Тысяча и одна осень

Глава 78. "Кто же такой этот загадочный А-Цяо?"

Шэнь Цяо даже себе не представлял, что способен испытывать подобные чувства. Увидев, как развязно Янь Уши обнимает юношу, как удаляется его высокая фигура, обнимающая красивого молодого человека, который едва доставал ему до плеча, Шэнь Цяо просто захотелось исчезнуть из этого мира. Теперь глава Янь с кем-то другим. Он точно также улыбается этому юноше, как раньше улыбался Шэнь Цяо, обнимает его, делит с ним постель... Шэнь Цяо бросил книги на землю и сжал кулаки. Они ушли развлекаться, а он продолжает сидеть здесь, как беспомощный калека, и не может даже пошевелиться. Горечь, боль, обида, ревность, раздражение — все эти эмоции накрыли даоса с головой и в глазах заблестели слезы бессилия.
Чжао Вэймин тоже испытал чувства, которые были незнакомы ему прежде: чувства благоговения, восторга, душевного трепета, который он и сам не мог объяснить. Подумать только — на него обратил внимание сам Янь Уши!
Сердце парня отчаянно колотилось в груди, когда Янь Уши, своей сильной рукой прижал его к себе на виду у всех. Чжао Вэймин то краснел, то бледнел, а иногда ему начало казаться, что он просто упадет в обморок от волнения. Но стоило им скрыться из поля зрения Шэнь Цяо, как Янь Уши резко переменился. Он сразу же отпустил юношу и, не глядя на него, холодно сказал:
— Иди к себе и пару часов никуда не выходи.
Он удалился, шелестя полами роскошного халата в пурпурных тонах, заставив юношу спуститься с небес на землю. Вэймину казалось, что он высоко взлетел, а потом упал, больно ударившись. Парень был очень разочарован, не понимая, для чего нужна Янь Уши эта игра.
— Сильно расстроился? — спросил, наблюдавший за ним, Бянь Янмэй.
—Да... — краснея, проговорил юноша. — Господин Янь Уши был благосклонен ко мне, а потом резко стал холоден.
— Тебе понравился господин? — внимательно посмотрел на него Бянь Янмэй. Чжао Вэймин ничего не ответил, только еще больше покраснел.
— А ты как-нибудь ночью проберись в его спальню, — пошутил Бянь Янмэй. Наивный юноша все принял за чистую монету и задумался. "Наверное, господин Янь действительно утратил свою мужскую силу, поэтому и разрывает весь этот спектакль на виду у других людей. Какой уважающий себя господин признается в таком? Это же позор. Надо как-то прмочь ему".
Чжао Вэймин приказал слугам, найти ему правое сушеное яичко козла.


— Лао Янь, — вошел Бянь Янмэй, — если ты будешь каждый раз отвергать приглашения императора, то вскоре он найдет себе другого защитника и фаворита.
— Да плевать я хотел!
— Учитель... Такой замечательный юноша живет в этом доме. Я, конечно, не очень хорошо разбираюсь в мужской красоте, но ты бы пригляделся... Ты весьма нравишься этому парню.
— Что? — посмотрел на него Янь Уши. — Не смеши, меня не интересует этот ребенок, он здесь для других целей. Да я его старше лет на тридцать!
— Учитель не выглядит на свой возраст, — попытался возразить ему Бянь Янмэй.
— И что с того? Этот ребенок не интересует меня. Меня никто больше не интересует. Только Шэнь Цяо, только он!
Бянь Янмэй тяжело вздохнул. Он так надеялся, что Янь Уши переключится хоть на кого-то, чтобы забыть об этом треклятом даосе... и откуда он только взялся! Янь Уши никогда раньше не питал привязанности к другим людям, тем более столь страстной и длительной. Если бы Бянь Янмэй не знал Шэнь Цяо, подумал бы, что он подпоил Янь Уши каким-то сильным любовным зельем.

Посреди ночи, Чжао Вэймин, после долгих сомнений, тихонько, как вор, пробрался в спальню Янь Уши. В кулаке он сжимал некий амулет на нитке. Юноша тихонько подошел к кровати, на которой спал Янь Уши, и остановился, как вкопанный. Он слушал отчаянное биение собственного сердца. Глава Янь крепко спал, Чжао Вэймин слышал его тяжелое дыхание. Постояв еще какое-то время, юноша набрался храбрости и подошел поближе. Он склонился над спящим Янь Уши и осторожно завязал на его шее приготовленный амулет. Глава Янь даже после этого не проснулся. Тогда, Чжао Вэймин, на свой страх и риск, осторожно приподнял одеяло и улегся рядом с Янь Уши. Молодость всегда безрассудна.
—А-Цяо, ты пришел... — прошептал Янь Уши, не просыпаясь, и тяжело вздохнул. Заключив юношу в свои крепкие объятия, он снова вздохнул.
— А-Цяо..
Чжао Вэймин понятия не имел, кто такой А-Цяо. Быть может, главе Янь снится какой-то сон? Янь Уши продолжал шептать это имя и навязчиво привлек Чжао Вэймина к себе, начав покрывать его щеки и губы страстными поцелуями. Чжао Вэймина никогда никто не целовал, поэтому он попытался отпрянуть в сторону, но Янь Уши крепко прижал его к своей груди. Юноша боялся задохнуться, но еще больше боялся пошевелиться, разбудить и прогневить Янь Уши, поэтому, лежал, затаив дыхание. А если глава Янь захочет сейчас чего-то большего?! Он не готов к таким экспериментам. Чжао Вэймину неведома была ласка и, тем более, мужская. Но Янь Уши так страстно продолжал сжимать его в своих объятиях, обжигая лицо своим дыханием, называть его А-Цяо и, время от времени, целовать в губы, что Чжао Вэймина захлестнули неведомые до этого ощущения. Он не сдержался и издал тихий стон. Сладкое тепло разливалось по телу, было очень-очень хорошо. Юноша осмелел и даже пробовал отвечать на поцелуи. Губы Янь Уши были такими горячими, будто это был не человек, а огнедышащий дракон.
— А-Цяо, А-Цяо...
"Кто же такой этот загадочный А-Цяо?"
Вскоре Янь Уши угомонился и спокойно уснул. Чжао Вэймин вылез из-под одеяла, от греха подальше, и, будто мышь, прошмыгнул к себе. Он ходил, как пьяный, под сильным впечатлением, и долго не мог заснуть: как только закрывал глаза, будто снова чувствовал на себе прикосновения Янь Уши.

Глава Янь проснулся сам не свой.
— Что за наваждение? Что за сны меня мучили всю ночь? А-Цяо...
Он почувствовал такую сильную тягу к даосу, что готов был мчаться в его комнату бегом.

Шэнь Цяо проснулся в дурном настроении. Он почти всю ночь не спал, поэтому не выспался. Сцена с Янь Уши не выходила из головы. Легок на помине, Янь Уши уже заглядывал в его комнату.
— А-Цяо, сегодня такая великолепная погода! Я сам отнесу тебя в сад и мы погуляем.
— И у тебя еще хватает наглости сюда приходить?! — разозлился Шэнь Цяо. — Теперь есть кому составить тебе компанию, так что оставь меня в покое!




Глава 79. "Видят небожители, я не хотел этого делать"

Не смотря на ругань и протесты Шэнь Цяо, Янь Уши подхватил его на руки и молча вынес в сад, прихватив с собой зонтик. Так как руки даоса оставались свободными, он пытался отбиваться от Янь Уши, как мог. Пришлось заблокировать его некоторые акупунктурные точки, чтобы лишить возможности шевелить руками.
— Ну вот, А-Цяо, — разочарованно сказал Янь Уши, — ты сам виноват. Видят небожители, я не хотел этого делать.
— Если бы ты не мог заблокировать мои акупунктурные точки, ты перебил бы мне ноги, чтобы я не мог убежать?
— А-Цяо... — проговорил Янь Уши, держа над ним зонтик, чтобы солнце не било в глаза. Подул свежий ветерок и лепестки персиков и вишен, нагло сорванные с веток, летели им в лицо, путались в волосах.
Шэнь Цяо просто задыхался от гнева.
— Да как... да как ты можешь! Ты провел ночь с другим человеком, а теперь домогаешься меня как ни в чем не бывало, бесстыдник!
Янь Уши посмотрел на Шэнь Цяо:
— А-Цяо, разве я домогаюсь тебя?
Даосу нечего было ответить и он притих. Глава Янь сильно прижал его к себе. Шэнь Цяо чувствовал, как напряглись его мышцы под легкими одеждами. Ветер колыхал полы нежно-голубого халата, в который был облачен Шэнь Цяо. Он не успел собрать волосы и они развевались на ветру, засыпанные лепестками цветов, сложившихся в какие-то причудливые узоры. Янь Уши снова накрыл Шэнь Цяо зонтиком. Казалось, он собирался оградить его не только от солнца и ветра, а от всего мира.
Ветер отчаянно вырвал из рук Янь Уши легкий зонтик и он полетел прочь вместе с цветочными лепестками, благоухающими тонким ароматом.
— Вот же... — раздосадованно проговорил Янь Уши.
— Выпусти меня отсюда. Я устал быть игрушкой в твоих руках, устал чувствовать себя калекой. Да, ты много раз спасал мою жизнь, но и я спасал твою, разве я еще не вернул тебе долг? Мы квиты. Ты нашел себе другого человека, так и оставь меня в покое!
— Никогда, — проговорил Янь Уши. Его безжалостные губы слились с губами Шэнь Цяо. — А-Цяо, я так скучал, ты даже себе не представляешь... хочешь, я буду нежным? Буду делать так, как тебе нравится? — шептал Янь Уши, не отдавая себе отчета.
В это время их заметил Чжао Вэймин, гуляющий по саду. Он почувствовал болючий укол ревности. "Это тот самый господин, который не может ходить. Но он говорил, что он старый друг Янь Уши, почему они целуются? Кругом одна ложь"... Кроме того, юноша услышал, как донеслось:
— А-Цяо...
Чжао Вэймин все утро ходил под впечатлением после того, как пробрался в спальню Янь Уши, ощутил его крепкие объятия и жаркие поцелуи. Теперь снова пришлось спуститься с небес на землю. Он хорошо общался со слугами и всегда был добр к ним, на своей шкуре прочувствовав, что значит нужда. Слуг Янь Уши сложно было назвать нуждающимися, но кто знает, как они жили до того, как попали в эту резиденцию.
— Кто этот господин, в нежно-голубом? — спросил Чжао Вэймин у садовника, который ухаживал за деревьями в саду. Старик наклонился к нему, снизив голос до шепота, будто боясь, что его кто-нибудь услышит.
— Этот человек — даос Шэнь Цяо, возлюбленный господина Янь. Прежде, они жили душа в душу, я понятия не имею, какой злой дух между ними пробежал, но они начали ссориться каждый день и господин Шэнь собирался навсегда уйти, да только глава Янь никак не хочет отпускать его и держит этого даоса здесь, будто пленника, заблокировав его акупунктурные точки, чтобы тот не мог ходить.
— Хм.
Чжао Вэймин был удивлен рассказом.


Когда Янь Уши начал целовать его, Шэнь Цяо почувствовал отвращение: только этой ночью он забавлялся с тем красивым юношей, а теперь снова целует его как ни в чем не бывало. Мало того, на шее Янь Уши висел какой-то странный сморщенный предмет, очень напоминающий семенник какого-то животного.
— А это что такое?
— Где? — спросил Янь Уши.
— На шее у тебя висит!
"Он окончательно помешался", — подумал Шэнь Цяо, — "нет никаких сомнений". Только тут Янь Уши увидел, что у него на шее висит весьма странный амулет.
— Я понятия не имею...
В гневе он сорвал нить, висящую на шее, и швырнул "амулет" в траву, чтобы не позориться перед Шэнь Цяо. Янь Уши понял, что ночью кто-то пробрался к нему в спальню и решил не оставлять безнаказанной такую наглость и своеволие. Чтобы оталечься от этой нежелательной темы, Янь Уши снова слился с Шэнь Цяо в поцелуе.
— А-Цяо... хочешь, я буду только с тобой? Проведу с тобой этот день, ночь и все последующие дни и ночи?
— Поздно, — ответил даос.
Глава Янь опустил Шэнь Цяо на траву и долго любовался им, будто божеством. Шэнь Цяо было не по себе, когда его так пристально изучали и он сразу смущался. Янь Уши прилег рядом, продолжая разглядывать его. Они лежали под цветущими вишнями, присыпанные нежными вишневыми лепестками.
— А-Цяо...
Янь Уши склонился над ним и принялся целовать очень долго и упорно, пока Шэнь Цяо не сдался и не начал отвечать на его поцелуи. Тело даоса трепетало под легкой тканью, возбужденное ласками Янь Уши. И он ничего не мог с собой поделать. Видя, что Янь Уши не собирается на этом останавливаться, Шэнь Цяо пришел в ужас.
— Глава Янь, только не тут, прошу тебя! Здесь ходят твои ученики, слуги, садовник, тот парень... Неужели ты выжил из ума и окончательно потерял стыд?
Янь Уши отпустил его.
— Ладно, не здесь. Но я знаю одно укромное место в саду, где нам никто не помешает.
Полный энтузиазма, Янь Уши подхватил Шэнь Цяо на руки и понес только ему известными тропами огромного сада.
— Зачем все это, почему ты не можешь отпустить меня, чтобы мы не мучили друг друга?
— Заткнись, — сказал Янь Уши и закрыл ему рот поцелуем. — Только с моей смертью ты освободишься, так что лучше тебе смириться, чтобы не тратить время понапрасну.
Шэнь Цяо посмотрел вверх: медленно кружились в танце сорванные с деревьев лепестки, падая вниз. Рядом шумел водопад. Умиротворяюще журчала вода.Он закрыл глаза.




Глава 80. "В назидание другим ты будешь наказан палками"

Шэнь Цяо смотрел на девственно-белые лепестки, сорванные с деревьев, падающие вниз, будто нежные весенние снежинки, и по его лицу потекли горячие слезы. Он думал о том, как быстро Янь Уши нашел ему замену, в то время, как сам он принял решение после разрыва навсегда остаться в одиночестве и посвятить свою жизнь духовным практикам и своим ученикам. Наверное, глава Янь на самом деле никогда не любил его, раз так просто может дарить свою любовь кому-то другому. Это были слезы разочарования несбывшихся надежд и разбитого сердца. Заметив, что по лицу даоса текут слезы, Янь Уши провел пальцем по щеке Шэнь Цяо. Он сидел, припорошенный сорванными ветром лепестками, будто первым снегом.
— А-Цяо, этот достопочтенный любит тебя.
У Шэнь Цяо больше не было сил спорить с этим человеком что-то доказывать ему, выяснять отношения. Поэтому, он просто молчал. А слезы все бежали и бежали по лицу. Теплые, искренние слезы.
Янь Уши обхватил его за талию, уткнулся лицом ему в грудь, и тоже молчал. Он испытывал боль из-за этой ситуации, которая с каждым днем все сильнее запугивала, будто демонический клубок. Их припорошило лепестками, будто снегом, время потеряло всякое значение и Янь Уши сам уже не помнил, сколько так пролежал. Потом он приподнялся и посмотрел на Шэнь Цяо. Слезы уже высохли на лице даоса, их осушил ветер. Его глаза были устремлены в небо, по которому проплывали барашки облаков.
— Знаешь, глава Янь, — Шэнь Цяо посмотрел на него. — Ты безусловно был прав, когда говорил, что людям нельзя доверять, а я оставался глупым и наивным. И знаешь что... ты мне отвратителен...
После этих слов, Янь Уши встал и прилег, не оборачиваясь, оставив Шэнь Цяо лежать одного на этом зеленом травяном ковре, присыпанном белыми лепестками. Слушать журчание воды и пение птиц. Шэнь Цяо не мог пошевелиться. На удивление, ему стало все равно. Он ощущал себя живым мертвецом. Его черные волосы струились по земле, смешиваясь лепестками, длинные рукава небесно-голубых одежд раскинулись на траве, как сломанные птичьи крылья. Запястья безвольно лежали, раскинутые в сторону. Он закрыл глаза и молча продолжал слушать шум воды и пение птиц. Но через какое-то время за ним пришли. Это Янь Уши послал слуг, чтобы они забрали Шэнь Цяо и отнесли его обратно в тюрьму.

Чжао Вэймин наконец-то увидел Янь Уши в обличии демона. Он был рассержен до такой степени, что, казалось, из его глаз полетят молнии.
— Что, что это?! — он швырнул на пол амулет. — Кто разрешал тебе заходить ко мне в спальню, что ты себе позволяешь?! Ты знаешь, что будешь за это строго наказан?
Юноша распластался на полу, как осиновый лист.
— Простите, господин! Простите меня!— он попытался ухватиться за слегка загнутый вверх носок обуви и Янь Уши, но тот отпихнул его, как надоедливого щенка.
— В назидание другим ты будешь наказан палками.
— Нет, нет, господин, умоляю...
Чжао Вэймин распростерся на полу.
— Лао Янь, — вмешался Бянь Янмэй. — Это просто глупый ребенок, имей снисхождение. Не стоит уродовать такое красивое юное тело, ломать кости и калечить его.
Янь Уши подумал, что если он искалечит этого юношу, то не сможет больше играть на нервах Шэнь Цяо. Поэтому, он сменил наказание палками на домашний арест.

Янь Уши снова не заходил в комнату Шэнь Цяо уже несколько дней. Даос знал, что он очень обиделся и вновь прийти ему не позволяла гордость. Тем временем, его акупунктурные точки снова разблокировались. Призрачный шанс на свободу. Шэнь Цяо разрабатывал конечности, которые затекли без движения. Шанс нужно использовать. Он не показывал слугам этого, что может двигаться, дожидаясь глубокой ночи, когда все уснут. Он прошмыгнул из комнаты, будто мышь, на этот раз ему действительно повезло — все крепко спали. Когда он оказался за пределами резиденции, его уже невозможно было остановить. Он использовал цингун на все сто процентов. Шэнь Цяо преодолевал расстояния, перелетел через крыши домов, чтобы оказаться как можно дальше от тирании Янь Уши, которая душила его, мешая дышать. Какое счастье было шевелить собственными руками и ногами, двигаться без посторонней помощи, ощущать вкус свободы, свежий ветер, смотреть на полную луну, проносясь мимо цветущих молочно-белых деревьев.
Вначале он решил наведаться в тот постоялый двор, в котором работал и забрать заработанные деньги, чтобы немедленно покинуть Чанъан. Хозяин таверны, помня его схватку с Янь Уши, давно уже понял, что этот человек немаловажная персона в мире совершенствующихся. А увидев его в дорогих одеждах, вежливо поклонился и заплатил в два раза больше, чем собирался. Получив свои деньги, Шэнь Цяо немедленно уехал из города, чтобы вернуться в Сюаньду. Он был уверен, что Янь Уши не оставит его в покое и пошлет своих учеников, чтобы преследовать его, поэтому купил недорогой плащ с глубоким капюшоном, стараясь прятать свое лицо от глаз посторонних. Он чувствовал себя спасающимся от облавы преступником. Как можно дальше отсюда... Бежать, быстрее ветра. Он нанял повозку и сразу же, в ту же ночь, выехал из города. В повозке его сморил сон. Выехав за пределы города, Шэнь Цяо решил ненадолго остановиться, чтобы где-нибудь перекусить. Снова пьяная болтовня каких-то проходимцев. Шэнь Цяо заказал клейкого риса, суп из баранины и пару лепешек.
— Этот человек навсегда потерял свою любовь, — услышал он разговор за своей спиной. Не успев откусить кусок лепешки, Шэнь Цяо обернулся. Двое приятелей что-то обсуждали за столом.
— И когда он захочет вернуть ее, может быть слишком поздно. Потерять легко, но невозможно вернуть.


Глава 81. "А это ты видел?"

Разговоры, которые вели на постоялом дворе, будто бы специально, не нравились Шэнь Цяо и он вышел на улицу. Навстречу ему шел очень красивый парень, лицо которого показалось знакомым. Увидев его, парень, в расстерянности, остановился. Это был Чжао Вэймин.
— Господин Шэнь?
— Что ты здесь делаешь? — удивился Шэнь Цяо. — Разве ты не должен быть со своим возлюбленным, главой Янь?
Парень опустил глаза.
— Мы с главой Янь... никогда не были возлюбленными... между нами ничего никогда не было...
— Как? — еще больше удивился даос.
— В ту ночь, когда ты сбежал, господин Янь Уши сразу же дал мне расчет и я отправился в сторону дома, где меня ждут матушка и сестра...
— Но почему?
— Потому что господин Янь нанял меня только для видимости, он никогда не прикасался ко мне... Он хотел, чтобы ты ревновал его. Он тебя сильно любит и я один раз слышал, как он плакал из-за того, что ты его отвергаешь...
Шэнь Цяо ошеломленно смотрел на юношу.
— Честно признаться, я бы мог только мечтать о том, что такой господин, как Янь Уши, любил бы меня также, как тебя, — добавил Чжао Вэймин, слегка краснея.
— Любил?! — не выдержал Шэнь Цяо. — А это ты видел? — поддавшись эмоциям, он распахнул халат — все его тело пестрило синяками от поцелуев Янь Уши.
— Вот его любовь!
В другое время Шэнь Цяо постеснялся бы такое делать, но сейчас он поддался порыву. — Он не давал мне двигаться и я лежал все это время пластом, как калека! Да он чуть меня живьем не закопал! Вот вся его любовь.
Чжао Вэймин тоже был удивлен и не знал, что ответить.
— Глава Янь странный человек, но он очень любит тебя, господин Шэнь.
После этого Чжао Вэймин попрощался и пошел своей дорогой. Шэнь Цяо задумался. Почему-то, после признания этого юноши, у него с души свалился камень, стало легко и радостно. Но, разумеется, он ни за что не хотел возвращаться к Янь Уши. Нужно бежать немедленно, и как можно дальше отсюда. Пока этот сумасшедший снова не нашел его.
Он соскучился по Сюаньду и по своим ученикам, которым решил посвятить остаток жизни. Поэтому, даос немедленно залез в повозку, чтобы продолжить свой путь. Ехали днем и ночью с небольшими перерывами на сон и на еду. И вот, уже не так далеко от Сюаньду, среди ночи, у повозки вылетело колесо.
— Господин, повозка поломалась. Не знаю, как скоро получится починить ее.
— Хорошо, — ответил Шэнь Цяо, — придется заночевать здесь.
Он развел костер, потому что ночи были холодные. Усевшись возле костра, Шэнь Цяо смотрел на потрескивающие в нем дрова. И тут, из темноты, показались несколько фигур, целеустремленно направившихся в их сторону. Следом за ними шли еще пятеро.
— Доброй ночи, Шэнь даочжан, — сказал один из них. Это была демоническая школа Хэхуань, сомнений быть не могло! Шэнь Цяо встал, готовясь к бою, но люди уже окружили его тесным кольцом. Даос призвал Шаньхэ Тунбэй и меч, наполненный духовной силой, засверкал в его руке.
— Ну что, перейдем сразу к делу? — ухмыльнулся все тот же человек.
Увидев, что здесь намечается опасная битва, извозчик в ужасе убежал в кусты и дал деру. Люди из Хэхуань начали атаковать с разных сторон. Их было человек десять. Шэнь Цяо взмахнул мечом. Пыль и камни, поднятые силой людей Хэхуань полетели ему в лицо, он прикрыл глаза. Когда-то, когда он не мог видеть, ему приходилось сражаться вслепую и сейчас пришлось драться почти с закрытыми глазами. Хэхуань беспощадно продолжала атаковать со всех сторон, и как бы отчаянно не сражался Шэнь Цяо, десять человек он одолеть никак не мог и уже начал сдавать свои позиции. На удивление всем, из темноты вышел еще один человек. Он был довольно внушительного вида. "Это конец", — подумал Шэнь Цяо. Но когда пламя костра осветило лицо человека, — оно оказалось до боли знакомым — это был Янь Уши. Люди из Хэхуань удивленно уставились на него.
— Что, не ждали этого достопочтенного? — спросил, ухмыляясь, глава Янь. Уж его-то они точно сегодня не ждали. Не долго думая, Янь Уши атаковал их мощнейшим потоком своей внутренней энергии, которая, будто смерч, сметала все на своем пути. Пятеро упали сразу, остальные начали спасаться бегством.
— Трусы... — проговорил Янь Уши. Шэнь Цяо смотрел вслед убегающим людям из Хэхуань, потом мельком перевел взгляд на Янь Уши и опустил меч. Воцарилась пауза. Даос молча подошел к костру и сел возле него, подкинув сухих веток. Костер взмыл вверх с новой силой, облизывая ветки. Янь Уши остался стоять на своем месте.
— А-Цяо, что бы ты без меня делал?
— Глава Янь, не смотря на то, что ты меня спас, между нами ничего не изменится, — не глядя на него, сказал Шэнь Цяо.
И тут, Янь Уши увидел, как внезапно появившийся из кустов человек занес над даосом свой меч. Шэнь Цяо сидел спиной к нему и поэтому не видел этого. В мгновение ока, Янь Уши метнулся к Шэнь Цяо и загородил его собой, он успел поразить противника насмерть, но тот, в свою очередь, успел воткнуть в его грудь острый меч. Обернувшись, Шэнь Цяо пришел в ужас: Янь Уши лежал без движения, из раны хлестала кровь.
— Глава Янь! — закричал он. Сердце не билось, пульс не прощупывался. Шэнь Цяо не мог уловить состояние его внутренней ци, но по всем признакам, Янь Уши был мертв. Шэнь Цяо издал такой жуткий вопль, что ночные птицы в страхе улетели, сорвавшись со своих веток.
— Нет, только не ты, только не ты! Глава Янь, зачем?!
Шэнь Цяо действительно не мог понять, зачем Янь Уши кинулся к противнику, когда мог поразить его на расстоянии?! Весьма очевидно, что глава Янь Хотел привлечь его внимание и поплатился за это своей жизнью.
Слезы ручьями текли из глаз Шэнь Цяо. Он кричал, плакал, судорожно сжимая в кулаках комья земли. Янь Уши застыл с легкой улыбкой на устах, которая даже сейчас казалась надменной. Это был человек, смеющийся над всем миром.




Глава 82. "Зачем ты притащил в Сюаньду этого демона?!"

Шэнь Цяо шел, выбиваясь из сил. Он шел в Сюаньду пешком, неся на руках тело Янь Уши.
— Глава Янь! — то и дело восклицал он. — Ты ведь не можешь умереть! — по его щекам продолжали струиться слезы. Его взгляд казался безумным. — Глава Янь, я тебя не оставлю.
Шэнь Цяо продолжал нести тело Янь Уши, отказываясь верить, что этого человека больше нет. Он был не в себе, слезы застилали глаза. И тут даос услышал слабый стон. Он остановился, будто громом пораженный. Янь Уши издал стон, ему не послышалось?
— Глава Янь... — Шэнь Цяо присел и склонился над ним. Янь Уши снова издал стон, слегка приоткрыв глаза:
— Шэнь...
— Глава Янь, ты жив?!
— Главное, что ТЫ жив... — прошептал Янь Уши и снова затих.
— Глава Янь, ты думаешь, что я позволю тебе умереть?!
Его глаза покраснели от слез и пыли. Окрыленный надеждой, Шэнь Цяо снова подхватил Янь Уши и, выбиваясь из сил, устремился вперед. Он поднимался по многочисленным ступенькам на гору Сюаньду, пока не потемнело в глазах. Силы были на исходе, он много израсходовал их, сражаясь с людьми из Хэхуань, кроме того, Янь Уши был тяжел. Шэнь Цяо пошатнулся, почувствовав, что еще немного, и он упадет.
— Глава Шэнь? — удивленно спросил кто-то. Шэнь Цяо увидел одного из адептов секты Сюаньду.
— Помоги... — это все, что успел сказать Шэнь Цяо прежде, чем свалился без сил.

— А-Цяо, А-Цяо... — шептал чей-то голос. Кто-то ласково гладил его по виску. Шэнь Цяо открыл глаза. Что это было, будто в пропасть свалился. Сознание постепенно начинало возвращаться к нему.
— Где он?! Он жив?! — Шэнь Цяо подскочил с постели. Он увидел перед собой Гу Хэнбо.
— Тот человек, которого ты нес на руках, пока не свалился в обморок?! Он жив.
Шэнь Цяо с облегчением вздохнул.
— А кто это? А-Цяо, где ты так долго был?
— Это Янь Уши.
— Янь Уши?! Зачем ты притащил в Сюаньду этого демона?!
— Где он?? Мне нужно срочно увидеть его!
— А-Цяо, ты слишком слаб, отдыхай. Кто-нибудь из наших позаботится о нем, — ответила Гу Хэнбо.
— Нет, — Шэнь Цяо встал и, пошатываясь от слабости, вышел из комнаты.
— Где он?!
— Иди за мной.
В комнате царил полумрак. Янь Уши был бледен и лежал с закрытыми глазами.
— Он жив?? — спросил Шэнь Цяо.
— Жив. Потерял много сил и крови.
Шэнь Цяо подошел к Янь Уши и взял его за руку, чтобы передать свою внутреннюю энергию, которая еще осталась у него. Передав Янь Уши свою последнюю энергию, он потерял сознание.

Юйвэнь Сун и Шиу упражнялись на горе.
— Ненавижу тебя! — надменно воскликнул Юйвэнь Сун.
— Почему? Разве я когда-то сделал тебе что-то плохое или чем-то обидел тебя, брат? — спросил Шиу, отражая атаку.
— Не смей называть меня братом, я тебе никакой не брат! Хочешь знать, почему я ненавижу тебя? Потому что ты — безродный. Ты — никто по сравнению со мной. Я из древнего знатного рода, в тысячу раз выше тебя по положению и старше по возрасту, должен называть тебя, безродного, шисюн (старший брат)?
— Я не безродный, — обиженно проговорил Шиу. — У меня были родители...
—Ха-Ха-Ха, которые хотели продать тебя другим людям в качестве мяса, потому что нечего было есть и не было денег, чтобы выжить? — безжалостно ответил Юйвэнь Сун.
Подбородок Шиу затрусился, на глаза навернулись слезы: Юйвэнь Сун затронул его самую больную тему.
— И вообще, ты — ничтожество, — продолжал усмехаться Юйвэнь Сун. Он умело орудовал мечом, разрезая воздух, будто невидимого противника, хвастаясь перед Шиу своими науками. Не удержавшись на ногах, подгоняемый порывом ветра, Юйвэнь Сун покатился вниз и, успев ухватиться за корневище дерева, повис над пропастью. Он посмотрел вниз, закружилась голова, по спине пополз холодок — это был страх смерти. Пальцы соскальзывали с корневища, он держался из последних сил.
— Давай руку, брат! — он увидел руку, протянутую Шиу, с тревогой склонившегося над ним. Руку помощи. И сразу же ухватился за нее. Шиу с трудом вытянул его наверх. Юйвэнь Сун с ужасом посмотрел вниз, где зияла пропасть и куда он только что едва не упал. Его спас человек, которому он перед этим наговорил кучу гадостей и причинил боль. Но извиняться за свои слова Юйвэнь Сун не собирался, потому что был слишком горд для этого. Он пытался отдышаться и отвернулся в сторону, чтобы не видеть пропасть и глаза Шиу.
— Будь осторожнее, брат, — тихо сказал мальчик. Юйвэнь Сун ничего не ответил. И тут послышались радостные голоса Чена и Тао, которые горланили наперебой:
— Учитель, учитель вернулся!
— Учитель здесь?! — воскликнул Шиу, вскочив со своего места. Следом за ним вскочил и Юйвэнь Сун. Все они, будто наперегонки, побежали вперед.
— К нему нельзя, — ответила Гу Хэнбо. — Он болен.
— Что с учителем?!
— Что с ним?! — закричали ученики.
— Учитель устал, ему нужно отдохнуть, — ответила Ху Гэнбо и отправила мальчиков тренироваться. Закрыв дверь, она вернулась к Шэнь Цяо, чтобы влить в него свою духовную энергию, потому что он очень ослаб.
— А-Цяо, проснись, как ты чувствуешь себя?
Только очнувшись, Шэнь Цяо, как помешанный, начал рваться к Янь Уши, но Ху Гэнбо уложила его обратно, сказав, что за Янь Уши присматривают несколько врачевателей. Зачем он вообще притащил этого демона в Сюаньду? Неужели слухи не врут и их соединяет болен тесная связь? Какой позор для секты...
Как только Шэнь Цяо стало лучше, он не отходил от постели Янь Уши, сам выхаживал его, вливал духовную энергию, лекарства. Один раз, когда даос вошел в комнату Янь Уши, его не оказалось в своей постели. Шэнь Цяо не на шутку испугался, а когда вышел во двор, то увидел занимательную картину: собрав его учеников, Янь Уши отчитывал их.
— Посмотри, как ты держишь меч! Это просто позор. В любой другой духовной школе тебя давно бы уже выгнали. Какой из тебя выйдет воин, когда ты даже не умеешь держать в руке меч!
— Глава Янь! — воскликнул Шэнь Цяо.
— Доброе утро, А-Цяо, — спокойно ответил Янь Уши, посмотрев на него.
— Оставь в покое моих учеников. И кто разрешил тебе вставать в таком состоянии?
— Этому достопочтенному не нужно чье-то разрешение для того, чтобы встать, — ответил Янь Уши.




Глава 83. "Благодарим, что спасли нашего учителя, добрый господин!"

— А-Цяо, я благодарен тебе за помощь, знаю, что ты не бросил бы в беде даже злейшего врага, — сказал Янь Уши. — А теперь этому достопочтенному пора идти. Он знает, что неприятен тебе и больше не будет докучать своим присутствием.
Он собирался уйти, но Шэнь Цяо перегородил ему дорогу.
— Глава Янь! Посмотри на себя: ты едва не свёл счёты с жизнью, куда ты собрался в таком состоянии?
— А-Цяо, дай пройти, — небрежно бросил Янь Уши, не глядя на него. Но даос не сдвинулся с места. На самом деле, Янь Уши конечно же не хотелось никуда уходить и он просто играл, решив воспользоваться другим методом по завоеванию Шэнь Цяо с нуля. Однако, он и вправду был слишком бледен после тяжёлого ранения. Этому человеку удавалось вылазить из самых тяжёлых передряг и оставаться живым, будто он был заговоренный.
Шэнь Цяо попытался остановить Янь Уши, их ладони случайно соприкоснулись. Янь Уши первый убрал руку.
— А-Цяо, дай мне пройти.
— Глава Янь... Твое лицо из бледного превратилось в серо-зеленое, будто ты сейчас упадешь в обморок. Тебе плохо, да? — испуганно спросил Шэнь Цяо. Янь Уши собирался разыграть обморок, но ему действительно стало плохо, так как он был слишком слаб.
— Глава Янь! — Шэнь Цяо еле успел подхватить на руки бесчувственное тело Янь Уши. Ху Гэнбо стояла невдалеке и наблюдала за Шэнь Цяо. От ее глаз не укрылось, с какой нежностью даос гладил лицо Янь Уши и что-то шептал ему. Все подтверждалось. Ху Гэнбо с отвращением скривилась: какой позор для Сюаньду... Мало того, что это мужчина, так ещё и глава демонической секты Хуаньюэ, сам Янь Уши! Такого не придумаешь даже в кошмарном сне.
Ху Гэнбо не могла взять в толк, что может связывать этих абсолютно разных людей, разных, как небо и земля. Что между ними может быть общего? Она знала Шэнь Цяо много лет, так как оба они были учениками Ци Фэнге. Неужели Шэнь Цяо всегда нравились мужчины, просто она не замечала этого?
Ху Гэнбо мрачно удалилась, размышляя над позором, который падёт на голову Сюаньду.

Шэнь Цяо суетился возле постели Янь Уши.
— Глава Янь, ты же знаешь, что я не позволю тебе умереть.
Шэнь Цяо никому не позволил бы, умереть, а особенно человеку, который едва не поплатился из-за него своей жизнью. Человеку, с которым они были так, по-особенному, близки.
Поняв, что Янь Уши не пожалел бы ради него своей жизни, даос был готов забыть и простить ему что угодно.
Ху Гэнбо не выдержала своих терзаний и вошла, чтобы поговорить с Шэнь Цяо, который в это время как раз ворковал над Янь Уши.
— А-Цяо! — не выдержала девушка.
Шэнь Цяо вздрогнул, как пойманный с поличным вор и замер на месте.
— А-Цяо, — сказала Гу Хэнбо, — мы знакомы много лет и не чужие люди, может уже скажешь мне, наконец, какие отношения тебя связывают с этим демоном?!
Шэнь Цяо покраснел едва ли не до корней волос и боялся повернуться, чтобы не встретиться с глазами девушки.
— А-Цяо, я с тобой разговариваю, почему ты молчишь?
Шэнь Цяо не мог врать, особенно Ху Гэнбо, но и сказать такое тоже не мог, поэтому молчал.
— Ну? — снова спросила она.
— У нас... близкие отношения... — промямлил Шэнь Цяо, не поворачивая головы, красный, как ханьфу в свадебный день.
— Насколько близкие?
— Очень близкие, — запинаясь, проговорил даос совсем тихо.
— Тебе что, нравятся мужчины?!
— Прошу, давай сейчас не будем об этом... Глава Янь... Он очень болен...
Ху Гэнбо и так уже было все понятно, потому она вышла.
Янь Уши слегка приоткрыл один глаз и увидел взволнованное лицо Шэнь Цяо, который суетился возле него. Можно немного попритворяться, чтобы Шэнь Цяо ухаживал за ним, как когда-то раньше.
Случайные прикосновения даоса сводили с ума и Янь Уши хотелось просто повалить его на кровать, но он был слишком слаб для этого, а во-вторых, решил не повторять старых ошибок и использовать другой метод, чтобы снова завоевать Шэнь Цяо.

— Опустите правую ногу вниз и примите позицию гунбу. Руки согнуты в локтях перед грудью. Одновременно выполните удар кулаком левой руки и удар кулаком в сторону правой рукой.
Ученики в точности старались повторить движения за Ху Гэнбо, которая обучала мальчиков в отсутствие Шэнь Цяо. Тут мальчики с тревогой зашептались, увидев, что к ним, с самого утра, направляется Янь Уши. Они не знали, кто этот человек, но приятных эмоций он не вызывал у них точно.
— Девица может заняться своими делами и отдохнуть, этим ученикам выпала невероятная честь брать уроки у этого достопочтенного.
Гу Хэнбо ничего не ответила и молча удалилась. Ей не нравился этот человек, от которого за версту разило пафосом и чванством. Ху Гэнбо терпеть не могла подобных людей и поражалась, как Шэнь Цяо может якшаться с ними.
— Да посмотрите на свои кривые руки! — сразу же принялся отчитывать учеников Янь Уши. Он показал, как правильно делать гунбу шуанчунцюань — двойной удар. Вышло, конечно же, безупречно.
— А теперь этот достопочтенный продемонстрирует вам своё мастерство, — Янь Уши, с помощью двух пальцев, направил поток своей внутренней ци в ствол дерева и дерево со скрипом рухнуло на землю. Среди мальчиков раздались возгласы восхищения и изумления.
— Я тоже так хочу! — воскликнул, не выдержав, кто-то.
— Ну-ну, — усмехнулся Янь Уши.
— Глава Янь! — вскричал Шэнь Цяо. — Ты снова встал?!
— А-Цяо, — повернулся к нему спиной Янь Уши, — этот достопочтенный достаточно взрослый для того, чтобы самому решать, что ему делать.
— Глава Янь, я переживал... — Шэнь Цяо повернулся к притихшим ученикам и сказал: — Этот человек спас мне жизнь.
Мальчики с почтением поклонились Янь Уши.
— Благодарим, что спасли нашего учителя, добрый господин! — воскликнул Шиу.
— Выскочка, — прошипел Юйвэнь Сун, косясь на него.
Из-за того, что его назвали добрым, Янь Уши искренне засмеялся и ему снова сделалось плохо.
— Глава Янь, я же говорил тебе, что нельзя вставать!
— Как только мне станет лучше, А-Цяо, я сразу же уйду, чтобы больше не беспокоить тебя, — Ответил Янь Уши.





Глава 84. "Не уходи"...

Шэнь Цяо шел, погруженный в свои мысли. Не видя его, шедшие впереди ученицы секты Сюаньду что-то бурно обсуждали.
— Сестрица, он так красив, что просто невозможно не влюбиться! — говорила одна.
— А какие четкие, уверенные движения! Сразу видно, что человек обладает невероятными духовными силами. Как-то раз, случайно, он бросил на меня взгляд и я едва не умерла от восторга. Мое сердце в груди так сильно забилось!..
— Возможно, ты понравилась ему, вот он и посмотрел.
Девушки заверещали, как стайка птичек на ветвях кустарника. И тут до Шэнь Цяо дошло, что они обсуждали Янь Уши. Ему стало неприятно. Он обогнал девушек.
— Глава Шэнь! — в приветствии склонились ученицы. Шэнь Цяо сухо поздоровался и пошел дальше.
Янь Уши уже снова был на ногах и давал наставления ученикам и ученицам. Он прекрасно видел, как заглядываются на него девушки и про себя улыбался этому. Вряд ли найдется хоть одна среди них, которой бы он не смог рассмеяться в лицо в ответ на симпатию или более серьезные чувства.
Янь Уши презирал и высмеивал людей, осознавая, что среди них нет равных ему, и только Шэнь Цяо оказался удивительным исключением из этих правил.
— Разверните корпус вперёд, опустите правую ногу вниз, ударьте стопой правой ноги об пол и выполните давящее движение правым локтем сверху вниз. Кулак левой руки расположен возле локтя правой, взгляд направлен вперёд.
Янь Уши показывал прием в действии, добавив:
— Если вы не можете сделать даже этого, то ваши знания можно выкинуть на помойку.
Заметив, что приближается Шэнь Цяо, Янь Уши подошёл к одной из девушек, чтобы помочь сделать стойку как нужно, та вся зарделась, вообразив себе, что смогла заинтересовать Янь Уши, раз он подошёл именно к ней.
— Глава Янь! — воскликнул Шэнь Цяо. — Твоя рана глубока и может открыться.
Янь Уши подошёл к нему, но держался на расстоянии.
— А-Цяо, как только мне станет лучше, я сразу же покину Сюаньду, чтобы не доставлять тебе лишних хлопот.
— Глава Янь, ты хочешь уйти? — даос не мог скрыть своего разочарования, отразившегося на его лице.
— Тебя это удивляет? Не ты ли хотел, чтобы наши дороги больше никогда не пересекались? Пусть так и будет, — холодно ответил Янь Уши. Шэнь Цяо причинил ему сильную боль своими словами и он не мог этого забыть, не мог простить.
Даос беспомощно опустил голову.
— Пора пить лекарство, — тихо проговорил он. Янь Уши спокойно пошел за ним.
Ученики заметили, что Шэнь Цяо и Янь Уши не в самых лучших отношениях. Им было очень интересно узнать, о чем они говорят, но те вскоре скрылись из вида. Если бы ученики знали, что на самом деле связывает этих двоих, не поверили бы.
Шэнь Цяо шел впереди, опустив голову, сзади, отставая на шаг, за ним шел Янь Уши, сложив руки за спиной. Даос чувствовал грусть. Янь Уши силой добивался его, держал на привязи, а теперь добровольно хочет уйти. Неужели чувства угасли? Повинуясь импульсу, Шэнь Цяо резко развернулся к Янь Уши. Он хотел дотронуться до его плеча, но Янь Уши заблокировал движение его руки.
— В чем дело, А-Цяо? Разве этот достопочтенный разрешил прикасаться к нему? — с едва заметной ироничной усмешкой спросил он. Ветер закружил в воздухе розоватые лепестки отцветающей сакуры. Шэнь Цяо покраснел и опустил голову.
— Прости, я ничего такого не имел ввиду...
Волосы Янь Уши развевались в разные стороны. На фоне сгрудившихся на мрачном небе туч, он напоминал разгневанного небожителя. Шэнь Цяо так и не решился заглянуть в его глаза — глубокий, до сих пор неизведанный омут, всегда кипящий страстью.
— Глава Янь, я не успел поблагодарить тебя за то, что ты спас мне жизнь...
— Не стоит благодарности, — ответил Янь Уши. — Знаешь, А-Цяо, этот достопочтенный вполне неплохо чувствует себя, поэтому может уйти прямо сейчас.
— Нет-нет-нет, глава Янь! — кинулся за ним Шэнь Цяо. — Ну куда ты пойдешь, у тебя такая серьезная рана! А если тебе в дороге станет плохо?
Янь Уши отмахнулся от него, как от надоедливой мухи.
— Дай пройти! У достопочтенного слишком много дел, чтобы развлекать твоих бездарных учеников.
Шэнь Цяо знал одно: что просто не может позволить ему уйти. И не только потому, что слишком глубока его рана, а просто потому, что не может. Даос встал поперек дороги. Очередной порыв ветра засыпал ему глаза лепестками сакуры.
— Глава Янь, — проговорил он, смахивая их.
Янь Уши смотрел на него сверху вниз. Вид Шэнь Цяо, продирающего глаза, как всегда смущенного и краснеющего, позабавил его.
— Что? — с нотками снисхождения в голосе спросил он.
— Не уходи... — совсем тихо проговорил Шэнь Цяо. Ветер подхватил его волосы и выбросил их прямо на лицо. Шэнь Цяо смахнул непослушные пряди. Дальше он и сам не понимал, как отважился на такое. Только руки его сами обвили шею Янь Уши, а губы сами потянулись к его губам. Смог ли Янь Уши устоять от такого соблазна? Ну конечно же не смог. Его руки сразу же жадно сомкнулись на талии Шэнь Цяо, будто в ожидании чего-то большего, а язык сразу же оказался у него во рту. Он, как всегда любил делать, покусывал и посасывал губы Шэнь Цяо просто беспощадно. Даоса охватила минута совершенного безумия и в этот момент ему было все равно, даже, если его увидят адепты секты или ученики. Он растворялся в поцелуях Янь Уши, таял в его руках, мысленно улетая с гонимыми ветром лепестками сакуры.
Шэнь Цяо не любил долго помнить причиненное ему зло и если видел, что человек совершил ради него какой-нибудь серьезный поступок, готов был простить, забыв старые обиды. Тем более, чувства к Янь Уши, не смотря на все издевательства, не прошли и вспыхнули с новой силой. Но самолюбивая натура Янь Уши не могла также просто прощать обиды. Благодаря Шэнь Цяо, он испытал чудовищную душевную боль, которую не испытывал ещё никогда в жизни. Его самолюбие было уязвлено, а эго растоптано. И этого простить он уж никак не мог. Потому, насладившись сладким поцелуем, он отстранил Шэнь Цяо и проговорил:
— А-Цяо, даже не смотря на это, между нами ничего не изменится.
Янь Уши пошел дальше, не оборачиваясь. Шэнь Цяо остался стоять, растерянно смотря ему вслед. Лепестки сакуры путались в его волосах, как в паутине, да и сам он будто попал в невидимую паутину, которая причиняла боль.






Глава 85. "Тебе стало все равно, да?"

Шэнь Цяо медленно пошел за Янь Уши, хотя тот уже давно скрылся из вида. Неужели Янь Уши разлюбил его? Почему-то от этой мысли Шэнь Цяо стало страшно. Глава Янь охладел к нему и никогда больше не вернуть той страсти, которой были наполнены его глаза. Весь пыл исчез как караван этих маленьких розовых лепестков сакуры, которые развеял ветер. Также и чувства развеялись в душе человека. Его и без того тревожные мысли нарушил непринуждённый смех учениц.
— Ах, вы видели, как он смотрел на меня, сестрицы!
— Ты точно понравилась ему. Как всегда, ты счастливица по жизни, тебе доставалось всегда самое лучшее.
— Интересно все же, кто этот прекрасный господин, из какой он секты?
— Почему вы не на занятиях?! — со злостью проговорил Шэнь Цяо.
— Глава Шэнь, мы как раз собираемся на занятия... — испуганно проговорили ученицы. Они никогда не слышали, чтобы Шэнь Цяо повышал на кого-то голос.
Ху Гэнбо отдалилась от Шэнь Цяо, разговор у них в последнее время совсем не клеился и сводился лишь к общим фразам, касающимся быта или тренировки учеников. Ху Гэнбо не желала видеть в Сюаньду этого демона, и тем более принимать какие-то близкие отношения между ним и Шэнь Цяо, что само по себе казалось немыслимым.

Юйвэнь Сун упражнялся, показывая до блеска отточенные приемы. Он вытянул вперёд два пальца, делая вид, что пропускает через них свою внутреннюю ци.
— Скоро я смогу также владеть боевыми искусствами, как тот мастер, что приходил к нам.
— Твое духовное ядро ещё не сформировалось, брат, поэтому ты не сможешь повторить за тем мастером, — ответил Шиу.
— Все-то ты знаешь, выскочка, — начал злиться Юйвэнь Сун. — И не смей называть меня братом. Придет день и ты ещё пожалеешь, что спас меня тогда на скале.
— Считаешь, что мне нужно было позволить тебе свалиться в пропасть? — ответил Шиу. — Ты хотел умереть? Ты молод и полон сил, у тебя хорошие перспективы на будущее, разве время для того, чтобы умирать?
Юйвэнь Сун примолк, ведь умирать ему действительно не хотелось. Послышался шум и крики Чена и Тао, которые сражались на деревянных мечах.
— Прикройте свои рты, безродные! — с презрением бросил Юйвэнь Сун. — Иначе отправлю вас к вашему прежнему хозяину — Сан Цзинсину. Все знают, что он делает с мальчиками, — Юйвэнь Сун ехидно засмеялся. Чен расплакался и убежал, бросив деревянный меч.
— Откуда в тебе столько злобы и желчи? — искренне изумился Шиу. — Почему ты норовишь побольнее ударить ближнего, который не сделал тебе ничего дурного?
— А разве по жизни со мной обращались справедливо? Разве достоин юноша из такой именитой и знатной семьи обучаться в окружении безродных оборванцев? Чем я зуслужил это?
— Брат, если ты не изменишься, то жизнь может преподнести тебе новый урок, — проговорил Шиу.
— Философ! — хмыкнул Юйвэнь Сун и перед глазами пронеслась вся эта чудовищная высота, ведущая в пропасть. Казалось, что у него снова закружилась голова.

— Я узнала, что этот мужчина на самом деле демон Янь Уши! — прошептала одна из учениц.
— Не может быть! Сестрица, ты, верно, шутишь?
— Нет, говорю же вам! Это глава секты Хуаньюэ и ему на самом деле около пятидесяти лет наверное.
— Не может этого быть! Я не смогу дать этому человеку и тридцати пяти!
— Говорят, он десять лет медитировал на горе, поэтому сумел сохранить молодость и красоту.
— Просто потрясающе! Но что он делает в Сюаньду?
— Понятия не имею, кажется, это старый знакомый главы Шэнь.
— Странно, что у главы Шэнь есть такие знакомые. Но знаете, сестрицы, не смотря на то, что этот человек из демонической секты, меня ещё больше начинает тянуть к нему. Он великолепен!
— О да, да! Нет ему равных. И говорят, что он заглядывался на нашу Сюй Лин!
— Вот повезло этой простушке. В боевых искусствах она серая мышь, чем она могла привлечь такого человека?

Шэнь Цяо тихо вошёл в комнату. Янь Уши лег спать, но не погасил свечи.
— Глава Янь? — тихо позвал даос. — Мне нужно осмотреть рану и нанести мазь, я переживаю...
— Так подойди и осмотри... — раздался безучастный голос. Шэнь Цяо подошёл ближе и сел на постель.
— Тебе стало все равно, да? — не выдержал даос.
— На что мне стало все равно, А-Цяо? — спросил Янь Уши. И хоть на лице его не отразилось никаких эмоций, глаза ехидно улыбались.
— Так, ни на что... — пробормотал Шэнь Цяо, краснея. — Я осмотрю?
— Да пожалуйста.
Шэнь Цяо трясущимися руками начал развязывать на нем халат.
— А-Цяо, почему у тебя трусятся руки, ты перепил вчера сливового вина?
Даосу наконец-то удалось развязать халат. Мощная грудь Янь Уши была перевязана бинтами. Шэнь Цяо принялся разматывать их.
— Глава Янь, тебе не больно?
— Не больно, А-Цяо.
Рана действительно начала зарубцовываться. Шэнь Цяо аккуратно намазал ее заживляющей мазью. От прикосновений его пальцев к коже начинало хотеться чего-то большего. Но Янь Уши сделал безразличный вид. Шэнь Цяо перевязал рану новыми бинтами.
— Спасибо, А-Цяо. Спокойной ночи, — Янь Уши перевернулся на бок.
— Да... спокойной...
Видя, что он никогда не уходит, Янь Уши спросил:
— Что-то ещё?
— Глава Янь, — не выдержал Шэнь Цяо, — тебе не терпится избавиться от меня?
— А почему тебя это интересует? Помнится мне, как ты сказал, что я тебе не только не нравлюсь, что ты меня ненавидишь. Так не все ли тебе равно?
Шэнь Цяо стоял в углу, заламывая руки.
— Я это... несерьёзно сказал, глава Янь... сгоряча...
Янь Уши наконец соизволил посмотреть на него, его глаза по-прежнему смеялись.
— Подойди, присядь, — он похлопал по пустому месту рядом с собой. Шэнь Цяо нерешительно подошёл и присел, продолжая смущаться.
— А-Цяо, ты сам захотел остаться здесь, — проговорил Янь Уши, повалив его на кровать. Он так давно собирался сделать это, но всеми силами сдерживал себя. Но сегодня Янь Уши решил не сдерживаться.




Глава 86. "Он опозорил доброе имя своего учителя Ци Фэнге"

Шэнь Цяо не сопротивлялся Янь Уши, он готов был сдаться, готов был позволить Янь Уши делать с ним все, что он захочет.
— Почему ты дрожишь? — усмехнулся глава Янь. Шэнь Цяо не ответил, лишь отвёл глаза в сторону и на щеках его появился румянец.
Янь Уши не мог простить его, но, конечно же, не мог и упустить возможность обладать им прямо здесь и сейчас. Он боролся между любовью и обидой. Янь Уши смотрел на Шэнь Цяо, а в голове крутилась фраза: "Ты мне не только больше не нравишься, я тебя ненавижу!"
Шэнь Цяо не мог понять, почему Янь Уши медлит и стыдился посмотреть в его вечно над всеми насмехающиеся, пронзающие насквозь, глаза. Невозможно было разгадать, о чем Янь Уши думал в тот момент.
— Чего же ты хочешь от этого достопочтенного, которого так ненавидишь?
— Глава Янь, я тебя не ненавижу... я...
— Что ты?
— Ничего... — ответил Шэнь Цяо и покраснел ещё больше.
Как же возбуждала эта его врожденная застенчивость и каждый раз с ним был будто бы первым. Все остальные эмоции выключились, осталась только всепоглощающая страсть, только желание. Глава Янь яростно впился в его полуоткрытый такой соблазнительный и желанный рот. Шэнь Цяо тихо вскрикнул, сам одержимый страстью, которую сдерживал в себе.
Запрокинув голову Шэнь Цяо, Янь Уши долго терзал его губы, прогуливаясь руками по телу. Больше не было сил терпеть. Скинув с себя одежду и разорвав халат на Шэнь Цяо, он сразу же овладел им. В это время тихонько приоткрылась, а потом закрылась дверь.
Шэнь Цяо прикусил губу, чтобы не привлекать к себе внимание лишними вздохами и криками. Он обхватил Янь Уши за шею и подался ему навстречу.
— Шэнь... — шептал Янь Уши, одержимый страстью, снова впившись в его губы. Шэнь Цяо хотелось закричать, но рот был закрыт пылким поцелуем, кроме того, даос осознавал, где он находится. Боль смешалась с удовольствием и всепоглощающей любовью. В эту ночь Шэнь Цяо решил позволить Янь Уши делать с собой все, что он захочет и безропотно это терпел.
Как только Янь Уши насытился им, а произошло это лишь под утро, сразу же отвернулся от него, будто ничего такого не произошло.
— Глава Янь... — тихо проговорил Шэнь Цяо.
— Что такое, А-Цяо? — не поворачивая головы, спросил Янь Уши. — Хочешь добавки?
— Глава Янь, ты же больше не будешь блокировать мои акупунктурные точки и держать меня взаперти? — осторожно спросил даос.
— Считаешь, этому достопочтенному больше нечем заняться? Завтра же я покину Сюаньду и наши пути больше не пересекутся. Все, как ты и хотел.
— К...как? — запинаясь, проговорил даос. — Ты уйдешь, не смотря на то, что между нами сейчас произошло?
— А что такого между нами произошло? — удивлённо спросил Янь Уши. — Мы удовлетворили свое плотское желание. Всего-то. Или ты будешь лгать, что тебе не было хорошо? Будь твоя воля, ты бы кричал от удовольствия как сумасшедший, разве не так?
Даос залился краской.
— А завтра я покину Сюаньду и мы разойдемся, — спокойно добавил Янь Уши.
Шэнь Цяо стало так обидно, что на глазах выступили слезы.
— Глава Янь! — с возмущением воскликнул даос.
— Что, А-Цяо?
— Ничего, — с обидой ответил Шэнь Цяо и также отвернулся от него.


Утром Шэнь Цяо остановил один из адептов секты.
— Глава Шэнь, — сказал он, — старейшины созывают совет, ты должен присутствовать.
— Совет? — удивился Шэнь Цяо. — А что случилось и почему я ничего не знаю?
— Приходи и узнаешь.
Шэнь Цяо недоумевал, что случилось, но он был так поглощён печальными мыслями по поводу Янь Уши, что все остальное просто потеряло для него всякое значение.
Собрались старейшины и остальные адепты секты Сюаньду. Люди как-то странно косились на него и Шэнь Цяо никак не мог понять, в чем дело. Он занял свое место и один из старейшин подал знак, что можно начинать. Даос до сих пор не мог понять, что случилось, но приготовился выслушать старейшин.
— Глава Шэнь... — начал один из старейшин. Было очевидно, что ему сложно говорить и он никак не мог подобрать нужных слов. Все взгляды были обращены на Шэнь Цяо и даосу стало неловко.
— Что-то случилось? — не выдержал Шэнь Цяо, которого начали терзать мрачные предчувствия.
— Случилось, — также мрачно ответил старейшина. — Нам стало известно, что раненый человек, которого ты приютил в Сюаньду и о котором так печешься, никто иной, как демон Янь Уши...
— Да, — честно признался Шэнь Цяо. — Этот человек — мой старинный друг и много раз спасал мою жизнь. Неужели вы думаете, что я брошу его, раненого?
— "Старинный друг"?! — с сарказмом выкрикнул кто-то. — Только что ты делаешь по ночам в постели этого "друга"?
Шэнь Цяо не ожидал такого поворота событий и от стыда готов был провалиться сквозь землю, покраснев едва ли не до кончиков волос. Старейшина тяжело вздохнул, сам смутившись. Воцарилась неловкая пауза, которая слишком уж затянулась.
— Глава Шэнь, — наконец проговорил старейшина. — Это правда? Правда, что ты состоишь в интимной связи с демоном Янь Уши? — проговорив эту тяжёлую и постыдную для него фразу, старейшина с облегчением вздохнул, слегка покраснев. Шэнь Цяо опустил глаза в пол, красный, как рак. Он боялся посмотреть в лица адептов своей секты, а врать не умел.
— Глава Шэнь?
— Да... Это так... — не поднимая глаз, ответил Шэнь Цяо. Люди зашумели.
— Даже не скрывает своего позора, бесстыдник!
— Кто бы мог подумать! Он опозорил доброе имя своего учителя Ци Фэнге.
Слово взял другой старейшина.
— Глава Шэнь... Хотя нет, ты больше не можешь быть нашим главой. Ты принес в Сюаньду несмываемый позор и даже не отрицаешь этого, какое бесстыдство!
— Изгнать его из нашей секты!
— Изгнать, как шелудивого пса!
— Изгнать, изгнать! — хором кричали адепты. — Он нас опозорил!
Шэнь Цяо стоял, как оплеванный. Казалось, ещё немного, и в него полетят камни. Даос слегка приподнял голову и встретился глазами с Ху Гэнбо, с укором посмотрев на девушку, но та жестом дала ему понять, что непричастна к раскрытию его тайны. На самом деле, один из врачевателей, который следил за состоянием здоровья Янь Уши, в очень неподходящий момент вошёл в комнату и был ошеломлён. Он сразу же донес старейшинам о том, что увидел.
Вдруг, воцарилась гробовая тишина. Было даже слышно, как пролетает муха. Перед ними, с ироничной улыбкой, стоял Янь Уши, взирая на толпу, будто на червей, копошащихся в навозной куче.





Глава 87. "Запомни: ты — мой человек"

Увидев Янь Уши, все замолчали, словно лишились дара речи. Этот человек будто бы обладал каким-то волшебством и магнетизмом. Пользуясь их оцепенением, Янь Уши усмехнулся и сказал:
— Кого вы тут пытаетесь обвинить, его? — он указал на Шэнь Цяо. — Да вы мизинца его не достойны! Быть может, этому достопочтенному следует напомнить, что один из вас отравил этого человека перед тяжёлой битвой? Где вы были, когда он умирал у Пика Полушага совершенно беспомощный, ослепший? Только благодаря этому достопочтенному, Шэнь Цяо до сих пор жив и здоров! Мой ученик выхаживал его долгие месяцы, пока вы строили свои коварные планы, желая, чтобы ваша секта кое с кем объединилась, не так ли? Вам была выгодна смерть Шэнь Цяо, потому что такой честный человек, как он, ни за что бы этого не допустил! И у вас ещё хватает совести порочить доброе имя этого человека?!
Все, по-прежнему, продолжали молчать, только один смельчак выкрикнул из толпы:
— А тебе какое дело? Это касается только нашей секты и не тебе сувать сюда свой нос!
Янь Уши таким взглядом посмотрел в его сторону, что кричавший моментально притих.
— Тебе что, жить надоело?! — шепнул ему стоявший рядом приятель. — Связываться с этим демоном, который способен убить одним только взглядом!
Видя растерянность на лицах адептов секты, а на чьих-то лицах и тень стыда, Янь Уши довольно и с презрением усмехнулся, подойдя ближе. Люди в страхе расступались перед ним, а старейшины стояли на своем месте, будто были заблокированы их акупунктурные точки. Янь Уши схватил Шэнь Цяо за руку и увлек за собой.
— Пойдем отсюда, Шэнь. Эти ничтожные люди не достойны даже пыли на твоих подошвах.
— Учитель, подожди! — не своим голосом закричал Шиу. — Возьми меня с собой! Я хочу уйти со своим учителем!
Шэнь Цяо остановился и обернулся.
— Шиу, я не могу взять тебя с собой, — ответил он, — меня преследуют люди из Хэхуань, это опасно. Оставайся в безопасности, пожалуйста.
Чен и Тао намеревались тоже пойти следом за Шэнь Цяо, но услышав, что его преследуют люди из Хэхуань, в страхе попятились назад, прижавшись друг к другу. Никогда и ни за что на свете они не хотели больше попадать в лапы Сан Цзинсина. А особенно, представляя, что этот жестокий, с садистскими наклонностями, человек сделает с ними за то, что они сбежали от него.
Юйвэнь Сун никуда не собирался уходить. Скрестив руки на груди, он с презрением наблюдал за происходящим. Зачем ему нужен учитель-бесстыдник, опозоривший секту? И только Шиу не хотел сдаваться:
— Учитель, я уже взрослый и смогу за себя постоять, я не боюсь людей из Хэхуань!
— Шиу, оставайся в безопасности, — повторил Шэнь Цяо, — как твой наставник, я велю тебе оставаться здесь!
— Нет, учитель! — закричал Шиу. — Позволь пойти с тобой! Я хочу пойти с тобой! — его подбородок затрясся и как бы мальчик не пытался сдерживаться, рыдания вырвались наружу. Один из адептов секты увел его. Но по-прежнему доносились его крики и вопли:
— Учитель! Учитель, не оставляй меня!
Это разрывало Шэнь Цяо сердце. Янь Уши сильнее потянул его за руку, увлекая за собой. Адепты секты продолжали смотреть, как удаляются их фигуры, по-прежнему не проронив ни слова. Когда они скрылись из вида, один из старейшин сказал:
— Пусть идёт. Это лучшее, что он может сделать.

Шэнь Цяо не поспевал за Янь Уши и спотыкался, потому что тот слишком быстро шел. Они молчали. Рука главы Янь по-прежнему крепко сжимала ладонь даоса.
— Ну что, А-Цяо, вот тебе твоя любимая Сюаньду! — с сарказмом проговорил Янь Уши. — Убедился? Много ли нашлось людей, готовых уйти с тобой? Нашелся ли среди них хоть один человек, который открыл рот, чтобы вступиться за тебя?
Шэнь Цяо молчал, опустив голову.
— Теперь ты понимаешь, что не нужен им? — продолжал свой монолог Янь Уши. — Кому ты нужен, кроме этого достопочтенного?
Шэнь Цяо почувствовал холодный ветер отчуждения, исходящий от людей, которых знал с малых лет. Янь Уши единственный человек, который остался с ним, да ещё маленький Шиу, готовый в огонь и в воду последовать за своим учителем.
— Глава Янь... — тихо проговорил Шэнь Цяо. — Ты же собирался уйти без меня...
— Этот достопочтенный потратил на этого даоса столько времени, что, думаешь теперь я вот просто возьму и уйду, брошу тебя здесь на растерзание этим стервятникам, подвергшим тебя унижению? Ты в своем уме? А-Цяо, запомни: ты — мой человек.
Произнося последние слова, Янь Уши остановился и заглянул в глаза Шэнь Цяо. Начинало смеркаться. Даос выглядел очень подавленным. Янь Уши знал, что значила для него Сюаньду, а все эти люди просто вонзили невидимый острый нож в его душу и несколько раз прокрутили его, подвергнув даоса прилюдно унижению.
— А-Цяо...
— Глава Янь...
— Как же ты надоел этим "главой Янь", кто бы знал! Ведь есть множество других, более подходящих эпитетов. "А-Янь", например. Или "Янь лан". Или "любимый", наконец, — Янь Уши прищурился и посмотрел на него. — А-Цяо, ты любишь этого достопочтенного?
— Сам знаешь... — тихо проговорил Шэнь Цяо. Голос его дрогнул, из глаз потекли слезы боли. Он больше не мог сдерживать их. Даос уткнулся в плечо Янь Уши, крепко обняв его за спину. — Не оставляй меня, пожалуйста...
Он был совсем раздавлен.
— А-Цяо, я только что сказал тебе, что не собираюсь тебя оставлять. Надеюсь, ты понял, кто есть кто и больше не будешь рваться в эту отвратительную секту лицемеров, — руки главы Янь обняли его в ответ. Волосы Шэнь Цяо, склонившего голову ему на плечо, щекотали подбородок Янь Уши и слегка касались губ. Шэнь Цяо дрожал. Ночи были холодными и Янь Уши накинул на него свой дорожный плащ.
— Прекращай, — сказал он, — у этого достопочтенного уже мокрый халат от твоих слез.
Он оторвал Шэнь Цяо от своего плеча и, взяв его лицо в обе руки, наклонился, чтобы слизать слезу, стекающую по его щеке. Губы Янь Уши прижались к ней. Горячее дыхание обожгло мокрую от слез щеку даоса.
— Забудь... — прошептал Янь Уши.
Они продолжали стоять молча, пока не раздался крик ночной птицы.
— Сейчас идти дальше нет смысла, заночуем здесь, разведем костер, чтобы отпугивать диких зверей.
— Да... — прошептал Шэнь Цяо. Он так пригрелся в объятиях Янь Уши, что не хотел даже шевелиться.



Глава 88. "Как тебе спалось, А-Цяо?"

Янь Уши разжёг костер. Жар от огня хорошо согревал. Шэнь Цяо бросил мимолётный взгляд на его лицо, на которое падали красноватые блики огня.
— Ляг, поспи, — сказал Янь Уши. Где-то неподалеку по-прежнему тревожно кричала ночная птица. Видя, что даос все ещё стоит, переминаясь с ноги на ногу, глава Янь присел у костра и сказал: — Иди сюда.
Шэнь Цяо неуверенно подошёл. Янь Уши, взяв его за руку, потянул вниз. Даос упал рядом с ним, на землю.
— Ты можешь поспать, — повторил Янь Уши и, обхватив его обеими руками, опустил головой к себе на колени, прикрыв дорожным плащом. Шэнь Цяо не сопротивлялся, он очень устал. Сюаньду отобрала у него все моральные силы. Как бы хотелось проснуться и сказать себе: "все это был лишь нелепый, кошмарный сон"...
— Глава Янь, ты не замерзнешь? — проговорил Шэнь Цяо.
— Нет, А-Цяо, от костра идёт неплохой жар.
— Но ты, наверное, тоже хочешь спать?
— Благодарю, я выспался. А теперь немного подежурю у костра. Спи, А-Цяо.
Шэнь Цяо замолчал, кутаясь в дорожный плащ. Крик ночной птицы снова разрезал тишину.
— Глава Янь... ты ведь не уйдешь, когда я засну?
— Нет конечно. Не говори глупостей. Куда мне идти? — не вставая, он разломал небольшую сухую ветку и подкинул ее в костер, вздохнув. — Тебя не понять, А-Цяо. То бежишь от меня, то боишься, что я уйду. Скажи, ты и вправду ненавидишь меня, я тебе разонравился?
— Янь Уши, я уже говорил тебе, что не ненавижу тебя. Как я могу ненавидеть человека, который спас мне жизнь? Я сказал это сгоряча. Ты бы на моем месте сказал что-то другое, если бы тебя силой держали взаперти, постоянно блокируя твои акупунктурные точки, и напоили лошадиной дозой афродизиака? — не выдержал Шэнь Цяо.
Янь Уши усмехнулся.
— А-Цяо, я даже не могу представить себя на твоём месте. Но с афродизиаком этот достопочтенный тогда действительно переборщил, прости.
— И вот после такого, думаешь, мне чего-то ещё хотелось?
— О, в ту ночь тебе слишком уж хотелось... — Янь Уши не выдержал и рассмеялся. — Прости, — прибавил он. — Ну ты же сам виноват, что вынудил этого достопочтенного пойти на крайние меры. Думаешь, я игрушка для тебя? Я должен был смотреть, чтобы ты взял, развернулся и просто навсегда ушел? Этот достопочтенный сделал тебе столько добра, а ты вот так, бессердечно, собирался бросить его! И ты даже не подумал, что его несчастное сердце может разорваться на тысячи кусочков! — с присущим ему пафосом, расписывал Янь Уши.
— Глава Янь, но ты же собирался закопать меня...
— А-Цяо, ты серьезно думаешь, что я бы сделал это?
— Нет, — подумав, ответил Шэнь Цяо, — я так не думаю. Ты потратил на меня слишком много времени, поэтому не стал бы делать этого.
Янь Уши снова засмеялся:
— Вот видишь, А-Цяо, ты уже начинаешь соображать...
Шэнь Цяо перевернулся на бок и обнял его колени руками. Янь Уши склонился над ним и, взяв за подбородок, развернул лицо к себе.
— Не провоцируй этого достопочтенного и он станет носить тебя на руках...
Шэнь Цяо ожидал, что, что Янь Уши вопьется в его губы привычным агрессивным поцелуем, но вместо этого, он только слегка коснулся его губ и плотнее прикрыл своим плащом, добавив:
— Спи.
Шэнь Цяо очень удивился, что Янь Уши, как обычно, не начал домогаться его и в душе был ему за это благодарен, потому что очень сильно устал и все, чего он хотел сейчас — погрузиться в спасительный сон. Даос снова обнял колени Янь Уши, зарылся лицом в плащ и вскоре задремал.
Янь Уши прекрасно понимал, какой стресс пережил Шэнь Цяо, мечты о Сюаньду которого рассыпались во прах, и решил оставить его в кои-то веки в покое. Глава Янь был задумчив, и не спеша перебирал густые, черные, как смоль, волосы даоса.
— А-Цяо... — прошептал он.
Янь Уши и сам не понимал, как мог этот человек так вжиться в его сердце, врасти в его душу, что он просто не мыслил себя без этого даоса. Этот достопочтенный никогда ни к кому не питал ни привязанности, ни любви. Что так могло зацепить его в этом даосе? Ведь на свете столько красивых людей, почему именно он? Янь Уши не мог найти ответ на этот вопрос. Он снова подкинул в кострище сухую ветку. Шэнь Цяо уже мирно спал на его коленях. Янь Уши хотелось согревать и оберегать его всю ночь. Он готов был убить каждого, кто приблизится с дурными намерениями к этому даосу, посягая на его собственность.
Чуткий слух главы Янь привлек странный шорох в кустах, но он не хотел будить Шэнь Цяо. Это могла быть просто ночная птица или какой-нибудь зверёк. Обняв Шэнь Цяо, чтобы ему было теплее, он продолжал гладить его по голове.

Когда даос проснулся, было уже утро, светило солнце. Не обнаружив рядом Янь Уши, он испугался. Неужели глава Янь ушел рано утром или посреди ночи и бросил его?! Но Янь Уши вскоре вылез из кустов, держа в руке связку подстреленных птиц.
— Как тебе спалось, А-Цяо?
— Хорошо, глава Янь.
По выражению лица даоса Янь Уши понял, о чем он подумал и улыбнулся.
— Не переживай, А-Цяо, этот достопочтенный уходил всего лишь за тем, чтобы принести немного дичи на завтрак. Кстати, неподалеку я обнаружил горячий источник. Несколько позже предлагаю сходить туда, неплохо было бы вымыться после пыльной дороги, — сказал он, размахивая взад-вперед связкой птиц и, не долго думая, принялся разводить костер.
— Глава Янь, тебе помочь, принести хвороста? — спохватился Шэнь Цяо.
— Будь так любезен, — ответил Янь Уши, — только не уходи далеко. Как знать, какой из недругов может притаиться в кустах.
Пока Шэнь Цяо собирал хворост, Янь Уши уже поджаривал тушки птиц на завтрак.
— Спасибо, глава Янь.
— За что? — не поворачивая головы, ответил Янь Уши.
— За то, что заботишься обо мне.
— Спасибо ты этому достопочтенному скажешь лично несколько позже, — многозначительно ухмыльнулся Янь Уши.
Поняв, что это был не совсем приличный намек, Шэнь Цяо покраснел. Янь Уши протянул ему поджаренную на костре тушку птицы с румяной корочкой. Птица была не подгоревшая, но и не сырая — в самый раз.
— Спасибо, — поблагодарил Шэнь Цяо, почувствовав, как желудок свело от голода. Не выдержав, он впился зубами в ещё горячее мясо птицы.



Глава 89. "Мне больше некуда идти"...

Янь Уши был очень рад, что все вышло именно так. Теперь Шэнь Цяо больше не будет рваться в Сюаньду и останется подле него. Но останется ли? В последнее время их отношения были на грани разрыва, захочет ли он остаться? Этот вопрос не давал покоя Янь Уши, мешая наслаждаться нежнейшим птичьим мясом, поджаренном на костре.
Заметив его задумчивое и встревоженное настроение, Шэнь Цяо спросил:
— Глава Янь?
Янь Уши тут же растянул губы в улыбке, делая вид, что его ничто не беспокоит.
— А-Цяо, этот достопочтенный хочет сходить к источнику, чтобы смыть с себя дорожную пыль, надеюсь, ты составишь ему компанию?
Шэнь Цяо прекрасно знал, что одним омовением дело не закончится, поэтому колебался
— Ну как хочешь, — сказал Янь Уши, вставая со своего места. Не успел он и нескольких шагов сделать, как сзади послышался крик даоса:
— Глава Янь, подожди!
Янь Уши про себя улыбнулся: такая методика куда действеннее, нежели принуждение. Шэнь Цяо уже поравнялся с ним, стараясь не отставать.
— А-Цяо, ты готов вернуться со мной в Чанъань? — неожиданно спросил Янь Уши. Сейчас его лицо выглядело серьезным, как никогда. Исчезла даже вечно насмешливая ухмылка, играющая краешками его губ. — Я имею ввиду, вернуться в мой дом и жить со мной, как и прежде, — добавил он, желая сразу расставить все точки над i.
Шэнь Цяо задумался на некоторое время, затем, опустив голову, ответил:
— Мне больше некуда идти...
Но Янь Уши, конечно, не устроил такой ответ.
— То есть, ты хочешь сказать, что собрался вернуться со мной только потому, что тебе некуда больше идти? — с возмущением спросил он.
— Конечно же нет! Глава Янь, я же просто могу странствовать, переезжая из города в город, для этого мне не нужно жить в каком-то определенном месте. Но мне хотелось бы попробовать начать все сначала, я всегда говорил, что люди способны измениться, просто нужно дать им шанс.
Янь Уши усмехнулся:
— Хорошо, А-Цяо, этот достопочтенный даст тебе ещё один шанс. Надеюсь, в следующий раз ты хорошенько подумаешь, прежде чем сбегать и бросать его.
Предположив, что глава Янь шутит, Шэнь Цяо слегка улыбнулся.
Янь Уши просто светился от счастья: ему наконец-то удалось воссоединиться с Шэнь Цяо и снова добиться его. Было весьма очевидно, что чувства даоса не прошли и Янь Уши не мог этому нарадоваться. Он не мог припомнить, чтобы когда-либо в жизни ощущал себя настолько счастливым и испытывал столь яркие эмоции. Одно бесило главу Янь — что его настроение волшебным образом стало зависеть от идущего рядом человека. Получается, что этот достопочтенный больше не принадлежит самому себе, а этот, идущий рядом с ним даос, будто опытный кукловод, дёргает его за невидимые нити, заставляя поочередно испытывать то тоску, то ревность, то радость, то печаль, то сожаление, то страсть, то боль...
Что такого особенного в этом даосе? Он бывает таким наивным и открытым, что порой кажется глуповатым. Под стать ли этому достопочтенному такой чудной даос, пусть он и красив? Но при каждом случайно брошенном на Шэнь Цяо взгляде по телу разливалось приятное тепло, а душу разрывало волнение и больше всего хотелось, чтобы они всегда шли вместе, по одной и той же дороге.
— Янь Уши, что-то случилось, почему у тебя такое лицо?
— Представляю, что скоро увижу тебя без одежды, — пошутил Янь Уши и на бледных щеках Шэнь Цяо загорелся румянец.
Его душу разрывали переживания из-за Сюаньду, он снова и снова мысленно возвращался на совет старейшин, терзая себя ещё незажившими воспоминаниями. Но от того, что рядом шел Янь Уши, на душе становилось легче и теплее. Шэнь Цяо в самом деле хотел наладить с ним отношения, чтобы все было, как и раньше, без всех этих дурацких недоразумений.
Пока он об этом думал, Янь Уши уже разделся и начал заходить в воду. Шэнь Цяо никогда не разглядывал его фигуру без одежды так долго, обычно сразу же отводя взгляд. Но в этот раз его взгляд сам застыл на в меру широких и крепких плечах Янь Уши, на которые падали длинные волосы с двумя серебряными прядями по бокам. Взгляд Шэнь Цяо спустился на его бедра и ягодицы и, осознав, что он до неприличия долго смотрит, даос покраснел и отвернулся. Янь Уши прикрывала лёгкая сизоватая дымка пара, исходящего от источника.
— А-Цяо, полезай в воду! — крикнул Янь Уши.
Шэнь Цяо не мог заставить себя раздеться вплоть до того, что готов был купаться в одежде. Но идти потом в мокром халате было не самой лучшей перспективой, ведь больше не во что было переодеться.
— Отвернись! — крикнул даос.
Это было ожидаемо и Янь Уши неохотно отвернулся. Шэнь Цяо, как мог быстро разделся и залез в воду по самую шею. Чьи-то руки схватили его под водой и, окутанный белым паром, рядом с ним вынырнул Янь Уши. Его мокрые волосы прилипли к лицу, а глаза горели, будто у демона.
— Глава Янь, — сказал Шэнь Цяо, подозревая, чем он собирается заняться, — тут могут быть люди...
— Какие люди, А-Цяо, ну о чем ты говоришь! — ответил Янь Уши, прижимаясь к нему всем телом. — Вчера я дал тебе возможность отдохнуть, но это было вчера.
Мокрые губы Янь Уши уже настигли такие же мокрые губы Шэнь Цяо, чтобы слиться с ними воедино. Шэнь Цяо почувствовал, что в его бедро упирается что-то твердое и по телу проползла лёгкая дрожь. На самом деле он готов был отдаться Янь Уши прямо здесь и сейчас, но мешали стыд и боязнь того, что их может кто-нибудь увидеть. Словно читая его мысли, Янь Уши, оторвавшись от поцелуя, сказал:
— А-Цяо, вчера ты при всех адептах и старейшинах Сюаньду признал, что ты — мой любовник, думаешь, теперь уместно стыдиться или что-то скрывать?
Шэнь Цяо отвернулся, будто заноза снова вошла в душу с этими словами. Он никогда не сможет вернуться в Сюаньду — его заклеймили позором.
— А-Цяо, этот достопочтенный заставит тебя забыть о Сюаньду...
Янь Уши так сильно прижимался к нему, будто собирался раздавить. Его тело было мокрым и скользким, как у свежепойманной рыбы.
— Делай, что хочешь, — наконец проговорил даос.
— Конечно сделаю, А-Цяо, — ответил Янь Уши, слегка прислонив его к огромному, выступающему из воды, камню.






Глава 90. "Возможно, в кустах действительно были птицы"

— Глава Янь, — сказал Шэнь Цяо, распластавшись под ним на огромном камне и поняв, что дальше отступать ему некуда, — есть ли хоть что-то в этом мире, что могло бы тебя смутить?
Янь Уши задумался.
— Смутить? Что может смутить этого достопочтенного? Разве мое тело выглядит убого, чтобы чувствовать неловкость и смущение? Скажи, А-Цяо, в этом достопочтенном что-то не так, тебе что-то не нравится?
— Нет-нет, глава Янь, я не то хотел сказать... твоя фигура идеальна, это правда, — запинаясь и краснея, проговорил Шэнь Цяо.
— Ну так отчего же мне тогда чувствовать смущение? Из-за твоей наготы? Так я уже все видел сотню раз. Хватит уже этих разговоров, — Янь Уши, обхватил Шэнь Цяо под водой и сильнее придавил его к камню.
— Глава Янь, подожди!
— Что такое, А-Цяо? Чего мне ждать? Ты не хочешь этого достопочтенного? Как ты после этого можешь быть уверен, что готов провести со мной остаток жизни?
— Янь Уши, это общественное место, тут могут купаться или проходить другие люди...
— А-Цяо, тут везде общественное место, предлагаешь этому достопочтенному терпеть до того момента, пока мы доберёмся домой?
В кустах что-то зашевелилось и Янь Уши обернулся.
— Почему меня не оставляет ощущение, будто за нами уже второй день подряд кто-то наблюдает?
— Ну вот! — воскликнул Шэнь Цяо. — Я так и знал, как стыдно...
Янь Уши понял, что окончательно спугнул его.
— Возможно, этому достопочтенному просто показалось и это всего лишь шныряющие в кустах птицы, — он снова обернулся к Шэнь Цяо, но тот был настроен весьма категорично.
— Ладно, — сказал Янь Уши, — я устал распинаться и уговаривать тебя, нет так нет — мне уже все перехотелось.
Он собирался вылезти из воды, но неожиданно Шэнь Цяо обвил его шею руками. Этот даос так редко первый проявлял инициативу, что каждое его неловкое поползновение казалось настоящим праздником. Янь Уши остановился. Он в очередной раз понял, что тактика развернуться и уйти работает куда лучше уговоров и принуждений.
— А-Цяо, ты можешь уже определиться и не морочить голову этому достопочтенному? Чего ты хочешь? То отказываешь, то не отпускаешь.
Шэнь Цяо смутился.
— Глава Янь, я думаю, возможно, в кустах действительно были птицы...
Янь Уши посмотрел на даоса: длинные пряди его волос прилипли к лицу, по которому стекали капли воды, губы слегка посинели, кожа казалась такой же прозрачной, как и вода, а сквозь нее проглядывали тонкие нити вен. Взгляд Шэнь Цяо был растерянным и смущенным, он никогда бы не сказал вслух: "Просто я не хочу, чтобы ты уходил"...
— А-Цяо, — проговорил Янь Уши, — дразнишь меня...
Он снова придавил даоса к камню. Губы Шэнь Цяо покорно слились с его губами в страстном поцелуе. Янь Уши гладил его мокрое лицо, покрывая поцелуями шею и грудь, остальное скрывала вода.
Шэнь Цяо знал, что его кожа вновь будет покрыта многочисленными засосами и синяками, но ничего не мог с этим поделать.
— Я сделаю так, чтобы тебе было хорошо... — шепнул Янь Уши, слегка наклонив его назад. Шэнь Цяо был возбуждён и готовился принять его.
Когда Янь Уши вошёл в него под водой, Шэнь Цяо глухо вскрикнул, обхватив его за шею.
— А-Цяо, я хочу снова и снова соединяться с тобой, — в порыве страсти прошептал Янь Уши, — для этого достопочтенного никто и никогда не сможет сравниться с этим даосом...
Шэнь Цяо прикрыл глаза, ощущая стыд и неловкость. "У него наверняка было много куда более искушённых любовников, как с ними может сравниться этот бедный даос"...
Он почти лежал на руке Янь Уши, чувствуя, как возбуждение с каждым толчком нарастает. Однако, стонать или кричать ему было стыдно, поэтому, Шэнь Цяо лежал молча, прикусив губу. Янь Уши разжал его губы языком, чтобы снова накрыть их страстным поцелуем. Шэнь Цяо не выдержал и с его губ сорвался стон. В это время в кустах кто-то закопошился.
— Там кто-то есть, за нами кто-то наблюдает! — воскликнул Шэнь Цяо, сгорая со стыда. Янь Уши сквозь зубы выругался, однако не выпустил из объятий Шэнь Цяо, пока они оба не достигли предела.
— Пойду посмотрю, — наконец, недовольно пробурчал Янь Уши. — Кто бы это ни был, он пожалеет, что родился на свет.
Глава Янь вышел из воды, и наспех накинув халат на мокрое тело, подошёл к кустам.
— А ну, выходи! — прикрикнул он.
Но никто не ответил.
— Может, это и правда птицы или какой-нибудь зверь прошмыгнул в кустах.
Шэнь Цяо поспешил накинуть халат, пока его не увидел Янь Уши, он все ещё был под впечатлением после их любовных игр. Щеки даоса пылали, губы слегка распухли и стали красными, на шее горели яркие отметины от поцелуев, мокрые волосы растрепались. Увидев его в таком состоянии, Янь Уши, с задумчивой улыбкой, залюбовался им.
— Шэнь, ты прекрасен!
Щеки Шэнь Цяо ещё сильнее вспыхнули.
— Глава Янь, не говори глупостей...
Янь Уши хотелось обладать этим даосом снова и снова и он еле контролировал себя.
— Нам нужно продолжать путь, пока не стемнело, — сразу же отрезал Шэнь Цяо, заметив его жадный взгляд. Он поплотнее запахнул халат и подвязал его поясом.
— Ладно, — недовольно проговорил Янь Уши, который никак не мог насытиться.
Они продолжали путь пока не стемнело.
— Заночуем здесь, — сказал, наконец, Янь Уши. Он принялся собирать хворост, чтобы разжечь костер. Шэнь Цяо также пошел на поиски сухих веток. Костер будет согревать ночью, отпугивать диких зверей, кроме того, на нем можно ещё и приготовить мясо птицы.
Когда Янь Уши, закончив возиться с костром, повернулся, даос, измученный долгой дорогой и переживаниями, уже крепко спал, свернувшись клубком. Янь Уши снял плащ, чтобы накрыть его. Он осторожно провел пальцами по алым отметинам, выступившим на нежной коже даоса от его поцелуев, и довольно улыбнулся. А-Цяо его человек и каждая отметина на его теле свидетельствует об этом. Он — человек этого достопочтенного, поэтому больше никто и никогда не смеет притрагиваться к нему.
Пламя костра осветило прекрасное лицо Шэнь Цяо, кажущееся таким нежным и беззащитным во сне. Но внешность обманчива и на самом деле этот человек — воин, обладающий немалой духовной силой.





Глава 91. "Ты шел за нами все это время?"

Увидев, что Шэнь Цяо заснул, как убитый, Янь Уши вернулся к костру. Он наблюдал за пламенем, за размеренно потрескивающими в костре ветками и слегка разворошил угли с краю. Лёгкие искры, как воздушные змеи, взвились в воздух. Все складывалось как нельзя лучше: Шэнь Цяо вернется с ним, ведь даосу теперь некуда идти, у него совсем никого не осталось.
Янь Уши показалось, будто Шэнь Цяо позвал его. Он обернулся:
— Шэнь?
Даос что-то говорил во сне и Янь Уши подошёл поближе.
Очевидно, Шэнь Цяо снился какой-то сон и во сне он вел с кем-то диалог.
— Глава Янь, не уходи... — невнятно бормотал он. Заинтересовавшийся его болтовней, Янь Уши присел рядом. — Глава Янь, я тебе так люблю, если бы ты только знал! Пожалуйста, не уходи... — по лицу Шэнь Цяо текли слезы. Губы Янь Уши растянулись в довольной ухмылке. Вначале он хотел разбудить даоса, но потом передумал. Когда он ещё услышит такие признания? Если Шэнь Цяо проснется, он ни за что не повторит всех этих слов. Янь Уши прилёг рядом, подложив руку под голову и с приторной улыбкой произнес:
— Ах, А-Цяо, тебя можно слушать вечно...
Шэнь Цяо действительно снились какие-то кошмары, потому что вскоре он с криком подскочил. Янь Уши положил свою ладонь на его руку.
— А-Цяо, успокойся, этот достопочтенный здесь, он никуда не ушел. Что тебе снилось, интересно? Шэнь Цяо пытался прийти в себя, отойти после сна. Растирая пальцами глаза, он ответил:
— Мне снилось, что напали люди из Хэхуань, а ты взял и бросил меня, ушел...
— Глупости какие, я не собираюсь бросать тебя.
Сильные руки Янь Уши притянули его к себе и голова Шэнь Цяо прислонилась к его груди.
— А-Цяо, ты помнишь, что во сне говорил этому достопочтенному?
Янь Уши мягко взял его за подбородок и заглянул в глаза. В черных, как два омута, глазах даоса отражалась луна.
— Нет, я не помню... — пробормотал он .
— Зато я помню, — Янь Уши склонился над ним, его губы были горячими, одержимыми желанием.
Шэнь Цяо издал вздох, когда Янь Уши запрокинул ему голову, даос схватился за его плечо. Так и казалось, что глава Янь пылает, будто сотканный из огня, столько страсти было в нем. Шэнь Цяо ничего другого не оставалось, как покориться и ответить на поцелуй. И тут в кустах раздался довольно громкий шорох. Янь Уши выругался и вскочил со своего места.
— Сейчас посмотрим, что это за ночная и дневная птица! — воскликнул он, подойдя поближе к кустам. — Сейчас я выкурю отсюда этого негодяя, посмевшего за нами следить!
Он уже приготовился ударить потоком своей внутренней ци, как из кустов раздался душераздирающий крик:
— Не надо!!
К ногам Янь Уши кубарем выкатился человек с визгом и плачем. Шэнь Цяо вскочил со своего места, сон как рукой сняло.
— Янь Уши, не трогай его! — подбежал он, глядя на маленький скулящий комок.
— Ты кто?
Маленький незнакомец поднял свое заплаканное лицо и протянул:
— Учи-и-и-тель!
— Шиу! — воскликнул Шэнь Цяо. — Что ты здесь делаешь?!
— Я сбежал, чтобы последовать за своим учителем, — плача, проговорил мальчик, растирая слезы кулаком по лицу. — А этот господин собрался убить меня... — он указал на Янь Уши.
— Шиу, этот господин на самом деле очень добрый и вовсе не собирается тебя убивать.
— Ага, добрый! — цинично усмехнулся Янь Уши, скрестив руки на груди.
— Ты шел за нами все это время? — спросил Шэнь Цяо.
— Да, — немного успокоившись, ответил Шиу. — Учитель, не прогоняй меня, я хочу уйти с тобой!
— Этого нам ещё не хватало! — воскликнул Янь Уши. — Навязался на нашу голову!
— У нас нет выбора, дорога трудна и опасна, я не отправлю ребенка назад. В Сюаньду мы тоже не можем вернуться.
— Ты сейчас хочешь сказать, что он пойдет с нами?! — не унимался Янь Уши.
— Да, — негромко проговорил Шэнь Цяо.
— Просто замечательно, у этого достопочтенного что ни день, то новый сюрприз! — разозлившись, Янь Уши отсел к костру и отвернулся от них, подкидывая в огонь сухие ветки.
— Глава Янь, у нас вроде бы оставалось несколько тушек жареной птицы в сумке? — снова спросил Шэнь Цяо. Янь Уши молча швырнул ему сумку. Он был явно не доволен таким поворотом событий. Кроме того, была испорчена такая замечательная, обещающая быть жаркой, ночь. Конечно же, теперь Шэнь Цяо будет сторониться его из-за этого ребенка и все пропало. А еще глава Янь не любил животных, детей и женщин. Он считал их бесполезными и они раздражали его, ведь все они путаются под ногами этого достопочтенного, мешая ему собраться с мыслями. Исключение, пожалуй, составлял лишь оленёнок, которого Янь Уши завел, чтобы не сойти с ума от одиночества, пока рядом не было Шэнь Цяо, но этот эксперимент оказался неудачным и оленёнок сбежал, напуганный его криками. Была ещё одна причина недовольства — это ревность. Янь Уши требовал, чтобы этот даос уделял внимание только ему, а теперь появился ещё кто-то, с кем Шэнь Цяо будет возиться. Все это омрачало настроение достопочтенного.
— Ты, наверное, голоден, — сказал Шэнь Цяо, доставая из сумки тушки птиц.
— Спасибо, учитель! — воскликнул Шиу, набросившись на еду. Он не ел нормально несколько дней.
— Глава Янь, — сказал Шэнь Цяо, — разве преданность этого мальчика не достойна уважения? Он несколько дней идёт за нами, голодный, ночуя в кустах, не смотря на страх и усталость...
— Ну вот, А-Цяо, теперь ты знаешь, что есть в мире ещё кто-то, кроме этого достопочтенного, кому ты нужен, порадуйся, — не поворачивая головы, ответил Янь Уши.
— Учитель самый лучший в мире! — с набитым ртом проговорил Шиу.
— А почему ты сразу не показался нам?
— Я боялся, прости, учитель!
Только тут до Шэнь Цяо дошло, что, вероятнее всего, Шиу видел, чем они занимались с Янь Уши в горячем источнике и многие другие моменты. О небожители! Как он сможет теперь смотреть этому ребенку в глаза? Лицо Шэнь Цяо залилось краской, а Шиу с жадностью продолжал поглощать мясо птицы. Мальчик вспомнил Янь Уши — этого человека просто невозможно было забыть, настолько он выделялся среди остальных. Не только внешностью и нарядами, но и своим поведением. Это было в тот год, когда они с семьёй, будучи нищими беженцами, умирали с голоду. Тогда они встретили Шэнь Цяо, который угостил их лепешками. В тот день даос шел именно с этим господином. Но Шиу никогда бы не посмел расспрашивать учителя о том, какие отношения его связывают с этим человеком. Он полностью доверял Шэнь Цяо. Если учитель что-то делает — значит, так нужно.






Глава 92. "Глава Янь, ты что, ревнуешь меня к ребенку?"

Когда Шиу утолил голод, Шэнь Цяо сказал:
— Уже поздно, ложись спать.
Он чувствовал сильную неловкость, представляя, что Шиу все видел, и не знал, как себя с ним вести.
— Да, шицзунь! — с радостью воскликнул Шиу, довольный тем, что учитель не ругается и не прогоняет его. На самом деле, мальчик, конечно же, все видел, но ни за что бы не заикнулся об этом. Учитель всегда прав и что бы учитель ни делал — значит, так надо. Шиу испытывал к Шэнь Цяо абсолютное доверие, но все же, его не могли не поразить отношения учителя и Янь Уши, которые занимались тем же самым, что его отец и мать.
Будучи порядочным мальчиком, Шиу сразу же решил убежать, но как только он дернулся — его услышал Янь Уши. Боясь ещё больше выдать себя, мальчику пришлось сидеть в кустах. Чтобы ничего не видеть и не слышать, он закрыл себе глаза и уши.
Сейчас Шиу был счастлив, что учитель не прогоняет его. Он свернулся клубком, чтобы никому не мешать. Шэнь Цяо снял с себя плащ, которым накрывал его Янь Уши, и накрыл им Шиу. Даос находился рядом до тех пор, пока мальчик не заснул, а потом посмотрел на Янь Уши. Тот молча сидел у костра и ворошил угли, повернувшись к нему спиной.
— Глава Янь? — тихо позвал Шэнь Цяо. Янь Уши не ответил. Шэнь Цяо предположил, что он злится из-за Шиу. Он подошёл поближе, но Янь Уши и не думал поворачиваться к нему, занимаясь своими делами.
— Глава Янь...
Янь Уши снова никак не отреагировал. Шэнь Цяо топтался на одном месте, не зная, как выразить свои чувства и эмоции. Ему столько хотелось сказать, но он не мог подобрать нужных слов. Набравшись смелости, он присел сзади и молча обнял Янь Уши за плечи, уткнувшись лицом ему в спину и сомкнув руки на его груди. Сердце достопочтенного не выдержало и ладони его сразу же легли на руки Шэнь Цяо, слегка сжав их.
— Почему ты никогда не делаешь этого, Шэнь? — спросил Янь Уши.
— Чего не делаю? — смущённо спросил даос за его спиной.
— Не обнимаешь меня? Если ты любишь этого достопочтенного, должно же тебе хотеться обнимать его? Хотеться его ласк, поцелуев?
— Глава Янь, я же обнял... — краснея, проговорил Шэнь Цяо. Янь Уши сжал его руки сильнее. Это был тот самый момент, когда какие-либо другие действия были лишними. Момент желанный и по-своему интимный. Янь Уши закрыл глаза. Ему хотелось сидеть так, чтобы это мгновение не заканчивалось. Шэнь Цяо немного повернулся и прижался щекой к его плечу.
— Глава Янь, я все понимаю, ты не любишь детей, тебе ни к чему обуза, но это мой ученик и я не могу оставить его, у него, кроме меня, больше никого нет. Я сам могу зарабатывать и снимать комнату на постоялом дворе для себя и ребенка, чтобы не доставлять тебе неудобств.
Перед глазами Янь Уши сразу же пронеслась сцена на постоялом дворе, где работал Шэнь Цяо, и похотливый взгляд богача, предлагающий ему хороший и непыльный заработок.
— Что? И думать забудь. Резиденция этого достопочтенного огромна и уж найдется какая-нибудь дальняя комната...
— Тише, разбудишь, — проговорил Шэнь Цяо. Он ещё сильнее сомкнул руки на груди Янь Уши, прижавшись к нему сзади.
Янь Уши был зол: невесть откуда на их голову навязался ребенок, который портит все планы на Шэнь Цяо. Ну зачем оно надо?
Но то, что даос сейчас обнимал его, уткнувшись ему в плечо, несколько сглаживало углы.
— Можешь не рассчитывать на мою чрезмерную благосклонность к своему выскочке ученику, — слегка повернулся к нему Янь Уши.
— Глава Янь, ты что, ревнуешь меня к ребенку?
— Ревную? Что за глупости! А-Цяо, этот достопочтенный знает себе цену. Ну как он может ревновать к какому-то нищему беспризорному мальчишке, который не обладает никакими выдающимися способностями и ради которого не стоит тратить свое личное время.
— Янь Уши, для тебя гениален лишь ты сам и твои ученики? А остальные вообще не заслуживают внимания?
— А разве я говорил, что мои ученики гениальны? Конечно же, они тоже бездари и никогда не смогут сравниться с этим достопочтенным в боевых искусствах. Но я хотя бы выдрессировал их как следует, поэтому, не так уж они и бесполезны, а иногда очень даже полезны этому достопочтенному.
Шэнь Цяо вспомнил, как ученики Янь Уши следили за ним и держали его взаперти по приказу своего учителя.
— Мне кажется, глава Янь, что не все стоит перекладывать на своих учеников. Особенно, когда дело касается личного...
— Какого такого личного? — Янь Уши развернулся к нему и заключил в объятия. Он опустил его головой к себе на колени и склонился, чтобы поцеловать, но Шэнь Цяо закрыл ему рот ладонью.
— Не надо, глава Янь... Вдруг Шиу проснется. Боюсь, он и так сильно многое мог увидеть...
Янь Уши снова разозлился: из-за этого ребенка у него не будет никакой личной жизни. Да, дома они могут уединиться в своей комнате, но сейчас оставалось только терпеть и это раздражало. А ещё больше раздражало то, что между достопочтенным и этим мальчишкой Шэнь Цяо конечно же выберет второго. От мысли об этом Янь Уши просто взрывался. Он убрал руку Шэнь Цяо со своего рта и молча встал.
— Глава Янь?
— Отстань, я хочу спать, — отрезал Янь Уши, собираясь укладываться. Шэнь Цяо немного расстроился, но навязываться не стал и лег немного подальше, почти сразу же уснув. Только Янь Уши не спалось. Он увидел, что Шэнь Цяо скрючился от холода, потому что плащом накрыл Шиу, а сам остался без одеяла, Янь Уши понял, что теперь придется согревать его теплом своего тела, потому что вещей больше не было. Он прилёг рядом и обеими руками обнял Шэнь Цяо, который уже начал дрожать. Даос пригрелся у него на груди и безмятежно спал до самого утра.


Когда Шиу проснулся, на него смотрел Янь Уши, а Шэнь Цяо ещё спал.
— Доброе утро, глава Янь!
— Говори потише, а то разбудишь своего учителя, — фыркнул Янь Уши. — И почему это ты так долго спишь? Разве ты не знаешь, что добросовестные ученики встают на рассвете, чтобы начать заниматься.
— Простите... — пробормотал мальчик.
— Пока твой учитель спит, придется мне заняться твоим воспитанием, — ответил Янь Уши.




Глава 93. "Я позволяю тебе сделать это"

Янь Уши и Шиу шли по каменистой тропе. Янь Уши остановился. Мальчик, вне решительности, остановился тоже. Он снизу вверх смотрел на кажущуюся ему громадной фигуру Янь Уши, на его красивое, надменное лицо, смотрящее на всех свысока. Не выдержав взгляда, мальчик опустил голову
— Почему ты пошел за ним? — спросил наконец Янь Уши
— Глава Шэнь — мой учитель, я не хочу оставаться там, я хочу уйти вместе со своим учителем! — без колебаний ответил мальчик. Янь Уши лишь усмехнулся.
— Он дорог тебе, да? — тут лицо главы Янь стало серьезным, он наклонился к мальчику поближе. Шиу спрятал глаза, будто Янь Уши был способен наслать на него злые чары и воскликнул:
— Да, очень!!
— Почему? — почти с досадой спросил Янь Уши.
— Учитель накормил нас, когда мы умирали с голоду и всегда делал только добро. Он очень хороший, правда! Я очень люблю учителя!
"Очень люблю" ревностью отозвалось в груди Янь Уши. Шэнь Цяо — его человек и должен принимать лишь любовь этого достопочтенного. Никто больше не смеет любить его — ни как друг, ни как брат, ни даже как его ученик.
— Достоин ли ты такого учителя, как Шэнь Цяо? — с усмешкой спросил Янь Уши, осмотрев Шиу с головы до ног. Мальчик снова спрятал глаза, будто скрылся в раковине ракушки.
— Я стараюсь, я очень стараюсь, чтобы быть достойным моего учителя и не посрамить его!
— Посмотрим, насколько ты стараешься.
Янь Уши сломал две здоровые ветки дерева и очистил их от сучьев. Одну он протянул Шиу.
— Держи. Сейчас ты продемонстрируешь этому достопочтенному, чему научился.
Шиу сжал в ладони палку, которая казалась для него слишком длинной.
— Ну давай, нападай на этого достопочтенного!
Шиу с опаской посмотрел на Янь Уши.
— Ну же, защити честь своего учителя!
Услышав это, Шиу накинулся на Янь Уши, который сразу же, играючи, блокировал его удар. После удара Янь Уши, довольно слабого, Шиу отлетел в сторону и упал на землю, как котенок, которого отшвырнули в сторону. Он больно ударился, но пересилил себя и не заплакал.
— Вот и все твои навыки, — усмехнулся Янь Уши, — считаешь, ты достоин быть учеником Шэнь Цяо?
Мальчик поднялся с колен и снова кинулся на Янь Уши, которому не составило труда в очередной раз отшвырнуть его в сторону.
— Глава Янь, — стоя в пыли, на коленях, сказал Шиу. — Разве равные у нас силы, чтобы мне одолеть вас? — в его глазах заблестели слезы от обиды и бессилия.
— Ты даже представить себе не можешь возможности этого достопочтенного. Но разве я прикладываю хоть каплю своей духовной силы, тренируясь с тобой? Я просто с тобой играюсь и вижу, что ты ни на что не годен и не достоин своего учителя.
Шиу стало так обидно, что он закусил губу, чтобы не расплакаться и, поднявшись, снова кинулся на Янь Уши. Тот немного поиграл с ним и ещё раз отшвырнул в сторону. Шиу больно шмякнулся на землю. Он снова встал и снова упал. Это происходило столько раз, что мальчик выбился из сил.
— Янь Уши, что ты делаешь! — послышался возмущенный голос Шэнь Цяо.
— Тренирую твоего ученика, А-Цяо, если ты сам этого сделать не в состоянии.
— Он же ещё совсем ребенок!
— Разве я прикладываю хоть каплю своей силы? Моя ли вина в том, что твой ученик ни на что не способен?
— Прекрати!
Шэнь Цяо подбежал к Шиу, поднял мальчика и начал отряхивать его от пыли.
— Учитель, я докажу, что достоин тебя, достоин быть твоим учеником, дай мне ещё немного времени!
Предательские слезы готовы были вырваться наружу.
— Все хорошо, Шиу, не нужно ничего доказывать.
Шэнь Цяо с укором посмотрел на Янь Уши.
— Глава Янь, достаточно ли хорошо затянулась твоя рана, чтобы начинать упражняться?
— Ты можешь проверить это прямо сейчас, А-Цяо, если в горячем источнике у тебя не было времени осмотреть мою зажившую рану.
Шэнь Цяо покраснел едва ли не до корней волос и замял эту тему.
Успокоенный Шиу, которого подбодрил Шэнь Цяо, сразу же пришел в хорошее расположение духа. Видя, как даос сюсюкается с ребенком, Янь Уши раздражённо пошел вперёд.
Они довольно долго шли по жаре и Шиу, в конце концов, устал.
— Учитель, нельзя ли хоть немного передохнуть?
— Ты знал, куда шел? — продолжал раздражаться Янь Уши. — Или ты думал, что все это игра? Это трудный и опасный путь, который не предназначен для сопляков, вроде тебя, путающихся под ногами у взрослых.
— Янь Уши! — воскликнул Шэнь Цяо.
— Все нормально, учитель! Я вовсе не устал, я смогу пройти ещё столько же и даже больше!
— Делаем привал, — сказал Шэнь Цяо. — Схожу, наберу воды.
Янь Уши присел на камне, его раздражала ситуация и то, что Шэнь Цяо бегает вокруг этого ребенка. Он хотел, чтобы этот путь они проделали с Шэнь Цяо вдвоем, без посторонних.
— Глава Янь, посмотрите, какая красивая бабочка! — услышал он радостный возглас Шиу.
На его раскрытой ладони сидела большая, яркая бабочка, словно чья-то неприкаянная душа. Янь Уши фыркнул и, ничего не ответив, отвернулся в сторону
Вскоре, вернулся Шэнь Цяо, неся в тыкве горлянке воду, которую набрал в источнике. Вначале, он напоил ребенка, затем протянул тыкву Янь Уши.
— Неужели этот даос вспомнил и обо мне! — воскликнул глава Янь и демонстративно отвернулся в сторону.
Шэнь Цяо не знал, что с этим делать и как примирить Янь Уши с тем, что в их жизни появился Шиу.
Они продолжали путь, Шиу не издал больше ни звука, ни единой жалобы не сорвалось из уст мальчика. Он мужественно терпел все, не смотря на то, что очень устал.
— Глава Янь, вечереет, думаю, стоит готовиться к тому, чтобы переночевать здесь.
Янь Уши молча пожал плечами, кладя на камень подстреленных воробьев и давая понять: "делайте, что хотите, готовьте сами".
Шэнь Цяо развел костер и начал готовить тушки птиц. После ужина Шиу спал, как убитый, утомившись в дороге. Янь Уши продолжал сидеть возле костра и молчать.
Шэнь Цяо не знал, что сказать, с чего начать разговор, поэтому выпалил свое привычное:
— Глава Янь!
— Что такое, А-Цяо? — не поворачивая головы, спросил Янь Уши. — Ты собираешься проверить, зажила ли рана этого достопочтенного?
Да, ведь он действительно забыл это проверить. Шэнь Цяо подошёл поближе и стоял, переминаясь с ноги на ногу. Янь Уши посмотрел на него, едва заметно улыбнувшись.
— Я позволяю тебе сделать это.





Глава 94. "Ты у всех будто кость в горле"

Шэнь Цяо неловко присел рядом, чувствуя, как обжигает жар, исходящий от костра. Янь Уши посмотрел на него.
— Если ты не собираешься осматривать рану, то и не морочь голову.
Руки Шэнь Цяо слегка дрожали, когда он раскрыл халат Янь Уши, чтобы осмотреть рану. На крепкой, идеально сложенной груди главы Янь, на которой плясали блики огня, виднелся шрам.
— Как видишь, А-Цяо, рана этого достопочтенного полностью затянулась.
Шэнь Цяо провел пальцами по его груди, желая убедиться, что все в порядке. Янь Уши поймал его руки и сжал в своих.
— Шэнь...
— Глава Янь... — только и проговорил Шэнь Цяо. Хотелось так много сказать, но вырвалось только это. В следующую минуту Янь Уши уже опустил его голову к себе на колени. Красота этого даоса при свете огня просто заворожила его. Янь Уши взял его голову за подбородок и долго разглядывал, пока Шэнь Цяо не покраснел от смущения. Янь Уши провел большим пальцем по его потрескавшимся губам, погладил спутанные волосы.
— Шэнь, я уже стар, уверен ли ты, что готов остаться со мной? — внезапно спросил Янь Уши.
— Глава Янь, ты же вовсе не стар, зачем ты говоришь такие глупости!
Янь Уши задумчиво вздохнул, смотря куда-то вдаль.
— Ах, А-Цяо, иногда мне кажется, что я стар, как этот мир! Не смотря на свою внешнюю оболочку, я чувствую сильную усталость от всего, за моими плечами остались долгие годы, уверен ли ты...
— Уверен! — не дав ему договорить, воскликнул Шэнь Цяо. — Этот бедный даос готов остаться с тобой, если ты не будешь против...
Янь Уши с задумчивой улыбкой продолжал водить пальцем по его губам, а потом наклонился ближе и Шэнь Цяо почувствовал его язык у себя во рту, а внизу живота стало горячо. Янь Уши углубил поцелуй, снова покусывая его губы. Его руки попытались стянуть с Шэнь Цяо халат, но даос мягко отстранил его:
— Глава Янь, пожалуйста, Шиу может проснуться...
Янь Уши стал мрачнее тучи, но, не смотря на это, не ушел. Казалось, он глубоко о чем-то задумался. Шэнь Цяо продолжал лежать у него на коленях, не зная, что сказать. Через некоторое время Янь Уши протянул руку, чтобы погладить его по волосам. Шэнь Цяо схватил его ладонь и прижался к ней щекой. Они продолжали сидеть молча, слушая, как в костре потрескивают сухие ветки. Янь Уши не мог избавиться от нехорошего предчувствия, которое терзало его.
— Глава Янь... — Шэнь Цяо смотрел на Янь Уши с преданностью и обожанием, в его глазах отражались языки пламени.
— Что?
— Спасибо, что остался со мной. Знай, я тебя очень ценю!
— Ага, я заметил. Готов променять этого достопочтенного на сопливого мальчишку, — огрызнулся Янь Уши.
— Глава Янь, не сравнивай чувства долга и совсем другие чувства в душе этого бедного даоса.
— Какие такие чувства? — с любопытством встрепенулся Янь Уши. — Ну-ка, расскажи мне.
Шэнь Цяо ничего не ответил и они ещё долго продолжали молчать у костра, пока, лёжа на руках Янь Уши, он, наконец, не заснул.
Утром они снова продолжили путь. Ничего не изменилось и становилось только хуже. Янь Уши всем своим видом показывал неприязнь к Шиу, его бесило, что Шэнь Цяо постоянно возится с ним. Достопочтенный все больше раздражался, выходя из себя. Шэнь Цяо молча терпел, игнорируя поведение Янь Уши. Он верил, что все, в конце концов, наладится, но иногда Янь Уши переходил все границы и его приходилось осаждать.
Вечером, как обычно, все трое собирались заночевать у разведённого костра. Янь Уши был так раздражен, что просто не разговаривал ни с Шиу, ни с Шэнь Цяо. Он занимался костром и отсел подальше от них. В который раз его одолевало странное, недоброе предчувствие. Эта гнетущая, нависшая над ними, тишина. Нездоровая, режущая слух. Янь Уши повернулся в сторону и увидел странное явление — летели, кружась в воздухе, персиковые лепестки. Это было более, чем странно, ведь персик давно отцвел, кроме того, не было и намека на персиковые деревья поблизости.
Когда до Янь Уши дошло, в чем дело, он молниеносно вскочил со своего места и загородил собой Шиу, в которого как раз летели эти, невесть откуда взявшиеся, лепестки персика, которые были ничем иным, как острыми клинками, готовыми пронзить насквозь. Из кончиков пальцев Янь Уши вырвалось голубоватое свечение, потоком своей духовной энергии он остановил смертоносное оружие — оно рассыпалось на черепки. Все были поражены этим зрелищем.
— Спасибо, глава Янь, что спасли меня! — воскликнул Шиу.
— Я тебя не спасал, я всего лишь предотвратил трагедию, чтобы дурак Шэнь не кинулся под эти клинки, загораживая тебя своим телом, — холодно ответил Янь Уши, даже не глядя на мальчика.
Все трое поняли, что враг вышел на их след и на этом дело теперь не закончится. В воздухе повисла зловещая, натянутая до предела, как тетива лука, тишина. Шэнь Цяо встал, готовый в любую минуту ринуться в бой. Он загородил собой ребенка.
— Шиу, сиди и не двигайся, — это приказ твоего учителя, — сказал даос. Янь Уши встал с другой стороны. Они закрыли Шиу собой.
— Только этих проблем нам не хватало... — проговорил Янь Уши.
Враг не заставил себя долго ждать и вскоре со всех сторон появились, словно вылезшие из темноты демоны, вооруженные люди.
Шиу уже один раз видел войну в своем городе, а теперь, завидев этих людей, весь сжался от ужаса, но в мыслях он прокручивал свои планы, что можно будет сделать, если они попытаются убить учителя.
— Сиди, и не двигайся, не шевелись, — сказал Шэнь Цяо. Янь Уши увидел запущенное в его сторону невидимое лассо и разрубил его в воздухе.
— Ты думала, я поймаюсь на эти уловки? — с презрением хмыкнул Янь Уши, смотря на женщину, которая была уже почти рядом. Она будто плыла по воздуху, ее яркие одежды развевал ветер.
— Янь Уши, кажется, что тебе пора на покой. Ты у всех будто кость в горле, — улыбнулась Юань Сюсю кроваво-красными губами.
— Ты, как всегда, выглядишь дёшево и вульгарно, — с презрением выплюнул Янь Уши, — твое место в каком-нибудь дешёвом борделе, например, в секте Хэхуань, где ты и находишься.
— Янь Уши, я уже поняла, что тебе нравятся мужчины, но не стоит из-за этого ненавидеть весь женский род.
— Почему же весь? Только дешёвых шлюх, вроде тебя.
Юань Сюсю приблизилась к нему, сделав попытку погладить Янь Уши по щеке и внезапно выпустив поток своей внутренней ци. Янь Уши еле успел увернуться в сторону. Его лицо обожгло, будто огнем.