Глава 7
Первые три дня поисков были полны моим наигранным энтузиазмом. С самого утра и до позднего вечера я разгуливала по городу и делала то, что могло привлечь внимание окружающих: стучала в двери магазинов и домов, обращалась к людям, намеренно задевала их.
Но все было без толку. Никто меня не видел. Шел уже пятый день, и надежда потихоньку угасала. От депрессии меня спасали животные. Они видели меня, слышали и чувствовали. Иногда пять минут, проведенные в играх с бездомной собакой, компенсировали час уныния.
Удивительным для меня стало и поведение Никиты. Целые дни он проводил либо в домике, либо за городом на природе. С момента нашего первого разговора я не пыталась узнать, каков ее срок на данный момент. Пересиливая себя, он улыбался каждый раз при моем возвращении.
Еще один необычный факт о призраках моего типа: мы нуждались в еде и воде. Конечно, денег у нас не было, а если даже и были, то продавцы вряд ли смогли бы обслужить невидимку с витающими в воздухе купюрами. Поэтому приходилось воровать продукты. Это было ужасно неприятно. Невольно ставила себя на место жертвы и вспоминала, как обокрали меня.
Каждый день я ходила к своему дому и наблюдала за родителями. Они проводили все время вместе. Мама выглядела вялой, потухшей, а отец старался вселить в нее уверенность. Пару раз мне хотелось заявить о себе, написав им записку. Но к чему это? Придется рассказать и о сорока днях, и о «том самом человеке», и о последствиях, если я его не найду. А потом родители начнут его поиски, подключат полицию и друзей, их примут за сумасшедших и посадят в психушку. Нет уж, только лишняя нервотрепка.
Меня мучила тоска. Ну почему мы раньше не могли так мирно жить? Люди объединяются лишь тогда, когда все плохо, а если все хорошо, о тебе даже не вспомнят.
– Помогите! – послышался женский голос.
Я увидела, как некто в черной маске пытается отнять у женщины сумку.
Маска… стойте, это же тот самый человек, забравший у меня деньги!
Сумка выскользнула из рук женщины. Вор помчался прочь. Не знаю почему, но я решила вернуть украденное. В этом человеке мне виделся враг: тот, из-за кого я поссорилась с мамой, узнала горькую правду и покончила с собой! Нет, мы с ней не виноваты в произошедшем – он, и только он!
Вор двигался довольно быстро. Я едва поспевала за ним. Со стороны выглядело, словно для него это обычная пробежка, а мои силы были на исходе. Большая их часть расходовалась на гнев. Я уже почти настиг преступника. Протянула руку к украденному, как вдруг он увернулся и отдернул сумку.
Мы забежали в длинный переулок. Расстояние между домами было минимальным. На ходу я подхватила с земли осколок стекла. Когда вор оказался в тупике, мне удалось ранить его в руку, в которой была сумка. Он выронил ее. Мы услышали шум приближающейся толпы. Я протянула руку к сумке, но тут вор сбил меня с ног и понесся на улицу. И исчез за углом.
Я была ошарашена. Нет, не может быть. Мне показалось, я сама споткнулась, но… я почувствовала прикосновение. Он пробежал мимо и задел меня плечом.
Думать о случившемся не было времени. Увидев следы крови на земле, я направилась по ним. В переулок забежала пострадавшая женщина с каким-то мужчиной и удивленно подобрала пропажу.
Едва заметные капли крови тянулись вдоль всей улицы, пока не привели меня к большому двухэтажному дому. На удивление, шторы в нем были задернуты. Я перелезла через невысокий забор и оказалась в ухоженном дворике, где в каждом уголке стояли вазоны с цветами, а по краям дорожки зеленел газон. Справа находилась маленькая веранда с куполом.
– Скоро должен приехать папа! – услышала я женский голос за дверью.
– Да знаю я! – недовольно произнес кто-то.
Это был явно он.
– Если узнает, чем ты занимаешься, то получит инфаркт.
– Мне плевать на этого козла.
– Не говори так, он же твой отец. Когда же ты прекратишь промышлять воровством? Рано или поздно все узнают, кто под маской, и тогда нам не отмыться от позора.
– Тсс, погоди… – прошептал вор.
Ко входу стал приближаться звук шагов. Я успела перепрыгнуть через забор и спрятаться. Входная дверь открылась.
– Ну что там такое? – спросила девушка.
– Мне показалось, за нами наблюдают.
– Вот именно, что показалось. Иди уже есть.
И дверь захлопнулась.
Все это время я не смела даже вздохнуть. Сердцебиение участилось настолько, что его должно было быть слышно на весь квартал.
Теперь уже не оставалось сомнений – это он, тот самый человек. Боже, я не могла поверить в происходящее! Такой шанс выпадает раз в тысячу лет: встретить «того самого» в своем городе, да еще и так быстро! Я, случайно, не сплю? Какая удача!
Меня распирало желание рассказать об этом Никите .
– Это невероятно! – воскликнула она и хлопнула в ладоши.
Я сияла от радости, щеки уже болели от улыбки. Однако на лице Никиты промелькнули сомнения. Он улыбался, радуясь моему счастью, но его грустные глаза выражали обратное.
– Я так рад за тебя! – В его голосе так и сквозили нотки неуверенности.
Он мне не верит? Или же…
– Что-то не так?
– Что? Да нет же! Это просто отличная новость! Такая редкость! – В глазах заиграл огонек, но он не убедил меня в искренности его слов. Он не завидует и действительно радуется, но его что-то тревожит.
– Все правда в порядке? – вновь спросила я.
– Да… – вяло ответил Никита, – просто… это… удивительно.
Что-то мне подсказывало: не эти слова должны были слететь с его губ. И необычная реакция парня заставила меня вспомнить о его не менее странном поведении несколькими днями ранее.
Выпытывать правду не было смысла. Мне не хотелось расстраивать его. Я видела, сколько боли он прячет за улыбками каждый день, стараясь вселить в меня надежду, а сам, наверное, тихо плачет по ночам. И в лесу он уединяется лишь для успокоения.
День близился к концу. На завтра я уже выстраивала планы знакомства с «ним», но для начала мне хотелось заглянуть на кладбище и на обрыв, ставший для меня роковым.
Я все еще не верила, что человек, загубивший мою жизнь, одновременно является моим спасителем.