Лили. – Мягко проговорил он, поглаживая мою ногу кончиками пальцев. Он вообще вел себя так, словно не мог перестать меня касаться, то и дело дотрагиваясь везде, куда дотягивались его ладони. И это наводило на определенные мысли... – Просто мне так спокойнее.

– Ну да, у вас же принято всех девушек защищать. – Нейтральным тоном ответила я. Чонгуку моя фраза не понравилась.

– Принято. – Подтвердил он. – Но ты для меня не "все". Ты особенная.

– Потому что я твоя девушка? – Невинным тоном спросила я. Его руки на мгновение замерли, а затем их ход возобновился, более медленный и настойчивый.

– Потому что ты моя. – От его низкого голоса внизу живота закрутился узел, и я невольно поерзала на месте, ощущая нечто твердое под ягодицами.

– А если мы расстанемся, то...

– Мы не расстанемся, Лили. – Довольно резко отрезал он, и тут же нервно выдохнул. – Точнее, я очень не хочу, чтобы это произошло. Я тебя пугаю своими словами, да?

Я неопределенно пожала плечами, пытаясь понять, какие именно эмоции испытываю. Страха среди них не было точно. Беспокойства тоже. Чонгук не стал мне нравиться меньше... скорее даже наоборот.

– Розэ мне сегодня рассказала про одну особенность драконов. – Произнесла я. – Сказала, что это "секрет", хоть я и не поняла почему.

– И что это за особенность? – С обреченностью в голосе спросил Чонгук, и я едва не улыбнулась – настолько стало все очевидно.

– Некоторые мужчины выбирают себе пару и могут быть только с ней. Или с той, на ком женятся. Или что-то в этом духе.

Я говорила нарочито безмятежным тоном, при этом тщательно отслеживая выражение его лица. Чонгук усмехнулся: кажется, он понял, что я сопоставила факты и теперь догадываюсь о происходящем.

– Мы охраняем этот секрет, потому что дракон будет стремиться сделать все, чтобы его пара была в безопасности. Представь, что в недавней войне, для того чтобы заставить моего отца сдаться без боя, нужно было бы всего лишь похитить мою мать. Он бы ни за что не хотел подставить ее под удар.

– Ооо... – понимающе протянула я, не думая об этом в таком свете.

– Это своего рода наша главная слабость. Связь зацикливает инстинкты на одной-единственной девушке – хочется ее оберегать, быть рядом, вдыхать ее запах, касаться.

С каждым словом его руки поднимались все выше, пока не забрались под рубашку и не коснулись голой кожи живота. Мне стало жарко, щеки покраснели, дыхание стало тяжелым – и я не знала, что больше повлияло на мое состояние: его действия или слова.

– Но я же ничего подобного не делал. – С иронией в голосе произнес он. – Так что даже не представляю, на чем я спалился.

– Так это чистосердечное признание? – Спросила я, окончательно расслабляясь в его руках.

– Да, госпожа следователь, вы меня раскололи. – Улыбнулся он. – А знаешь, что меня радует в этой ситуации больше всего?

– Что?

– Что-то не похоже, что бы ты куда-то сбегала. – Почти промурлыкал он, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в шею.

Быть в его руках — это какая-то сладкая пытка. Его слова завораживают, глаза гипнотизируют, а прикосновения парализуют. Я бы не то, что сбежать – даже ровно встать бы сейчас не смогла. Хитрый драконище!

– Это моя комната. – Нашлась я. – Почему это я должна из нее сбегать?

– Не должна. – Подтвердил он с легким смешком. – Вообще, знаешь, забудь это слово.

– Чонгук? – Позвала я, чувствуя вдруг какое-то волнение. – Как ты думаешь, что будет дальше?

– Дальше? – Нахмурился он, тут же подхватывая мой серьезный тон.

– Ты не чувствуешь себя... в ловушке? Ты ведь это не контролируешь? Мы же вообще друг другу не подходим. Ты не думал, что это неправильно?

Он смотрел на меня несколько секунд, крепко сжимая руками, словно и правда боялся, что я сбегу.

– Не существует двух идеально подходящих друг другу существ. Есть те, кто принимают друг друга, несмотря на различия, и ищут компромиссы, потому что хотят быть вместе. – Изрек он. – Главное, чтобы это желание было. Поэтому ответь мне, Лили Манобан, желаешь ли ты быть со мной?

– Да. – Выдохнула я.

Этой ночью я вновь засыпала в горячих объятьях и с улыбкой на губах.