Глава 17.
От покоев вдовствующей императрицы до дворца Кирюнг было далеко.
Расстояние, которое показалось коротким, когда он шёл к покоям вдовствующей императрицы, разговаривая с Дон Ён, теперь из-за незнакомого евнуха казалось очень длинным и странно удушающим.
Когда они наконец добрались до дворца Кирюнг после долгой прогулки, Ён О хотел выразить благодарность евнуху и позаботиться о вознаграждении. Он как раз думал о том, что сначала нужно спросить Дон Ён, а затем похвалить его.
Евнух вдовствующей императрицы, не останавливаясь, вошёл во дворец Кирюнг.
- ...
Ён О с недоумением во взгляде последовал за евнухом.
- Законы дворца строги. Кё Джеин ещё не полноправный придворный, поэтому вы не можете держать при себе личных слуг. Прислуге, привезённой из дома, тоже нужно лучше изучить дворцовый этикет.
Ён О с трудом понимал смысл его слов. Он просто немного оторопел и чувствовал, что что-то не так.
Евнух, который только что мягко говорил с Ён О, внезапно оказавшись внутри дворца, отдал приказ молодым евнухам. Его лицо при этом было суровым и холодным, как железная стена.
Молодые евнухи быстро вывели Кым Ге и Чок Джу, работавших в задней части дворца, на передний двор.
- Ай! Кто вы такие! Почему вы это делаете...!
Кым Ге и Чок Джу яростно протестовали против внезапного нападения. Выведенные евнухами на передний двор, они, сопротивляясь, увидели Ён О.
- Ребята... Гон-гонгон! Почему эти дети...
Ён О только сейчас понял смысл слов, сказанных евнухом ранее. До него наконец дошло, что значили слова о том, что он ещё не полноправный придворный и не может держать при себе слуг, привезённых из дома.
Дон Ён крепко схватила Ён О, который хотел броситься на евнуха.
Хоть они и тянулись друг к другу, но движения евнухов, уводящих их, были слишком быстрыми. Количество евнухов, преграждающих путь Ён О, мгновенно увеличилось.
Окруженный живой стеной, Ён О был вынужден вернуться во дворец. Пытаясь пробиться сквозь несколько рядов евнухов, Ён О столкнулся с их телами и упал на землю.
Ён О закричал, лежа на земле. От громкого крика евнух слегка нахмурил брови.
- Наложник, законы императорского дворца очень строги. Всегда помните о достоинстве. Эти двое выросли в обычных семьях, поэтому, видимо, еще недостаточно знакомы с дворцовым этикетом. Я позабочусь о том, чтобы их хорошо обучили в подходящем месте.
В голове возник только один вопрос. Ответ на него уже был готов.
"Всё пошло не так."
После того, как евнухи устроили переполох и ушли, Ён О вернулся в свою комнату и плакал, прислонившись к кровати. Он знал, что нужно прекратить плакать и о чем-то подумать, но грусть и растерянность были слишком сильны.
Никто не пытался остановить его плач. Не было даже неискренних утешений. Все, кто мог сказать теплые слова, были отняты.
Ён О не сомкнул глаз в первую ночь, ожидая императора, а следующую ночь он провел без сна, всхлипывая.
Видимо, доложили вдовствующей императрице о том, что он не может явиться на утренний прием, потому что больше не было ни понуканий старшей служанки, ни звуков пробуждения от дворцовых служащих. Было тихо и внутри, и снаружи. Однако не было такой роскоши, как визит врача или внесение жаровни для обогрева комнаты посреди зимы.
Время шло, пока Ён О был оставлен в одиночестве в холодной комнате.
Первой, кто навестил полностью изолированного во дворце Ён О, была вдовствующая императрица. Сквозь затуманенное сильным жаром зрение мелькали величественная юбка и хрупкое лицо вдовствующей императрицы.
- Какой жалкий. Что же с тобой делать, такой слабый? Даже не отморозил руки и ноги, а так бесполезно свалился. Видимо, и род Кё сильно размяк. Ну, неважно. У рода Кё много потомков. Хотелось бы, чтобы следующий Кё был более плодовитым.
На звук кашля, когда он пытался подняться, послышался звук открывающейся снаружи двери. Это было странно. Уже несколько раз повторялось, что даже когда он просыпался, рядом не было ни души.
- Вы проснулись?
Приветливый голос, жаровня и тепло.
- Кха-кха! Кха-кха! Сколько... дней я пролежал?
- Вы болели ровно три дня. Хорошо, что вы очнулись. Наложник Кё не приходил в себя, и придворный врач очень беспокоился.
Юная служанка радостно затараторила, глядя на удивленного Ён О. Похоже, пока он был в беспамятстве, род Кё быстро действовал за кулисами.
У Ён О по-прежнему не было желания что-либо делать. Хотелось еще несколько дней побыть в забытьи, но сейчас было не время для роскоши. Уже слишком много времени упущено.
Он сильно надавил рукой на лоб, где разливалась тупая боль - последствие жара.
- Я правда был без сознания три дня?
Ён О понял, кто эта юная служанка, которая так доброжелательно с ним разговаривала. Единственная, кто беспокоился о нём и старался урезонить Дон Сангун, когда та говорила дерзости.
Служанка с тревогой смотрела на Ён О, который держался за лоб и то закрывал, то открывал глаза.
От юной служанки, которая провела во дворце всего 3 года, много не узнаешь. Хотя 3 года - это немало, но сложно сказать, что у нее широкий круг связей или информации.
- Ты попала сюда в детстве?
- Я пришла в двенадцать лет, так что не так уж и рано.
В двенадцать лет дети обычно все еще капризничают перед родителями. Похоже, во дворце были дети, которые начинали работать гораздо раньше двенадцати лет.
Чон Рю кивнула в ответ на вопрос Ён О.
- Видимо, я слишком долго лежал, голова болит. Принеси мне, пожалуйста, легкого чаю. И по пути позови Дон Сангун.
На просьбу Ён О Чон Рю почтительно поклонилась и удалилась. Вскоре за дверью послышался торопливый голос.
- Входите.