Наруто : Безмолвное солнце

Предрассветные ворота Конохи были не местом для прощаний, а пунктом сбора для теней. Туман, холодный и цепкий, стелился по земле, скрывая ноги и делая фигуры призрачными. Наруто подошёл одним из последних. Его чёрный портфель, теперь казавшийся непозволительно тяжёлым, был закинут за спину, униформа проверена на отсутствие шумящих элементов, волосы убраны под повязку, скрывающую чакру и часть лица. Он был тенью среди теней.

Команда уже собиралась. Какаши, прислонившись к воротам, делал вид, что читает, но его единственный видимый глаз был прищурен, оценивая каждого. Ямато стоял по стойке смирно, его поза была безупречно прямой, но в глазах, скрытых стеклами очков, читалась усталость — или боль. Хината была уже здесь, тихая и незначительная в своей обычной униформе, но её сжатые кулаки выдавали нервное напряжение. И, наконец, Забуза и Хаку.

Их вид говорил о многом. Металлические наручи на запястьях Забузы теперь были скрыты под длинными рукавами, но он двигался с непривычной скованностью — печати подавления чакры делали своё дело. Его гигантский клинок, лишённый чакрового усиления, был завёрнут в грубую ткань и приторочен к спине как обычный груз. Хаку, напротив, казался почти невесомым. Его лёгкие движения ничем не выдавали ограничений, но его глаза, обычно столь преданные Забузе, теперь метались между членами команды, оценивая угрозы. На его запястьях были тонкие, почти невидимые браслеты с глифами — более сложные, но не менее эффективные печати.

«Отлично. У нас тут блять сборище инвалидов: один с проблемной чакрой, двое на чакровом поводке, застенчивая девочка с экзистенциальным кризисом, развратный книголюб и я — немой псих с сумкой полной камней и кошмаров. Идеально для дипломатической миссии.»

Какаши, не отрываясь от книги, произнёс:
— Все в сборе. Маршрут: на север, через границу в Страну Земли, к указанному району. Легенда: мы — группа картографов и геологов из частного университета в Столице Огня, исследующие старые шахты для возможной рекультивации. Я — профессор Хатаке. Ямато — мой ассистент. Хината — студентка-практикантка. Наруто и Забуза — наёмные проводники и охрана. Хаку — лаборант. Вопросы?
Вопросов не было. Все и так всё понимали.
— Двигаемся в среднем темпе. Без лишнего шума. Первая остановка — через шесть часов. Пошли.

Они выскользнули из ворот, растворившись в предрассветном тумане как призраки. Бег по верхушкам деревьев в такой сырости был опасен, поэтому они двигались по земле, используя тропы, известные Какаши и Забузе. Наруто шёл в середине группы, его чакра растянута тонкой сетью вокруг, сканируя округу. Его внутренний голос бубнил, комментируя происходящее.

«Профессор Хатаке. Ага, с книжкой про интимные утехи в руках. Самое убедительное прикрытие. Лаборант с глазами убийцы. Студентка, которая краснеет от ветра. И проводники: один — немой подросток, второй — двухметровый шрам с завёрнутым тесаком. Да, мы точно не привлечём внимания.»

Первые часы пути прошли в полной тишине, нарушаемой только шелестом листьев под ногами и редкими командами Какаши. Ямато держался особняком, но его сенсорные способности были на высоте — он первым замечал диких животных или отдалённые признаки других путешественников и жестом указывал на необходимость скрыться. Забуза шёл, угрюмо буравя взглядом тропу перед собой, изредка обмениваясь с Хаку короткими, почти незаметными кивками. Хината, как и Наруто, шла с активированным додзюцу— её Бьякуган был скрыт, но она видела потоки чакры в живых существах вокруг, что делало её идеальным дальним сенсором.

Наруто наблюдал за ними всеми, составляя досье в реальном времени. Ямато действительно был хорош — его контроль над деревом позволял ему чувствовать вибрации земли, маскировать их следы, создавать временные укрытия. Но он был настороже не только по отношению к внешним угрозам. Его внимание постоянно возвращалось к Наруто и к портфелю.

«Он всё ещё подозревает. Или просто следует приказу следить за мной. В любом случае, он — помеха. Нужно будет как-то отвлечь его, когда подберёмся ближе.»

К полудню они сделали привал в глухом лесу. Какаши разведал окрестности, Ямато создал из ветвей и лиан подобие навеса, скрывающего их от возможных наблюдателей с воздуха. Перекусили сухими пайками. Общения не было. Тишина висела тяжёлым, некомфортным грузом.

Именно в этот момент Наруто решил протестировать свою систему сигналов. Он подошёл к Хинате и, убедившись, что на неё не смотрят, быстро показал серию жестов, которые они вдвоём разработали ранее: «Ты — впереди, сканируй на 500 метров. Опасность — сигнал птицы. Враг — сигнал змеи.»

Она кивнула, поняв. Потом он подошёл к Забузе. Тот смотрел на него с немым вопросом. Наруто показал более грубые, общепринятые в наёмничьей среде знаки: «Фланг справа. Следи. Тишина.»

Забуза хмыкнул, но кивнул. Он понимал язык действий, а не слов.

С Какаши и Ямато было сложнее. Они были профессионалами высшего класса и привыкли к стандартным сигналам АНБУ. Наруто просто показал им заранее заготовленную схему на листке бумаги. Какаши просмотрел её одним глазом и одобрительно хмыкнул. «Недурно. Будем использовать.»

Ямато изучил схему дольше, его лицо оставалось непроницаемым. «Эффективно. Но помните, в горячке боя жесты могут быть неверно истолкованы.»
«Лучше жесты, чем ничего,» — написал Наруто в ответ.

Они двинулись дальше. С наступлением сумерек они пересекли границу Страны Земли. Пейзаж начал меняться. Ровные леса сменились холмистой, каменистой местностью, деревья стали ниже и корявее, воздух — суше и холоднее. Здесь чувствовалась древность, тяжесть. Земля под ногами казалась более твёрдой, неподатливой.

«Добро пожаловать в царство камня. Даже воздух здесь пахнет пылью и старым железом. Идеальное место, чтобы спрятать бога, которого никто не должен тревожить.»

Ночью они устроили лагерь в небольшой пещере, которую нашёл Ямато с помощью своей техники. Разводить костёр не стали — дым мог выдать их. Сидели в темноте, прижавшись к стенам, жуя холодную еду. Наруто выбрал место у входа, откуда мог наблюдать за окрестностями и за всеми внутри.

Первым нарушил тишину Забуза.
— Деревня Юи, — прохрипел он. — До неё меньше дня пути. Там человек пятьдесят, не больше. Все бедные как церковные мыши и пугливые как зайцы. Но если почуют, что мы не те, за кого себя выдаём... могут предупредить кого не надо. Или попытаться сами разобраться. У них свои порядки.
— Порядки? — спросил Какаши.
— Живут по законам шахты. Старейшина правит. Есть свой «шахтёрский суд». И своя милиция — пара здоровенных парней, которые умеют обращаться с киркой и динамитом. Не шиноби, но... упрямые.
— Нам нужно пройти через деревню? — уточнил Ямато.
— Нет. Шахта, она же «Врата», в паре километров к северу от деревни, в ущелье. Но чтобы подойти незамеченными... придётся сделать крюк по горам. Или идти ночью. Днём там всегда кто-то есть — либо сами шахтёры, либо их дети пасут коз.

Наруто слушал, набрасывая в блокноте карту местности со слов Забузы. Он написал вопрос: «Есть другие пути в ущелье? Со стороны обрыва?»
Забуза посмотрел на рисунок.
— Обрыв с запада. Высокий, почти вертикальный. Спуститься можно, но только с оборудованием или если ты... — он взглянул на Хаку, — умеешь ходить по вертикальному льду.
Хаку молча кивнул.
— Но это рискованно и заметно, — продолжил Забуза. — Лучше ночью, через старые, заброшенные выработки. Есть боковой вход, о котором мало кто знает. Я им пользовался... для одного дела.
— Покажешь? — написал Наруто.
Забуза кивнул. «За дополнительную плату,» — усмехнулся он мысленно, но вслух не сказал ничего.

План начал вырисовываться. Ночной подход через боковой вход. Это минимизировало контакты с местными и снижало риск быть замеченными возможными наблюдателями от «Корня».

Вдруг Хината, которая сидела, уставившись в каменную стену, вздрогнула и обернулась. Её Бьякуган вспыхнул в темноте.
— Кто-то идёт, — прошептала она. — С юга. Небольшая группа. Трое. Чакра... скрытая, но сильная. Идут прямо сюда.

В пещере воцарилась мгновенная, готовая взорваться тишина. Какаши и Ямато обменялись взглядами и бесшумно встали, заняв позиции у входа. Забуза снял со спины свой свёрток, Хаку встал рядом с ним, его пальцы уже складывались в знакомые Наруто печати для техники льда. Наруто жестом приказал Хинате отойти глубже в пещеру и потушить Бьякуган. Сам он прижался к стене рядом со входом, его «Игла» была наготове на кончиках пальцев.

Шаги приближались. Неспешные, уверенные. Не пытались скрываться. Это либо местные, которые ничего не подозревают, либо... те, кто знает, что здесь кто-то есть, и не боится.

Из темноты вышли три фигуры. Они не были похожи на шахтёров. Одетые в тёмные, дорогие, но практичные дорожные плащи, с посохами в руках. Двое мужчин, одна женщина. Их лица были скрыты капюшонами, но по осанке и манере держаться было видно — это шиноби. И не низкого уровня.

Остановившись в десяти метрах от пещеры, передняя фигура, мужчина, заговорил. Голос был спокойным, вежливым, но без тепла.
— Добрый вечер, путники. Не часто встретишь таких... организованных товарищей в этих глухих местах. Мы — паломники из храма Дзион. Ищем древние святилища. Вы, случайно, не видели указателей?

Какаши вышел из тени, его книга была убрана, руки свободно висели по бокам.
— Вечер добрый. Мы — геологи. Картируем местность. Указателей не видели. Дорога на север свободна.
— Геологи, — повторил незнакомец, и в его голосе прозвучала лёгкая, едва уловимая насмешка. — С интересным составом. Охранник с таким... боевым шрамом. И девочка с такими необычными глазами. — Он имел в виду Хинату, чьи глаза, даже потухшие, всё ещё были бледнее обычного.

«Храма Дзион, ебанный в рот. Эти трое пахнут «Корнем» за версту. Слишком собранные, слишком наблюдательные. И слишком блять вовремя появились.»

— Разношёрстная команда — залог успеха в полевых условиях, — парировал Какаши, не меняя тона. — А вам, паломникам, не кажется, что ночь — не лучшее время для поисков святилищ?
— Ночь открывает многое, что скрыто днём, — ответил незнакомец. Его спутники стояли неподвижно, но Наруто чувствовал, как их чакра готовится к действию. — Например, истинные лица путников.

Напряжение достигло пика. Наруто видел, как Ямато сделал едва заметный знак рукой: «готовься». Забуза медленно разворачивал свой клинок. Хаку замер, его дыхание стало ровным и холодным.

И тут женщина из тройки незнакомцев сделала шаг вперёд и сбросила капюшон. У неё было жёсткое, потертое жизнью лицо, короткие седые волосы и пронзительные голубые глаза. Она посмотрела прямо в темноту пещеры, прямо на Наруто, будто видя его сквозь камень.
— Хватит игр, — сказала она, и её голос был как скрежет камня. — Мы знаем, кто вы. И знаем, зачем вы здесь. Вы пришли за тем, что принадлежит Господину.

«Господину. Данзо. Значит, это точно его люди. Старая гвардия. И они не просто так болтаются здесь. Они охраняют. Или ждут.»

Какаши вздохнул.
— Жаль. Значит, по-хорошему не получится.
В тот же миг всё взорвалось движением.

Незнакомец впереди рванулся вперёд, его посох раскололся, выпустив цепь с шипастым наконечником, который помчался к Какаши. Ямато вонзил руки в землю, и из-под ног нападающих выросли деревянные шипы. Женщина отпрыгнула в сторону, её руки мелькали, формируя печати. «Дотон: Дорису Но Йорои!» — каменная броня покрыла её тело.

Но Наруто уже не смотрел на них. Его внимание было приковано к третьему, самому молчаливому из троицы. Тот не двинулся с места. Он просто поднял руку, и в ней вспыхнул свет — не яркий, а тёплый, золотистый, исходящий от небольшого предмета, похожего на цилиндр из слоновой кости с выгравированными знаками. Знаками, которые Наруто узнал. Они были из той же системы, что и на нефритовой пластине.

Второй ключ. Или инструмент управления.

Золотистый свет ударил по пещере. Он не жёг и не ослеплял. Он... утяжелял. Воздух стал густым, как сироп. Движения замедлились, чакра в телах забуксовала, стала вязкой и неподатливой. Техника Ямато замерла на полпути, деревянные шипы остановились. Забуза, занесший клинок для удара, застыл как в замедленной съёмке. Даже Какаши, обычно невероятно быстрый, двигался с мучительной медлительностью.

Наруто почувствовал, как его собственная чакра, обычно послушная и гибкая, стала тяжёлой, как свинец. Его «Игла» на кончиках пальцев едва светилась. Паника, холодная и рациональная, зашевелилась в нём. Эта техника подавляла не тело, а сам поток чакры, саму энергию, питающую все их способности.

«Хуёво. Это очень хуёво. Они пришли готовыми. У них есть артефакт, подавляющий чакру. Мы сейчас как мухи в смоле.»

Женщина в каменной броне, не замедляемая светом (видимо, артефакт действовал избирательно или они были защищены), уже была рядом с Хаку. Её каменный кулак летел в голову мальчику. Хаку, с огромным трудом, успел создать перед собой тонкую ледяную стену. Кулах разнёс её в щепки, но это замедлило удар, и Хаку отлетел вглубь пещеры, ударившись о стену.

Забуза, видя это, издал хриплый рёв и, превозмогая невероятное давление, сделал шаг вперёд. Его клинок, лишённый чакры, был просто куском железа, но инерции и ярости гиганта хватило, чтобы рассечь воздух. Женщина отступила, уворачиваясь.

Какаши и Ямато пытались скоординироваться, но их техники, требующие чакры, были бесполезны. Они перешли на тайдзюцу, но движения были такими тягучими, что любой удар легко предсказать.

Наруто наблюдал, его ум лихорадочно работал. Артефакт. Он должен быть как-то связан с их нефритовой пластиной. Может, он работает на той же частоте? Или является контролером? Если так... возможно, их артефакт может нейтрализовать этот эффект.

С нечеловеческим усилием он заставил свою руку двигаться. Сантиметр за сантиметром он тянулся к портфелю, к внутреннему карману, где лежала пластина и компас. Его пальцы онемели, казалось, весили тонну. Рядом с ним Хината, прижатая к стене, тоже пыталась пошевелиться, её Бьякуган мигал, пытаясь проанализировать золотой свет, найти его источник, слабое место.

Давай, давай, тварь. Двигайся.

Его пальцы наконец коснулись застёжки портфеля. Он щёлкнул. Рука погрузилась внутрь, нащупала гладкую, холодную поверхность нефрита. Он сжал пластину в кулаке и вытащил.

И тут произошло нечто. Нефритовая пластина в его руке затрепетала. Она не вспыхнула, но от неё пошла едва заметная, тёмно-синяя рябь, волна, которая противостояла золотому свету. Давление вокруг Наруто ослабло. Чакра в его теле снова ожила, заструилась, всё ещё медленно, но уже свободнее.

Он посмотрел на цилиндр в руке врага. Узоры на нём и на его пластине резонировали. Они были частью одной системы! Пластина — карта и, возможно, ключ. Цилиндр — инструмент управления и подавления для охраны.

Наруто не стал медлить. Он не знал, как управлять пластиной, но он знал, как управляться с «Иглой». Теперь, когда его чакра частично вернулась, он сосредоточил крошечную, но невероятно плотную точку энергии на кончике пальца и выстрелил ею не в человека, а в цилиндр.

Голубая искра, тонкая как волос, прошила золотой свет и ударила точно в центр цилиндра, в стык граней.

Раздался высокий, чистый звук, как от разбитого хрусталя. Золотой свет погас. Цилиндр в руке незнакомца треснул и рассыпался на мелкие, тусклые осколки.

Давление исчезло. Воздух снова стал лёгким. Все замерли на долю секунды, шокированные внезапным изменением.

И этим воспользовался Какаши. Его кунай, теперь снова быстрый как молния, оказался у горла лидера группы. Ямато опутал деревянными лозами женщину в каменной броне, пока та была дезориентирована. Забуза, с рыком обрушив свой клинок, прижал к земле третьего, который пытался сделать печать.

Бой закончился так же быстро, как и начался, но теперь преимущество было на их стороне.

Лидер, с лезвием у горла, усмехнулся.
— Быстро сообразил, мальчик, — сказал он, глядя на Наруто, который всё ещё сжимал в руке нефритовую пластину. — Значит, у тебя есть Второй Фрагмент. Господин предполагал, что его могут найти. Но он не думал, что им будет... ребёнок.
— Где «Советник Кай»? — резко спросил Какаши.
— Кай? — Лидер засмеялся, и в его смехе звучала горечь. — Кай сошёл с ума от того, что увидел, и попытался всё разрушить. Его ликвидировали. Мы — новая администрация. Хранители Врат. И мы не позволим вам разбудить Спящего.

Наруто подошёл ближе. Он написал в блокноте и показал лидеру: «Что такое Спящий?»
Лидер посмотрел на слова, потом на Наруто, и его усмешка стала ещё шире.
— Ты же умный мальчик. У тебя в руках карта его снов. Догадайся сам. Но знай: если вы вставите этот ключ в замок, вы откроете не дверь к силе. Вы откроете дверь в ту самую войну, что едва не разрушила мир в эпоху до деревень. И на этот раз... у Шиноби не будет мудрости Шести Путей, чтобы остановить её.

Он сказал это с такой убеждённостью, что даже у Наруто похолодело внутри. Это не была пустая угроза фанатика. Это было предупреждение человека, который верил в каждое слово.

— Что с ним делать? — спросил Ямато, держа женщину.
Какаши задумался на секунду.
— Обезвредить, связать, оставить здесь. Кто-то из деревни найдёт. Мы же... — он посмотрел на Наруто, на пластину в его руке, — мы, кажется, уже опоздали на светскую беседу. Нам нужно двигаться. Сейчас же.

Они быстро обездвижили троих агентов «Корня», используя подавляющие чакру печати и прочные верёвки Ямато. Оставлять их в живых было рискованно, но убивать связанных — не в правилах Конохи, по крайней мере, не в таких обстоятельствах.

Пока остальные собирали вещи, Наруто стоял над лидером, глядя в его глаза. Тот смотрел в ответ без страха.
— Ты не понимаешь, во что лезешь, мальчик, — прошипел он. — Данзо-сама видел в этом величайшее оружие. Но он ошибался. Это не оружие. Это приговор. Оставь это. Уйди.

Наруто не ответил. Он развернулся и пошёл к выходу из пещеры, где его ждала команда. В руке он сжимал нефритовую пластину, которая была теперь не просто ключом, а символом выбора. Выбора, который мог определить судьбу не только их, но и всего мира.

«Отлично. Просто замечательно. Из расследования архивов мы плавно перешли к предотвращению апокалипсиса. Карьерный рост, блять, просто вертикальный. И самое весёлое — эти психи могут быть правы. Но если мы не пойдём, это сделает кто-то другой. Может, уже делает. Значит, нужно идти. И посмотреть в глаза этому «приговору». А там будь что будет.»

Они вышли в холодную, звёздную ночь Страны Земли. Где-то впереди, в чёрном зеве ущелья, ждали Врата. И за ними — ответы на все вопросы. И, возможно, конец всех вопросов.

Команда двинулась вперёд, теперь уже не скрывая спешки. Они знали, что время работает против них. Наруто шёл, чувствуя вес артефакта в руке и тяжесть взгляда Хинаты, который он ловил на себе. В её глазах был не просто страх, а вопрос. Тот же вопрос, что висел в ледяном воздухе: «А что, если они правы?»

Но поворачивать назад было уже поздно. Они перешли точку невозврата. Теперь только вперёд. В каменное горло земли, навстречу сну, который мог оказаться последним кошмаром в истории.