Глава 3
Из гостиной доносилось только хриплое, неровное дыхание отца и приглушённый гул телевизора. Он всё ещё спал. И это было... облегчением. Настоящим, физическим. Она бесшумно вышла из комнаты и прошла в ванную, стараясь не скрипнуть половицами.
Закрыла дверь, включила слабый свет и посмотрела на свои руки. Пальцы были липкими, покрытыми серо-зелёной слизью, которая уже начала подсыхать, оставляя неприятное ощущение, будто кожа стала чужой.
— Чёрт... — прошептала она едва слышно.
Она включила воду. Холодная струя ударила по ладоням, но слизь не смывалась сразу — тянулась, цеплялась, будто не хотела отпускать. Кейт с отвращением потерла руки, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Запах был странный, не совсем гниль, не совсем химия. Что-то между.
Пока она мыла руки, мысли начали возвращаться, обрывками, вспышками, будто сознание само прокручивало плёнку назад.
Лес.
Крик Джонатана.
Нэнси, вырывающаяся из этой... штуки в дереве.
Её собственные пальцы, сжимающие чужую руку, холодную и дрожащую.
История о монстре без лица.
Про изменённый лес.
Кейт сглотнула и выключила воду, но продолжала стоять, опираясь ладонями о край раковины. В отражении зеркала на неё смотрела бледная девушка с напряжёнными глазами.
И вдруг память подкинула ещё один образ.
Кусты у дороги.
Сильное, ненормальное шевеление.
И олениха.
Кейт закрыла глаза.
Тогда она не смогла рассмотреть всё до конца отшатнулась, испугалась, убежала. Но сейчас картинка всплыла целиком: изорванное тело, неестественно вывернутые ноги, следы, будто что-то не просто убило животное, а разорвало его с яростью.
Тут не водятся медведи, всплыло в голове её собственное тогдашнее оправдание. А сегодня Джонатан говорил про ещё одну убитую лосиху. И рядом, то странное место в дереве.
— Это не совпадение... — прошептала Кейт, сама не заметив, как сказала это вслух.
Она вытерла руки полотенцем, но ощущение так и не ушло. Будто грязь была не на коже, а внутри.
Вернувшись в комнату, Кейт закрыла дверь на щеколду с привычной осторожностью, задвинула её до щелчка и только тогда позволила себе выдохнуть. Она легла на кровать, не раздеваясь, уставившись в потолок.
Сон не приходил.
Мысли метались, цепляясь одна за другую.
Монстры существуют.
Джойс не сошла с ума.
Уилл, возможно, жив.
А ещё, Джонатан.
Его взгляд в лесу.
То, как он держал Нэнси, когда та плакала, как шептал ей, что всё закончилось, что она в безопасности.
Кейт перевернулась на бок и сжала одеяло пальцами. В груди тянуло неприятно, болезненно. Она не хотела думать об этом, но мысли упрямо возвращались.
Они были там вместе. Ночью. В лесу.
Она убеждала себя, что всё просто: он ищет брата, она подругу. Страх объединяет людей, а не чувства. Но внутри всё равно шевелилось что-то тёмное, липкое, похожее на ту самую слизь, от которой она только что отмыла руки.
Ревность?
Нет... скорее страх быть лишней. Опять.
Кейт закрыла глаза, стараясь вытолкнуть эти мысли, заставить себя думать о чём-то другом. О том, что главное Нэнси жива. Что она сделала правильно, что пошла в лес. Что, возможно, именно сегодня она стала частью чего-то большего.
Кейт уснула только под утро, тяжёлым, рваным сном, больше похожим на забытье. Тело наконец сдалось, но даже во сне она чувствовала тревогу, будто что-то нависало над ней, готовое в любой момент обрушиться.
Проснулась она резко, не от света, не от кошмара, а от крика.
Грубого, злого, пропитанного алкоголем.
Она не сразу поняла, где находится. Несколько секунд просто лежала, вслушиваясь, пока сознание медленно возвращалось.
Потом крик повторился, громче, яростнее, с русской матерной бранью, от которой у неё внутри всё сжалось.
Выходной. В школу идти не надо.И именно поэтому она здесь. Именно поэтому она никуда не убежала с утра.
Кейт осторожно приподнялась с кровати и тихо подошла к двери. Сердце билось где-то в горле. Она приоткрыла её ровно настолько, чтобы выглянуть в коридор, и замерла.
Отец был в гостиной. Он метался из стороны в сторону, как загнанный зверь, опрокидывая всё, что попадалось под руку. Его лицо было перекошено яростью, глаза стеклянные, пьяные. Он что-то кричал, размахивал руками, и только через пару секунд Кейт заметила причину.
На полу, у его кресла, лежал старый фотоальбом.
Её сердце оборвалось.
Она узнала его мгновенно. Потёртая обложка, чуть надорванный угол. Альбом из её детства. Тот самый, который она спрятала. Который берегла как единственное доказательство, что когда-то у неё была нормальная семья. Мама любила фотографировать Кейт маленькую, смеющуюся, отца ещё трезвого, живого, настоящего. Поездки, улыбки, солнце. Другая жизнь.
Он не должен был его найти. Но он нашёл. И воспоминания о покойной жене не смягчили его, они сломали последние остатки разума.
— Это ты... — прорычал он, заметив Кейт. Его взгляд впился в неё, как нож. — Ты во всём виновата!
Кейт отшатнулась, будто от удара.
— Отец... — тихо начала она, но он уже шёл к ней.
— Если бы не ты, она была бы жива! — заорал он. — Я бы не скрывался в этой помойке! В этой проклятой стране! Это ты её убила!
Слова били сильнее, чем руки. Каждое попадало точно в грудь.
Кейт захлопнула дверь и на автомате задвинула щеколду. Дыхание сбилось, пальцы дрожали. Она отступила на шаг, не сводя глаз с двери, за которой уже раздавались глухие удары.
Он бился в неё всем телом.
— Открой! — кричал он. — Открой, тварь!
Дверь содрогалась. Щеколда дрожала.
— Я... я не виновата... — шептала Кейт, голос срывался. — Я не хотела... отец, пожалуйста...
Слёзы текли сами, горячие, унизительные. От страха. От боли. От того, что она снова, маленькая, загнанная, беспомощная.
Она поняла: дверь долго не выдержит.
Мысли лихорадочно заметались. Бежать. Нужно бежать.
Кейт рванулась к окну, распахнула его и специально шумно задела раму, будто выбирается наружу. Потом быстро отскочила в сторону и прижалась к стене, стараясь унять дрожь.
Удар.
Ещё один.
Дверь распахнулась.
Отец ворвался в комнату, спотыкаясь, с перекошенным лицом. Увидел открытое окно и бросился к нему, изрыгая проклятия, ругань, грязь. Он кричал её имя, называл её тварью, проклятием, ошибкой.
Кейт не ждала.
Она метнулась в коридор, захлопнула дверь снаружи и задвинула её чем было. Сердце колотилось так, будто вот-вот разорвётся. Она схватила первое попавшееся тяжёлое кресло и изо всех сил подтащила его к двери, подпирая.
Он понял, что его обманули, и снова начал ломиться.
Кейт подбежала к телефону.
Руки дрожали так сильно, что она едва попадала по кнопкам.
— Джим... — прошептала она, набирая номер.
Гудки.
Гудки.
Ничего.
Она позвонила в участок.
Тишина.
— Чёрт... — вырвалось у неё.
Отец за дверью орал, бился, но, к счастью, был слишком пьян, чтобы сообразить вылезти через окно.
Что делать?
И в этот момент телефон зазвонил.
Кейт вздрогнула и тут же схватила трубку, уже готовая разрыдаться от облегчения.
— Алло? — выдохнула она.
— Кейт? — раздался голос Джонатана.
Она замерла.
— Джонатан?.. — удивлённо прошептала она. — Что случилось?
Он говорил быстро, взволнованно. Про Нэнси. Про план. Про монстра. Про то, что они собираются его убить. И что он не настаивает, просто... если она хочет.
За дверью снова раздался удар.
Кейт закрыла глаза.
— Я приду, — сказала она резко. — Сейчас.
— Ты... ты сможешь добраться? — спросил он.
Она снова навалилась на дверь плечом.
— Да, — сквозь зубы ответила она. — Скажи адрес.
Он сказал. После чего Кейт повесила трубку.
Времени не было.
Она рванулась к тумбочке, вытащила ключи от машины. Старой, отцовской, почти развалюхи. Натянула ветровку и выскочила из дома через заднюю дверь, обогнув дом.
Машина стояла там, где всегда. Она села за руль, руки тряслись, сердце грохотало в ушах.
— Давай... давай же... — шептала она, поворачивая ключ.
Двигатель захлебнулся. И в этот момент она увидела отца в окне.
Он понял. Он полез наружу. Кейт снова повернула ключ. Ещё раз. И вдруг двигатель заурчал.
Отец уже бежал к машине, шатаясь, выкрикивая проклятия. Кейт вжала педаль газа в пол, машина рванула вперёд.
Он попытался догнать её, пару шагов, не больше. Потом остановился и закричал ей вслед, на русском, грязно, яростно.
Кейт не оглядывалась. Адреналин гудел в крови, слёзы застилали глаза, но она ехала вперёд, сжимая руль до боли в пальцах.
К нужному месту Кейт добралась минут за двадцать. Дорога будто стерла остроту паники: руль больше не выскальзывал из рук, дыхание выровнялось, сердце перестало колотиться так, словно пыталось вырваться наружу. Адреналин всё ещё шумел в крови, но теперь он был не парализующим, а собирающим, тем самым, что заставляет держаться прямо и действовать.
Она свернула на парковку и сразу заметила знакомую машину Джонатана. Он и Нэнси как раз стояли у багажника, перегружая в него покупки из охотничьего магазина. Кейт заглушила двигатель, на секунду задержалась, глядя на них через лобовое стекло, и только потом вышла из машины.
Выглядели они сосредоточенными, напряжёнными, будто каждый из них мысленно уже находился не здесь, а там, лицом к лицу с тем, что преследовало их в кошмарах.
— Ты быстро, — заметил Джонатан, обернувшись первым. Потом его взгляд скользнул к машине, на которой она приехала, и он нахмурился. — Я... не знал, что у тебя есть машина.
Кейт усмехнулась уголком губ, коротко, без радости.
— У меня её и нет, — спокойно ответила она. — Это отцовская.
Она подошла ближе и заглянула в багажник. Вещи лежали в коробке: канистры с бензином, бита, увесистые гвозди, медвежий капкан, мотки проволоки. Всё это выглядело одновременно нереально и пугающе буднично, словно они собирались не на охоту за чем-то невозможным, а на обычную вылазку в лес.
И тут её взгляд зацепился за коробки.
— Это... патроны? — медленно произнесла она, присев и взяв одну из коробок. — Тридцать восьмой калибр?
Кейт подняла глаза на Нэнси и Джонатана. В её взгляде не было осуждения, скорее холодная, собранная оценка ситуации.
— У нас есть план, — сказал Джонатан, чуть быстрее, чем нужно. — Мы хотим загнать его в ловушку.
— И не подпускать близко, — добавила Нэнси. В её голосе всё ещё слышалась дрожь, но под ней уже проступала решимость.
Кейт кивнула. Несколько секунд она просто смотрела на всё это, будто складывая в голове пазл. Потом резко выпрямилась.
— Тогда подождите, — сказала она и развернулась к своей машине.
— Кейт? — окликнул её Джонатан.
Она не ответила.
Подойдя к машине, она открыла пассажирскую дверь и наклонилась к бардачку. Внутри, как и ожидалось, был хаос: смятые пачки сигарет, старые чеки, какие-то ржавые гайки, фантики, запах табака и бензина. Она тихо выругалась себе под нос, шаря рукой глубже.
— Он должен быть где-то тут... — пробормотала она.
Пальцы нащупали холодный металл.
Кейт выпрямилась и достала револьвер.
Джонатан застыл. Его глаза расширились, будто он на секунду перестал понимать, что вообще происходит.
Нэнси же... слегка улыбнулась.
— Откуда у тебя... — начал Джонатан и тут же поправился: — Ладно. Откуда у твоего отца пистолет?
Кейт повернулась к ним, спокойно держа револьвер в руке. Он не дрожал. Она не позировала. Просто держала, уверенно, привычно.
— Я же не спрашиваю, откуда у Нэнси пистолет, — ответила она.
Джонатан машинально посмотрел на Нэнси. Они поняли что сейчас не время историй. Кейт кивнула, словно это всё расставляло по местам.
— Если вы всерьёз собираетесь с этим... — она кивнула в сторону леса, — то одним револьвером и битой дело точно не ограничится.
— Мы не собираемся его застрелить, — быстро сказала Нэнси, указывая на канистры. — Мы хотим поджечь его. Заставить выйти. И сжечь.
Кейт выслушала, не перебивая. Потом тихо сказала:
— Всё равно лишнее оружие не помешает.
Джонатан колебался. Его взгляд задержался на револьвере, потом снова на Кейт.
— Ты... ты вообще умеешь им пользоваться?
Она пожала плечами, жест получился неожиданно спокойным.
— Когда я была маленькой, — ответила она, — меня учили стрелять по мишеням. Я часто попадала.
Она не стала добавлять, где именно и при каких обстоятельствах. Но что-то в её голосе, отсутствие бравады, ровная интонация, убедило его сильнее любых подробностей.
Джонатан кивнул.
— Ладно, — сказал он. — Тогда давай сюда. Положим всё вместе.
Кейт аккуратно убрала револьвер и передала его, после чего все трое снова склонились над багажником. Они складывали оружие и снаряжение молча, будто каждый понимал: сейчас не время для лишних вопросов.
Пока они укладывали последние вещи в багажник, разговор сам собой перетёк в обсуждение плана. Джонатан говорил тихо, но уверенно, объясняя, как они заманят монстра в дом, как перекроют ему пути отхода, где разольют бензин и в какой момент подожгут. Кейт слушала, иногда вставляла короткие, практичные замечания где лучше поставить ловушку, что делать, если всё пойдёт не по плану. Нэнси кивала, сжимая руки, будто мысленно уже прокручивала этот сценарий снова и снова.
И в этот момент мимо них медленно проехала машина. Раздался короткий, наглый сигнал.
Все трое обернулись почти одновременно.
Из опущенного окна выглядывал парень, ухоженный, самодовольный, с той самой улыбкой, которую Кейт терпеть не могла. Он явно узнал Нэнси.
— Эй, Уиллер! — протянул он весело. — Слышал, у тебя скоро премьера. Ждём фильм!
Машина тронулась дальше, оставляя после себя лишь смех и ощущение липкого, неприятного осадка.
Кейт нахмурилась и перевела взгляд на Нэнси.
— Какой ещё фильм? — подумала она, но вслух ничего не сказала. Ей было, по большому счёту, всё равно. Может, это что-то из их мира, школьного, чуждого, полного странных правил. Нэнси ведь тусовалась с такими, встречалась со Стивом Харрингтоном... возможно, тут был какой-то контекст, в который Кейт просто не входила.
Но, глядя на Нэнси, она поняла: та тоже ничего не понимает.
— О чём это он? — осторожно спросил Джонатан.
Нэнси медленно покачала головой.
— Я... понятия не имею.
И прежде чем кто-то успел сказать хоть слово, она резко развернулась и побежала прочь.
— Нэнси! — крикнул Джонатан. — Стой! Куда ты?!
Ответа не последовало.
Джонатан и Кейт переглянулись. В его взгляде было беспокойство, в её, усталое раздражение, смешанное с тревогой.
— Чудесно, — пробормотала Кейт.
Джонатан уже сорвался с места и побежал за Нэнси. Кейт тяжело выдохнула, закатила глаза и пошла следом, быстрым шагом, но не бегом.
Нэнси неслась прямо по дороге, не разбирая пути. Джонатан звал её, спрашивал, что случилось, но она будто не слышала. Остановились они у кинотеатра.
Кейт подошла ближе и подняла взгляд на табло с афишами. Названия фильмов были аккуратно выложены, но поверх одного из них кто-то грубо, размашисто вывел красной краской слова.
Теперь надпись читалась иначе:
«Все верные ходы.
В главной роли — шлюха Нэнси Уиллер».
У Кейт перехватило дыхание. Глаза непроизвольно округлились.
Джонатан смотрел на табло с тяжёлым, виноватым выражением лица, будто хотел извиниться за весь мир сразу. Нэнси стояла неподвижно. В её лице смешались боль, стыд и отчаяние, так, словно в одно мгновение на неё обрушилось всё сразу.
Некоторое время никто не говорил ни слова.
Кейт первой нарушила тишину. Она подошла ближе, осторожно, словно боялась спугнуть.
— Нэнси... — мягко спросила она. — Ты... ты в порядке?
Ответа не было.
Нэнси начала оглядываться. Только теперь она заметила взгляды прохожих, любопытные, оценивающие, осуждающие. Кто-то шептался. Кто-то задерживал взгляд дольше, чем следовало.
Её плечи напряглись. И, не сказав ни слова, Нэнси снова пошла в другую сторону.
— Нэнси, подожди! — Джонатан тут же двинулся за ней.
Кейт осталась на месте на пару секунд, глядя им вслед, потом снова тяжело выдохнула.
— Ну конечно, — пробормотала она с горькой иронией. — Опять уходит без объяснений. А мы, значит, должны бегать за ней.
Но, несмотря на слова, она всё равно пошла следом.
Кейт шла следом за Джонатаном, который, в свою очередь, не сводил взгляда со спины Нэнси. Всё происходящее напоминало цепочку, один тянулся за другим, будто никто из них не знал, куда именно идёт, но остановиться уже не мог. Воздух становился плотнее, тяжелее, и Кейт чувствовала это почти физически: неприятное предчувствие скользило где-то под кожей.
Когда Нэнси резко свернула в одну из подворотен, Кейт замедлила шаг. В следующую секунду она увидела их.
Стив Харрингтон, Томми, Кэрол и ещё одна девушка имени которой Кейт не знала и, честно говоря, знать не хотела.
Нэнси стояла напротив них, напряжённая, с приподнятыми плечами, будто готовая защищаться. Она явно спорила, жестикулировала, говорила быстро, резко. Стив слушал, почти не моргая, засунув руки в карманы куртки. Его лицо было спокойным, но именно это спокойствие пугало больше всего.
Кейт сделала ещё шаг, и в этот момент к Нэнси уже подошёл Джонатан.
Томми тут же заметил его. Его внимание мгновенно переключилось, и в глазах мелькнуло знакомое, мерзкое удовлетворение.
Кейт остановилась чуть в стороне. Она не до конца понимала, что происходит, и, судя по выражению её лица, это было слишком заметно. Но никто не обращал на неё внимания и Кейт была этому только рада.
— Ты заходил ко мне вчера вечером?— резко спросила Нэнси, глядя прямо на Стива,
Стив не ответил сразу. Он лишь слегка наклонил голову, будто оценивая её.
Кэрол фыркнула и, скрестив руки на груди, протянула:
— О-о, вау. Нэнси, поздравляю. Приз за сообразительность уходит тебе.
Внутри у Кейт что-то неприятно сжалось. Она посмотрела на Нэнси, та побледнела, но не отвела взгляд.
— Я не знаю, что ты видел, — сказала Нэнси уже тише, но твёрдо. — Но это не то, что ты подумал.
Стив усмехнулся. Без радости. Без тепла.
— Правда? — его голос был ровным, но в нём чувствовалась ядовитая насмешка. — Тогда объясни мне. Ты просто... пустила его позаниматься?
Нэнси открыла рот, но слова будто застряли в горле.
— Я... это не так... — начала она, но замолчала.
— Ну же, — Стив сделал шаг вперёд. — Продолжай. Закончи мысль.
Она не смогла.
И тогда Стив холодно, почти лениво бросил:
— Да пошла ты к чёрту, Нэнси Уиллер.
Кейт почувствовала, как у неё внутри вспыхнула злость, резкая, горячая. Она больше не собиралась стоять в стороне.
Она быстро подошла, взяла Нэнси под локоть и твёрдо сказала:
— Пойдём. Нам здесь делать нечего.
Нэнси не сопротивлялась. Джонатан тоже подошёл ближе, явно готовый увести её отсюда.
Но Стив не собирался останавливаться.
Его взгляд скользнул по Кейт, впервые за всё время он будто действительно заметил её. В глазах мелькнуло удивление, а потом, презрение.
— А это что у нас? — усмехнулся он и повернулся к Джонатану. — Слушай, Байерс, я даже впечатлён. Я по началу думал что ты п#дик, а ты просто обычный лузеры как твой отец
Кейт почувствовала, как напрягся Джонатан рядом. Она сильнее сжала его рукав.
— Не слушай его, — тихо, но настойчиво сказала она. — Просто иди.
Но Стив вошёл во вкус.
— Да, да, да , — продолжил он, — Ты весь в него
Джонатан замедлил шаг. Кейт почти физически ощутила, как в нём что-то нарастает.
— Хотя чему тут удивляться, у вас вся семейка лузеры
— Стив, хватит! — резко сказала Нэнси
— Джонатан пойдем — говорила Кейт.
— Твоя мамаша... — Стив усмехнулся шире. — Вся ваша семейка, сплошное недоразумение. Я не удивлен что случилось с твоим братом.
Нэнси резко обернулась.
— Стив! — закричала она. — Заткнись!
Но Стив не слушал.
— Неудивительно, что с ним что то случилось, — бросил он. — Яблоко от яблони, знаешь ли...
Кейт почувствовала, как по спине пробежал холод. Это было слишком. Она хотела выговорить Харрингтону все что думает, но не успела. Джонатан резко развернулся.
Удар был быстрым, глухим. Кулак врезался Стиву в лицо с такой силой, что тот отшатнулся на несколько шагов, едва удержав равновесие.
Наступила тишина.
Кейт смотрела на это, затаив дыхание, с бешено колотящимся сердцем. Она знала, всё зашло слишком далеко. И назад пути уже нет.
Стив поднял голову и в ту же секунду бросился на Джонатана.
Всё произошло слишком быстро. Удар, толчок, глухой звук столкнувшихся тел и вот они уже сцепились, яростно, почти зверино, будто весь накопившийся за годы гнев наконец нашёл выход. Они били друг друга, спотыкаясь, налетая на стены подворотни, отталкиваясь от мусорных баков, скользя по асфальту.
— Стив, остановись! — кричала Нэнси, срывая голос. — Хватит, пожалуйста!
— Джонатан! Прекрати! — Кейт тоже кричала, но её голос дрожал. — Хватит, слышишь?!
Томми, напротив, был в восторге. Он подпрыгивал на месте, словно на матче.
— Давай, Стив! Надери ему зад! — орал он, ухмыляясь.
— Томми, прекрати! — резко крикнула Кэрол. — Вы с ума сошли, это плохо кончится!
Кейт стояла чуть в стороне, сжав руками голову. Сердце колотилось так, что казалось сейчас вырвется из груди. Она ненавидела драки. Они всегда возвращали её туда, домой: к запаху алкоголя, к крикам, к глухим ударам по стенам и мебели. К отцу. К страху, от которого немели пальцы.
«Нужно что-то сделать... — металась мысль. — Нужно их разнять...»
Но как? Даже если они с Нэнси попробуют, это бесполезно. Их просто оттолкнут. Они слишком злы, слишком ослеплены.
— Томми, разними их! — резко сказала Кэрол, уже почти с паникой в голосе.
Томми всё-таки подошёл и попытался влезть между ними.
— Эй, хватит! — крикнул он, хватая Стива за плечо.
— Не лезь! — рявкнул Стив и грубо оттолкнул его.
Джонатан в этот момент попытался нанести ещё один удар. Стив увернулся, кулак рассёк воздух. И в ту же секунду Стив воспользовался моментом: резко, почти профессионально, врезал Джонатану.
Кейт вскрикнула.
Но Джонатан лишь пошатнулся, будто удар его только раззадорил. Он снова бросился вперёд и ударил Стива по лицу. Тот отступил на шаг, сплюнул кровь.
— Хватит! — умоляюще говорила Кейт. — Пожалуйста!
Кейт чувствовала, как внутри всё сжимается.
— Джонатан, остановись! — закричала Нэнси. — Ты его убьёшь!
Но Джонатан не слышал.
Он ударил ещё раз.
Стив упал.
Асфальт глухо стукнул под его спиной, и на секунду всё будто замерло. Но Джонатан не остановился он навалился сверху и продолжил бить.
— Джонатан! — Кейт сорвалась на крик. — Прекрати! Прекрати сейчас же!
В этот момент в воздухе разрезал вой сирены.
— Копы! — заорала Кэрол. — Это копы!
— Чёрт, копы! — подхватил Томми, оглядываясь.
Но Джонатан всё ещё бил.
Кейт и Нэнси бросились к нему, встали по обе стороны, пытаясь хотя бы словами достучаться.
— Хватит! — повторяла Кейт, почти задыхаясь. — Всё, всё, остановись!
Полицейская машина уже подъехала, фары ослепили подворотню. Дверцы распахнулись.
— Назад! — раздался голос.
Кейт узнала их сразу.
Кэлвин Пауэлл схватил Джонатана за плечи, оттащил от Стива, но тот ударил его локтем, но Кэлвин быстро среагировали ловко заломил ему руки. Фил Каллахан в это время рванул к Томми и Стиву.
— Валим! — крикнул Томми, помогая Стиву подняться.
Они побежали, шатаясь, скрываясь за углом.
— Стоять! — крикнул Каллахан и бросился за ними.
Кейт стояла, как вкопанная. Всё тело дрожало. Джонатана прижали к машине.
Кэлвин защёлкнул на его запястьях наручники.
— Нет... — выдохнула Нэнси. — Нет, пожалуйста...
Кейт резко подошла ближе.
— Кэлвин, — её голос был нервным, срывающимся. — Он... он мой друг. Пожалуйста. Может, можно без этого? Без участка?
Пауэлл поднял на неё взгляд, сразу узнал.
— Кейт, — вздохнул он. — Что ты тут делаешь? — но потом понял что не время в этом разбираться — Ты же знаешь. Я не могу просто так это оставить. Драка, свидетели.
— Но... — она судорожно сглотнула. — Может, Джим... если Джим здесь...
— Джим? — удивился Кэлвин. — Я его со вчерашнего дня не видел. Он вообще сегодня не появлялся.
У Кейт внутри всё похолодело.
«Со вчера... не появлялся?..»
Она опустила взгляд, мысли спутались. Что-то было не так. Очень не так. Но сейчас времени думать об этом не было.
Главное, Джонатан. Его уже усаживали в полицейскую машину. Кейт смотрела, как дверь захлопывается, и чувствовала, как внутри нарастает бессилие. Она снова ничего не смогла сделать.