Поцелуй смерти
— Ты хочешь меня напоить, а потом изнасиловать?
На слова Ханны Питер закатил глаза, сердито сведя брови к переносице и сложив руки на груди буравил взглядом то Джеймс, то стакан светящейся жидкостью феолетового цвета, которая не внушала доверие ведьме.
— Пей.
Шатенка недоверчиво покосилась на Пэна и повторяя его мимику и жесты скрестила руки на груди и весь её взгляд так и говорил:"я не выпью это не из-за того что я тебе не доверяю, а из-за собственной вредности и гордости, и вообще я сама могу справится с полнолунием и без твоей помощи».
— Чем мне поможет эта разноцветная вода?
— Как минимум она сделает твоё первое обращение в волка менее болезненным и у тебя не возникнет ощущения, что тебя окунанают в кипящую лаву с головой и медленно перелымавыют все твои кости.
Питер говорил это настолько томно и жутко, что при том что давно опустились сумерки и единственным источником света были свечи по телу Ханны пробежали мурашки.
— Весомый аргумент, — Джеймс взяла стакан и залпом выпила жидкость.
Ведьме сначала показалось, что она выпила простую воду, но вскоре она почувствовала сильную слабость. Зелье сработало как транвилизатор и она слабо опустилась на стул и исподлобья посмотря на Пэна.
— Ты меня отравил, — прохрипела Джеймс, чувствуя, как её клонит в сон. Она еле удерживалась на стуле и уже не могла чётко различать окружающую среду. Все смешалось в дикую, тёмную палитру и Ханна еле различила несколько темно-зелёных пятен, которые приблежались к ней.
Ханна старалась сопротивляться и сну и двум словно уголь раскаленным рукам Пэна, которые легко подняли её. Ей казалось, что она сопротивлялась яро, но на самом деле она почти не двигалась и уже на половину оказалась в царстве грёз, положив свою голову Питеру на грудь. Ещё до того как он донёс её до кровати и накрыл по горло одеялом Ханна заснула. То что она выпила являлось сонным зелье, благодаря которому она проспит полнолуние и не испытает в достатке то что должна. Времени на подготовку у них было ужасно мало, ведь изначально Пэн даже и не думал о том что внезапно оказавшаяся на острове девушка окажется Гвен, которую он искал не один год, а когда понял её выкрала Фрея и времени осталось чрезвычайно мало и зелье было единственным оптимальным решением. Он обманул её, но не только ради её блага, а ради безопасности лагеря и острова, ведь он ни разу не имел дело с гибридом человека и оборотня и никто не знает на что Ханна способна в обличии волка. Она могла быть в полном сознании, она могла быть агрессивна, она могла разодрать в клочья даже свою лучшую подругу, могло произойти все что угодно и Питер не хотел рисковать.
До ушей короля острова внезапно донеслись крики и ругань, которая происходила за несколько миль в лагере потерянных мальчиков. Пэн растворился в зелёном дыму, оставляя после себя лишь еле уловимый запах корицы и переносся в лагерь, в самый эпицентр ужаса.
Картина предстала перед Пэном не самая наилучшая. Повсюду трупы потеряшек. У кого-то нет головы, у кого-то руки. Повсюду кровь и расчлененные трупы, и в их горе Питер увидел одного из верных ему потерянных. На лице одного из рыжих близнецов застыла гримаса ужаса и нельзя было сказать кто из это был, но спасти его уже не представлялось возможным потому что юноша издал свой последний вздох несколько минут назад. Пэн услышал женский крик и тут же переместился на его звук. Лапа вервольфа с острыми когтями застряла в дереве, а прямо под ней от ужаса дрожала Малия. В мгновение животное обхватили ветви деревьев и в секунду сжали его так сильно и он мгновенно умер.
— Что происходит? — Питер подошёл к Мел, но она не реагировала и ему пришлось схватить её за плечи, — приди в себя! Успокойся!
Малия всхлипывала и Пэну пришлось использовать магию, иначе у девушки уже начиналась паническая атака. Когда блондинка слегка успокоилась она рукавом выстрела слезы, устремя свои голубые глаза на Пэна.
— Я не знаю. После того как ты и Ханна исчезли куда-то появились эти чудовища. Они… Они… — девушке было очень сложно говорить, потому что перед глазами у неё назойливо маячили образы трупов, да и если оглядется то везде была кровь, — они убили почти что всех, никто даже понять ничего не успел. Он… Он убил Макса, а Тео и Нила… Их закинув себе на плечо унёс один из монстров.
Питер сердито свёл к переносице брови. Она и словом не обмолвилась о Эрле, хотя скорее должна была назвать его имя в первую очередь.
— Но Эрл, — внезапно произнесла Малия чем привлекла внимание Пэна, — его не было с того самого момента, как Ханна победила демона. Ты думаешь с ним что-то случилось страшное? А… А если его уже давно разорвали эти чудовища?
По щекам светловолосой вновь потекли слезы от осознания того, что возможно она больше никогда не увидит одного из братьев Джеймс. Она закрыла лицо руками, а Питер лишь обвел её равнодушным взглядом. Он с самого начала был уверен что Малии Барри совсем не передался авантюризм и бесстрашие её прадеда, который в свое время был одним из самых лучших потерянных и ловко боролся с чудовищами и так же ловко обращался с оружием, в то время как Мел трясётся под деревом от страха, как загнанная в тупик мышь.
— Крыса, — произнёс Питер и Малия подняла на него глаза, — какая ты трусливая и слабая. Аж смотреть тошно. Я не удивлюсь что в один прекрасный момент ты струсишь и предашь свою лучшую подругу, потому что крысы всегда бегут с тонущего коробля первыми.
Произнеся это Питер растворился в клубах зелёного дыма, оставив Малию в раздумьях. Она больше не плакала. Слова Пэна не показались ей безосновательными, потому что в отличии от Ханны Мел умела признавать свою ошибки и видеть свои минусы. Он укусила себя за фалангу пальцев задумчиво уставившись вперёд.
*
В комнате в которой преобладал красный цвет, где Фрея хранила похищенные воспоминания на двух стульях, связанные и положив голову на грудь без сознания находились два парня, которые играли очень важные роли в жизни Ханны Джеймс. Теодор Лост, общение с которым у Джеймс не заладилось с самого начала, и Нил, который стал её лучшим другом с первого взгляда и их двоих неразрывно связывала невидимая нить, которая была прочнее каната и вела к своенравной шатенке. И я даже могу сказать какое имя носит этот канат. Любовь. Да, черт возьми. Любовь всегда будет двигать людьми, нажимая на нужные рычаги.
— Им осталось либо недолго, — проговаривала Фрея, убирая непослушные волосы с лба Белфайера, — либо, — она сжала его подбородок проводя по щеке острым ногтем, — они все-таки представляют какую-то ценность для малышки, глупой куклы Гвен…
За всем этим скрестив руки на груди наблюдал Демон Страха, который нашёл для себя тело в лице Эрла Джеймса с усмешклй на лице, а позже телепортировался в дом, где мирно спала Ханна.
***
***
Пока Питер Пэн разбирался с вервольфами, которые атаковали лагерь и спасал оставшихся в живых потеряшек посреди дома Джеймс в клубах оранжевого дыма появился Эрл или существо, которое выглядело как Эрл…
На лице юноши играла дьявольская, ледянящая кровь улыбка. Ему ничего не стоило завладеть разумом низших оборотней и натравить их на лагерь, а после заглянуть к Фрее, проведав там заложников, а теперь пробудить от сонного зелья гибрида. Эрл провел над её головой рукой, которая светилась ярко-оранжевым и в ту же секунду ведьма раскрыла глаза, которые светились янтарем, однако как обычно должно было быть они не пришли в свой обыкновенный оттенок, а остались янтарными и с узкими зрачками.
Через пару мгновений Джеймс оглушительно закричала от боли, которая в секунду пронзила её тело. В последнее время боль стала неотъемлемой частью её гребанной жизни. Одежда на ней начинала рваться, а тело покрывала густая чёрная шерсть. Лицо вытягивалось, во всех частях тела слышался смачный хруст. Её кости ломались и подстраивались под волчий скелет, а с глаз от боли начинала стекать кровь. Демон Страха с необыкновенным удовольствием наблюдал за тем как Ханна переживает просто адскую боль, но Эрлу который находился где-то глубоко внутри Было очень больно наблюдать за мучениями своей старшей сестры. Да, пусть как выяснилось Ханна была ему не родной, но именно благодаря ей Эрл, Майкл и Льюис не умерли с голоду или замёрзли в пустой квартире, где давно отключили отопление за неуплату. Эрл не сопротивлялся. Он опустил руки. Эрл сдался.
Обращение Ханны в волка обещало длится невыносимо долго, и Эрл решил оказать Джеймс «любезную» услугу и ускорить её обращение, тем самым удвоив её боль. Он сделал пару магических манипуляций и в уже обличии волка Джеймс завыла от боли, так что казалось ее должен услышать весь остров. И поверьте. За несколько миль от дома Ханны до ушей Питера донесся жалобный вой. Но вернёмся в лесную хижину. В некоторых местах на её густой, смольной шерсти появились седые волоски. Её волосы побелели от боли, потому что для первого обращения эта скорость была невообразимой, и спустя ещё недолгое время волчица пришла в себя и хрипло дыша поднялась на лапы. Демон хотел погладить животное, но как только его рука приблизилась к ней Ханна оскалилась и зарычав попыталась вцепиться в его руку зубами. Демон Страха в удивление отскочил назад потирая руку и шипя, которую гибрид все-таки смогла зацепить и на руке образовалась небольшая кровоточащая ранка, которая в секунду затянулась.
— Что за…
Демон не успел закончить свою мысль, как волчица на него напала, прыгнула и повалила на пол уперевшись лапами в его плечи и впившись когтями в ключицы насквозь порвав одежду. Демон стиснул зубы и волчица собиралась впится клыками ему в сонную артерию, но он вовремя среагировал и отбросил её. Гибрид ударилась об шкаф. Он повалился на неё. Сначала послышалось тихое скуление, а потом злой рык и шкаф разлетелся в щепки, а чудовище принимал вторую попытку расправится с демоном, но тот вовремя среагировал и пока ткани регенерировались он перенёс себя из хижины к реке.
— Она должна была подчиниться мне, как и остальные псы, но что-то пошло не так…но что? — Псевдо-Эрл подошёл к реке взглянув на свое потрепанное отражение.
Его лицо было задумчиво и выражало глубокое удивление. Демон с лёгкостью мог управлять любым существом и манипулировать его разумом, ему ничего не стоило завладеть телом Эрла, но в случае Ханны этого почему-то не получилось. В чем он сделал ошибку? Демону Страха больше лет чем всем жителям этого острова вместе взятых, он существовал ещё до создания этого острова и рождения Фреи Забини, более того он не был уроженцем этой земли и даже измерения, и все же он впервые за всю свою многовековую жизнь совершил ошибку, но как? Когда именно сломалась система по которой он работал много лет? Почему именно на этой девушке все сломалось? На самом деле Ханна ломала все к чему прикасалась. Людей, судьбы, устои, порядки, традиции, законы, она ломала все и за частую даже этого не замечая.
До ушей демона донёсся знакомый, звонкий, мальчишеский голос.
— Эрл! — демона к себе за плечо круто разворачивает король острова.
Псевдо-Эрл еле сдерживает злорадную улыбку на лице, когда впервые видит Питера таким… Таким уязвимым. Его лицо растерянно, а в глазах застыл немой вопрос:"что сломало весь этот чертов мир?». На лице его царапины и шрамы, а от одежды, которая итак была не первой свежести не осталось почти что ничего, но он вовремя опомнился. Он должен был играть свою роль до конца.
— Где, ты, черт возьми был?! — почти что срываясь на крик шипит король, — ты знаешь что сейчас творится с лагерем?!
Конечно Демону хотелось ответить, что, безусловно, ему об этом известно, ведь это он отдал приказ вервольфам уничтожать все на своём пути и взять в плен Белфайера и Теодор, но он сделал притворно-удивленное лицо.
— Как?.. Подожди… А Малия? Что с ней?
— Она в порядке, не считая нервного срыва. Это все проделки Фреи. Только ей подчиняются эти твари, — Питер вздохнул, — ты сделал что я просил?
Псевдо-Эрл улыбнулся и за спиной у себя наколдовал книгу «Хроники Неверлэнда» и протянул её королю.
— Это оказалось легче, чем я думал, — произнёс Джеймс и Питер не почувствовав подвоха выхватил книгу и подбросил её в воздух. Она растворилась в зелёном дымке, как в это время он услышал вой и чей-то крик.
Питер и Эрл повернули голову в сторону пика «Мертвеца» и увидели силуэт животного и человека, первый догнал последнего и разобрал в клочья в секунду, а Питер который обладал превосходным зрением и шестым чувством сразу же узнал в животном Ханну и не говоря не слово перенёсся на пик «Мертвеца», тот самый пик на котором на каждом углу растёт Мор-Шиповника и находится волшебный источник, который может излечить любую болезнь и навсегда привязать человека к острову, а как мы знаем из уст Венди Дарлинг навсегда — это очень долго.
Как только клубы зелёного дыма рассеялись Питер оказался на пике, который был окружён феолетовой дымкой тумана. Тишина. Ни звука, и никакого даже намёка на чьё либо присутствие.
Крупные звезды сияли на небе, а одна горела ярче всех. Буйствовал ветер, журчал источник. Будто сама природа предупреждала своего короля о грядущих переменах.
Питеру было достаточно сделать только шаг и волк напал на него, выпрыгнув из-за камня и повалил на землю.
— Это я, Ханна, — но слова Питера волк лишь щёлкнул пастью попытавшись укусить его за нос, но попытка не обвенчалась успехом, потому что Питер был сильней. Он в секунду перевернул волчица на лопатки, — приди в себя, Джеймс!
Магией можно было решить все что угодно, кроме четырёх вещей. Попасть в будущее, исправить прошлое и заставить полюбить, а ещё… Помешать рождению ведьмы и одновременно первому перевоплощению гибрида и чтобы Ханна пришла в себя ему оставалось лишь одно. Достучаться до Ханны Джеймс, которая пряталась где-то глубоко внутри. Которую запугал волк. Он ещё не знает, как, но он должен её разбудить.
На секунду глаза волка преобрели зелёный оттенок, но лишь на секунду, а потом вновь засияли янтарем и той злостью на весь мир, которая пряталась в ней всю жизнь. Тот огонь, который каждый день заставлял её бороться против людей, против себя же самой, против Питера в конце концов.
Волчица улучив момент, когда Пэн отвлёкся вцепилась зубами ему в плечо. Питер сдавленно прошипел, ему пришлось встать. Он не рассчитал сил и отбросил Ханну прямо в куст Мор-Шиповника и она спиной напоролась на ядовитые шипы. Естественно это практически мгновенная смерть. Пэн тут же подскочил к девушке. Волчий облик постепенно таял и к ней вновь возвращались её мягкие черты лица и через какое-то время она полностью перевоплатилась предвствав перед Пэном полностью обнажённой. Лишь растрепанные волосы прикрывали её грудь, а сквозь живот и остальные части тела торчали ветви кустарник. Она хрипло, еле дышит, издаёт свои последние вздохи. Пэн наклоняется к её лицу и накрывает её губы своими, преподнимая её тело за талию вверх, высвобождая из плена растения. Он чувствует на её губах её же кровь. Ему нравится вкус её крови, правда не в этот момент. Впервые мгновения Пэн не чувствует отдачи, но видит, как её шрамы постепенно затягиваются и чувствует как на его теле они наоборот появляются. Боль не такая адская, как та, которая была, когда он не застал Гвен в её комнате, а потом понял, что её и вовсе больше нет на острове…
Ханна обхватывает Питера за шею и пальцами зарывается в его русые волосы постепенно отвечая на поцелуй и прижимаясь к нему ещё сильнее из-за холода, сковавшего её тело.
Шрамы давно затянулись, в её жилах осталась небольшая доза смертельно-опасного растения, и ей абсолютно плевать, что сейчас ее целует тот, кого казалось она больше всех ненавидит, ведь сквозь боль, сквозь кровь и слезы за все это время ей впервые хочется быть слабой и слабой именно перед ним.
Всё смешалось. Здесь была и кровь, и боль, и страсть и кажется слово «ненависть» постепенно начинает играть новыми красками для них обоих и перестаёт иметь то значение в котором его привыкли толковать.