Боль
- Понятия не имею, что вы двое делаете в этой глуши, но быстрее залезайте в машину, - сказал водитель машины, остановившийся сразу, увидев Тэхёна с Гуком на спине. Он продолжил, как только услышал, как захлопнулась дверь с внутренней стороны, завёл машину и поехал дальше. - Вам дать поесть?
- Пожалуйста... - проговорил Гук, и водитель подал ему в руки пакет с разными шоколадками и булочками. Там же была бутылка воды.
- Большое спасибо, - обнимая Гука за плечи, поблагодарил Тэхён. - Ким Тэхён. А этот малой - Чон Чонгук.
- Ким Намджун, - также представился водитель. - Могу поинтересоваться, что вы творите здесь? Вокруг ни души.
- Спасал своего парня от похитителей, - быстро ответил Ким.
- Парня...? Похитителей?
- Да, имеете что-то против нетрадиционной ориентации? Сами на натуралы не смахиваете.
- Да нет, ничего против не имею. Просто впервые встречаю азиата, который открыто говорить про свою ориентацию.
- А сам не азиат что ли? Или американец азиатского происхождения?
Намджун не ответил, Тэхён тоже не продолжил разговор. Увидев, как Чонгуку сложно держать булочку, чтобы есть, забрал её у него и сам начал кормить. Гук не сопротивлялся, ему даже нравилось, даже как-то вышло из памяти, что у него болят руки.
- Кукки! - Вскрикнул Тэ, когда Гук случайно укусил его за палец. Но не растерявшись, Чонгук сразу же принялся целовать тэхёновы пальцы.
- Прости...
- Чёрт, ребят, - произнёс наконец Намджун. - Прошу, перестаньте это делать перед зеркалом.
- А то что? Нам что, спуститься с сидений и так это делать?
- Да хоть...
Но Намджун не успел договорить, как резко разбилось стекло лобового вида разбилось, и осколки оставили на лице парня порезы. Но тот продолжал ехать, не убира рук с руля. Глаза округлились, а сердце забилось сильнее. Пуля!
Пуля пролетела ровно, перелетая через ограждение под названием «стекло» и попадает точно в цель. Человек, что нажал на курок, видимо, очень меткий парень...Ведь пуля попала точно в грудь Ким Тэхёна...
Белая рубашка покраснела в районе груди. А Ким упал назад. Задрожали зубы, а сердце чертовски быстро стало стучаться, после чего резко остановилось...
- Тэ... - прошептал Чон и, не дождавшись ответа, бросился на Кима с криками. - Хён! Тэхён! Пожалуйста! Не....
- Замолчи-ка на пару минут! - крикнул Намджун, ускоряясь и ударяясь боком о бок машины, что ехала перед ними, откуда скорее всего, и выстрельнули. И так несколько ударов, пока машина полностью не сошла с шоссе, а Намджун ускорился на максимум. - Так, паренёк...Чонгук, да! Прошу, не истер...
- Как можно?! - перебил Чонгук Намджуна. Щёки были все в солёных слезах пареньках, Гук задыхался от собственных слёз, прижимая к себе тело Тэхёна. Ким в последнюю минуту не имел сил что-либо сказать Чонгуку, перед тем, как сердце перестало биться. А сейчас его всё еще горячее тело было прижато к Чону, которого так отчаянно парень пытался привести домой живым и здоровым. - Он мёртв! Мёртв! понимаете, мёртв! Я больше не смогу...
- Да прекрасно я понимаю! - неожиданно для самого него закричал Намджун, заставляя Гука перестать всхлипывать. Была очень знакомая ситуация. Вот так прижимать к себе любимого, всхлипывая и задыхаясь, кричать, молить, чтобы тот что-то сказал... - Знаешь, хотя бы использовать то, что я водитель и владелец машины! Не особо приятно в машине трупа везти!
- Да как Вы...
- Замолчи! Он мёртв, и этого не исправить. Всё, что сейчас возможно, это спасти свои жизни. Хоть и неприятно, но я довезу Тэхёна ровно до вашего дома, помогу тебе его похоронить и..
- Как Вы можете говорить такое, Мистер Ким...
- Очень просто. На второй раз ты думаешь и шевилишь мозгами, а не кричишь и истеришь.
Чонгук не понял слов Намджуна, а только сильнее прижал к себе мёртвое тело Тэхёна. «Он мёртв...и этого не исправить».
***
- Гуки! - радостно воскликнул Юнги, услышав голос давнего дружка, которого не видел уже несколько лет. Чимин, конечно, сначала отреагировал ужасно, хоть не подавал виду, но успокоился, как только услышал следующие слова Мина. - Сто лет, сто зим! Я уже думал, что вы с Тэ расстались, раз тот не упоминает тебя, а ты не звонишь...
Юнги надул губки, что очень понравилось Чиму. Но его следующее выражение лица Чиму вовсе не понравилось...
- Что?! - парень с криком вскочил из-за стола, случайно опрокинув тарелку с приготовленным Чимином ужином. - Гук, не шути так...
Чимин не понимал, что происходит. Голос этого Гука не был слышен, а фразы Юнги ничего не объясняли. И только когда Юнги резко бросил телефон в стену, решился спросить. Но не спросил. Было страшно. Он не друг, так можно ли совать свой нос?
- Чёрт!
- Гос...по...дин...
- Не зови меня, - устрашающе проговорил Юнги. И это пугало Чимина. То звать так, то наоборот. Как его понять? - Чимин...Скажи, Тэ не говорил, зачем уезжал?
- А... Ким Тэхён..? - задал риторический вопрос Чимин и сразу же ответил. - А, ничего, сказал, что поехал. И всё. Но по дороге сюда говорил, что ему срочно в Америку нужно...
- Срочно! - повторил Юнги криком. Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт!
- Что-то...случилось, го... Юнги?
- Да... - он подошёл к раковине, открыл кран и облил лицо водой. После закрыл и, опиревшись руками о шкафчик, тяжко вздохнул. - Тэхён мёртв...
- Что?! - тут уже подскочил Чимин. Непонятно, почему. Он ведь видел его всего раз, почти ничего не слышал о нём, но реагирует так резко... - Юнги, это ведь...!
- Да, это он! Тот, кто привёл тебя сюда. Именно он. Пуля. Выстрел. Прямо в сердце. Америка. Я бы понял, если бы это было в фавеллах...Но, чёрт побери...!
- Юнги...
Чимину было страшно. За Юнги. Страшно за Юнги. Он знал, кем Тэхён для него является, и боялся, что может случиться с Шугой из-за такой информации. Очень страшно. Он чувствовал всю боль сердца Мина. И, подойдя, нежно обнял со спины. На удивление, Юнги не стал бурно реагировать. Вообще не реагировал. За это Чимину тоже стало страшно...кто он для него, что позволяет себе такие вещи? Но всё равно!
- Чимин...
- Простите, пожалуйста! - Не отпуская из объятия Мина, громким шёпотом просил прощения за данное действие Пак.
- Нет...Не отпускай меня. Так хорошо. Очень хорошо в твоих объятиях.
***
Тёмное кладбище, на котором витала ужасающая атмосфера, нааодящая на людей страх и ужас. Здесь похоронены люди. Люди всех возрастов. Начиная с младенцев, что не успели вдохнуть воздуха при рождении, и заканчивая людьми, что прожили, кажется, всё, с богатым жизненным опытом, с советами на каждый случай. Их тела здесь покоятся, а души живут. Каждый день они ждут, что к ним кто-то придёт, кто-то родной, кто уберёт их могилу, поставит свежие цвета, скажет тёплые слова и обязательно пустит слезу.
Рано или поздно, но каждый уходит на тот свет. Мы жалеем стариков, но не понимаем, какую жизнь они прожили, не знаем, о чём они думают ночью, о желании увидеть смерть или о желании увидеть правнуков. Мы жалеем младенцев, ведь они не успели увидеть этот мир. Но думали ли о том, какая может быть у них жизнь с неправильным жизненным образом? Рано или поздно, но умрём все мы. Нам всем страшна смерть. Но её не миновать, также, как и судьбу, в которую большинство не верит.
- Хён... - парень присел возле могилы и положил букет цветов. Не прошло и пары минут, как на глазах парня уже появились слёзы. Казалось, он все их выплакал уже давно, но они появлялись и появлялись. - Прости, я хотел подарить этот букет цветов на твоё день рождения...Построил большие планы празднования...Но что получилось...? Ничего. Сейчас, в твое день рождения, я кладу цветы на твою могилу. Я не знаю, может, это неправильно. Но я просто обязан был прийти сюда сегодня...Я надеюсь, они тебе очень понравились. И ты не будешь дуться на меня за то, что я купил не те цветы, которые тебе нравятся? Я ведь так и не узнал твои любимые цветы...
Парень замолчал и всхлипнул. Длинным рукавом пальто он вытер слёзы с щёк и посмотрел на даты на могильном камне. 30.12.1995 - 30.11.-2014. Ровно за месяц до дня рождения, ровно за месяц до двадцатилетия. Они пугали. Цифры пугали Чонгука. Он закрыл глаза и представил, как отреагировал Ким на его подарки.
- Я всё же продолжил заниматься в университете. Как никак, первый год - первое впечатление на учителей. И всё такое...И, знаешь, мне нравится. Нравится учится. со вчерашнего дня, вот, зимние каникулы... Планирую на Новый год поехать в Корею, к Юнги...И, знаешь, всё же ты повлиял на него.. - парень утонул в собственной улыбке, которую так сложно было выдавить из себя. Кажется, будто загнивший цветок вновь расцвёл. - Он влюбился. В этого «должника», которого ты привёл к нему домой. Только говорит, что признаться страшно. Мало ли. А сам доминирует над бедным Чимином...Я с ним за это время успел сдружиться. Так что, как ты и говорил, я смогу завести друзей, стоит мне поверить...
Чонгук остановился. По щекам вновь пошли слёзы, как только он хотел рассказать о Намджуне, который помог им там, на пустынных равнинах, помог доехать, успокоить и похоронить Тэ.
- Я кричал на него, бесился от его слов. После твоих похорон он рассказал мне историю о том, как точно также, как и я тебя, потерял своего возлюбленного. Он погиб в аварии на их годовщине. Так и не успел подарить обручальное кольцо Намджуну. Я, услышав эту историю, потонул в собственных слезах...
Чонгук вновь остановился. Он встал, отряхнул свою одежду от снега и поправил шапку.
- Я люблю тебя, Тэ. Мёртв ты, или жив. Я ещё приду, обязательно приду. Спи спокойно.
***
Сказать, что спустя месяц Мин отошёл от смерти близкого друга - ничего не сказать. Нежности и тёплые слова со стороны Чимина, конечно, успокаивали, но в итоге Юнги захлёбывался слезами.
- Своими слезами ты мешаешь Тэхёну покинуть этот мир, - как-то сказал Пак, не в силах больше видеть слёзы Юнги. Тот одарил Чиму вопросительным взглядом. И Пак объяснил. - В детстве мне рассказала об этом бабушка. Что слезами своими заставляет погибшего оставаться на земле дольше. И что нельзя долго по этому поводу горевать. Что нужно отпускать. Выплакаться и отпустить.
- Умная у тебя бабушка... - буркнул Юнги. - Но я тоже такое слышал. Но не верю в это. Что за бред. Я атеист.
- Я тоже, - кивнул Пак. - Но слова бабушки в сердце с детства малого лежат, вот и перестать верить не получается.
- А по какому поводу бабушка тебе это говорила? - неожиданно спросил Шуга, когда до него дошло, что бабушка это сказала Чимину в детстве.
- Мой брат...Он умер в возрасте пяти лет, и я долго не мог успокоиться. - Чимин с лёгкостью это сказал. Казалось бы, будто он ждёт, что его об этом кто-нибудь спросит. Но Чимин противоречил себе. По его щеке потекла слеза, которую Юнги вытер рукавом свой кофтой.
- Говорил же сам, что нельзя так долго оплакивать умершего.
- Говорил! Но...Я же давно...!
- Понимаю. Заверил себя этим. Ну что же, думаю, брат твой давно на небе. Но не думаю, что он желал бы видеть твоих слёз. Очень надеюсь, что Тэхён встретит его там и передаст ему от тебя привет, пусть ты его и не передавал.
Оба сидели на диване. Но после слов Юнги Чимину хотелось уйти в комнату и побыть в одиночестве. Он уже привстал, как Юнги схватил его за запястье и потянул к себе, усаживая на свои бёдра. Пака эта ситуация засмущала, и тот моментально залился краской. Ни сказав ни слова, он пытался встать, но Юнги крепко удерживает его на себе.
- Юн...
Звонок.
Раздался громкий звонок по всему дома. Юнги закатил глаза. Как всегда. Невовремя. Чимина звонок лишь обрадовал, так как от его положения было слегка страшновато.
Посадив Чимина на диван, Юнги вышел в прихожую и открыл дверь. За порог стоял расплывшийся в улыбке Чон Чонгук. Сначала Шуга не понял, кто это, так как давно его не видел, ограничивался звонками. Но как только его взгляд застыл на глазах Чонгука, парень понял, кого видит перед собой.
- Гуки! - Юнги также расплылся в улыбке и заключит в свои дражайшие объятия только приехавшего Гука. - Ты не поверишь, как я рад тебя видеть! Проходи!
Гук вошёл вместе с Юнги. Из выхода с гостиной в коридор их уже ждал Чимин, готовый налететь на Чонгука, расцеловать его и не выпускать из объятий. Чонгук же снял верхнюю одежду и прошёл внутрь. Тёплый пол сразу согрел замёрзнувшие стопы.
- Чими!
- Кукки!
Увидев Чимина, Гук абы как повесил своё пальто и бросился в гостиную к Чимину с обнимашками. Юнги растрогала эта ситуация, но и заставило чувствовать что-то такое...ревностное. И Гук это понял по его взгляду, посему быстро отстранился. И как только Шуга подошёл к ним, вручили обоим пакеты с подарочной коробкой внутри.
Все трое уселись на диван. Чимину не терпелось открыть коробочку. Ему не дарили подарки уже восемь лет, с тех пор, как умерла бабушка. Юнги также хотелось поскорее открыть подарок. Ведь этот подарок от души, от сердца отклеен, а не сделан только для того, чтобы было, как это делала прислуга, отец и все его друзья.
Но подарок удивил обоих одинаково. В каждой коробке было по браслету, новогодней открытке и «любовной» шоколадке, на обёртке которой была куча сердец и любовных фраз.