Принцесса

Покинув королевские покои, Чонин тут же накинулся на Бён Бэкхёна, который до этого неосторожно изъявил готовность выслушать все возражения принца, вернее, молодого короля.

- Да кто ещё помнит эту девку королевских кровей? Никому нет никакого дела до того, жива она или нет! - Принц был вне себя от ярости.

Бэкхён ловко подхватил юношу под руку и увел подальше от комнат Чунмёна - не дай Бог услышит. По дороге он ответил спокойно:

- Её помнят все, кто присутствовал на вашей давней помолвке. Вот это и обязывает нас поступить не только в соответствии с законом, но и по долгу чести.

- Замолчи, негодяй!

- Надеюсь, с отцом вы вели себя более сдержанно.

- Заткнись, Бэкхён! Чёрт тебя подери!

Принц кричал громко и совершенно не задумывался о том, что слуги или стража могут услышать его. Подумаешь, большое дело - графу досталось от молодого короля! Хотя многим из челяди было весьма непривычно наблюдать именно графа в роли мальчика для битья. К вспыльчивому нраву принца здесь уже привыкли, а сейчас он явно срывал свой гнев на первом подвернувшемся под руку человеке. И не важно, что это убеленный сединами дворянин. Бён Бэкхён сам хорошо понимал ситуацию. О не терял самообладания ни при каких обстоятельствах. Поэтому спокойно отвечал принцу:

- Что-то я не припоминаю, чтобы вы раньше были так решительно настроены против той помолвки. С вашей стороны не было ни малейшего намека...

При этом граф едва поспевал за молодым человеком, который шёл аршинными шагами по коридору.

- Какое это теперь имеет значение? - бросил принц через плечо. - Это ведь не каприз отца и даже не приказ. Это его последняя воля. Ты понимаешь, что это значит?

- Конечно. Вы бы оставили без внимания приказ. А теперь вам придется во что бы то ни стало исполнить последнюю волю отца.

Вдруг принц резко остановился и повернулся к Бэку. Взгляд его стал свирепым.

- Так ты знал, что он собирается прибегнуть к подобной уловке? - спросил он.

И, не дождавшись ответа, снова размашисто зашагал вперёд. Бэкхён бросился за ним вслед, оправдываясь на ходу:

- Я ничего об этом не знал! Чунмён не советовался со мной, и я понимаю, почему он так решил - он не имеет больше над вами власти и не знает, как ещё заставить вас поступать согласно его желаниям.

- Ох, Бён, уйди с глаз долой! Что ты мне такое говоришь? А я ещё всегда считал тебя своим вторым отцом.

Тут Бэкхён вдруг замер на месте. Не из-за того, что его удиви или задели за живое угрозы Чонина, причина была в другом - новоиспеченный король, казалось, заблудился в собственном дворце. Он пропустил поворот в восточное крыло, где находились его покои, и решительно направился неведомо куда. Прошло несколько минут, пока принц сам обнаружил свою ошибку. Граф тем временем поджидал и обдумывал, как бы получше представить принцу все это сложное и деликатное дело с принцессой. Надо прежде всего попробовать убедить его сменить гнев на милость, разжалобить несчастной судьбы девицы или, наоборот, дать понять, что она как нельзя подходит для его женитьбы. И Бек обратился к прошедшему принцу:

- Может, вас беспокоит то, что принцесса, выросшая далеко за пределами Кореи, будет иметь взгляды и убеждения, чуждые нашей стране? Но, смею вас уверить, такое не возможно, так как воспитание и образование девушки было поручено самой образованной и преданной женщине - Мин ДжуХён, которая была ближайшей подругой королевы, матери СуДжон. Принцессу учили любить свою родину, свой народ, её специально готовили к будущему восхождению на престол в качестве достойной супруги своего нареченного. Она знает многие науки и искусства. Кроме того, средства были даны не малые, чтобы девушка не знала ни в чём нужды. Принцесса росла в подобающей её роскоши...

- Чем её явно избаловали и испортили!

- Не стану спорить, - усмехнулся Бён, - но это исправимо. Некоторые нежелательные черты характера восполнятся её потрясающей внешностью, о которой можно легко догадаться. Вы скорее всего не помните её родителей, но можете мне поверить, это была замечательная пара. Королева всегда считалась первой красавицей, и не только в нашей стране, но и в Европе. Вы видели каков был в молодости Чон ДэДжун? Да у такой пары и дочь должна быть непревзойдённой красоты!

Но вопреки надеждам Бэкхён его пламенная речь не произвела на принца должного впечатления. Наоборот, казалось, он ещё больше разозлился именно из-за похвал, которыми Бек осыпал принцессу.

- Да мне до этого нет никакого дела! - сердито воскликнул принц. - Я уже ненавижу эту красавицу, представляя, как она с отвращение отвернётся от меня!

Бэкхён сочувственно глянул на принца, и сердце его сжалось. Как же он не подумал о том, что разговор о внешности - самый больной разговор для принца.

***

ЧжинРи принимала ванну. Услышав, как громко хлопнула дверь, она вздрогнула - пришёл принц и, судя по всему, он в сквернейшем расположении духа. ЧжинРи взглянула на своих перепуганных служанок и не сдержала вздоха. Есть чего бояться, уж это её хорошо известно. Она сделала знак, чтобы обе ушли, сама же приготовилась к встрече, не предвещавшей ничего хорошего. Она припоминала, как страшно испугалась, впервые увидев принца в припадке гнева. Его глаза, казалось, метали искры, черты лица исказились злобой. Наверное, за это при дворе его прозвали «дьяволом во плоти». В таком состоянии принц мог сделать всё что угодно, даже убить, и ему бы это сошло с рук. Вообще все боялись непредсказуемости действий единственного наследника короля, которому прощались любые, даже самые жестокие выходки.

В тот первый раз, когда ЧжинРи увидела принца в ярости, он поссорился со своим другом Ли Тэмином. Что именно разозлило вспыльчивого юношу, теперь трудно вспомнить: это случилось год назад, женщина только что стала его любовницей и совсем не знала нрава своего повелителя. Но тогда её поразило: он смотрел на неё таким ужасным взглядом, что дрожь пробегала по телу от страха. ЧжинРи не была ни в чём виновата и не могла взять в толк, почему он злится на неё.

Казалось, принц просто готов её убить. Он схватил её за руку и, притащив в спальню, буквально швырнул на кровать. Она даже не в силах была кричать и звать на помощь. Но оказалось, что её любовник таким необычным образом проявлял свою страсть - припадки гнева превращались в плотские желания. ЧжинРи при этом не испытывала никакого удовольствия от неистовых ласк и ярости любовных утех. Страх сковал её тело, оставляя почти безучастной к происходящему, но она была слишком опытной женщиной, чтобы оскорбиться из-за подобного отношения. Правда, после всего ЧжинРи позволила себе немного поплакать, но настоящей причиной её слёз было лишь чувство облегчения от того, что её страх необоснован и она осталась жива. Однако принц не догадывался об истиной причине и решил, что в этом есть его вина и он причинил ей боль. ЧжинРи не стала разубеждать Чонина. «Пусть почувствует себя виноватым», - подумала она и усмехнулась, зная, что свою вину царственный любовник будет стараться искупить по-царски: золотом и драгоценностями.

После этого ЧжинРи не боялась приступов гнева принца. Когда он представал перед ней с перекошенным от злобы лицом и, казалось, готов был задушить её своими руками, она спокойно направлялась к нему, на ходу освобождаясь от одежды. Прижавшись крепко к нему обнажённым телом, она была уверена в том, что это подействует и он скоро станет смирным, как дитя.

Так и в этот раз: ЧжинРи вышла из ванны навстречу взбешенному принцу. Он схватил её на руки и понес на кровать. Зная, что произойдёт через секунду, ЧжинРи усмехнулась про себя: пусть делает с ней всё что хочет, зато потом её ждет награда - замечательное сапфировое ожерелье, которое ей никак не удавалось у него раньше выпросить. Теперь она поплачет немножко и получит из рук виноватого принца желанный подарок.