Глава 6. Первая встреча.
- Султанша?
- Да, Кара Паша. Входи, - отложив книгу и приподнявшись с дивана, Хандан поприветствовала второго визиря. – Ты принес вести?
- Вестей нет, султанша. Об этом я и хотел с Вами поговорить. Дервиш паша уехал в Египет более двух месяцев назад, с тех пор – ни единой весточки. Шансов на то, что он выжил практически нет. Нам пора подумать о том, кто сможет занять должность великого визиря. Я буду благодарен, если Вы….
- Остановись! – громко сказала Хандан. – Я не хочу даже думать о смерти Дервиша. Этот человек прошел вместе с моим сыном десятки военных сражений, и из каждого выходил победителем. Дай Аллах, и сейчас он вернется в добром здравии и с победой.
- Простите, султанша, - замешкался Кара Паша, явно не ожидав такой реакции султанши.
Корабль Дервиша отделяла от Стамбула темная и, наверное, самая долгая ночь.
«Это бы долгий поход, но король-султан и его верный слуга Дервиш паша вернулись с большими победами. Османская Империя расширила свои границы на восток», - такими словами Дервиш закончил одну из своих историй, которые он любил рассказывать Хелене перед сном вместо сказок.
- Спи, дорогая. Завтра ты увидишь родную Османскую землю, - сказал Дервиш и наклонился к дочке, чтобы поцеловать перед сном.
- А Дервиша пашу ждала дома принцесса? – спросила внезапно девочка.
Дервиш на мгновение задумался.
- Она и сейчас его ждет, - тихо ответил он, поцеловал ребенка и вышел из каюты.
На палубе моросил мелкий дождик, и без того темное небо было затянуто пунцовыми тучами. Дервиш поднял глаза и устремил свой взгляд ввысь. «Как я раньше об этом не задумывался? Она одна единственная молилась за меня», - пронеслось у него в голове.
Пытавшись растереть замерзшие руки, Дервиш вернулся в каюту. Малышка уже спала. Обняв ребенка, Дервиш аккуратно прилег на краю кровати и заснул крепким сном.
Едва солнце взошло над горизонтом, послышался стук в дверь.
- Дервиш Паша, мы в Стамбуле…
Он вышел на палубу.
-Дервиш Паша, ваш конь на берегу. Можете ехать во дворец, - послышался голос с суши.
- Сегодня я поеду на четырех колесах, со мной ребенок, - крикнул Дервиш в ответ.
Вернувшись в каюту, он аккуратно подхватил сонную Хелену на руки и вышел с ней на берег. От мысли, что уже меньше чем через час трехлетнее странствие его дочери закончится и она, наконец, переступит порог дворца, становилось тепло.
- Кара паша! Кара паша!, - в кабинет второго визиря, переводя дыхание, ворвался его верный слуга. – Дервиш паша вернулся. Сейчас двигается во дворец.
- Дьявольский сын, - сквозь зубы промолвил второй визирь. – И почему он не сдох в этом Египте? Включаем план Б. Сегодня ты бросишь в темницу нашего человека, и завтра на заседании дивана он доложит повелителю, что Дервиш организовал восстание в Египте.
- Хорошо, паша. Все будет сделано.
«Твои дни сочтены, Дервиш. Скоро я буду управлять этой могущественной империей. И сердце красавицы Хандан Султан будет в моих руках», - произнес Кара паша.
Переступив порог дворца, Дервиш первым делом направился к главной калфе Джедан.
-
Джедан хатун…
- О, Дервиш паша. Слава Аллаху, вы вернулись в добром здравии. Мы молились за вас.
- Спасибо, Джедан. У меня к тебе разговор. Я привез с собой маленькую девочку, её родители погибли при восстании, и я не смог оставить ребенка в горящем доме. Возьмешь под свою опеку?
- Но Дервиш паша….во дворце не место маленьким детям….
- Я позабочусь, чтобы твое жалование было увеличено в трое.
- Хорошо. Я присмотрю за девочкой.
- Как ее зовут?
- Ее зовут Хелена,- сходу сказал Дервиш. – Малышка постоянно улыбается, и полностью оправдывает свое имя. К сожалению, сейчас она очень напугана, будь с ней поласковее.
Дервиш взял ребенка за руку и отвел в сторону:
«Моя маленькая, ничего не бойся. Отныне твой дом тут. Я скоро вернусь. Хорошо?», - утвердительно спросил Дервиш, проведя рукой по маленькой щечке. Ребенок кивнул головой.
- И что же мне с тобой делать? Как снег на голову свалилась, - недовольно пробурчала калфа сразу как Дервиш удалился из её комнаты. - Сиди здесь, мне нужно сходить к Кесем султан. Вернусь, и сразу устроим тебя поудобнее.
Как только калфа вышла, Хелена проскользнула в незапертую дверь и пошла вдоль длинного и безлюдного коридора Топкапы.
Тем временем Хандан оповестили о возвращении Дервиша. В такие моменты, узнавая, что он вернулся живым и здоровым, султанша была готова прощать ему все неосторожные поступки и слова. И вот сейчас, выйдя из своих покоев, она твердым шагом направилась к нему, чтобы сказать, что даже два месяца могут стать настоящим испытанием.
Идя вдоль длинного коридора, Хандан наткнулась на маленькую всхлипывающую девочку, которая обхватив ручками колени, раскачивалась из стороны в сторону. Султанша замедлила шаг.
Девочка, увидев свиту из незнакомых ей людей, быстро встала и плотно прижалась к холодной каменной стене.
- Откуда во дворце дети? - обернувшись к сопровождающим ее девушкам поинтересовалась Хандан. Девушки пожали плечами.
Хандан сделала несколько шагов навстречу ребенку. Малышка еще плотнее прижалась к стене.
- Не бойся, я тебя не обижу, - ласково произнесла Хандан. – Как ты сюда попала? Где твои родители?
Девочка заплакала.
Тогда Хандан подошла ближе и взяла ребенка на руки:
- Пойдем в мои покои, я не могу оставить тебя здесь. Какая же ты чумазая, как будто и не здешний обитатель. Но это не страшно, сейчас мы тебя переоденем и накормим, и будешь словно маленькая султанша.
Войдя покои, Хандан распорядилась принести свежую одежду, игрушки и угощения, которые обычно готовят для шехзаде и султанш, а сама присела рядом с девочкой. Ребенок упорно игнорировал все вопросы султанши и на любые предложения отвечал молчанием.
Тогда Хандан встала и подошла к стеллажу, на котором стояла маленькая черная шкатулка. Достав оттуда голубой кулон, она показала его девочке.
- Смотри, что у меня есть. Это лунный камень на золотой подвеске, он защищает от сглаза и придает силу, - с улыбкой обратилась Хандан к малышке. – Я готовила его для сыночка, сейчас бы ему было примерно столько же лет, сколько и тебе. Но ему талисман не понадобился…. Он сам стал моим талисманом….
Подняв волосы ребенка, Хандан бережно надела медальон на шею. Девочка сказала «спасибо».
Хандан, воодушевившись тем, что ребенок пошел на контакт, и вовсе забыла, что собиралась навестить Дервиша. Рассыпав на пол принесенные игрушки, она с улыбкой следила за каждым движением малышки. Хандан всегда считала, что воспитание девочек принципиально отличается от воспитания мальчиков: маленьким принцессам не нужно с детства внушать, что «если ты не взойдешь на трон, то проиграешь», и они изначально растут в уважении и любви к братьям, а не в ненависти к ним. Однако султанше не довелось растить девочек: своих дочерей у нее не было, а единственную внучку – Айше Султан- Кесем баловала сама, ограничивая в ее воспитании даже Валиде Султан. И вот теперь Хандан с неким упоением наблюдала за тем, как малышка, не скованная какими-либо навязанными сословными принципами и предрассудками, радуется жизни, и на лице султанши невольно появилась улыбка.
- Султанша у себя?, - поинтересовался Дервиш у стражника, подойдя к покоям Валиде Султан.
- Да, паша. Сообщить о Вашем приходе?
- Нет, пусть это будет сюрпризом.
Войдя в покои Хандан, Дервиш застыл на пороге. Увиденная картина, заставила его сердце на миг остановиться: посреди комнаты среди игрушек сидели две его принцессы. Глаза Хандан светились от счастья, лицо озаряла лучезарная улыбка. Он не видел ее такой жизнерадостной с того момента, когда она встретила его там….в далеком Египте за несколько дней до родов. Его маленькая Хелена громко смеялась и раскидывала принесенные ей игрушки.
- Султанша, - глотая воздух пересохшим горлом сказал Дервиш и сделал шаг навстречу.
- Дервиш, - подняв глаза радостно произнесла Хандан.
Хелена с криком «ДЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕРВИШ» бросилась на шею к обескураженному паше. Глаза Хандан сделались удивленными.
- Ты ее знаешь? – спросила она.
- Да, это я привез ее из Египта. Родители девочки погибли, и я не мог ее бросить в полыхающем доме. Главная калфа за ней присмотрит.
- Дервиш, но с каких это пор ты проявляешь милосердие к чужим детям?
Девочка, держась одной рукой за Дервиша, второй потянулась к Хандан. Дервиш был настолько растерян, насколько может быть растерянным человек, который осознал ценность пусть даже на одно мгновение воссоединившейся семьи.