Глава 11
Мы доехали до центра города.
Долгожданное солнце наконец поднялось над Фризенвейном. Горожане повалили на улицу, чтобы встретить его. Люди в городке отличались от жителей Амстердама: никуда не спешили, постоянно улыбались, ценили каждый прожитый день и всегда были приветливы. Конечно, не без исключений.
Всю дорогу Лиза молчала, даже не смотрела в мою сторону. Она попросила отца высадить ее на безлюдной улице, и тот нехотя отпустил дочь. Я вышла следом.
Знакомый район. Где-то недалеко находился мой дом. Вдоль улицы расположились небольшие лавки, вроде той, которой владела моя мама: парикмахерская, кофейня, булочная, магазин одежды и сувениров. Последний принадлежал знакомому нашей семьи. Он помогал нам обжиться в городе и всегда был добр. Несмотря на довольно высокие цены, в его магазине толпились покупатели. Их хорошо было видно за большими витринами.
- Сюда.
Мы прошли в узкий переулок. На душе у меня внезапно стало тяжело.
- Что ж, начнем первое задание. - И снова эта соблазняющая улыбка. - В последнее время я не промышляю воровством, как ты заметила. Просить помощи у отца и сестры я не собираюсь. Мне просто неудобно брать деньги у девушки.
- Однако ту женщину ты решилась ограбить! - не сдержала я язвительного комментария.
Черт возьми, до сих пор в голове не укладывалось: Лиза и вор, укравший мои деньги, - один и тот же человек! Когда я думала о ней, внутри кипели романтические чувства, но стоило вспомнить о ее поступке, из-за которого я оказалась одной ногой на том свете, как сразу хотелось возненавидеть её. Странное состояние: привязанность и отторжение одновременно.
- У меня была безвыходная ситуация: понадобились деньги на сигареты. Давай уже перейдем к делу. Ты должна украсть для меня деньги отсюда. - Она пальцем указала на стенку, за которой находился магазинчик моего знакомого.
- Нет, ты серьезно? - Мой голос стал жалким. - Он помогал мне и маме, когда мы...
- Мне все равно, Ир. Если не украдешь, твой пригорок погибнет.
Равнодушие Лизы будило во мне злость. Какая все-таки овца! И все же мне казалось, она не так плоха. Вернее, я хотела в это верить. Отсутствие нормального воспитания сделало её такой, а смерть матери добавила обиды на весь мир.
У Лизы очень странный характер. Она менялась на глазах, и только бог знал, что в ее голове.
- Хорошо, я сделаю это.
Душу терзала совесть. Я чувствовала себя неблагодарной скотиной. Отплачу за добро злом. Предатель!
- Сколько тебе нужно?
- Все, что в кассе.
- Ты издеваешься?
- Думаю, мне хватит на первое время.
- Но я ведь не знаю пароль от кассы.
- Зато я знаю. Каждый раз, когда владелец открывал ее, я наблюдала.
- То есть ты давно планировала ограбление?
- Да, но это очень рискованно. Такое проделывать мне еще не приходилось.
Она засунула руку в карман и вытащила маленький блокнот. Пролистав несколько страниц, вырвала листок и вручила его мне.
- Хозяин сейчас уйдет на перерыв на десять минут. Это твой шанс.
- Но ведь он закроет магазин, а значит, я останусь внутри.
- Десять минут - не такое большое время, ты все успеешь к открытию.
Мы вышли на улицу и увидели, как пожилая женщина выходит из нужного магазина. Я воспользовалась моментом и пробралась внутрь. Теперь пути назад нет.
Мистер Фрейн больше походил на владельца пекарни. Он был крупного телосложения, невысокого роста, с густыми седыми усами и в кепке, прятавшей его белые кудри.
Он снял с себя фартук и вышел через черный ход.
На часах было 11:50. Время пошло.
Я подбежала к кассе. Одной рукой придержала крышку, чтобы она не издала шума при открытии, а другой набрала пароль из четырех цифр. Секунда - и пачки денег у меня перед глазами.
Совесть атаковала с новой силой. Я десятки раз ставила себя на место Фрейна: какой была бы моя реакция на пропажу денег, заработанных кропотливым трудом? Конечно, шок! Тем более денег немало. Рука долго металась из стороны в сторону, от одной пачки денег к другой. В конце концов я нашла золотую середину. Вытащила одну пачку банкнот номиналом десять евро. И Лизе вполне хватит, и мистер Фрейн не претерпит сильного убытка.
12:00.
Хозяин вошел через черный ход. Я уже стояла возле дверей в ожидании, когда он их отомкнет. Потирая пухлый живот, мужчина перевернул табличку «Закрыто» на «Открыто» и подошел к стойке с кассой. Сердце сжалось в тот момент, когда он разблокировал ее и удивленно выпучил глаза. Мистер Фрейн одной рукой шарил в купюрах в поисках недостающей пачки, а другой потирал затылок. Он в недоумении свел брови и скривил губы, наконец-то осознав: деньги пропали. Стыдно было настолько, что казалось, меня облили раскаленной лавой. Я сжала кулак с деньгами в кармане до хруста.
Такова была моя благодарность за доброту. Решено: если я вернусь к жизни, то обязательно верну ему деньги.
Вошла женщина, и я едва успела проскочить в открытую дверь. За углом меня уже ждала Лиза , и мы отошли от магазина как можно дальше, в самое безлюдное место.
- Ну что? - спросила она, протягивая руку.
Я медленно вытащила из кармана мятую пачку денег и еще медленнее протянула ее Лизе . Та не выдержала и выхватила купюры. Как человек, неоднократно перебиравший деньги, Лиза разложила их в руках, как карты, и начала считать. Спустя какое-то время она, как я и ожидала, удивленно вскинула бровь и ухмыльнулась:
- Не густо.
- Тебе вполне хватит.
- На первое время да. - Она засунула деньги в передний карман джинсов и похлопала по нему. Несколько купюр положила в правый карман. - А ты, как я поняла, пожалела старика.
Врать не было смысла, и я промолчала.
- Куда теперь?
- В магазин, конечно же. Ты ведь наверняка проголодалась.
- Не верю, что ты волнуешься обо мне.
- Сразу раскусила, ха! Конечно, не волнуюсь. Кто ты такая, чтобы я о тебе волновалась? Но я все-таки поделюсь.
Она направила меня в продуктовый супермаркет, что был в квартале от магазина мистера Фрейна.
- Подожди здесь.
Лиза вошла внутрь. Через витрину я заметила, как она ведет разговоры с накаченным мужчиной за стойкой. Ворот расстегнут, контуры его груди отчетливо видны. Я знала, что Лиза смотрит на его отчётливо видневшиеся мышцы груди. И злилась на них обоих. Во мне зарождалось щекотливое чувство ревности.
Как ее может привлекать эта искусственная красота? О чем она вообще думает, когда смотрит на него? Вспоминая школьные годы, я знала примерные ответы на эти вопросы. Это жутко бесило.
Ревность - вообще интересная штука. В моменты ее проявления ты желаешь насильно привязать к себе человека и убить незнакомцев, которые тоже хотят быть с ним. Потому что он должен принадлежать только тебе. Ревность - доказательство истинной любви, безумия и жадности. К ревности больше склонны люди, которые ее ненавидят. А ненавидят потому, что это чувство невыносимо. Оно распирает изнутри.
Лиза вышла из магазина с пакетом. Сквозь белый целлофан я разглядела бутылки. Мы спрятались в темном переулке возле продуктового.
- Ну, и о чем вы там так долго разговаривали? - Мой тон был больше похож на тон жены, обвиняющей мужа в измене.
- Пригласила его на свидание.
Я выпала в осадок. Ревность окатила меня волной с ног до головы. От мысли, что какой то бугай будет с Лизой, меня душила злость... Нет, не так: с моей Лизой.
- Чего ты такое лицо сделала?
Лиза достала из пакета бутылку спиртного.
- И что он тебе сказал? - Я едва смогла разомкнуть стиснутые до боли зубы.
- Занят в ближайшие недели две. - Лиза произнесла это с таким сожалением, словно потеряла награбленные деньги.
- Ты ведь ее не знаешь.
- Разве на свидания ходят не для того, чтобы как раз и узнать друг друга поближе?
Боже, как же мне хотелось истерически засмеяться в тот момент. В какого же беспринципного бабницу и мразь я втрескалась!
Она легко открыла бутылку и принюхалась.
- Отлично, он не обманул. - Лиза сделала глоток, после которого тут же отпрянула от бутылки. Лицо порозовело, она сжала губы. - Блин, такое, конечно, залпом не выпьешь.
Лиза заметила мой пристальный взгляд:
- Что такое?
- Зачем ты это пьешь?
Как это, черт подери, банально ни звучит, но алкоголь вредит здоровью. Когда я увидела, как Лиза делает глоток этой смертельной жидкости, по моему телу словно прошел электрический разряд.
- Мне нравится. - девушка ехидно заулыбалась, поднесла горлышко к губам, но я схватила бутылку и потянула к себе. Жидкость чуть не пролилась.
Лиза бросила на меня шокированный взгляд, но тут же смягчилась.
- Что, тоже хочешь, да?
- Не пей. - Мне жутко хотелось вылить содержимое бутылки на асфальт.
- Почему?
- Алкоголь может навредить тебе...
Я услышала довольный смех. Лиза даже зажмурилась и закрыла глаза руками.
- Ха-ха-ха! Какая же ты все-таки смешная и глупая, Ир! Ты действительно Капитан Очевидность!
- Это не смешно! Ты убиваешь себя.
Смех стих. Лиза обхватила лоб рукой и искоса посмотрела на меня.
- А может, я хочу себя убить. Медленно. Чтобы не знать, какая секунда станет последней.
- Почему ты так говоришь?
- Потому что жизнь - дерьмо. Ты рождаешься невинным человеком, а потом встречаешь кучу порочных людей и становишься как они, впитывая все похлеще губки. Это ужасное чувство на самом деле - быть частью стада. Но без этого никак.
- Не говори так! В мире есть вещи, ради которых стоит жить.
- И это мне говорит самоубийца! Твои действия противоречат словам. Если все так мило, почему ты решилась на то, чтобы самой уйти из жизни?
- Это тебя не касается.
Я почувствовала превосходство над Лизой и убедила себя в неверности его слов. Отчасти.
Ей это не понравилось. Ухмылка исчезла с ее лица. Она почувствовала себя оскорбленной.
- Отдай бутылку, - велела она мне холодно.
- Нет!
- Ты бесишь меня уже!
- Не отдам, даже если это будет одним из желаний.
- Тогда я пожелаю кое-что другое, раз уж ты так волнуешься обо мне. Сделай глоток, и я сама вылью остатки из бутылки и, собственно, не буду пить.
Сказать, что предложение меня удивило, ничего не сказать. Оно шокировало! Для меня спиртное - субстанция, уничтожающая организм. Вопрос: зачем пить, если знаешь о ее вреде? А вот просто делать нечего! Хочу показаться крутым и набить себе цену! Такие выводы я делала каждый раз, когда видела пьющих в школе. У них был такой важный, гордый вид. Меня всегда тянуло рассмеяться.
- Ладно, один глоток - не смертельно.
- Ты и так мертв, на тебя точно никак не повлияет.
Собрав всю волю в кулак и стараясь не обращать внимания на вкус, я все же сделала быстрый глоток и ощутила горечь. Меня будто ударили по голове. Я зажмурилась, чтобы заглушить отвратный вкус, и услышала аплодисменты Лизы.
- Браво, - провозгласила она, - молодец, Ира. Теперь я исполню обещанное. - Она выхватила бутылку и отбросила ее в сторону. Стекло разлетелось вдребезги, на стене расплылось темное пятно.
Мне стало не по себе. Это первый раз, когда я попробовала подобное. Не думала, что алкоголь произведет на меня такой эффект. Горечь спустилась по горлу и пробудила рвотный рефлекс. Я зажала рот одной рукой, а вторую прижала к животу. Чувствуя, что в любой момент из меня выйдет все съеденное утром, забилась в угол подальше от Лизы , чтобы она не увидела моего позора, в котором сама и была виновата. Зеленая масса, обжигая мое нутро, выплеснулась наружу.
- Держи. - Лиза протянула мне салфетку и бутылку воды. Я тут же вытерла рот и залпом выпила половину.
- Не думала, что решишься.
Лиза выглядела виноватой, что было неожиданно. Качалась из стороны в сторону, даже старалась не смотреть мне в глаза.
- Я просто хотела поскорее выполнить все твои желания.
- Пф-ф-ф-ф, да ладно?
- Что там с последним?
- Оно самое интересное. - Лиза прислонилась к стенке рядом со мной.
После всего случившегося я была готова к любому исходу.
- Скажи, Ир, только честно... ты лесбиянка?
Нет, все-таки не к любому. Я всегда боялась этого вопроса. Лиза пристально смотрела на меня, невидимыми клещами стараясь вытянуть ответ.
- Я не...
- Заметила, как ты смотрела на меня, когда я переодевалась. Отпираться бессмысленно.
Как же мне было стыдно. Меня спалили со всеми потрохами практически с самого начала. От Лизы ничего не скроешь.
- И что с того? - Я старалась сохранить спокойствие, но дергающийся глаз сразу выдавал.
- Давай немного отложим озвучивание третьего желания, окей? Почему ты решила, что ты такая? Тебе захотелось кого-нибудь...
- Я влюбилась.
- Что? - Лиза захлопала ресницами, будто не понимала сути этих слов.
- Я... влюбилась...
- В кого?
- Я не хочу об этом говорить.
Она усмехнулась:
- Тебе настолько сложно об этом рассказывать?
- Да, сложно! Сложно, потому что этот человек растоптал мои чувства. Посмеялся. Поиздевался. Унизил. Оскорбил. Как тебе еще сказать?! - Мои эмоции лились через край.
Это был долго сдерживаемый крик души, ждавший своей свободы четыре года. Как же давно хотелось его выпустить. В каждое слово я вложила частичку своего израненного сердца. Теперь внутри образовалась новая пустота, в несколько раз шире возникшей после моего признания Никите.
- Прости... - сорвалось с языка Лизы. Она отвернула голову в сторону.
- Что ты сказала? - Я не могла поверить своим ушам.
- Прости. Прости.
Боже, я сплю? Она правда извинилась? Это казалось еще невероятнее из-за искренности ее слов - в них была жизнь.
- Ничего, это я вспылила.
Мы сидели молча минут пять. Лиза нервно похлопывала по коленям. Я запрокинула голову кверху и наблюдала за серым небом. Как же мне надоел этот цвет. Напоминал мне о такой же серой жизни, в которую хотелось вернуться. Я вновь окунулась в раздумья о невозможности исполнить эту мечту. Видела Лизу, чувствовала, могла говорить с ней, но спасти ее не представлялось возможным.
- Итак, ты исполнила два с половиной желания.
- Почему с половиной?
- На последний вопрос толком не ответила, половинка остается за тобой. Ты должна исполнить его прежде, чем настанет мой день рождения. Тогда будет поздно.
- А когда он?
- Тринадцатого февраля. А у тебя?
- Тринадцатого января...
Мы переглянулись. При виде моего глуповато-удивленного выражения Лиза засмеялась.
- Значит, ты старше меня всего на месяц?
- Выходит, так.
- Ми-и-и-и-ило!
Тринадцатое февраля. Значит, почти через две недели. Сегодня двадцать девятое января, прошло ровно шесть дней после моей смерти. В день его рождения останется еще девятнадцать до моего исчезновения.
- Эй, Лиза!
Перед нами стоял высокий брюнет. Черты его лица и фигура были мне до боли знакомы: зализанные назад темно-каштановые волосы, высокий лоб, узкие хитрые глаза, улыбка, тянущаяся от уха до уха, и манерная поза. Это был Джесси.
- Чего тебе? - грубо спросила Лиза .
- Бухаешь без меня? - Джесси изобразил обиду и продефилировал к нам, словно модель.
Я с интересом наблюдала за этими двоими. Первое впечатление от их взаимоотношений складывалось не самое радужное.
- Мне сначала показалось, что ты со стенкой говоришь.
- Уж лучше стенка, чем ты.
- В последний год ты сама не своя. Друзьям это не нравится. Я переехал сюда из-за тебя, а ты так ко мне относишься?
Я не чувствовала в голосе Джесси обиды, которая была бы уместна при таких словах. Парень, однако, великолепный актер, любящий играть на публику. Так заигрался, что уже забыл о себе настоящем.
- Можешь валить обратно, я тебя не звала.
- Грубо...
Джесси наклонился и схватил девушку за горло. Я видела его белые костяшки и вздувшиеся вены. Лиза не ждала такого. Она в ужасе выпучила глаза и вцепилась в его твердые, как дерево, руки. Брыкалась, стараясь сбить бывшего друга, но бесполезно. Хватка мертвая.
- Лиза ! - вырвалось у меня из груди.
От страха я совсем забыла, что не могу касаться людей, и отчаянно пыталась оттолкнуть Джесси. Лицо Лизы покраснело от прилившей крови. Она прищурилась и гневно свела брови. Я не могла смотреть на это. Схватила подруга за руку и попыталась оттащить в сторону, но хватка Джесси лишь усилилась.
- Пусти... придурок! - хрипло произнесла Лиза .
- Я к тебе как лучше, а ты как всегда!
Джесси резко отпустил ее. Без сил та упала на колени и схватилась за горло. Сухой кашель перемежался с жадными глотками воздуха. Дрожащими руками я обхватила плечи Лизы , пока та, склонив голову, пыталась отдышаться.
- Нет, а что? - невинно спросил Джесси, как ни в чем не бывало, и развел руками. - Фильтруй свои слова, и проблем не будет.
Лиза взглянула на него и крикнула:
- Да пошел ты!
Я не успела опомниться, когда Джесси с размаху врезал ногой ей в живот, как по футбольному мячу. Мир перед глазами содрогнулся. Лиза корчилась на земле от боли, мучительно стараясь сделать вдох.
- Что ты делаешь?! - Джесси не слышал моего крика.
- В следующий раз огребешь по полной, слабачка.
Он последний раз презрительно оглядел бывшую подругу и ушел.
Лиза продолжала мучительно кашлять, вздрагивать от боли в животе и гневно смотреть ему вслед.
- Сволочь!
Произнести это слово стоило ей больших усилий. Она пылала ненавистью, стиснув зубы и царапая пальцами живот.
- Успокойся! - Я попыталась посадить Лизу возле стенки. Она лишь сильнее замычала от боли.
Осознание полной беспомощности накатило тяжелой волной. Мое тело тряслось от страха. Я чувствовала боль, какую испытывала она сейчас, и сама готова была лезть от нее на стенку.
Нужно подождать, пока она утихнет, но мучения Лизы все продолжались, а мычание становилось громче.
Что если Джесси повредил ей какой-то орган?
- Все хорошо. - Лиза будто прочла мои мысли. - Кажется, боль проходит.
С сердца свалился камень весом миллион килограммов. Постепенно дыхание девушки стало ровным. Я больше не слышала болезненных стонов при вдохах. Спустя минуту Лизе удалось сесть и выпрямить спину.
Я была счастлива. Счастлива, что дорогой мне человек жив и невредим. Эмоции было не передать словами, я чувствовала душевное и физическое облегчение.
- Со мной все хорошо. - В голосе слышалась слабость.
Лиза оперлась на стену и сделала попытку встать, но она не увенчалась успехом. Я подхватила девушку и забросила ее руку себе на плечо.
Наши лица оказались близки. Мы встретились взглядами. Карие глаза Лизы будто потухли, по ним нельзя было определить, о чем она думала; губы пересохли и потрескались, рот едва приоткрыт; кровь схлынула с лица, его залила бледность, на ее фоне резко выступали скулы; ресницы дрожали от моего дыхания.
Даже сейчас невозможно было отвести от нее глаз. Она завораживала меня все сильнее. Мне не совладать с чувствами - нужна воля, а в тот момент она покинула меня. Я обхватила ее за бок дрожащей от неуверенности рукой. Левое плечо девушки упиралось мне в грудь, голова была повернута в мою сторону.
Я не могла сдержаться. За секунду до того, как наши губы соприкоснулись бы в первом поцелуе, Лиза прошептала:
- Желание номер три: не делай этого.
Я замерла. Влечение было невыносимым. Хотелось забыть обо всех условиях. Во мне проснулся эгоизм, и я готовилась променять спасение любимого места хотя бы на пару секунд слияния наших губ. Пусть она ничего ко мне не испытывает, пусть я больше не смогу смотреть ей в глаза, пусть она будет считать меня сумасшедшей - в тот миг я хотела этого больше всего на свете. Я в самом деле сошла с ума - снова заболела ею.
- Не совершай ошибку.
Слова, похожие на просьбу. В них звучали невинность, беспомощность, настолько не подходящие Лизе .
Она слабо отстранилась от моих объятий, и я была тронута ее нежеланием. Мне пришлось покориться. Лиза отпрянула и вжалась в стену, пытаясь скрыться.
Она уже невзлюбила меня? Презирает? Боится? Что она сейчас думает обо мне?
Я не могла смотреть ей в глаза - взгляд опускался в землю от стыда, терзавшего мои тело и душу. Находиться рядом с Лизой стало невыносимо. Захотелось убежать, и это желание воплотилось в реальность в следующую же секунду.
Не знаю, каким взглядом меня провожала Лиза. Позже я сильно жалела, что не посмотрела на нее тогда.