первый выход
Утро началось с резкого, бесцеремонного стука в дверь. Варя подскочила на кровати, путаясь в одеяле. Часы показывали семь утра. За дверью уже слышался топот, выкрики администраторов и гул работающей техники. Тишина особняка, которая ночью казалась почти осязаемой, рассыпалась в прах.
- Варвара, пять минут! Грим на первом этаже, потом сразу в автобус! - прокричал голос из коридора.
Варя спустилась вниз, чувствуя себя совершенно разбитой. В гостиной уже вовсю работали визажисты. Её усадили в кресло, и девушка-гример начала быстро наносить тон, стараясь скрыть бледность и легкие тени под глазами.
- Послушай, - шепнула гример, наклоняясь к Вариному уху, - ты в кадре смотришься очень эффектно. Но старайся больше играть лицом. Продюсеры любят драму. Если почувствуешь что-то - не держи в себе, кричи, плачь, падай. Зрителю нужны эмоции.
Варя лишь кивнула, хотя внутри всё протестовало. Она не была актрисой. В её лесу не нужно было кричать, чтобы тебя услышали - духи понимали шепот.
Семёна она увидела уже у автобуса. Он стоял чуть поодаль от основной группы, прислонившись спиной к дереву. В руках - неизменный стакан с черным кофе. Сегодня на нём была черная кожаная куртка, которая делала его фигуру еще более привлекательной..? Заметив Варю, он не улыбнулся, но чуть склонил голову в знак приветствия. Его взгляд, спокойный и сканирующий, задержался на её лице на секунду дольше, чем нужно.
В микроавтобусе было тесно. Места распределялись стихийно, и Варе «повезло» оказаться на заднем сиденье, зажатой между Артемом и Семёном. Перввй всю дорогу не умолкал, обсуждая возможные задания и хвастаясь своими успехами на кастингах. Варя старалась смотреть в окно, чувствуя, как от духоты и болтовни начинает ныть висок.
- Хватит трепаться, Артем, - негромко произнес Семён. Он не смотрел на парня, но в его голосе было столько скрытой угрозы, что Артём мгновенно затих и уткнулся в телефон.
В автобусе повисла относительная тишина. Варя почувствовала, как Семён чуть пошевелился, устраиваясь удобнее. Его плечо теперь плотно прижималось к её плечу, а бедро - к её бедру. Сиденья были узкими, и избежать этого контакта было невозможно. Варя замерла, боясь пошевелиться. Через плотную ткань куртки и её футболки она кожей ощущала его жар. Это не было неприятно. Наоборот, это тепло странным образом заземляло её, прогоняя предстартовую панику.
- Волнуешься? - его голос прозвучал почти над самым её ухом, тихий, предназначенный только для неё. Микрофоны-петлички у всех были отключены на время поездки, и это давало иллюзию свободы.
- Есть немного, - честно призналась Варя, не оборачиваясь. - Я не привыкла, когда столько людей смотрят под руку.
- Забудь про них, - Семён чуть наклонился к ней. - Представь, что вокруг никого нет. Только ты и то, что ты ищешь. Камеры - это просто железки. Они не видят того, что видишь ты.
Он на мгновение накрыл её ладонь, лежащую на колене, своей рукой. Его пальцы были сухими и горячими. Это прикосновение длилось всего пару секунд, но Варе показалось, что через неё пропустили ток. Она наконец набралась смелости и посмотрела на него.
- Спасибо, Сем.
- Не за что, Варя, - произнес он, и от того, как он выделил её имя, у неё в животе снова запорхали те самые бабочки, о которых пишут в дешевых романах.
Автобус остановился у старой, полуразрушенной усадьбы, окруженной густым, неухоженным парком. Это было место первого испытания. Продюсеры тут же засуетились, выстраивая экстрасенсов в шеренгу для записи «визитки».
Испытание было классическим: нужно было найти человека, спрятанного в одном из многочисленных подвалов или тайников поместья. Варя шла четвертой. Когда пришла её очередь, она вошла в холодное, пахнущее сыростью здание. Камеры следовали за ней по пятам, оператор тяжело дышал за спиной, а ведущий задавал наводящие вопросы.
Варя закрыла глаза, пытаясь настроиться. Но чужая энергетика дома, смешанная с нетерпением съемочной группы, сбивала её. Она металась по коридорам, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. Время уходило.
«Дыши. Камеры - это просто железки», - всплыл в головеголос Семёна.
Варя сделала глубокий вдох, заставив себя абстрагироваться от жужжания техники. Она прикоснулась ладонью к холодной стене и вдруг отчетливо услышала - не звук, а вибрацию. Сердцебиение. В самом низу.
- Там, - она уверенно указала на заваленный хламом люк в полу.
Когда люк открыли и оттуда выбрался замерзший, но живой парень-стажер, съемочная площадка взорвалась аплодисментами. Ведущий восторженно что-то кричал в камеру, а Варя стояла в стороне, чувствуя полное опустошение.
Она вышла на улицу, чтобы глотнуть свежего воздуха. Семён уже прошел свое испытание (конечно, успешно) и теперь стоял у входа, наблюдая за суетой. Когда Варя поровнялась с ним, он молча протянул ей бутылку воды.
- Хорошая работа, - сказал он, когда она сделала пару глотков.
- Я чуть всё не завалила, - выдохнула она, вытирая губы. - В какой-то момент я просто перестала всё чувствовать.
- Но в итоге ты услышала. Это главное, - Семён сделал шаг ближе, закрывая её своей спиной от вездесущих камер, которые сейчас были заняты записью эмоций найденного парня. - Ты сильная, Варя. Просто тебе нужно время, чтобы кожа стала толще.
Он протянул руку и аккуратно поправил выбивавшуюся из её прически прядь волос. Его пальцы на секунду задержались у её виска, кожа к коже. Варя затаила дыхание. В этот момент не было никакой битвы, никаких экстрасенсов и никакого «Приюта теней». Был только этот мужчина с запахом кедра и табака, и её бешено колотящееся сердце.
- Нам пора в автобус, - сказал он, убирая руку, но его глаза еще несколько мгновений продолжали изучать её лицо с какой-то странной, нетипичной для конкурента нежностью. - Поехали домой, Варюша. День был длинным.
Варя замерла. «Варюша». Это имя прозвучало так интимно, так мягко, что у неё перехватило дыхание. Никто и никогда так её не называл. Она не знала, почему позволила ему это, но в ту минуту она поняла: её личная «слепая зона» теперь неразрывно связана с этим человеком. И это было самое пугающее и прекрасное открытие за всю её жизнь.