Сквозь землю

Не так давно вышла в свет необычная пиксельная игра Spooky's House of jump scares. Кто-нибудь играл? Если да, то вы меня поймете: эту игру писали с нашего городского архива. Тысяча дверей, тысяча комнат, и работники этого места еще и умудряются не заплутать тут.
Сразу за парадной дверью передо мной предстал скромный холл с гардеробом и вахтерским  столиком, за которым сидела чуть полноватая женщина средних лет. Очки, накрученные бигудями недлинные темно-русые волосы, блузка и юбка ниже колена делали ее больше похожей на учительницу истории. Сидя с прямой как доска спиной, она читала какую-то книгу в старом, изношенном переплете и, естественно, не заметила, как я вошла. Мои шаги довольно гулко раздавались в помещении, и было необычно знать, что их никто, кроме меня, не слышит.
Справа от женщины открывался проход в основной коридор, путь в который преграждал турникет. Прежде чем попытаться пройти через него, я подошла к вахтерше и прочистила горло, пытаясь привлечь ее внимание. Как и следовало ожидать, она не обернулась. Тогда я зашла ей за спину и заглянула в книгу.

Вот тебе и приличная светская женщина! Поверх старой книги (это была "Джейн Эйр", кстати говоря) лежал новый выпуск "Космополитен". Думаю, нет необходимости говорить, на какой странице он был  открыт. Вот так и теряется уважение к старшему поколению.
Для уверенности помахав ладонью у нее перед носом, я состроила рожицу и пошла в сторону турникета. Такие обычно ставят во всяких там игровых центрах перед аттракционами. Чтобы было легче, я представила себе, что стою в одном из тех, куда родители водили меня в детстве. Турникет легко поддался моему нажиму, как будто недавно смазанный, и успел пройти несколько сантиметров перед тем, как в мою сторону резко повернулась вахтерша. Я отдернула руку, и он встал на место.
Женщина смотрела на железную палку так, как будто та ожила; тем не менее, в ее глазах было больше раздражения, нежели страха - эта бессмысленная и, естественно, абсолютно неживая штуковина отвлекает ее от столь важных дел (см. мои возмущения выше). Я думала, что она тотчас уткнется обратно, но эта женщина, как оказалось, помимо эротических страничек в "Космополитен", любит порядок и подозрительность. Она отложила "книгу" и, встав со своего места, приблизилась к турникету.
- Бу! - громко выкрикнула я, так сильно сожалея, что она меня не слышит. Проучила бы ее за все ее наклонности.
Пару раз она толкнула турникет, но, все же не поняв, в чем дело, села на место.

Дело начинает принимать интересный поворот. Как выяснилось, я все же не могу просто взять да пройти прямо у нее перед носом, как бы мне этого ни хотелось. Время для воображения и составления плана, Марго!

Полагаю, тут мне не нужен ни блокнот, ни ручка. У меня было всего два варианта, как пробраться внутрь:

1) Пройти мимо сексуально озабоченной тетки, или

2) Искать черный выход (в моем случае вход).

То есть, прошмыгнуть здесь или пойти искать мифический второй вход и не иметь представления, что я там найду. Кажется, номера вариантов я проставила правильно.

Я отошла на шесть шагов назад чтобы оценить обстановку. Высота турникета была мне выше пояса, обойти я его не могу, поэтому остается либо прыгать, либо перелезать. Не задев планку, перелезть я не могу, но я тотчас представила, как пытаюсь его перепрыгнуть, зацепляюсь ногой и разбиваю нос. Меня аж передернуло. Я слишком боюсь боли, чтобы пойти на столь необдуманный шаг.
Но он может быть единственных выходом.

Хотя нет. Не единственным. Я все же кое-что не учла, а именно то, что я могу пройти через турникет только в отсутствии этой тетки. Так что мне нужно лишь отвлечь ее.
Время хулиганить, му-ха-ха.

Нет смысла заманивать вахтершу там, где на ее виду останется турникет, так что я прошла чуть дальше в поисках укромного места и нашла его. Это был небольшой закуток с дверью и висящими вокруг нее картинами. На одной из них был изображен мужчина 25-30 лет, с бородкой, усиками, квадратными очками и одетый в полосатую рубашку. Милый такой, симпатичный. При ближайшем рассмотрении это оказалась фотография: вполне возможно, это был лучший работник месяца (как мне кажется, он какой-нибудь айтишник). На второй картине был изображен горный пейзаж. Пару раз переведя взгляд с одного изображения на другое, я все же решила, что парень слишком мил для того варварства и вандальства, кое я собиралась учинить.
Так что мои руки потянулись к несчастному пейзажу, сопровождаемые язвительно сказанным "Бугагагашенька!".

Удар!
Шуршание повешенной на место картины.
Удар!
Шуршание.
УДАР!
УДАР!
УДАР!

Картина лежала у противоположной стороны. Тяжело, но удовлетворенно вздохнув, я утерла пот со лба - по моим представлениям, картина должна была весить меньше. Я отряхнула руки и победно вышла из своего закутка как если бы только что отмутузила самого Магнито.
Однако он лишь засмеялся мне в лицо.

- Охрана! Возле кабинета Дмитрия на первом этаже, возле холла, кто-то вандалит! Идите делайте вашу работу! - прокаркал голос вахтерши в телефон внутренней связи и даже не соизволила поднять свой зад со стула.
- Я там столько сил истратила, а ты даже свою порнушку не отложишь! - в сердцах крикнула я, тряся кулаком в воздухе.

Когда неподалеку раздались шаги, в моих мыслях промелькнуло напасть на охранника и надеть на него горный пейзаж, но антинасильственное "я" было против. Так что я просто села у стены, поджав колени к груди, и наблюдала за округлым субъектом в форме охранника, направляющегося к "кабинету Дмитрия". Он что-то бубнил себе под нос, а когда зашел в проход, и вовсе заговорил в голос:
- Как мне осточертели эти хулиганы! Неужели сумели пробраться в кабинет? И смотрите, раму разбили, трещина толщиной мне в палец, - "Ого, - подумала я. - Это я постаралась на славу. Жаль, безрезультатно." - Такая красивая картина была, еще и старая... Бестолочи, бестолочи они все! Ни стыда, ни совести! И куда только смотрят вахтеры? - "В "Космополитен" на странице, которая тебе уже вряд ли поможет," - я язва-а, я язва-а.

Поворча еще какое-то время, он вышел из-за угла с разбитой картиной подмышкой.
- Не поймал хулигана, Альфред?
- Нет, успел улизнуть, - пробурчал Альфред и, снова ворча, удалился восвояси.

Я все сидела на полу, положив подбородок на руки, а руки - на колени. Потерпев всего одно поражение, я упала духом. Хоть мое внутреннее "я" и понимало, что так нельзя, апатия и раздражение накатывали волнами. Страшно поражение именно тогда, когда в попытку вложил всю душу. А тебе выплюнули ее обратно.

Но я действительно расклеилась, и, что самое интересное, на пустом месте. Это была всего лишь озабоченная вахтерша и древняя картина, так что самое трудное еще впереди. Я никогда не выберусь отсюда, если после каждой мелочи буду опускать руки. 

Я уже было победно встала и расправила крылья для полета, как в холл легким шагом зашел высокий мужчина с черной сумкой для ноутбука в руках. В нем я тотчас узнала Дмитрия, которому принадлежал кабинет и чье фото висело около него в рамке. Бодренько он шел в сторону вахты, и выглядел он так же, как и на фото, разве что очки аккуратно заправлены в нагрудный карман. Рубашка, джинсы, опрятная прическа... и кольцо на безымянном пальце. Черт. Дмитрий, вы меня разочаровали. Остается лишь пожелать вам счастья в совместной жизни. 

Вахтерша при виде обаятельного работника даже приосанилась, убрала книгу в сторону (ну-ну) и любезно ему улыбнулась.

- Доброе утро, Дмитрий. Как началось утро? - фу, женщина, фу. ты ему в матери, если не в бабушки, годишься.

- Доброе, миссис Гильберт. Немного проспали, у Кейт не зазвенел будильник, - при упоминании некой Кейт тетка приуныла. Я немного тоже. Как только он начал говорить, я услышала странный акцент, но, не разбираясь в них, не могла сказать, какой именно. Однако голос его был очень приятным. Складывалось ощущение, что он много говорил на публике.

- Передавай ей привет, - поубавив энтузиазму, сказала она и отдала ему ключ от кабинета.

- Конечно, как у вас дела? Как дети?

Кажется, начинала завязываться вежливая беседа. Это приблизительно пять минут, в течение которых вахтерша не обратит внимание турникеты. Это и есть мой шанс. Шанс совершить безрассудство.

Я прошла мимо Дмитрия, который с вежливой улыбкой выслушивал миссис Гильберт (знал бы он, как она шалит да хулиганит, пока никто нет видит), отсчитывая шаги и примеряясь к прыжку.

Как же я боялась прыгать. Даже на физкультуре я бы не стала этого делать, а ведь там есть мягкие маты. Беседа постепенно приходит к своему логическому завершению, а еще не набралась смелости. Между мной и моей целью было пятнадцать шагов, и тогда...

Тогда я просто побежала.

Прим. автора: лайк от всех тех, кто узнает Дмитрия XD