Наруто : Безмолвное солнце

Создание подделки оказалось предприятием, требующим не только мастерства, но и определённой доли святотатства. Наруто понимал, что просто скопировать узор на куске камня — недостаточно. Ямато, специалист по древним печатям и чакровым аномалиям, раскусит обман мгновенно. Артефакт должен был ощущаться древним, должен был нести в себе слабый, но уловимый отзвук чужой, «земной» чакры, о которой писал Кай. И он должен был пережить проверку техниками дерева и кто знает чем ещё.

«Отлично. Я, сука, превращаюсь в фальшивомонетчика для археологических реликвий. Если бы мои учителя в «Корне» знали, что их идеальный безмолвный инструмент будет заниматься таким криминальным ремесленничеством, они бы перевернулись нахуй 3 раза в своих безымянных могилах. Хотя, с другой стороны, подделка доказательств и создание ложной реальности — это как раз в духе их методов. Пошлая ирония.»

Он начал с материала. Нефрита у него не было, да и работать с ним без привлечения внимания было невозможно. Но в архивах «Корня» он нашёл нечто иное: ящик с конфискованными «курьёзами» — в основном, поддельные печати и амулеты, которые агенты использовали для прикрытия. Среди этого хлама оказались несколько пластин из полудрагоценного камня — зелёного авантюрина. Цвет был неправильным, фактура — грубее, но при определённом освещении и без должного опыта мог сойти за тусклый, неполированный нефрит.

Проблема была в чакре. Камень был инертным. Наруто нужно было «состарить» его энергетически. Он вспомнил записи Кая о «кристаллах-проводниках» и «вкраплениях чакры» в породе. Его собственная адаптивная, голубая чакра была слишком живой, слишком человеческой. Ему нужен был иной источник.

И тут ему пришла в голову безумная идея.Кьюби. Девятихвостый. Его чакра была древней, чужеродной, нечеловеческой, пропитанной яростью и чистым, природным хаосом. Использовать её было безумием. Но крошечная, микроскопическая капля, введённая с ювелирной точностью, могла сымитировать тот самый «древний, земной» резонанс. Риск был чудовищным — не только потеря контроля, но и то, что Ямато или любой сенсор мог распознать отпечаток биджу. Но Наруто рассчитывал на то, что след будет настолько слабым и рассеянным, что его примут за естественную геологическую аномалию.

«Либо гений, либо самоубийство. Как обычно блять.Поехали.»

Работа происходила глубокой ночью в его комнате. Занавесив окно, он разложил инструменты: авантюриновую пластину, тончайшие иглы для акупунктуры (через них он мог направлять «Иглу» с невероятной точностью), копию узора, сделанную Хинатой, и свой собственный, ледяной фокус.

Сначала узор. Используя «Иглу» не как оружие, а как резец, он с миллиметровой точностью начал выжигать линии на камне. Это был адски трудоёмкий процесс, требующий невероятной концентрации. Каждая дрожь, каждое лишнее движение — и линия лопнет, камень треснет. Через час его одежда была мокрой от пота, а голова гудела от напряжения.

Затем настал черёд самой опасной части. Он закрыл глаза, погрузившись внутрь себя. Не в клетку с лисом — он никогда не осмеливался подходить так близко. Но к её границам. К тому месту, где его голубая чакра встречалась с кроваво-красным, бушующим морем ненависти. Он не просил и не пытался общаться. Он, как вор, протянул через щель щупальце собственной чакры, не чтобы взять, а чтобы... уловить эхо. Самый дальний, самый слабый отзвук той древней силы, что дремала за стеной.

Это было похоже на попытку зачерпнуть воду раскалённой ложкой. Его чакру обожгло, скрутило волной примитивной ярости и голода. Он едва не потерял сознание, его носом пошла кровь. Но он удержал контроль. И в этот момент, на гребне этой чужой волны, он уловил крошечную, почти неосязаемую частичку — не ярости, а просто... возраста. Чистой, безликой древности. Он обернул её сотнями слоёв своей адаптивной чакры, изолировал, как радиоактивный образец, и через иглу внедрил в ключевые узлы выгравированного рисунка — туда, где на оригинале, судя по описаниям, концентрировалась энергия.

Пластина в его руках дрогнула и издала тихий, высокий звон, словно хрустальный бокал. Её поверхность на мгновение тускло вспыхнула медным оттенком, а затем угасла. Но теперь от неё исходило едва уловимое, глубокое, «тяжёлое» излучение, совершенно отличное от его собственной чакры.

Наруто упал на спину, тяжело дыша, чувствуя, как его тело трясёт от перегрузки. Перед глазами плясали красные пятна.
Ну вот. Добавил в подделку настоящей демонической сущности. Теперь это не просто фальшивка. Это проклятый артефакт. Надеюсь, Ямато не догадается сделать тест ДНК биджу, или что там у них в АНБУ для такого.

Утром, прежде чем отнести «подделку» в архив для вручения Ямато, он встретился с Хинатой у того же колодца. Её глаза сразу же расширились, когда она увидела пластину в его руках — не оригинал, но нечто, что её Бьякуган считывал как аномалию, пусть и странную, «неправильную».
— Это... — жестами начала она.
— Подделка, — написал он. — Но с «ароматом». Должна сработать. Как карты?
Она кивнула и протянула ему ещё один, тщательно выполненный рисунок. Это была уже не копия фрагмента, а составленная ими обоими сводная схема. Они наложили данные с пластины на карты Хьюга, используя легенду. Теперь у них была приблизительная, но внятная карта местности с отмеченным эпицентром — «Сердцем». И маршрут к нему от условной точки входа, которую Кай обозначал как «Врата».

— Есть проблема, — жестами сказала Хината, её лицо было печальным. — «Врата». Согласно нашим картам и заметкам Кая... они находятся не в безлюдной местности. Рядом — небольшая, но старая деревня шахтёров и каменотёсов. Если мы пойдём туда... нас увидят.
Наруто задумался. Это меняло дело. Маскировка, прикрытие, легенда — всё это требовало дополнительного уровня подготовки и риска.
— Это осложняет, но не делает невозможным, — написал он. — Нужна легенда. Студенты-археологи? Геологи? Сборщики целебных трав?
Хината покачала головой. — Деревня бедная, закрытая. К чужакам относятся с подозрением. Особенно после «несчастных случаев», которые упоминал Кай — пропажи людей, странные болезни. Они могут быть... настроены враждебно.
«Заебись. Идём будить древнего каменного бога, а по пути нас ещё могут закидать камнями местные жители, уже напуганные последствиями предыдущих раскопок. Сказка становится всё добрее.»

Он взял составленную карту и жестом поблагодарил Хинату.
— Сегодня отдаю подделку Ямато, — написал он. — Будь готова к повышенному вниманию. И... к возможным решениям сверху.
Она кивнула, понимая. Если Ямато «изучит» артефакт и доложит Хокаге о потенциальной ценности или опасности объекта в Стране Земли, официальная миссия может стать реальностью гораздо быстрее, чем они планировали.

Архив встретил их гробовой тишиной. Ямато был уже на месте. Он сидел за столом, изучая какой-то свиток, но его внимание было полностью сфокусировано на них с момента входа.
— Ну что, Узумаки? — спросил он, не поднимая глаз. — Принёс предмет?
Наруто молча достал из портфеля авантюриновую пластину, завёрнутую в безворсовую ткань, и положил на стол. Он не стал её раскрывать.
Ямато отложил свиток, снял очки, тщательно протёр их и подошёл. Он развернул ткань. Его глаза, обычно бесстрастные, сузились. Он не брал пластину в руки сразу. Сначала он провёл над ней ладонью, ощущая излучение. Потом осторожно взял, повертел на свет, изучая гравировку. Потом закрыл глаза, и по его руке снова побежали зелёные прожилки чакры, на этот раз тонкие, как паутина, окутывающие артефакт.

Наруто стоял, сохраняя каменное лицо, но внутри всё сжалось в ледяной комок. Сейчас. Сейчас он почувствует след Кьюби. И всё.

Ямато изучал пластину долго. Очень долго. Потом открыл глаза и положил её обратно на ткань.
— Любопытно, — произнёс он своим ровным голосом. — Изготовление грубовато, материал — не нефрит, а авантюрин. Но гравировка... точная копия какого-то сложного узора. И чакра... — Он посмотрел на Наруто. — Вы её чем-то... зарядили? Или она такая изначально?
Наруто написал: «Нашёл такой. Не трогал.»
Ямато хмыкнул, явно не веря.
— Энергетический отпечаток крайне необычный. Очень древний, глубинный. Не человеческий. И... не до конца стабильный. — Он снова посмотрел на пластину, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее не на подозрение, а на профессиональный интерес, смешанный с осторожностью. — Это может быть ключом. Или частью ключа. К тому, что описывает ваш «исследователь К». Этот предмет явно связан с геологическими аномалиями. Он может быть своего рода... пультом дистанционного управления, или картой, работающей в связке с локальным источником энергии.

Наруто внутренне выдохнул. Ямато купился. Он не распознал подделку, а принял её за грубую, но подлинную древность. Его анализ был, по сути, верен — просто относился к оригиналу.
— Я доложу Хокаге, — сказал Ямато, заворачивая пластину. — И настоятельно рекомендую ускорить подготовку разведывательной миссии. Если этот артефакт действительно связан с объектом, и если этот объект обладает такой энергией... им могут заинтересоваться не только мы. Страна Земли, другие деревни, оставшиеся ячейки «Корня». Нам нужно быть первыми.
Сказав это, он вышел, оставив Наруто и Хинату наедине с гулкой тишиной архива.

«Итак, механизм запущен. Ямато сам толкает Хокаге к отправке миссии. Наша ложь стала катализатором. Теперь вопрос в том, кого включат в команду. И как нам остаться в игре, не потеряв контроля.»

Их размышления прервал неожиданный визит. Дверь открылась, и в архив вошёл не Какаши и не очередной посыльный. Вошёл Шикамару Нара с таким видом, будто его привели сюда против воли, и за ним — бледный, но собранный, с новыми, тусклыми металлическими наручами на запястьях, Забуза. Хаку следовал за ним тенью.

— Вставляйте, — безразлично произнёс Шикамару, разваливаясь на свободном стуле. — Хокаге решил, что теорию нужно подкреплять практикой. Вы копаетесь в бумагах про Страну Земли и тамошние подземные страсти. А эти двое, — он кивнул на Забузу, — имели контакты с контрабандистами и нелегалами через тамошние границы. Может, их информация что-то прояснит. Считайте это... мозговым штурмом под конвоем. Я здесь, чтобы этот штурм не перерос в мордобой.

Забуза стоял, скрестив руки, его единственный глаз с нескрываемым презрением окинул полки, заваленные бумагами, потом перешёл на Наруто.
— Значит, карлик, тебя посадили в библиотеку. Жалкое зрелище. Думал, ты хоть на воле будешь.
Наруто лишь поднял бровь и написал на листке, показав ему: «А тебя украсили новыми браслетами. Идёт.»
Забуза усмехнулся, лязгнув наручниками.
— Лучше браслеты, чем верёвка на шее. Так о чём мозговать будем? О твоих бумажках?

Хината, нервно наблюдая за этой перепалкой, жестом привлекла внимание к карте, лежавшей на столе (они успели её свернуть, но не убрать). Она показала на область Страны Земли.
Забуза нахмурился, подошёл ближе. Его взгляд, привыкший оценивать местность для засад и побегов, скользнул по линиям.
— Север. У границы с пустошами. Мёртвое место. Там только шахтёрская деревушка Юи есть, да и та вымирает. Говорят, земля там плохая. Люди с ума сходят, в шахтах пропадают. Контрабандисты маршруты в обход строили — слишком жутко. — Он ткнул пальцем в точку, примерно соответствующую «Вратам». — Где-то тут был старый, заброшенный рудник. Ещё со времён Второй войны. Говорили, там не руду искали, а что-то другое. Что-то блестящее и странное. Несколько групп туда совались — назад вернулись не все, а те, что вернулись, болтали про «голоса в камне». Думали, газ или галлюциногены в породе.

«Подтверждение. Значит, слухи ходят давно. И «Корень» был не первым.»

— Знакомые имена? — написал Наруто, показывая список псевдонимов из отчётов «Корня», связанных с регионом.
Забуза пробежал глазами.
— Этот «Барсук» — да. Местный скупщик краденого. Работал на кого-то со стороны. «Советник Кай»... не слышал. Но если он был учёным или стратегом, то в моём кругу его бы не знали. Мы были... исполнителями.

Хаку, до этого молчавший, тихо сказал:
— Забуза-сама... если там есть что-то, что влияет на разум... это может быть опасно не только физически.
— Всё опасно, мальчик, — буркнул Забуза. — Вопрос в цене. И в том, кто платит.
Он посмотрел на Наруто. — Ты что, собрался туда лезть, книжный червь?
Наруто кивнул.
Забуза хрипло рассмеялся.
— Ну что ж, развлечёшься. Только совет: не слушай, если камни начнут с тобой разговаривать. Это никогда к добру не приводит.

Шикамару, тем временем, практически заснул на стуле, но Наруто знал — его ум работает, впитывая каждую деталь.

После того как Шикамару увёл Забузу и Хаку (оставив на прощание многозначительное: «Интересная беседа. Думаю, Хокаге будет доложено»), Наруто и Хината остались вдвоём. Грядущее висело в воздухе, тяжёлое и неотвратимое.

— Они отправят миссию, — жестами сказала Хината. — Скоро. И нас в неё включат. С Ямато. Возможно, с Какаши. И... с ними? — Она имела в виду Забузу и Хаку.
Наруто кивнул. Это был логичный ход. Забуза знал местность и подполье, Хаку с его кровью льда мог быть полезен в подземельях, Ямато — специалист по угрозам, Какаши — опытный лидер. А они с Хинатой — как носители информации и, в её случае, уникальных способностей.

— Надо готовиться, — написал он. — Не как исследователи. Как на войну. Потому что это может быть ею.
Он смотрел на карту, на зловещий символ «Сердца». Они стояли на пороге. Пороге, за которым могло находиться знание, способное изменить всё. Или гибель, которая покончит со всеми их проблемами разом.

Вечером, когда Наруто уже собирался покинуть архив, его остановил голос из-за двери. Не Ямато. Какаши.
— Завтра, — сказал он, не входя, его голос доносился из темноты коридора. — Сбор у ворот на рассвете. Лёгкое снаряжение, но будь готов ко всему. Формально — разведка пограничного региона по следам контрабандистов. Неофициально... ты понял. Хинате-чан передай то же самое. И, Наруто... — Он сделал паузу. — На этой миссии ты не будешь в тени. Тебя будут слышать. Убедись, что твои жесты понятны всем. Или найди другой способ. Эта тишина может стать роскошью, которую ты не сможешь себе позволить.

Дверь закрылась. Наруто остался один. Какаши был прав. В поле, в потенциальном бою, его язык жестов мог быть слишком медленным, слишком ненадёжным. Ему нужен был запасной план. Способ коммуникации, который работал бы мгновенно.

Он вспомнил свои тренировки с Итачи, их безмолвный диалог через камни и знаки. Но это было для двоих. Для команды... ему нужен был код. Система сигналов. Как в АНБУ.

Он потратил остаток ночи, разрабатывая её. Простые, но однозначные сигналы рукой, положением тела, свистками (которые он мог издавать, хотя и не говорить), которые могли означать: «опасность», «засада», «отход», «собираться ко мне», «молчание», «использовать технику»... Он записал их, сделал схему.

Пришлось признать: он готовился вести этих людей. Не просто использовать их как пешки, а координировать. Ответственность снова навалилась тяжёлым грузом.

Перед самым рассветом, собирая свой чёрный портфель (в нём теперь лежали: блокнот с кодами, настоящая нефритовая пластина и компас, завёрнутые в звукоизолирующую ткань, фото Юхи, камень Итачи, медальон «Корня», бумажный журавлик), он почувствовал странную пустоту. Он оглядел свою комнату — казённую, безличную. В ней не было ничего, что он мог бы назвать своим, кроме этой сумки с призраками прошлого и ключами к возможному будущему.

«Ну что ж. Поехали. На разведку в ад, с командой из бывшего врага, его преданного щенка, надзирателя с секретом, ветерана-развратника, застенчивой всевидящей девушки и меня — немого стратега с чемоданом психических проблем. Идеальная блять команда для спасения мира. Или его уничтожения. Разницы, по большому счёту, уже не чувствуется.»

Он вышел в предрассветную мглу, направляясь к воротам. Холодный воздух обжигал лёгкие. Где-то в этой тьме, за сотни километров, в каменных недрах Земли, спал Великан. И они шли его будить. Наруто не знал, что хуже — разбудить его и увидеть, что будет, или позволить кому-то другому сделать это первым.

Одно он знал точно: тишина, его верная союзница и тюремщица, скоро закончится. Ей на смену шли шёпот камней и, возможно, рёв пробуждающегося исполина. А ему предстояло найти голос в этом грохоте. Голос, который сможет вести за собой других. Или, по крайней мере, не дать им всем погибнуть в немой, каменной темноте.