30 глава
Мы уже ушли довольно далеко по дорожке между разросшимися кустами сирени, когда господин эльф вдруг притормозил и поинтересовался:
— Скажите, леди, насколько сильно вас отвлекают мысли ваших подруг?
— Отвлекают? — я сначала удивилась странному вопросу, а потом задумалась.
Отвлекают… да вроде не сильно, но… поскольку компания девчонок, в принципе, не умеет молчать, я как-то не обращала внимания на то, что градус веселого щебета слегка зашкаливал. И первые полчаса эмоциональный “шум”, дополняющий нашу трепотню, немного напрягал. А потом привыкла.
— Не очень, — честно призналась я эльфу после краткой паузы.
— Но вы их слышите? — уточнил въедливый гебешник. — А если предположить, что вокруг вас оказалось гораздо больше мыслящих существ?
— И что? — не сразу поняла я. — На занятиях в гареме тоже… — так, стоп.
В гареме-то, в гареме… но почему-то мне кажется, что сейчас я стала слышать эмоции и даже мысли окружающих гораздо… нет, не громче, а словно бы четче. И их, этих мыслей, стало больше.
— Вы полагаете, при большом скоплении людей мне придется… туго?
Эльф как-то странно хмыкнул на мое последнее слово, потом сделал пару пассов над моей головой.
— Я поставил вам ментальный щит, защищающий от входящих мыслей. Щиты, оберегающие ваши собственные размышления, вы интуитивно научились ставить сами. Но если вдруг почувствуете себя странно, плохо, неуютно… обязательно сообщите мне об этом. И еще, — сейчас он выглядел серьезным и собранным, а вот высокомерия и надменности не осталось ни капли. — Если вы вдруг даже через щит услышите какую-то интересную или необычную мысль, потрудитесь отвлечься от всеобщего веселья и незаметно обратить мое внимание на источник.
— Хорошо, — так же серьезно кивнула я. — Если мне что-то покажется необычным, неправильным или просто непонятным, я дам вам знать. Я правильно поняла, что на балу вы будете рядом? И к вам можно будет обратиться ментально?
— Да, я буду все время рядом, — тут Илуватор как-то очень загадочно ухмыльнулся. — Ведь вы же моя невеста, не забыли?
Не знаю, в каком месте он поставил свой отражающий щит, но его ментальный сарказм не уловил бы только слепоглухонемой пенек.
— Вас забудешь, как же! — не менее ехидно парировала я, решительно выбиваясь из образа “девочки-всеобщего-солнышка”. — Тут только зазевайся, и вы своим ядом в момент растворите пол на три шага вокруг! — и улыбнулась, невинно-невинно.
— Каждый выживает, как умеет, — хмыкнул эльф, причем хмыкнул одобрительно.
Мы замолчали, углубившись в собственные мысли. Я, например, в который раз подумала, что крепость Темного Властелина — редкостно загадочное место. Потому что вот мы вроде шли по знакомым дорожкам… а вышли опять не пойми куда.
То ли я ни разу не была в этом коридоре, то ли его обитатели так расстарались в преддверии праздника, но выглядело все просто волшебно. Стены были задрапированы темно-синей, даже на вид шелковистой и мягкой материей, на которой жемчужными отблесками от круглых магических светильников переливалась серебряная вышивка.
Не выдержав, я подошла поближе к этому произведению искусства, но не решилась дотронуться. Вязь выглядела хрупкой, как упавшая на рукавицу снежинка. Сзади меня одобрительно хмыкнул советник:
— Вам нравится, леди?
Я заворожено кивнула.
— Считается, что арахниды — дикое племя, но они умеют не только убивать.
Я удивленно оглянулась — что за глупости? Никогда так не думала. Хотя… у меня, как нездешней, другие стереотипы.
Но только после слов Илуватора я осознала, что необычная вязь — это паутина. А присмотревшись, поняла, что за драпировочной тканью еще немало места. Мои подозрения подтвердил пушистый паучок, пробежавшийся по стене. Похоже, это украшение выполняет не только декоративные функции.
Долго любоваться не получилось, эльфийский советник увлек меня дальше, к резным дверям в конце коридора. Миновав их, мы оказались… вроде как в прихожей. Или приемной, не знаю, как это называется. Во всяком случае, здесь было полно народу, и все явно ждали, когда же их пригласят пройти дальше — в другие двери, за которыми как раз и находился бальный зал.
Стены и тут были украшены темно-синей драпировкой, с которой удивительно гармонировали ажурные золотые и серебряные цепочки, свисающие с потолка. Казалось, что это застывшие во времени струйки дождя, мановением руки искусного заклинателя застывшие на полпути к паркету. На некоторых из них висели драгоценные камушки в виде паучков. Но легкий ментальный фон показал, что и здесь не все так просто.
Повелитель — настоящий паран…. перестраховщик.
Илуватор чуть притормозил и склонился к моему уху, причем со стороны это выглядело на редкость интимно:
— Главное, чтобы мы с вами производили впечатление влюбленной пары, — я кивнула, сопроводив этот жест легкой полуулыбкой. — И не перестараться! — а это он уже прошипел ментально.
Интересно, в моем щите он специально оставил дырку для себя?
Мой “жених” снова склонился, приобняв за талию, под косыми взглядами эльфов и людей, столпившихся поблизости.
— Вы всегда будете прекрасно слышать мысли, направленные лично вам и в вашу сторону, потому что вы — ментальный маг, — да, “влюбленная” улыбка у него, как у крокодила.
Зато я кожей ощутила, как множество глаз скользит по моему лицу, платью, прическе… спотыкается на эльфийском колечке. Интересно, щиты гебешника все же проницаемы для эмоций, или товарищи гости так пялятся, что никакой магии не уберечь от этого неприятного чувства главной зверушки в зоопарке?
— Лорд Илуватарион из рода Мориервиалль и леди Диндэниэль из рода Эллервиаль, — громко объявил кто-то по ту сторону двери, и резные створки медленно отворились.
Нотки-линейки, где мои пятнадцать лет? Именно тогда я мечтала попасть на бал к принцу и сразу оказаться в центре внимания. Потом поумнела, но ничто, как выяснилось, в этих мирах не остается безнаказанным. Даже глупые девчачьи мечты.
Интересно, а вот то место, на которое меня отвел Илуватор, оно что-то значит в местной иерархии? Справа от пустого трона, но почти вплотную к нему. Наверняка, судя по едва заметному кивку гебешника. Он мои мысли прочитал, или у меня лицо настолько выразительное? А вроде стараюсь делать невозмутимое выражение… зато появилась возможность оглядеться. Красиво…
Свисающих ажурных цепочек здесь не было, зато добавились цветы, уже знакомые мне по интимной русалочье-паучьей сцене у озера. Белые кувшинки плавали в больших чашах, расположенных по краям залы. Темно-синий оттенок драпировок в зале сменился темно-зеленым. В качестве дополнения к магическому освещению по всему залу медленно парили то тут, то там маленькие светлячки. Весь зал создавал иллюзию большого сада, а аромат цветов перебивал все остальные запахи.
— Мы с вами открываем дорогу для всей остальной эльфийской аристократии, — пояснил между тем мой спутник, поддерживая меня под руку.
И действительно, следующие пятнадцать минут мы стояли и слушали нескончаемое щебетание заковыристых эльфийских имен, а высокие леди и лорды вливались в зал полноводной рекой. Но так близко к трону ни один эльф не подошел, выстраивались слева и довольно далеко, почти у самого входа.
А, ну да, они ж тут на правах индейцев-аборигенов… в смысле, покоренная раса. Хи, главное не подавать им идей, которыми в наше время успешно и весьма прибыльно пользуются огрызки коренного населения Америки. Казино в резервации, например…
Вот уж кому особенно не хотелось бы дарить такие полезные мысли — так это мелькнувшей в толпе Высокой Леди четвертого поселения. Ага, я наконец-то выучила, как называлось то место, из которого произошла доставшаяся мне эльфийская внешность.
Леди встретилась со мной глазами, и ее физиономия стала… так, не хихикать. Не хихикать, сказала! Да, я знаю, выпученные глаза лягушки, в сочетании с эльфийскими ушами — это очень смешно. Но у нас тут конспирация, и вообще!
Вон, товарищ гебешник стоит, как каменный, и это при том, что у него от сдерживаемого смеха трясется локоть, на который я опираюсь. Ему тоже нравятся мои ассоциации, кто бы мог подумать!
Судя по всему, эльфов пустили последними, в порядке очередной воспитательной процедуры по урезанию расового чванства. То есть, как мысленно пояснил Илуватор, к дверям они обязаны были явиться раньше всех и смиренно ждать в сторонке, пока основная толпа гостей, включая “презренных людишек” и, конечно, “темных тварей” займет свое место вокруг трона Повелителя.
Теперь все гости в сборе, и можно ждать явления красна солнца, в смысле, Виланда.
Но первыми появились вовсе не Их Темнейшества, а Их Восьминожества. Причем не через двери, а хлоп так и попрыгали откуда-то сверху, такое впечатление, что с потолка. Было очень похоже на показательные выступления десантников, которые браво высыпались из вертолета прямо в центр вражеского детского сада.
Гости предусмотрительно рассредоточились по стеночкам, а паучий десант под резкую ритмичную барабанную дробь изобразил танец с саблями. Натурально, с саблями — по две штуки на каждую арахнидскую личность. И получилось у них очень воинственно, красиво и, вообще, здорово.
Я увлеклась, даже ногой слегка притопывала в ритм, на что мой эльфийский жених покосился с заметным удивлением.
Едва смолк невидимый барабан, по звучанию очень похожий на японский тайко, распахнулись еще одни двери — не те, через которые впускали в зал гостей, а другие, расположенные в конце зала, за троном Повелителя. Первыми в них показались опять же арахниды, в частности второй советник и главдама всея гарема.
И только потом, дождавшись, пока присутствующие осознают величие момента и склонятся в придворном поклоне, нас почтил своим присутствием ОН. В смысле — Темный Властелин во всей красе, с семьей.
Леди Оливия шла под руку с импозантным седым мужчиной, судя по всему, мужем, а леди Жизель с кислой миной выступала рядом со своим ровесником. Симпатичный парнишка, незнакомый, и что-то есть у него в лице или… в эмоциях? На спутницу он смотрит влюбленными глазами и в то же время… словно бы с легкой смешинкой во взгляде. Не насмешкой, а именно доброй смешинкой.
Илуватор рядом со мной чуть шевельнулся, и от него пришло четко осознаваемое облегчение, сформулированное весьма красноречиво: “новая жертва”.
Сам Виланд был один, весь такой величественно-спокойный, и при этом его аура явственно давила, принуждая всех склониться еще раз. Вот, теперь его властелинство не вызывает ни малейших сомнений. И правильно, наверное. Легче сразу всех немного нагнуть, чем потом каждому доказывать, как ты крут.
Я не буду описывать церемонию торжественного приветствия, скажу только, что через два часа, к тому моменту, как должен был начаться, собственно, бал, я уже всей душой ненавидела не только придворные мероприятия, но еще и местную обувную промышленность. Ступни горели так, словно мне в туфли напихали углей из костра, с правого бока время от времени прилетали ехидные ментальные сентенции, а с левого отчетливо припекало.
Именно с этой стороны стояла племянница Повелителя, которая напрочь игнорировала собственного кавалера и пожирала глазами моего. Да и пусть бы пожирала… глазами-то. Лишь бы не зубами. Но на пути ее пламенных взглядов случилась я и сейчас чувствовала себя хорошо прожаренной эльфятиной в собственном соку.
Забавно, но кавалер Жизель посматривал в нашу сторону с заметным сочувствием. Какой интересный молодой человек.
Наконец, заиграла музыка первого танца. Мы, правда, в нем не участвовали, ибо это был вальс темных… кого-то там, я не расслышала. В любом случае, эльфийская часть гостей смирно стояла на своих местах и вальсировать не спешила. Зато Жизель с кислым личиком подала руку своему кавалеру, и музыка унесла жгучую парочку прочь, завертела в листопаде ярких платьев… а мы с Илуватором оба одинаково облегченно выдохнули.
Потом “жених” покосился на меня с каким-то странным выражением. И что-то сделал… не знаю что. Но мои бедные ножки вдруг перестало припекать, исчезла усталость… Святая октава, какой полезный эльф! Была бы я помоложе… Ой, да ладно, шучу. Не надо так напрягаться.
Илуватор насмешливо фыркнул и отвернулся. Но все равно я чувствовала, что мои легкие подколки его нисколько не раздражают, скорее наоборот.
— Как вы думаете, леди, сколько мне лет? — поинтересовался он шепотом, да еще с этаким интимным придыханием, взяв мою руку с кольцом и прикоснувшись к ней губами. При этом самозваный актер глядел вроде бы на меня, но весьма заметно косил взглядом на приближающуюся к нам компанию эльфов.
— Мне больше, — не вдаваясь в подробности, парировала я, старательно изобразив при этом целомудренное смущение.
Если не ошибаюсь, на нас движется стихийное бедствие, под кодовым названием “родственники”.
— Леди Диндэниэль, даже по людским меркам нашего мира ваши жалкие шестьдесят лет — ранняя юность, так что прекратите строить из себя умудренную жизнью пожилую даму, это очень смешно, — перешел на ментальное общение Илуватор и улыбнулся эдак ласково-покровительственно.
— Так смейтесь! — подбодрила я, про себя действительно здорово веселясь. — Смех продлевает жизнь, не слышали? — и уже мысленно добавила: — Но так, для начала, побывайте трижды замужем, родите и вырастите двоих детей, четверых внуков, состарьтесь при нашем здравоохранении… А потом мы с вами возрастами посчитаемся, — и я не удержалась от слегка хулиганского подмигивания, правда так, чтобы никто из посторонних этого не заметил.
Нет, всерьез я на старшинство не претендовала, и о том, что мое новое тело очень молодо, хорошо помнила. О том, что здесь даже люди живут в разы дольше — тоже. Мне просто было весело дразнить слишком серьезного эльфа, да нам обоим это нравилось, в конце концов!
— Замужем мне побывать не грозит, — ментально обрадовался Илуватор, напряженно не замечая уже совсем окруживших нас врагов. — И я не уверен, что жизненная мудрость измеряется числом рожденных детей. Мне всегда казалось, что за это отвечают разные части тела.
— Это вы просто не пробовали, — произнесла я вслух, а умильно-влюбленной физиономии позавидовала бы самая штампованная блондинка с обложки любовного романа. — Поверьте моему опыту, лорд Илуватарион, с детьми все сложнее, чем кажется. Одной частью тела никак не обойтись.
— Пожалуй, я пока воздержусь, молод еще слишком! — выдал эльф и развернулся, чтобы выпрямиться навстречу высокому блондину в белом, чье надменное лицо очень сильно напоминало его собственное.
— Что и следовало доказать, — ментально съехидничала я напоследок, перед тем как присесть в глубоком придворном реверансе.
Как-никак гипотетический свекр почтил нас своим присутствием. И не каким-то там просто родственным, а прямо-таки королевским.
— Лорд Илуватарион, — небрежный поклон, больше похожий на легкий кивок.
— Лорд Малералион, — мой эльф отзеркалил эту небрежность, добавив в нее изрядную нотку едкого сарказма.
— Вас можно поздравить? Что же, сын, ты решился на ответственный шаг. Наш род ожидает пополнение?
— Да, можно поздравить. Леди Диндэниэль, моя невеста, — Илуватор демонстративно проигнорировал последний намек своего старшего родственника.
“Свекр” тоже сделал вид, что ничего не заметил, и учтиво склонился ко мне, подхватив мою руку, вроде бы для поцелуя, а на самом деле впившись жадным взглядом в кольцо на моем пальце.
— Леди Диндэниэль?
— Высокая Леди Диндэниэль из рода Эллервиаль, — поправил его мой спутник, насмешливо блеснув глазами.
— Какая честь! — тут же демонстративно восхитился этот лорд… как его… Мора… Маре… Мармеладион. Святая кантата, надо будет выучить, как его зовут, а то вся наша игра контрабасу под гриф.
Илуватор сдавленно кашлянул… ага, потому что не может же первый советник хрюкать от смеха на приеме у Повелителя, да еще и беседуя с эльфийским правителем.
— Согласен. Ты же всегда мечтал породниться с Высокими Лордами Четвертого поселения.
— Фу, сын! — поморщился “свекр”. — Когда ты уже отвыкнешь называть наши благородные леса этой вульгарной кличкой захватчиков? Эллервиальский Лес — это в высшей степени полезное и приятное родство.
Да-да… я сразу вспомнила жабью сущность Высокой Леди и мысленно пририсовала к ее образу лягушачьи лапки. В болоте я видала такую родню. Впрочем, Илуватор с удовольствием утопил бы их примерно там же, судя по его физиономии.
За следующие полчаса нас по очереди навестили все илуваторские родственники до седьмого колена. Вплоть до тех, кто его забору через канаву двоюродный плетень. Я бы приняла это как должное, если бы не скрежет зубовный, который мысленно транслировал эльф, и не мелькнувшая на заднем плане лазоревая юбка с шелковыми белыми розами. Леди Жизель, судя по всему, не забыла наш совместный обед.
Слава октаве, эльфы все же довольно малочисленная раса. И просто закончились в какой-то момент, оставив нас спокойно наблюдать за тем, как победившая сторона танцует свои “темные” танцы.
Я стояла и любовалась. Илуватор ментально комментировал. От него я, например, узнала, почему мы не танцуем вместе со всеми. Нет, он-то ничего против темных плясок не имел, поскольку давно и прочно стал “предателем светлых интересов”, но грустная правда оказалась в том, что оставив одних, он вовсе не влился в состав других.
Да, Виланд ему доверяет, они друзья, соратники, они заодно…
Но для тех же вампиров Илуватарион всего лишь остроухий ублюдок, и накалять обстановку, вливаясь в сложное вампирское “танго”, не стоит. Увы, расизм от цвета стороны не зависит…
Кстати, танец, который Кларисса танцевала сначала с Виландом, а потом, когда после первого круга тот вернулся к трону, с офигительно красивым брутальным шатеном, действительно очень напоминал танго, и по рисунку движений, и в музыкальном размере.
Илуватор смотрел на этот разврат под музыку с каменной мордой лица и отчетливым ментальным привкусом неодобрения.
Виланд еще несколько раз возвращался к танцам, каждый раз с новой партнершей.
С Зельмой он отплясывал что-то дробно-ритмичное, и оба танцора выглядели одинаково довольными. Впрочем, веселые гномьи переплясы, вообще, не способствуют кислым лицам.
В толпе танцующих много раз мелькало зеленое платье Лиидии, наверное, специально подобранное под цвет мужа. Ее тролль весело перебирал ногами в такт музыке, ловко вертел супругу, и молодожены просто светились от счастья.
Еще запомнился сложный, чуть ли не акробатический этюд, который Повелитель исполнял в компании двух симпатичных негритяночек. Ну, то есть я очень быстро поняла, что седые негры — это дроу. По ушам догадалась и по общей вытянутости и изящности силуэта.
Интересно… щиты у меня дырявые, или Илуватор схалтурил, но когда я мысленно представила себе, как еще можно использовать гимнастические способности Властелина, исключительно в свою пользу… его спина — а Виланд как раз возвращался к трону после танца — ощутимо вздрогнула, и до меня донеслось легкое эхо ментального хихиканья. Ну и ладно, ну и… самой смешно стало.
На этой веселой ноте отдых закончился, ибо настала очередь человеческих танцев, в большинстве своем скопированных у эльфов, и молодые ушастики с постными лицами потянулись в центр зала. Парами.
Это оказалось то самое, что мы репетировали с Его Темнейшеством. Медленно, плавно, нудно… изящно, я хотела сказать. Товарищ гебешник суждениям Виланда не особенно доверял, как и моим способностям. Поэтому был сосредоточен и все время командовал: “Поворот”. “С левой ноги, меняемся местами”.
У меня даже мысли не возникло такой — обижаться или одергивать слишком рьяного руководителя. Во-первых, что мне, трудно? А во-вторых, у меня сложилось четкое впечатление, что напрягается Илуватор вовсе не из-за того, что я могу оттоптать ему ноги на виду у всего эльфийского сообщества.
Нет, от танцующего эльфа шла совершенно определенная волна. Если коротко, то примерно так: “На границе тучи ходят хмуро, мы с Мухтаром не оставим пост!”.
Он буквально сканировал пространство, я почти видела зеленый луч радара, по кругу обегающий зал раз за разом.
А еще, нечаянно подняв глаза, я заметила волосатую паучью лапу, торчавшую из цветочной гирлянды, которыми был украшен потолок. Лапка пару раз дернулась и исчезла, но было поздно — стоило только вслушаться, как весь зал застрекотал едва слышной перекличкой младших братьев. Нотки-линейки, сколько же их здесь?! А если хоть один ненароком свалится на голову какой-нибудь, не дай октава, Высокой Леди?! Визгу будет — это ладно, но ведь малыша могут раздавить!
Да, я понимаю, что такое чрезвычайные меры безопасности. Но пока я не замечала маленьких разведчиков над головой, мне танцевалось гораздо спокойнее…
Похоже, все это время Илуватор был “на связи” с Виландом. Но потом, уловив мои переживания, склонился к моему уху, в очередной раз подчеркнув нашу нежную интимную близость:
— Не беспокойтесь, леди. Затоптать аррарха, даже специально, почти невозможно.
Я вздохнула с облегчением, улыбнулась по очереди “жениху” и мельком глянувшему в нашу сторону Повелителю и послала вверх осторожный ментальный лучик, с просьбой прятать лапки тщательнее.
Потом был краткий перерыв, напитки, фрукты, светские разговоры…
Я тихо мечтала о том, что бальное безобразие вот-вот закончится, но куда там.
Все бы еще ничего, но я буквально чувствовала, что платье на мне скоро задымится и вспыхнет.
Леди Жизель танцевала все танцы, при этом почти не обращая внимания на сменяющихся кавалеров. Ее занимал только Илуватор, ну и я за компанию. Как объект, который можно прожечь взглядом раз двадцать за танец. А еще хорошо презрительно фыркнуть, проносясь мимо. Ей-богу, детская непосредственность, это, конечно, забавно… в гомеопатических дозах.
— Дамы и господа, леди и лорды! — наконец-то, объявил Виланд, когда все наплясались всласть и отболтали себе языки на неделю вперед. — Последний танец! В честь лорда Илуватариона, моего первого помощника и его будущей невесты!
— Так положено. Это единственный чисто эльфийский танец, который позволено танцевать на балу у Повелителя, — тут же пояснил мой спутник. — Потому что я единственный из эльфов, кто заслужил доверие морра арргросс.
Танец, так танец, эльфийский, так эльфийский… хоть папуасский, главное — последний! А то у меня опять начинают болеть ноги. Да и общая усталость поднакопилась…
Мне следовало догадаться, что что-то не так. Слишком довольное личико было у Жизель, когда она вернулась на свое место у дядиного трона. Весь бал маленькая коза за щекой капусту квасила, а тут прямо рассиялась ясным солнышком. Но обдумать этот факт было просто некогда, потому что мы уже вышли в центр зала.
Суфлер из товарища гебешника вышел просто замечательный, музыка легко несла нас по залу, даже усталость отступила, я получала искреннее удовольствие, двигаясь в такт с партнером, и не поняла, в какой момент все изменилось.
Просто чуть расслабившийся было эльф вдруг опять напрягся, легкая полуулыбка сменилась привычной каменной кладкой на месте лица, а ментальные подсказки заглушило гневное:
— Вот негодяйка мелкая!
Я как-то сразу догадалась, что ругают не меня. Машинально подстроившись под новый ритм — мелодия осталась прежней, но стала гораздо живее — я вдруг кожей почувствовала, как замер весь остальной зал. И темные, и светлые, казалось, не дышали, глядя на нас. Ожидание неизвестно чего повисло в воздухе вместе с длинной паузой, во время которой партнеры стоят друг напротив друга и ждут, когда музыка снова позовет их за собой.
Краем глаза я заметила Жизель, которая внезапно оказалась на самой границе свободного пространства и улыбалась так предвкушающе, что я непроизвольно подняла брови, с вопросом глядя на Илуватора. Не надо быть провидицей, чтобы понять, кто тут маленькая негодяйка. Но что она сделала-то?
— Это танец илитари, темных эльфов. Вам только что нанесли самое страшное оскорбление для Светлой Леди. Никто вас не осудит, если вы сейчас удалитесь, Диндэниэль.
Наверное, мы слишком много сегодня общались ментально. Потому что я поняла гораздо больше, чем он сказал. В том числе и то, что сам Илуватор отступить не может. И что маленькая дрянь именно на это и рассчитывала. Я со скандалом покину своего кавалера, а Жизель займет мое место. Дура! Малолетняя! О том, в какое положение она ставит своего “любимого”, эгоистка не подумала? Нет, конечно!
— Щазз! — совсем не по-эльфийски, да и вообще, не слишком аристократично фыркнула я. — Партизаны своих не бросают. Зря я вас, что ли, по живой природе на себе таскала? Главное, подсказывайте, как правильно двигаться, и давайте покажем им всем, как танцуют настоящие эльфы!
— Настоящие эльфы удавились бы от позора, так что мы с вами будем парой, представляющей отдельную расу — светлые-темные эльфы.
— Полосатые, — согласилась я, в красках нарисовав в своем воображении зебру с эльфийскими ушами.
— Хорошая шутка, — каменная кладка осыпалась с лица Илуватора, уступив место сдержанной ухмылке, а еще он явно поделился моей картинкой с Виландом, потому что напряженно выпрямившийся на троне Повелитель тоже расслабился и сжал губы, чтобы не рассмеяться.
Странно, мы так много успели сказать и подумать, а на самом деле прошло всего несколько секунд, та самая музыкальная пауза. Но вот она закончилась, и четкий, я бы даже сказала, азартный танец сорвал нас с места, закружил по залу, захватил… Да, нотки-линейки, мне это нравилось! Причем гораздо больше, чем ленивое шевеление светлых эльфийских водорослей.
Илуватор вел меня сквозь сложноватый ритм резких движений и поворотов, страховал, подсказывал и сам, кажется, не удержался, поддался этому веселому и злому азарту.
Поэтому, когда танец закончился, мы оба чувствовали себя если не триумфаторами, то где-то близко.
Ну и для полноты картины свои пять копеек добавил Повелитель. Он встал и пару раз хлопнул в ладоши, спровоцировав этим волну аплодисментов в зале.
— Браво, лорд Илуватарион! Мы оценили ваш тонкий намек. С этого дня темных светлых эльфов при моем дворе стало двое. Я рад и надеюсь, все остальные разделят эту радость вместе со мной.
Сказал и аурой придавил, так ненавязчиво вставив и свой тонкий намек. Кто не согласен… тот сам дурак.
Дураков не нашлось. Даже светлые эльфы жиденько, но похлопали еще раз.