плюс один
Т/и проснулась и сразу поняла: что-то не так. Тошнота, странная усталость, грудь болит. Она ждала месячные уже три дня. Обычно цикл как часы.
Она не сказала Ване. Пошла в аптеку одна, пока он был на записи. Купила тест, два, три — на всякий случай.
Дома, в ванной, трясущимися руками сделала первый. Две полоски. Второй — две. Третий — тоже.
Она села на край ванны и смотрела на них, как на приговор или чудо. Ещё не решила, что именно.
«Мы же предохранялись… почти всегда. Кроме одного раза, когда…»
Она вспомнила. Тот вечер, когда они поругались из-за ерунды, потом помирились, и всё случилось так быстро, что никто не подумал о защите. Один раз. Но этого хватило.
***
Т/и не плакала. Она сидела и думала.
Ребёнок от Вани. Того самого Вани, которого она френдзонила, потом притворялась, потом полюбила. Они вместе всего несколько месяцев. Слишком рано? Но Катя родила с Димой, и у них всё хорошо.
Она представила лицо отца. Ультиматум сработал слишком буквально.
А потом она улыбнулась.
— У меня будет малыш, — прошептала она.
— Наш малыш.
Страх не ушёл, но добавилось что-то тёплое, тягучее, как ртуть, только живое.
***
Она ждала его дома в тот же вечер. Сидела на диване, обхватив колени. Телефон с фото тестов лежал рядом.
Ваня вошёл, бросил куртку, поцеловал её в макушку.
— Ты какая-то задумчивая. Что случилось?
— Вань, садись.
Он сел, насторожившись.
— Ты меня бросаешь?
— Нет. Но, возможно, захочешь бросить меня ты, когда узнаешь.
— Т/и, говори уже.
Она протянула три теста, чёткие две полоски.
Ваня взял их, приблизил к лицу, будто не верил глазам. Помолчал. Потом перевёл взгляд на её живот.
— Ты… мы…
— Я беременна, — сказала она.
— От тебя. Тот раз, когда… ну, ты помнишь.
Она ждала крика, паники, вопроса «как так вышло». Вместо этого он обнял её так крепко, что она почти задохнулась.
— Ты правда? Не шутишь? — голос его дрожал.
— Правда.
Он отстранился, положил ладони на её ещё плоский живот и заплакал. Не стесняясь. Не скрывая.
— У нас будет ребёнок. Т/и, это… я даже не знаю, что сказать. Я так счастлив.
— Ты не злишься? — удивилась она.
— Злиться? Ты носишь моего ребёнка. Как я могу злиться?
Она сама разревелась. Они сидели, обнявшись, и плакали оба — от неожиданности, от счастья, от страха, от надежды.
***
На следующий день т/и пришла в салон и без слов положила тест перед Катей.
Та посмотрела, подняла глаза на подругу, посмотрела снова на тест.
— Ты же предохранялись?
— Почти всегда, —виновато сказала т/и
— Почти.
Катя выдохнула, потом улыбнулась и встала:
— Ну, здравствуй, будущая мамаша. Гордею будет с кем играть.
Они обнялись, и Катя прошептала:
— Ты будешь замечательной мамой. А Ваня — папой, который укачивает под гитару.
— Ты правда так думаешь?
— Уверена.
***
Т/и позвонила отцу вечером. Долго не решалась, потом набрала.
— Пап, ты говорил про внуков. Я… у меня будет ребёнок.
Молчание. Она испугалась.
— От Вани?
— От Вани.
— Когда свадьба? — спросил он сухо, но без злости.
— Мы не обсуждали ещё…
— Обсудите. Я не хочу, чтобы мой внук рос без отца. Но парень он хороший, я присмотрюсь. Поздравляю, дочь.
Он повесил трубку, но через минуту пришло сообщение от мамы: «Отец плачет от счастья. Только не говори ему, что я сказала».
Т/и улыбнулась.
***
Он уже на следующий день купил книгу «Всё о беременности» и читал её ночами.
— Ты чего не спишь? — спрашивала т/и, просыпаясь.
— Читаю про первый триместр, — бормотал он.
— Тебе нельзя кофе, острую еду и нервничать. И ещё тебе нужны витамины. Я завтра куплю.
— Вань, я сама схожу…
— Нет. Ты отдыхаешь. Я забочусь.
Она смотрела на него — растрёпанного, серьёзного, с книгой в руках — и понимала, что ни за что на свете не променяла бы его на другого.
Потом он включил «Ртуть» тихонько.
— Пусть привыкает, — сказал он, поглаживая её живот.
— К хорошей музыке.
Она засмеялась и заснула у него на плече.