Волшебная ночь и сомнения.
Не думал, что мы будем бегать ещё год.
***
Так ли он представлял всё, что сейчас происходит? Нет. Наверное, нет...
Их взаимодействия какие-то слишком нервные. И если Чашейко уже готов по полной отдаваться, вкладываться в отношения, ведь он так хотел этого на протяжении нескольких лет, то у Бумаги, видимо, совершенно другие мысли на этот счёт.
Единственное, что теперь беспокоит Глента — это скомконность парня (теперь же можно говорить, что он его парень?) даже за стенами, что скрывают их от других глаз. Например, как сегодня.
Влад надеялся, что хотя бы в этот день тот не будет так переживать о чём-то, когда пригласил другого к себе домой после работы. И на ночь, соответственно, так как освободились они только к восьми вечера. Шатен несколько минут колебался, но согласился, резко потянув за собой к выходу, будто боясь передумать. Это заставляет волноваться, и с каждым разом всё больше.
***
На часах два сорок три, когда молодой человек просыпается в кровати один, а после замечает горящий свет на кухне, тонкой полоской пробирающийся сквозь щель меж полом и дверью.
— Давно не спишь? — Чашейко щуриться и трёт глаза, пробуждая организм. — Ты вообще засыпал?
Владислав обнаруживается сидящим на стуле с кружкой (Глент готов спорить, что там снова этот крепкий кофе) в руке и смотрящим куда-то сквозь стену.
— Что случилось? — он смотрит в голубые глаза, поднявшие взор на него, и сейчас они кажутся такими серыми, безжизненными. — Расскажи мне... — брюнет садится на соседнее место, подвигаясь ближе, так, что они касаются плечами.
Бумага молчит и отводит взгляд, когда чужой взволнованный впивается в него.
— Давай поговорим, Влад, — легко касается плеча, потому что другой выглядит так, словно сейчас же встанет и уйдёт.
Парень не может снова повернуть голову, поддержать так нужный в данный момент зрительный контакт, и от этого тошно. Хочется наконец разобраться в себе, высказать всё, что беспокоит (хотя он сам не до конца понимает, что не так), но с другой стороны что-то говорит о том, как это желание крайне глупое. Нужно ведь справляться со своими проблемами самому, не нагружая никого из близких. Даже если это теперь ваша общая проблема.
— Почему... Почему ты думаешь, что у нас что-то получится?
Резкий вопрос, волнующий его на постоянной основе. Как бы он не звучал, но это единственная формулировка, которая может передать всю суть.
Чашейко теряется, переваривая только что сказанное другим.
— А у нас разве не...
— Нет, Влад, нет. Сейчас у нас явно ничего не получается. Даже если как самый близкий друг ты меня отлично знаешь, то как парень — нет. Совершенно не знаешь.
— Так в чём проблема рассказать? Думаешь, я не вижу, что ты всё время чего-то боишься, сомневаешься, когда я рядом. Я не понимаю, дело во мне? Расскажи, и мы вместе разберёмся. Я постараюсь помочь.
Если бы всё было так просто.
— Я не могу. Прости. Кажется, зря мы это всё начали.
Зря начали.
Крутится в голове у Глента до самого утра, оставшегося на кухне. У него так и не хватило сил (или смелости) пойти в комнату к парню, поэтому он сидит за столом практически до рассвета, а после уходит на балкон докуривать пачку сигарет.
Возвращаясь к размышлениям с прошедших дней...
Так ли он представлял всё это?
Влад теперь его парень, сейчас находится в его квартире. Звучит как в его лучших мечтах! А на деле? Ночью произошёл максимально странный разговор, запутавший ещё сильнее все мысли. Слова «зря начали» с каждой секундой преображаются в воображении молодого человека в простое и понятное «давай прекратим отношения». Может действительно не нужно было ничего начинать? Действительно ли они зря начали?
Кажется, состояние, только начавшее сходить на нет, снова возвращается.
***
После той ночи стало только хуже. Парни практически не контактировали, перекидываясь только парой фраз при встрече, но не скупясь на тайные взгляды, кидая их друг на друга при любом раскладе (удачном и нет). Чашейко пытался снова вывести Бумагу на разговор, но всё тщетно.
Через месяц, проживя несколько подобных ситуаций, они всё же разошлись.
— Ты придурок, скажи мне? — Серёга смотрит с укором на друга, пока тот упорно не обращает внимание.
Друзья, только недавно обрадовшиеся, что у этих двоих начало что-то да получаться, теперь отчитывают Владислава.
— Это моя проблема, не его. Сам виноват.
— Конечно сам виноват, дурья бошка! — Бумаге прилетает знатный подзатыльник.
— Я сдаюсь, Серж, — поднимает руки Кобяков, вставая с дивана, — наш друг слишком тупой.
— Влад, я понимаю, дело ваше, но мы уже заебались смотреть, как вы бегаете друг от друга. Точнее ты от него. Поговори с ним нормально. Объясни всю ситуацию, разберитесь с этим уже наконец.
Шатен лишь раздражённо выдыхает, окидываясь на спинку дивана, наконец открыв глаза. Чуть поодаль от них стоит Глент, что на время отходил, но он, похоже, всё слышал.
***
Отношения снова опустились на планку «привет-пока» и остаются неизменными на протяжении двух месяцев.
Но в этот раз Чашейко ничего не делает с этим, он слишком устал.
Дома его ждут кровать, душ, и бессвязные неконтролируемые мысли.
***
Он невольно начинает вести счёт. Прошло ровно шесть месяцев после их расставания. А можно ли считать то, что у них было отношениями?
Наступил июнь, скоро день рождение Влада. Он не знает, как будет смотреть ему в глаза и вообще вести себя, но не может плюнуть на это так просто. Не чужие люди всё-таки, далеко не чужие.
Размышляя об этом, Чашейко заходит в офис поприветствовать друзей и всех присутствующих там. Только что поздоровался с Серёгой, проходящим мимо, теперь оживлённо болтает с Викой, идя вместе с ней в гримёрную.
— Уверен, что готов потом смотреть на их отношения?
— Закройся! — громко рявкает Бумага на Кобякова, что Глент, услышав это, оборачивается. — Тоже мне...
Тот, словив вопросительный взгляд, быстро разворачивается и уходит.
Готов ли? Нет, конечно! Да его всего разрывает, когда он видет кого-то рядом с Чашейко, кто тоже имеет какие-то чувства к нему. Чувство ревности сжигает его изнутри, из-за чего хочется выть. До этого он и представить не мог, что может испытывать что-то подобное к человеку.
На самом деле Бумага думал, что после неудачной попытки построить отношения парень понемногу начнёт терять интерес, поняв, что с ним ничего стоящего не построить, но видя этот взгляд, понимает, что чувства никуда не денутся просто так. И от того становится только хуже, ведь лучше страдать в одиночку, чем двоим по вине одного.
Но и также понимает, что сам не смог бы так быстро всё забыть, отпустить, даже учитывая достаточное количество прошедшего времени.
Как бы он не старался себя убедить, что лучше вообще никогда не встречал этого человека, убеждается: себя-то обмануть не получится. При всех негативных чувстах, что Влад когда-либо испытывал, вспоминая парня, точно знает, что любить рад только его.
Но не способен это показать.
***
День рождения прошёл довольно... странно.
Ничего примечательно за исключением того, что они сидели рядом и впервые не было никакой неловкости.
— Эм... С днём рождения, Владос, — он нервно чешет затылок и собирается уходить, как вдруг тот аккуратно касается руки.
— Не хочешь сесть рядом? — Бумага улыбается, тем самым благодаря за подарок, одновременно надеясь, чтобы на его предложение согласились.
На праздник были приглашены лишь несколько близких друзей, не хотелось устраивать шумную вечеринку или что-то вроде того. Просто посидеть с родными людьми в спокойствии и уюте оказалось на верхней ступени желаний.
— А, да, конечно.
Всё проходило так, как было нужно. Спокойные беседы за столом в дружной компании, смех после очередной истории или воспоминания из того или иного периода жизни — то, в чём нуждался Влад в свой праздник.
Он беседовал с друзьями при этом ощущая нахождение такого близкого человека совсем рядом. Протяни только руку и прикоснёшься без труда.
Сегодня, на удивление, он не нервничал, не пытался отстраниться, и от этого было так хорошо на душе.
Особенно хорошо, когда Чашейко, уже стоя на улице и смотря на раскрашивающие небо салюты, шепнул на ухо: «с днём рождения, Влад». Тогда шатен окончательно убедился, как счастлив иметь такого человека рядом. Он не отдаляется и готов предложить свою помощь, если такова нужна. Тогда-то парень понял, как жалеет, что не может иметь этого человека настолько рядом насколько хочется из-за собственных ошибок.
***
Не сказать, что появились какие-то изменения спустя практически год. Единственное, что теперь одолевает сознание Влада, так это жалость и уверенность в упущении «идеального момента», когда он всё мог разрешить и вернуть. Наладить наконец отношения с парнем, чтобы всё было хорошо, но ведь уже поздно (?).
И он всё также замечает эти взгляды Глента на себе, но они так и не дали понять, что тот с радостью согласится попробовать начать всё заново, стоит только предложить.
— «Может, что-то ещё изменится?» — думает Чашейко, проходя по торговому центру в поисках нужного магазина.
До Нового года осталось чуть больше месяца, и сейчас он блуждает в надежде найти подходящий магазин, где можно посмотреть подарки. Что подарить друзьям придумалось практически мгновенно, но что подарить Владу?
— «Подарю ему себя. Ой, фу, как таким можно быть? — тихо рассуждает тот, пробегаясь взглядом по ассортименту одной из приглянувшейся лавки. — Может вагон кофе ему притащить? Он его чуть ли не литр в день выпивает», — думает, смотря на яркие огни гирлянд, которыми украшены все стены и потолки в огромном здании.
Ему здесь нравится определённо больше, нежели дома, где пусто и холодно (на улице тоже холодно, минус всё-таки, но это другое!).
«Новый год — это праздник чудес» — так говорила ему бабушка, из-за которой он и полюбил ночь с тридцать первое на первое. И несмотря на то, что у них в семье не было принято праздновать праздник в кругу семьи (родители особо-то и не отмечали, не любили), потому Глент уходил к друзьям, он всё равно очень любит всю эту атмосферу зимнего праздника с самого детства.
Так как его родители давно в разводе и никто из них готовиться к Новому году явно не собирается (отмечать так тем более), оказавшись провести это время с сыном, выбор пал на офис. Там собирались все работники А4 продакшена, которым не с кем отметить, потому и встречали праздник с коллегами, что для некоторых стали хорошими друзьями.
— Ало? А, привет, Серёг, — он придерживает телефон плечом, пока рассматривает очередной товар.
— Здаров. Ну что, трудяга, где праздновать планируешь?
— Ну, как обычно на офисе, — парень встаёт с корточек и решает, что уже пора ехать домой, ведь на часах семь вечера, а из-за пробок он может прибыть и через полтора часа.
— О, я в этот раз тоже. И Влад тоже вроде... У меня родители захотели сами отпраздновать, а Таня со своими, так что в этот раз я за тобой буду следить, чтобы не сидел просто в телефоне.
— Какой ты заботливый у меня, — усмехается Чашейко, спускаясь на парковку.
— Ой-ой, — друг закатывает (брюнет уверен) глаза и тихо смеётся. — А знаешь, что я тебе подарю-ю?
— Так, без спойлеров, иначе я отключаюсь!
***
— Такая суматоха.
— И не говори, — поддакивает Антонов. — Будешь? — он протягивает стакан с алкоголем (по запаху вино), которое успел стащить с общего стола.
— Не-е-е, не хочу опять что-то натворить, — парень морщится, вспоминая проделки пьяного организма. — Сегодня я буду трезв, как стёклышко.
Итак, тридцать первое декабря, двадцать один ноль-ноль.
Они приехали час назад, застав приготовление стола по полной. Не считая их, набралось ещё десять человек от силы, но этого хватило, чтобы заполнить зал, посреди которого теперь стоит полностью накрытый стол.
— А ты... Влада не видел? — спрашивает Глент, наблюдая за разговором коллег неподалёку от них.
— Скучаешь уже? — усмехается тот и хитро улыбается под слабое тычки в бок от друга.
— Представь себе.
— Вон, смотри. Лёгок на помине, — Серёжа кивает на прихожую, где Влад оставляет куртку, а после, заметив друзей, надвигается к ним.
— Вырядился... Не знаешь, для кого? Ой, молчу-молчу! И потихоньку удаля-я-ю-юсь!
— Предатель!
Чашейко напоследок успевает отправить вдогонку товарищу апельсин со стола, который тот ловко ловит. Откланившись, смеясь уходит в толпу монтажёров, вспоминая, как когда-то сам им работал.
— Привет.
— И тебе.
Они по привычному жмут друг другу руки, хотя хочется притянуть к себе и постоять так лишнюю секунду.
Шатен становится рядом, и беззастенчиво начинает рассматривать внешний вид парня, а когда ловит взгляд, то не отварачивается в привычной манере, смотря в ответ.
— Ты ведёшь себя совсем иначе, чем... — он вздыхает, сглотнув ком, а вместе с тем и продолжение фразы, застрявшую в горле.
— Чем тогда? — за ответ принимается опущенные глаза в пол и слабый кивок головы. — Может быть.
«Мне жаль» — хочет добавить он, но решает, что это лишнее. Снова появившееся напряжение между ними напрягает.
На самом деле Влад правда стал меньше показывать свою нервозность и страх при нахождении Чашейко рядом, но это не значит, что этих переживаний и вправду нет. Но сейчас молодой человек готов запихнуть (очень постарается) куда подальше все сомнения, лишь бы только подольше побыть в компании кареглазого парня.
Сегодня или никогда.
☆ ☆ ☆
(слова — 2039)
итак, дорогие мои, следующая часть последняя.
это так, к слову. :)
если есть ошибки — сообщите.
димка на связи!'☆
3:19ам.
8.8.2024.