16.Какая ты добрая
Утром Т/и шла в кабинет биологии по длинному коридору академии. Вокруг витал приглушённый гул разговоров: кто-то обсуждал предстоящий бал, кто-то всё ещё возвращался к вчерашнему фехтованию, снова и снова пересказывая бой и улыбку Айзека. Эти слова цеплялись за слух, даже если не хотелось их слушать.
Когда до кабинета оставалось совсем немного, её неожиданно догнала Лирис и мягко схватила за локоть, уводя чуть в сторону, подальше от потока студентов.
— Предполагаю, — начала она с лукавой улыбкой, — сегодня вечером мы едем выбирать платье на бал. Он уже через два дня!
— Ну… поехали вечером, — спокойно ответила Т/и, пожав плечами.
Лирис внимательно посмотрела на неё.
— Ты какая-то задумчивая. Это из-за разговоров студентов про вчерашнее фехтование? — усмехнулась она. — Или тут есть другая причина?
Т/и усмехнулась в ответ и, не говоря ни слова, показала браслет, который вчера нашли под дверью её комнаты.
В этот момент за их спинами в кабинет вошёл Айзек. Т/и не видела этого, но почувствовала — короткий, мимолётный взгляд скользнул по её спине, словно лёгкое прикосновение.
— Ух ты… — протянула Лирис, прищурившись. — И откуда он? Айзек?
— Не знаю кто, — Т/и пожала плечами. — Вчера под дверью оставили.
— Ясно… ну пойдём.
Они зашли в кабинет. Почти сразу Т/и заметила Айзека — он сидел за своей партой, склонившись над толстым дневником, делая пометки. Рядом с ним устроилась девушка из другой группы, настойчиво пытаясь его разговорить. Айзек оставался спокойным, почти отстранённым, не поднимая взгляда.
Т/и лишь пожала плечами и, проходя мимо, слегка махнула рукой, задевая стул. Девушка потеряла равновесие и упала. По кабинету прокатился сдержанный смешок.
Т/и мило улыбнулась и спокойно села на своё место. Девушка поднялась, отряхнулась и, нахмурившись, нависла над партой, глядя на Т/и.
— Ревнуешь? — тихо спросила она.
— Конечно, — усмехнулась Т/и, встретив её взгляд. — Свой стул в обиду не дам.
Девушка прищурилась, помолчала секунду и ушла.
Т/и снова пожала плечами и принялась готовиться к занятию. Стив обернулся к ней с лёгкой улыбкой.
— Какая ты добрая к людям, — спокойно сказал он. — Прямо чувствую, как тебя тянет откинуть их в стену.
Т/и подняла на него взгляд с хитрой ухмылкой.
— Ну а что? Она на моё место села, — закатила глаза и понизила голос до шёпота, улыбаясь. — Стоять и ждать, пока она наговорится? Делать мне больше нечего.
Айзек сжал ручку чуть сильнее, продолжая писать, и краем глаза наблюдал за Т/и и Стивом.
На парте перед Т/и лежал засохший фиолетовый цветок. Она аккуратно взяла его и стала рассматривать, словно он хранил какую-то тайну. Айзек протянул руку и забрал цветок из её пальцев.
Т/и не успела ничего сказать — лишь прищурилась и посмотрела на него. На его лице появилась лёгкая, игривая улыбка. В голове Т/и всплыли слова Лирис: это уже не фехтование… это война.
Она чуть кивнула и забрала цветок обратно. В ответ Айзек мягко, почти невесомо, перехватил её запястье, притянул руку с цветком ближе и осторожно взял его двумя пальцами, бросив на неё хитрый взгляд.
Т/и лишь наблюдала, прищурив глаза. На её губах появилась лёгкая, вызывающая улыбка.
— Хочешь войны? — тихо прошептала она. — Будет тебе война.
Она высвободила руку. Айзек мимолётно усмехнулся, бросил на неё короткий взгляд и снова склонился над дневником, продолжив изучать строение цветка, будто между ними ничего не произошло.
Но напряжение в воздухе осталось.
Урок начался, но сосредоточиться было сложно. Кабинет наполнился ровным голосом профессора, говорившего о строении растений и редких видах, а за окнами лениво покачивались ветви деревьев, отбрасывая тени на парты.
Т/и сидела за одной партой с Айзеком. Слишком близко, чтобы не замечать его присутствие. Она слышала, как он перелистывает страницы дневника, чувствовала едва уловимый запах чернил и сухих трав. Каждый его жест был спокойным, выверенным, будто ничего необычного не происходило.
— Это разновидность ночного ириса, — говорил профессор. — Ядовит в больших дозах, но при правильной обработке используется как лекарство.
Т/и осторожно взяла засохший фиолетовый цветок, лежащий между их тетрадями. АНа этот раз он не отвёл взгляд сразу. В его глазах мелькнуло что-то внимательное, изучающее, будто он сравнивал её с этим растением: красивое, опасное, непредсказуемое.
Т/и первой опустила взгляд, делая вид, что записывает лекцию.
— Осторожно, — сказал Айзек негромко, почти шёпотом. — Он ломкий.
— Как и некоторые люди, — так же тихо ответила она.
Уголок его губ дрогнул.
Стив наклонился к ней ближе.
— Вы сейчас так смотрели друг на друга, — тихо сказал он, сдерживая улыбку. — Мне стоит начать волноваться?
— Тебе стоит начать учить биологию, — так же тихо ответила Т/и, не глядя на него.
Стив усмехнулся и откинулся на спинку стула.
Когда профессор объявил самостоятельную работу, в классе зашуршали страницы. Айзек придвинулся чуть ближе, чтобы лучше рассмотреть схему в учебнике. Его плечо почти касалось её.
— Ты опять играешь, — тихо сказал он, не поднимая глаз.
— А ты опять принимаешь правила, — ответила Т/и, повернув голову к нему.
Их лица оказались слишком близко. На секунду между ними повисла тишина.
Айзек закрыл дневник и незаметно подвинул к ней маленький листок бумаги, прикрывая его ладонью.
Т/и развернула записку.
После полуночи. Оранжерея.
Она подняла взгляд. Айзек смотрел прямо на неё — спокойно, уверенно, будто знал, каким будет ответ.
Т/и медленно улыбнулась и сложила записку, убрав её в тетрадь.
До конца урока оставалось совсем немного, но время тянулось непривычно медленно. Т/и делала вид, что внимательно записывает, хотя мысли снова и снова возвращались к короткой записке, спрятанной между страницами тетради. Она ощущала её почти физически — как обещание, как вызов.
Айзек сидел рядом так же спокойно, будто ничего не произошло. Лишь иногда он чуть наклонялся, чтобы сделать пометку, и тогда их плечи на мгновение соприкасались. Каждый такой случай отзывался лёгким напряжением, будто прикосновение было намеренным, даже если выглядело случайным.
— Ты согласна? — спросил он тихо, не поворачивая головы.
— А если скажу «нет»? — так же тихо ответила Т/и.
Он едва заметно усмехнулся.
— Тогда я всё равно приду.
Она повернула голову. Их взгляды встретились — близко, слишком близко для обычного разговора на уроке. В его глазах не было давления, только уверенность и азарт.
— Посмотрим, — прошептала Т/и.
Прозвенел звонок. Кабинет ожил: стулья заскрипели, студенты начали собирать вещи, кто-то тут же заговорил о бале. Т/и закрыла тетрадь и встала, ощущая, как напряжение медленно спадает, оставляя после себя тёплый след.
Айзек поднялся следом. Проходя мимо, он наклонился ближе, чтобы их слышала только она.
— Не опаздывай.
— Это угроза? — приподняла бровь Т/и.
— Предупреждение, — спокойно ответил он.
Он ушёл первым, растворившись в потоке студентов. Т/и задержалась на мгновение, глядя ему вслед, затем тихо выдохнула и улыбнулась.