32 глава
Вечером, после бала, я была такой уставшей, что уснула, едва коснувшись головой подушки, и даже не заметила, что Его Темнейшество, вопреки уже сложившейся привычке, не пришел, не завалился под бочок и не облапал во сне, как плюшевого мишку…
Зато посреди ночи меня разбудило кое-что другое!
Еще бы не проснуться, когда что-то тяжелое и круглое прыгнуло на грудь, да еще и с ментальными воплями.
— Дина! Дина! Дина!
— Тьфу, напугал… — едва выдохнула я, дрожащими руками спихивая Шойшо на кровать. Подобного пробуждения никакие нервы не выдержат. — Что случилось, почему ты кричишь?
— Плохо! Плохо! Плохо много сладкого! Заболеют! Заболеют! Уже заболели!
— Что заболеет? То есть, кто заболел? — я села и взяла нетерпеливо прыгающего по покрывалу домовенка на колени. — Перестань верещать и расскажи по порядку.
Как же я была права, когда наученная детьми и внуками, в самом начале нашего знакомства успела объяснить Шойшо, что конфеты хороши исключительно в меру. Я даже позволила домовенку слегка перебрать с яблочным мармеладом, и теперь мохнатик любит все сладости, кроме тех, что имеют яблочный вкус. Зато сам убедился: от сладкого тоже может быть очень плохо.
Н-да… теряя шлепанцы и спотыкаясь, я неслась через темный сад, попеременно то проклиная дурных малолеток, то благодаря всех богов за эльфийское зрение, без которого спасательная экспедиция убилась бы о развесистую природу, не отходя от крыльца.
Сама не знаю, какими буераками мы пробирались и куда, в конце концов, выбрались, я просто следовала за домовенком, а он с писком мчался сквозь заросли, а потом по узким коридорам, даже не оглядываясь на меня. Так или иначе, сумасшедший бег закончился в тесном незнакомом дворике, вымощенном блестящей каменной плиткой, у маленького фонтанчика, мраморная чаша которого густо поросла мелколистным темно-зеленым плющом.
Я чуть не налетела на эту чашу и пару секунд просто хватала ртом воздух, пытаясь вдохнуть. Эльфийское тело — штука полезная, но спринтерские забеги все равно так просто не даются.
Едва отдышавшись, я чуть не села прямо на камень от ужаса: по всему дворику тут и там темнели маленькие темные сгустки, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся неподвижными и раздутыми, как воздушные шарики, домовятами. Кто-то еще полз, кто-то едва слышно икал и попискивал, а кто-то только и мог, что жалобно моргать глазищами.
Придерживаясь рукой за мшистый влажный каменный бортик, я обогнула фонтан и чуть слышно зашипела сквозь сжатые зубы, как злобная гадюка.
Никогда не была сторонницей физических методов воспитания, хотя, признаюсь, пару раз ладонью по попе от меня досталось обоим деткам, а потом и внуку. Внучка оказалась умнее и осторожнее, границы бабушкиного терпения чуяла заранее.
А вот сейчас, если бы мне дали ремень, кое-кто не сел бы на задницу неделю! Идиотка малолетняя!
Понимание ситуации пришло мгновенно, а вот если бы меня попросили объяснить словами, это заняло бы гораздо больше времени.
Вот уж точно, Жизель — племянница своего дяди. Я слышала о том, что у девочки магические способности еще толком не проснулись, но первые всплески пошли. И вот именно сейчас всплеснуло так, что накрыло всех, кому не повезло оказаться поблизости.
У девчонки проявился дар менталиста.
По этому случаю малолетняя дебилка, прости господи, первым делом сняла с себя дядин амулет, потому что ей показалось, что “гадость” нарочно подавляет ее магию, следит, и вообще, “ошейник, как на собаке”.
В результате, Жизель фонила своими эмоциями на весь ментал, и после первой пары секунд, когда мне показалось, что я просто оглохла, все случившееся стало ясно, как летний полдень на лужайке.
Сначала у несчастной деточки отобрали любимую игрушку — эльфа. Ну, то есть в ее исполнении — украли любовь. Потом злые родственники навязали какого-то дурацкого жениха. Дальше — больше, посмели поставить в пример мерзкую воровку чужих любовей, эту ушастую стерву, эту… эту… в общем, кошмар и никакого понимания тонкой трепетной девичьей души.
Ну и венцом всему послужил сегодняшний бал, когда провалилась ее благородная попытка показать Илуватариону, что его невеста, на самом деле, противная, высокомерная светлая снобка, которая бросит жениха при первом же удобном (или неудобном) случае.
Мало того, что гадина никого не бросила, так несчастную влюбленную девочку буквально втоптали в грязь!
И кто — мать, родная мать! И отец промолчал! Даже не подумал вступиться за свою любимую девочку, за свою принцессу… а злобный дядька, вообще, чуть не запер в подземелье, а потом приставил конвоира, как к преступнице! Страшного, противного паука!
Особенно влюбленную козу уязвили слова матери о том, что невеста Илуватора гораздо больше леди, чем Жизель. Да что они все, слепые?! Сами же! Сами считают ее малолетней дурочкой, не дают заняться чем-то серьезным, не понимают, как она старается… даже отец!
Последней каплей для начинающей менталки стало неприятное открытие: даже папочка не воспринимал ее всерьез и просто обманывал, подсовывая ненужные бумажки… как младенцу! Как… как подачку придворной собачонке, чтобы не тявкала и не путалась под ногами!
Полночи принцесса рыдала над своей загубленной жизнью, а потом обозлилась на весь мир и решительно отправилась на подвиги. Доказывать всем и вся, что она — не ребенок, не дура и не кукла!
Не дура и не кукла выгребла в связанную узлом нижнюю юбку все запасы сладостей, что успели ей надарить за время пребывания в дядином замке — получился увесистый тюк. Затем вылезла в окно, потому что под дверью дежурил паучий караул, отошла на безопасное расстояние, избавилась от амулета… и доказала всем, что хваленые заслуги распрекрасной леди Диндэниэль не стоят и конфетного фантика!
Все бы ничего, если бы не ментальные способности. Пылающая эмоциями паразитка стянула в маленький дворик всех домовят, которым не посчастливилось в этот момент заниматься своими делами поблизости. А их оказалось больше двадцати.
Я так поняла, что осторожные мохнатики пришли сюда не совсем добровольно, но от конфет не отказались. Только вот дальше все пошло как-то не так, как планировала принцесса.
Бедные домовята с непривычки просто… да обожрались они, причем настолько, что как бы не померли, вообще. Даже торжествующая Жизель, в конце концов, начала понимать — происходит что-то очень неправильное.
Вот только новоявленная командирша, с шашкой и конфетой, понятия не имела, как исправить содеянное. И, похоже, собиралась либо рыдать над тушками дохлых обжор, либо просто трусливо сбежать.
Хотя нет. К чести принцессы надо заметить, что секундный порыв малодушия она задавила сразу. И теперь растерянно застыла между темными комочками, даже не решаясь взять малышей на руки.
— Не стой столбом, идиотка! — рявкнула я на девчонку, подхватывая первого из улешиков. — Смотри, как надо!
Да, был у меня в жизни такой печальный опыт, когда сыночка наглотался каких-то подозрительных ягод с куста. Двухлетний малыш сам себе два пальца в рот не сунет, пришлось маме одной рукой держать извивающееся и орущее, а другой… надеюсь, перепуганный пушистик не откусит мне полруки, а то зубки у них очень даже есть!
Жизель в первую минуту опешила, потом ее саму едва не стошнило, а ментально передернуло так, что даже у меня желудок непроизвольно подпрыгнул к горлу. Но оно и к лучшему, потому что парочку домовят тоже накрыло, и они спешно избавились от съеденного. Один, так вообще — прямо на туфельки “кормилицы”.
— Да как ты смеешь, эльфа! Я принцесса, а ты… — возмущение Жизель явственно захлебнулось в неприятных звуках и запахах.
Но девушка даже не отпрыгнула от фонтанирующего липкой гадостью пушистика, только жалобно сморщилась, и… рядом застонал еще один домовенок. Сжав зубы, причем ментально тоже, Жизель кинулась лечить обжору, пользуясь моим методом. Чем невольно заслужила капельку уважения.
Минуты через две мы были по самые брови в чем-то темном, липком и пахнущем отнюдь не конфетами. Зато “облегченные” улешики, пусть все еще нервно икая и попискивая, явно начали оживать.
Правда, радоваться было некогда, большая часть домовят по-прежнему нуждалась в помощи.
— Какая замечательная диверсия, — произнес спокойный голос. — Думаю, вам понравится в подземелье, леди Жизель. А об отце вы подумали? Он не вынесет такого позора.
Проштрафившаяся леди застыла столбом, а я сердито рыкнула на материализовавшегося из темноты эльфа:
— Нашел время нотации читать! Лучше помоги! И ты не стой, не стой! Вон, один поросенок за фонтан уполз, займись! — это уже девчонке. Плевать мне было в этот момент, кто тут принцесса, а кто — лорд. Некогда титулами меряться.
Илуватор посмотрел на меня искоса и ядовито хмыкнул:
— Используйте свои ментальные способности, если хотите исправить случившееся. Времени у вас немного. Через минуту здесь будет седешшер арахнидов, чтобы сопроводить преступницу в подземелье. Вас же обратно домой провожу лично я.
Жизель ничего на это не ответила, только съежилась и опустила плечи, но упрямо пошла туда, куда я ее послала — ловить уползающего домовенка. И лечить проверенным способом. Я тоже не стала заморачиваться лишними сложностями, только зыркнула на “жениха” взглядом злобной гадюки.
— Ментально вы сделаете это быстрее, — продолжал издеваться ушастый паразит.
— Если знаешь как — сделай, — не выдержала я. Интересно, он им всем сейчас ментальную клизму предлагает прописать? Так я не умею. — Ты не в курсе, что таким вещам надо сначала научиться? — и выразительно кивнула на упорно занимающуюся насилием над пушистыми шариками Жизель. Насчет собственной персоны я предпочла конспиративно умолчать.
— Сосредоточьтесь и попытайтесь соединиться с разумом окружающих вас улешей. Уверен, при желании вы сможете связаться сразу со всеми, ведь вы — очень сильный маг.
— Связалась, и дальше что? — вот зла я, зла! Не знаю, как командовать тошнотой, пусть даже ментально! Тут своей-то не особо получается, а про чужую и говорить нечего.
— А теперь попробуйте надавить вашей силой, отдайте мысленный приказ.
Да едрить тебя скрипичным ключом через басовый конец, теоретик, нашел время для учебы! Вон тот мохнарик уже и не пищит, и не шевелится!
Я так рассердилась, что, по-моему, соединилась разумом не только с домовушками, но и с кем-то еще. И когда красочная картинка неудержимой рвоты встала перед глазами, мне вдруг почудилось, что у моего приказа есть эхо.
И еще какое!!!
Тому, что мой собственный желудок попытался срочно эвакуироваться, я даже не удивилась. У него все равно не вышло, организм всего лишь вывернулся наизнанку и познакомил каменные плитки дворика с моим ужином. А вот аккомпанемент… который доносился сквозь шум в ушах и странный звон, как будто сдвинулись тяжелые металлические щиты… аккомпанемент говорил о многом.
Н-да… отмывать будем долго. И двор. И домовят. И себя. И принцессу. И эльфа, чтоб ему ни кантаты, ни терции! Наизнанку вывернуло ВСЕХ.
Правда, когда я откашлялась, переборола отвратительный привкус во рту и протерла слезящиеся глаза, выяснилось, что Илуватор свои внутренности сумел удержать от необдуманных поступков. Максимум, подавился. Зато ему щедро досталось от близлежащих шариков, из которых бывшие сладости извергались фонтаном.
Жизель со своим ужином тоже попрощалась и теперь выглядела не принцессой, а привокзальной замарашкой, но сопела решительно и гордо. Даже плечи расправила. Правда, вот ментальное ощущение от нее шло совсем другое. Не заносчивая соплячка, а просто упрямая девчонка, которая натворила глупостей, но теперь готова за них отвечать.
А в кустах чуть поодаль кто-то шепотом матерился сквозь зубы и яростно, но тихо отплевывался. Нотки-линейки, скоро тут весь замок соберется, на процедуру принудительной очистки желудка!
Я недовольно покосилась на невозмутимую эльфийскую сволочь и пошла умываться в фонтанчике. И Жизель за собой поманила, а она не стала упираться.
Слегка оклемавшиеся улешики с тихим писком скучковались вокруг возбужденно подпрыгивающего Шойшо и настороженно хлопали на нас глазюками. Было видно, что малышам все еще здорово не по себе, но, слава октаве, помирать никто из них больше не собирался. Парочка особенно аккуратных уже сопела и похрюкивала, очищая запачканную шерстку.
— Все поняли, что спички детям… тьфу! — я прополоскала рот водой из фонтана и строго посмотрела на малышей. — Что много сладкого есть вредно? Три конфеты в день, и ни одной больше!
По тому, как они хором запищали и быстро закивали мохнатыми прическами, я поняла, что попала. Конфеты придется заказывать мешками, потому как вся эта компания заявится за сладостями именно ко мне, как только слегка отойдет от сегодняшних незабываемых впечатлений. И хорошо, если они не приведут с собой родственников, друзей и просто знакомых.
Кстати, если внимательнее прислушаться к домовушкиным эмоциям, конкретно эти пострадавшие конфетам предпочтут персики и прочие фрукты. По крайней мере, еще какое-то время.
— Стихийный выброс ментальной магии, принцесса? — вот откуда было эхо. Получается, это мы с Ее Высочеством синхронно “надавили”, чуть все кишки не выдавили… — Ваш дядя от души повеселится. Что ж, леди Жизель, за вами пришли.
Старательно запугивающий принцессу гебешник махнул рукой в сторону напряженно застывших в проходе пауков. Тех тоже, видимо, накрыло на подходе — ребята стояли с такими лицами, словно боялись, что взбунтовавшиеся организмы выпрыгнут наружу, стоит только разжать побелевшие от напряжения губы.
— Оставлять вас без присмотра опасно, следить за вами до утра я не намерен. Так что или в подземелье, или можем разбудить ваших родителей и поручить им присмотреть за своей преступницей-дочерью до суда.
— Перестань строить из себя злыдня, — мое ментальное недовольство было предназначено исключительно Илуватору. — Не видишь, девчонка сама уже все поняла? И за отца переживает. Он пожилой человек, как бы, и в самом деле, не словил сердечный приступ…
— Лорд Илуватарион! — ага, так вот кто матерился в кустиках. Шустрый мальчик. И решительный. — Уверен, моего поручительства, как жениха, будет достаточно! Леди Жизель совершила ошибку, но всем понятно, что речь идет о досадном недоразумении, а не государственном преступлении. Если это будет необходимо, я возмещу убытки… и буду везде сопровождать леди до тех пор, пока в этом не исчезнет необходимость.
Молодец мальчишка, ему даже слегка покрасневшие глаза и перепачканная рубашка не мешают выглядеть внушительно. И непреклонно.
— Заставь девчонку саму все здесь отмывать, и хватит с нее, — предложила я эльфу, все так же ментально.
— Хорошая идея, — хмыкнул он мысленно, а вслух произнес: — Ну, хорошо. Сделаем так. Обычно, за порядком в замке следят улеши, но из-за вашей очередной эгоистичной выходки, о которой не сообщат вашим родителям, только из-за моего уважения к вашей матери… и благодаря своевременному вмешательству леди Диндэниэль… А также поручительству вашего жениха, Его Высочества принца Лоренса… — Илуватор слегка небрежно, но с определенной долей уважения и даже сочувствия кивнул парню, а Жизель непримиримо сверкнула глазами в ту же сторону и смешно надула губки. — Так вот, из-за вашей глупости улеши не смогут очистить здесь все от следов вашего преступления. Придется вам лично позаботиться об этом. И, так как принц Лоренс магом не является, а я присматривать за вами не собираюсь, наводить чистоту вам предстоит собственноручно, Ваше Высочество. Моющие средства сейчас принесут. Торопитесь, до рассвета не так уж много времени.
Вот же вредная эльфятина, выговаривает таким тоном, словно ему прямо в удовольствие опускать едва сдерживающую слезы девчонку. Одно хорошо — нежные чувства у принцессы тают на глазах. Наверняка ушлый советник гнобит ребенка в воспитательных целях, и ведь даже возразить нечего. Жестко, но правильно.
Жизель растерянно заморгала и обвела глазами уляпанный по самую верхнюю ноту дворик. Да тут ручками на пару дней работы, особенно такими неумелыми. Что уж там про рассвет-то вспоминать.
— Зато сможете потом гордо всем говорить, что одно полезное дело точно сделали, — прямо-таки демонстративно издевался Илуватор.
Я бы сама первая пинка отвесила, если бы не чувствовала его ментальный настрой в этот момент. Мужик вовсе не радовался чужому унижению, более того девчонку ему было жалко. Но он твердо шел по пути педагогической целесообразности.
— Возможно, хотя бы будущий муж оценит ваши способности к поддержанию порядка.
Так или иначе, своего он добился. Жизель гордо выпрямилась, сжала губы и пронзила бывшего кумира таким взглядом, что я порадовалась — хорошо, дырки глазами она делать не умеет. Зато в этой позе уже не было ничего заносчиво-детского, капризного, а врожденное упрямство, наконец, нашло себе полезное применение.
— Я, пожалуй, останусь, — мое негромкое заявление прозвучало так неожиданно, что все обернулись. А я пожала плечами и добавила ментально, специально для своего “жениха”:
— Результат надо закрепить. К тому же, они все равно не справятся сами, да еще, не дай октава, переругаются… дети же. Лучше я присмотрю. И заодно постараюсь наладить контакт с девочкой.
— Я рассчитывал выспаться, — ментальное ворчание Илуватора было полно сдержанного неудовольствия. Но вслух он выдал прежним издевательским тоном: — Так как вы еще начинающий маг, леди Диндэниэль, то мой запрет распространяется и на вас. Но вы можете поиграть на гитаре — принцессе Жизель будет веселее трудиться. — И снова ментально добавил: — Я буду поблизости. И, если вас не затруднит, не устраивайте больше стихийных выбросов, а то довольно сложно одновременно спать и удерживать магические щиты.
— Не будем, — заверила я и так же мысленно послала парню благодарность за понимание и сочувствие по поводу усталости.
Пару минут после того, как Илуватор и его милые паучки скрылись из виду, все молчали. Потом Жизель решительно насупилась, взяла одну из незаметно доставленных тряпок и плюхнула ее прямо в фонтан. На меня и на своего будущего мужа она демонстративно не обращала внимания еще, примерно, минут пять, в течение которых с упорством енота полоскала тряпку в воде. А потом не выдержала:
— Я слышала! Ты нарочно это придумала, чтобы меня унизить? Это ты предложила лорду Илуватариону заставить меня мыть здесь все руками!
Вот же… менталка начинающая. Впрочем, оно и к лучшему. Потому как, судя по высказанным претензиям, слышала мелочь далеко не все из нашей мысленной беседы с эльфом, а только то, что я в запале подумала слишком громко.
— Причем тут унижение? — я отобрала у нее тряпку, выжала и положила на бортик, а потом кивнула юному добровольцу: — Набери воды в ведра, незачем портить весь фонтан, — и снова обратилась к Жизель: — Лучше было бы, если бы он устроил разборки со стражей и подземельями? А так подумаешь, пара часов работы, и здесь будет чисто. Тем более втроем мы еще быстрее справимся.
— Я принцесса! Мне не пристало… — привычная маска избалованной куклы неожиданно подвела хозяйку. Она сама поняла, как нелепо это выглядит со стороны. И добавила упавшим голосом: — делать глупости…
— Да ладно, иногда можно, — совершенно неожиданно подал голос до сих пор молчавший парень. Он засучил рукава своей пижонской шелковой рубашки, зачерпнул полное ведро воды и поставил его перед девушкой. — Все ошибаются. И ты не исключение. Главное, руки не опускай, а то эти… взрослые… живо заклюют: “Ах, деточка, возьми лучше куколку, поиграй, только не мешайся под ногами, мы тут заняты важными государственными делами!”.
Лоренс так забавно передразнил чей-то заботливый кудахчущий голос, что никто не смог удержать улыбку. И он сам первый расплылся в такой шкодливо-веселой гримасе… вот ни разу не королевской и, вообще, не вяжущейся с “Высочеством”.
Жизель пару секунд смотрела на него с открытым ртом. Паршивец, нисколько не смущаясь, дразняще-ласковым жестом поддел ее под точеный подбородок:
— Осторожнее, фея залетит. Ну чего ты застыла? Тебе самой не надоел весь этот придворный этикет?
Девчонка фыркнула, отстраняясь, и попыталась принять независимый и гордый вид. Но пухлые розовые губки против воли кривились, пытаясь спрятать улыбку. И чтоб мне последней ноты не видать, но это было похоже на самое обычное девчачье кокетство, а не на заносчивый снобизм.
— Ладно, голубки, потом поворкуете, — подхватила я игривый тон. — Тряпки сами за нас работать не станут. Значит так… для начала неплохо бы смыть самое страшное. Берем ведра, черпаем из фонтана и льем, не скупясь.
Через час не только двор, но и мы все трое были насквозь мокрыми (зато относительно чистыми), потому как с подачи Его неожиданного Высочества, в процессе поливания двора мы малость разошлись и здорово полили друг дружку. Эти двое скооперировались, и мне пришлось отступить за фонтан, но зато и пижама моя лучше всего отстиралась. Главное, в процессе все как-то забыли, кто мы есть и чем, вообще, занимаемся. Вроде как маялись дурью в свое удовольствие, а не отбывали наказание. Жизель поначалу дичилась и смотрела большими недоверчивыми глазами, но потом…
— Почему ты осталась мне помогать? — прямо спросила она, когда мы согнали грязную воду с брусчатки в предусмотрительно устроенный сток в углу двора.
— Потому что ты не сбежала и не бросила мелких, — не колеблясь, ответила я. — И за это я тебя уважаю. Не за то, что ты принцесса и племянница Повелителя, понимаешь? А за то, что ты человек, который умеет отвечать за свои поступки.
— Именно поэтому она станет моей королевой, — Лоренс незаметно подошел сзади, и в его голосе в этот момент не было ни капли шутливости.
Что меня порадовало больше всего — когда парень приобнял свою “королеву” за талию, та не стала сбрасывать его руку.
До рассвета мы все успели, вот что значит правильно организовать королевскую рабочую силу. Чудесная парочка получилась, так что теперь можно спокойно спать… только сначала надо как-то незаметно выудить из кустов пригревшегося там эльфа.