Клятва прошлого

В комнате стоит тишина, стоит стул, стоит пыль и Вир, решившая создать уют там, где планирует жить.

Потратив на сие занятие большую часть дня, ближе к вечеру решается выйти немного прогуляться и осмотреться. Вспомнив про переданный ей сложенный листок, принимается искать его, не помня куда могла его деть. Находит в итоге среди учебников на полке.

Развернув плотный лист, уголки губ растягиваются в улыбке. Всё же Вир была слишком строга по отношению к нему.
Девушка изображенная на листке, смотрит в окно, и рисует на запотевшем стекле узоры. Она как две капли воды похожа на Вир. В углу подпись «Захарий».

Поздоровавшись с милой женщиной, стоявшей на вахте, чей вид выглядит уставшим, выходит на улицу, где спряталось солнце и опустились тучи. Только такой расклад ничуть девушку не пугает. Стоит немного проветриться, надышавшись пылью. Поблуждав неподалёку, чтобы предотвратить возможный риск заблудиться, отмечает все аптеки и интернет кафе, что с большей вероятностью пригодятся.

Погода мрачнеет всё больше и больше, начинают опускаться на землю первые капли дождя. Промокнуть до нитки желания нет, поэтому приходится вернуться в комнату.

Еще с коридора, слышатся голоса.

Незнакомая девушка расхаживает по комнате разговаривая по телефону на громкой связи.

— Ладно, я только приехала и сейчас начну вещи раскладывать, потом поговорим, — завершает разговор увидев Вирсавию.

Голос знаком до дрожи. Мягкий и даже чуть писклявый.

— Привет, я твоя новая соседка, — улыбается Вир протягивая руку и нацепив улыбку продолжая надеяться, что ошибается в предположении, — Вирсавия.

— Меня Ритой зовут, будем знакомы, — тоже протягивает мирно ладонь. — Оригинальная причёска.

Сомнений нет, их не осталось. То же лицо, тот же силуэт, голос, имя. Рука невольно дрожит и Вир вырывает её чуть сильнее чем хотелось бы. Рита по виду невозмутима и Вирсавию совсем не узнала.

Вира пытается справиться с нахлынувшими чувствами, не подавая внешне вида. Девочки познакомились получше и с каждым разом, как Рита говорит что-то про себя, и эта информация совпадает со сном, пробегают липкие мурашки по всему телу.

Убедившись тысячу и один раз в правдивости происходящего, мозг продолжает яро сопротивляться. В любом случае ошибок повторять не хочется и позабыв о ссоре, которой в общем то и не было, решила не портить отношения со своей соседкой, которая по всему виду будет единственной. Причин такой перемены никто не объяснил, но целая комната теперь в распоряжении лишь двоих.

Первый выходной прошёл довольно быстро. За окном льёт ливень, Рита занята обустройством своей части комнаты, а Вир решает немного украсить пустую стену над своим столом. Для начала прикрепляет листок со своим портретом. Еще никогда никто не изображал её, поэтому кусок бумаги занял в сердце значимость. Прикрепляет гирлянду из полароидных фотографий - напоминание о самых значимых моментах и людях. Здесь есть и дедушка, что улыбается, хоть это происходит и редко. Оправданием своей серьёзности всегда была лишь одна фраза «Нет причин для веселья, не нужно вспоминать о лучшем мире, мы в ином». Но его подобное видение мира, не мешало ему шутить иногда и рассказывать смешные истории из жизни. На обороте фотографии именно эта цитата, при прочтении которой всегда становится грустно. Невольно вспоминается всё плохое, что происходит в мире или происходило когда-то. Но никогда не нужно терять оптимизма, лишь он сохраняет нас наплаву.

— Очень миленько получается, — хвалит Рита старания Вирсавии. — Можешь взять одну пластинку, я тоже планировала украсить стенку.

— Спасибо, — девушка принимает её прикидывая, куда прицепить.

Пластинка декоративная и без никаких надписей. Вновь навивает воспоминаниями о доме Васерваль, поэтому найдя ручку, аккуратными линиями пишет название той мелодии, под которую танцевала в праздник дня своего рождения. «Клятва». Выделяет место поверх листка с портретом.

Стенка выглядит пустой, но Вирсавия решает сдекорировать её постепенно.

Усталость сказывается и девочки решают идти спать довольно рано. Рита засыпает, а Вир поворочавшись в постели некоторое время и не сумев уснуть, решает посмотреть информацию о доме Васерваль. Если Рита реальна, какова вероятность, что реален и Атанасиус, и дом, и незнакомка, и остальные заточённые обители?
Дрожащими пальцами вбивает в поисковик требуемый запрос, не попадая в нужные клавиши.

Выскакивает довольно много информации. Есть чёрно-белая фотография дома. Два этажа и мансарда с открытым балконом. Заросший хмель, что мягко обвивает каменные стены. Огромный дуб, превышающий сам дом по высоте вдвое и прикрепленные к ветви качели. Прекрасный сад, совсем еще не обросший.
Сердце давно уж забывает свою функцию почти остановившись.
«Фамильный дом Васерваль реставрируется.» Слоган недавно опубликованной статьи.

Указано, что последний владелец Атанасиус Васерваль, живший два столетия назад и пропавший без вести, предположительно последний из рода Васерваль. Из-за наплыва мнимых родственников на протяжении всего этого времени, не позволяли сделать из дома музей. Теперь же появился подтвержденный наследователь, что стал заниматься реставрацией фамильного дома и планирует сделать его музеем.

На этом в общем то и всё. Везде одна и та же статья и совсем нет известий об Атанасиусе Васерваль, кроме его пропажи после трагической смерти своей невесты.

Чем больше знаний, тем больше пропасть из-за осознания, что знаешь слишком мало.

Не желая более ничего читать, ложится спать.
Только Вир задремала, слышится скрежет. Противный звук, похожий на елозящую вилку по тарелке. Сбросив тревожащие звуки на удары веток о стекла окон, по причине сильного ветра, снова пытается уснуть. Звуки всё больше и больше устрашают. Бросив взгляд на Риту, что судя по всему спит, с головой укутывается в одеяло закрывая уши ладонями и зажмуривает глаза. Знает, что это лишь ветки, в которых нет ничего мистического и страшного, как и нет ничего таинственного в вое ветра.

***

— Всё решено, пойдешь со мной завтра в одно местечко, — радостно визжит Рита, закончив разговор по телефону и теперь обращаясь к Вирсавие.

— Завтра ведь первое сентября.

— Да ладно тебе, мероприятие короткое, а весь день свободен, — девушка обиженно дует губы и отводит демонстративно взгляд. — Всего-то днём пойдем на экскурсию, а вечером в клуб, чтобы отпраздновать такой чудесный день.

Рита не из тех, кто спокойно будет сидеть на месте. Вир выдыхает после долгих уговариваний и всё же соглашается. Почему бы не пойти на эту экскурсию и не отпраздновать такой день.

Чудесная погода за окном. И следа не осталось от вчерашнего ливня. Раздвинув шторы и впуская в комнату лучи света, устремляет взгляд вдаль. Туда, где соприкасается небо с землёй.

Что странно, совсем нет деревьев. Ни единого дерева, чьи ветки хоть в теории могли ударяться о стекла издавая тот противный скребущий звук.

Следующая ночь стала такой же беспокойной из-за лязга. Теперь для успокоения себя, недостаточно спихнуть вину на ветки. Рита спит сладким сном и её совсем ничего не волнует из вне.

Теперь не получится с головой зарыться в одеяле закрыв уши ладонями. Осторожно вылезает из-под одеяла, стараясь тихо ступать по скрипучему полу, чтобы не разбудить соседку. Раздвинув шторы, звук прекращается. Подождав некоторое время и ничего не дождавшись, все же ложится. Завтра важный день.

Как и говорила Рита, мероприятие в университете продлилось недолго. День оставили свободным и со вторника, начинается ад учёбы. А теперь, пока еще есть возможность, стоит сполна насладиться оставшимися моментами.

Рита находит Вирсавию еще в стенах учебного учреждения и сразу тащит на экскурсию.

— А что за экскурсия? — интересуется Вир, потому что днём ранее, Рита не была намеренна ничего объяснять, лишь поставив перед фактом.

Такое поведение в свой адрес обычно Вирсавия пресекает, но не хочет новых конфликтов.

— Единственное, что тебе следует знать, так это то, — начинает девушка эмоционально рассказывать жестикулируя, — что мы входим в первую группу, которой разрешилось прийти на экскурсию.

Девушка по виду чрезвычайно рада и не сдерживает эмоций. Должно быть и впрямь экскурсия не разочарует.

Соседка тащит Вир в какое-то здание, где собственно должна собраться вся группа.

— Генриетта, привела нового участника? — обращается к Рите миловидная женщина средних лет, блондинка с высоким лбом, что никак не портит её. Скорее вкладывает изюминку.

В голове Вир зарождается не один вопрос, целых два. Первый, Генриетта? А второй вопрос, какой еще участник, это секта какая-то?

— Пока не уверенна, пожимает девушка плечами.

— В любом случаи, — женщина на этот раз обращается к Вирсавии. — Добро пожаловать. Подождём еще пять минут и выдвигаемся.

— Генриетта? — в миг звучит вопрос, когда женщина уходит, и девочки остаются вдвоём в коридорчике.

— Это моё полное имя, так зовут меня лишь самые близкие, — замолкает, но вскоре добавляет. — Можешь называть меня Генриеттой.

Когда уж все собрались, группа образовалась в общей сложности их пятнадцати человек, считая экскурсовода, женщину, которую уже встречали.

Забронированный транспорт приехал вовремя. На этот раз совсем не укачало, к тому же путь составил менее полу часа.

— Тебе точно понравится. Не зря же на архитектора поступала, — не унимается Генриетта, визжа у уха.

Транспорт останавливается. Пересчитав еще раз всех участников, разрешилось выходить. Свежее дуновение ветерка приводит в реальность и теперь можно отдохнуть от визгов радости, что продолжались по стечению всего времени поездки.

— Тадан! — соседка распростёрла руками припрыгивая на фоне объекта экскурсии и сторонясь, чтобы Вира смогла увидеть куда собственно её занесло.

— Дом Васерваль? — шевелит одними губами, не отводя взгляда от того самого дома.

— Да, — снова визжит девушка, похлопав в ладоши и схватив за руку свою подругу ведя за собой. — Круто же.

Вирсавия сопротивляется. Еще не пришло осознание происходящего. Да, знала о существовании дома, но как же затянуло попасть сюда на экскурсию? Вся группа направляется внутрь, а женщина экскурсовод начинает рассказывать об истории построения дома семьёй Васерваль.

— Плохо? — Рита оборачивается к Вир. — Совсем бледная, укачало?

Вир молчит. Не может связать не только слова в предложения, но и мысли во едино. Генриетта бежит внутрь к остальным, чтобы сообщить о плохом самочувствии Вир, пока та сидит под дубом.

Проходит несколько секунд. Нарастает беспокоится, что теперь никто не сможет выйти из дома, как это было с ней. Хотела предупредить, чтобы не ходили, но чем это поможет? Усилия были бы совершенно пусты. Прошла еще одна секунда, и с каждой новой, ком больше и больше подступает к горлу.

Вирсавия качает головой продолжая смотреть на вход и надеясь увидеть Риту, а её всё нет и нет. Надежда почти покидает. Рита существует во плоти, дом тоже, всё предельно ясно как день.

Хочется кинуться ко входу, к знакомой двери, с изученными от и до узорами, умолять Атанасиуса пощадить и не обрекать этих людей к страданиям, что испытала сама Вира за те три дня. Атанасиус Васерваль давно пропал без вести и понятно, что мёртв. Тут показывается фигура соседки, что бежит навстречу, миновав порог. Ничто её не останавливает.

Вирсавия не сумея отвести взгляда, выдыхает с облегчением тяжёлый груз и на лице даже заиграло некое подобие улыбки.

Вир решается тоже зайти, хоть и сложно переступать порог, сложно переступать через себя, наступая на грабли, о которые некогда споткнулась. Только на этот раз грабли лишь нелепая галлюцинация, отпечаток прошлого, что страшит.

Серый и чуть мрачный холл преобразился. Как и было заявлено в статье, прочитанной в интернете, дом тронула реставрация. Теперь на стенах висят картины полные, а не лишь кривые рамы с половиной полотна. На потолке не ржавая люстра, а все дефекты куда-то испарились, представляя здание в первозданном виде.

Теперь на раме ясно различим герб рода Васерваль. Три звезды, над ними треугольник с отходящими лучами, а под всем этим, ровные буквы фамилии. Такой же была и печать на конверте.

Вир проводит подушечками пальцев по гравировке.

Пока каждый занят рассмотрением отдельных картин, как и Рита, Вир проскальзывает в коморку, где проводила большую часть своего времени. Теперь нет кровати, паутин и плесени, маленького столика с канделябром и свечами. Ловца снов из вороньих перьев тоже нет. Только уж хотя уйти, в глаза бросаются дефекты стен, что остались прежними и это следы. Чёрточки, что Вир рисовала вилкой каждый день. Три выемки на стене возле двери. Теперь девушка выходит с намерением найти что-то еще, что будет доказательством. Всё же это небыло сном?

Кабинет Атанасиуса, Вир оставляет напоследок, теперь нужно осмотреть второй этаж, куда строго-настрого запретили подниматься, прикрываясь еще идущими работами.

Сердце под ребрами стучится под страхом быть замеченной, но сумела подняться по лестницам, предварительно миновав весь немаленький холл, через всех пятнадцать человек. Никакие работы не ведутся. Коридор и комнаты отреставрированы так же, как и на первом этаже. Заглянув во все двери и даже за двери, никого не обнаруживает. Никого из тех обителей, незнакомку тоже.

Спуститься оказалось тяжелее. Две девушки нашли самое идеальное место, чтобы поговорить, и это подножие лестницы. Слава они, закончив, рассказывать друг-другу последние сплетни, ретировались. Часы. Стрелки больших напольных часов, так же указывают ровно семь.

Кровь кипит от жажды. Жажды правды, потому что сейчас Вира чувствует себя в лабиринте, откуда не может никак выбраться, только и натыкаясь на знакомые стены, что ни к чему не приводят.

Экскурсовод продолжает что-то рассказывать поставленным голосом и красивой речью, которую хочется слушать и слушать, но пока есть дела поважнее.

Кабинет Васерваль.

Вирсавия замечает Риту, что выходит на улицу и по всей видимости ищет свою подругу и никак не может найти, но Вир не рискует разоблачать себя. Если теперь объявится, больше не сможет незаметно уйти и узнать всё её интересующее.

Скрывается в тёмном коридоре и быстро находит нужную дверь.