Глава 8
Первые уроки
Тихий залив, где обычно тренировались самые юные члены клана, в это утро казался местом столкновения двух миров. Воздух вибрировал от напряжения. На песчаной отмели стояли, сбившись в кучку, Нетейам, Ло'ак, Кири и Тук. Перед ними, будто судьи, выстроились Аонунг, Ротхо, Цирея и Ривайя.
Солнце уже припекало, отражаясь в спокойной воде. Илу у причала тревожно перебирали плавниками, чувствуя незнакомые запахи.
Аонунг скрестил руки на груди. Его выражение лица говорило: «Я здесь только потому, что приказали».
— Слушайте, и запоминайте, — начал он, не тратя времени на предисловия. — То, что вы делали в своем лесу, здесь не работает. Ваши легкие слабы. Ваши мышцы не знают воды. Вы будете тонуть, задыхаться и выглядеть смешно. Если хотите выжить, забудьте, кто вы есть. Сейчас вы — никто.
Ло'ак нахмурился, пытаясь сохранить достоинство. Нетейам выпрямился, принимая вызов. Кири просто смотрела на Аонунга своими огромными, спокойными глазами, словно видя что-то сквозь него. Тук спрятала лицо в складках одежды Кири.
— Эй, полегче, — тихо сказал Ротхо, но Аонунг проигнорировал его.
— Первое, — продолжал Аонунг, — дыхание. На суше вы дышите, не думая. Здесь каждая задержка дыхания — счет жизни. Покажите, как долго вы можете не дышать.
Лесные подростки переглянулись. Нетейам первым набрал воздух в грудь и замер. Его лицо быстро покраснело. Через тридцать секунд он выдохнул с хрипом. Ло'ак продержался чуть меньше. Кири, к удивлению всех, задержала дыхание почти на минуту, ее лицо оставалось спокойным, но когда она вдохнула, это был глубокий, дрожащий вздох. Тук испуганно покачала головой, отказываясь даже пробовать.
Аонунг фыркнул.
— Слабо. Ребенок из нашего клана в пять лет держит дольше. Тренироваться. Каждый день. Сейчас по сто задержек. Начинайте.
Пока Нетейам и Ло'ак, сжав кулаки, начали делать глубокие вдохи и выдохи, Цирея подошла к Кири и Тук.
— Не слушай его, когда он в таком настроении, — прошептала она девочкам. — У тебя хорошо получилось, Кири. Ты чувствуешь воду, да? Я вижу.
Кири молча кивнула, ее пальцы слегка касались поверхности воды, как будто она прислушивалась к ее вибрациям.
Ривайя наблюдала со стороны, как ведет себя Ронал — оценивая, анализируя. Она видела страх в глазах Тук и решимость в глазах Ло'ака, который, казалось, больше всего хотел доказать свою состоятельность. Она подошла к девочке.
— Ты не хочешь задерживать дыхание? — спросила она мягко. — Это страшно, когда вода вокруг. Но мы начнем с малого. Видишь? — Ривайя наклонилась, набрав в ладони немного воды. — Просто коснись ее губами. Потом носом. Потом попробуй опустить в нее лицо, всего на секунду. Я буду рядом.
Тук нерешительно посмотрела на нее, потом на ладонь с водой. Очень медленно она наклонилась и коснулась воды кончиком носа. Ривайя улыбнулась.
— Хорошо. Видишь, не страшно.
Тем временем Аонунг и Ротхо уже тащили к воде двух спокойных илу.
— Второе, — голос Аонунга вновь привлек всеобщее внимание. — Равновесие. Ваши длинные ноги и хвосты, которые хороши для лазания по деревьям, здесь будут мешать. Вы должны стать частью илу. Смотреть, куда он смотрит. Чувствовать его мышцы. — Он легко вспрыгнул на спину своего животного, которое тут же приняло его. — Повторяйте.
Нетейам попытался первым. Его движения были резкими, неуверенными. Илу нервно дернулось, и юноша с грохотом плюхнулся в воду, под всеобщий смех нескольких подошедших посмотреть на зрелище молодых меткаина. Ло'ак, стиснув зубы, сделал попытку. Он продержался дольше, но когда илу решило нырнуть за водорослью, Ло'ак потерял равновесие и кувыркнулся в воду, отчаянно гребя к поверхности.
Аонунг слез со своего илу и, стоя по пояс в воде, смотрел на них с непроницаемым лицом.
— Бесполезно. Как мешки с песком.
— Дай им время, — вступилась Ривайя, подплывая ближе. Она все еще была с Тук, но видела, как Ло'ак, откашлявшись, снова и снова пытается удержаться на скользкой спине. В его упорстве было что-то, что вызывало у нее уважение.
— Время — это то, чего у нас может не быть, — отрезал Аонунг, но его взгляд на секунду задержался на Ривайе. Он видел, как она успокаивала Тук, и в его глазах промелькнуло что-то сложное — не одобрение, но и не осуждение.
Цирея тем временем уже сидела на своем илу рядом с Кири, показывая ей, как мягко надавливать ногами, чтобы указать направление.
— Не бойся, он чувствует, что ты новичок. Он будет осторожен. Просто расслабься.
К концу утра лесные подростки были измотаны, промокши насквозь и наглотавшись соленой воды. Но даже Аонунг не мог не отметить, что Ло'ак к последней попытке сумел проехать несколько метров, не упав, а Кири, кажется, нашла с илу какой-то тихий, невербальный контакт.
Когда урок был объявлен оконченным, и все побрели к берегу, Аонунг задержался, помогая Ротхо отвести илу. Ривайя шла последней, убедившись, что Тук цела и не слишком напугана. Она увидела, как Ло'ак, выбравшись на песок, в изнеможении повалился на спину, тяжело дыша. Аонунг, проходя мимо, наступил на край его разметанного по песку хвоста — не со зла, а по рассеянности. Ло'ак вскрикнул от неожиданной боли и резко дернулся.
Аонунг остановился и обернулся. На его лице было раздражение.
— Смотри под ноги, лесной. Или убирай свой хвост с пути.
Ло'ак вскочил, глаза его горели.
— Ты наступил на него специально!
Ротхо поспешил встать между ними, а Цирея замотала головой. Ривайя замерла, ожидая взрыва.
Но Аонунг лишь холодно окинул Ло'ака взглядом с головы до ног.
— Если бы я хотел сделать тебе больно, ты бы уже плакал, — произнес он с ледяным спокойствием. — Это урок номер ноль: здесь все твое тело должно быть под контролем. Даже хвост. — И с этими словами он развернулся и ушел.
Ло'ак стоял, сжимая кулаки, униженный и злой. Ривайя, поймав взгляд Циреи, тихо вздохнула. Первый день обучения закончился. Он не принес дружбы, но посеял первые семена чего-то: упрямства у одних, раздражения у других, и тихого, внимательного наблюдения у тех, кто стоял посередине. Море было терпеливым учителем, но его ученики пока не знали, хотят ли они учиться.