Глава 7: Точка кипения
Столовая «Вестлейк Хай» в обеденный перерыв напоминала растревоженный улей. Я стояла в очереди с подносом, стараясь дышать через раз — запах жареного картофеля и дешевого мяса мешался с моим бахуром, создавая странную, тревожную смесь. Оливия уже заняла нам столик в углу и отчаянно махала мне рукой.
Когда я наконец получила свою порцию салата, дорогу мне преградили двое.
Элизабет Браун стояла, подбоченясь, её светлые пряди эффектно обрамляли лицо, а на губах играла та самая улыбка, которая не сулила ничего хорошего. Рядом, как верная тень, стояла Ники Стоун, копируя позу подруги.
— Ой, посмотрите-ка, — громко, на всю столовую, произнесла Элизабет. — Наша «изумрудная принцесса» соизволила выйти к простым смертным. Скажи, Ясмин, а под этим платком у тебя есть уши? Или ты там прячешь шпаргалки?
Ники противно хихикнула. Несколько парней за соседним столом обернулись, привлеченные шумом.
— Пожалуйста, дай мне пройти, — тихо сказала я, глядя в пол.
— А если не дам? — Элизабет сделала шаг вперед. — Знаешь, в Техасе не принято прятать лицо. Мы здесь люди честные, открытые. А ты… ты как будто что-то скрываешь. Может, у тебя там бомба? Или ты просто слишком уродлива для солнца?
— Хватит, Элизабет, — раздался резкий голос Оливии. Она уже была рядом, её темные глаза метали молнии. — Твой уровень IQ и так ниже плинтуса, не позорься еще больше.
— О, адвокат дьявола пришел, — фыркнула Ники. — Оливия, тебе не идет эта роль.
В этот момент Элизабет, как бы случайно, взмахнула рукой. Её ладонь ударила по моему подносу. Салат и стакан с водой с грохотом полетели на пол, обрызгав мои туфли и край длинной юбки. В столовой на секунду воцарилась тишина.
— Ой, — Элизабет Браун прижала ладонь к губам, но в её глазах не было ни капли сожаления. Только холодный расчет хищника. — Кажется, в твоем «святом писании» не учили смотреть под ноги, Ясмин? Или ты так привыкла кланяться, что ноги сами подкашиваются?
Ники за её спиной противно хихикнула, а по столовой прокатился гул шепотков. Я чувствовала на себе сотни взглядов, и среди них — тяжелый, как гранит, взгляд Лиама Рида.
Я не шелохнулась. Мои пальцы, украшенные узорами хны, не дрожали. Я не стала опускаться на колени, чтобы собирать еду. Вместо этого я медленно выпрямилась, расправив плечи так, что мой миниатюрный рост перестал казаться недостатком. Я подняла голову и посмотрела прямо в глаза Элизабет.
— Ты уронила это — ты и поднимешь, — мой голос прозвучал удивительно ровно и твердо, разрезая тишину столовой.
Улыбка сползла с лица Элизабет. Она явно не ожидала такого ответа от «тихой мусульманки».
— Что ты сказала? — переспросила она, сузив глаза.
— Я сказала: убери за собой, — повторила я, делая шаг вперед. — Твои манеры явно не соответствуют твоим амбициям «звезды школы», Элизабет. В Техасе, может, и не прячут лица, но, кажется, здесь забывают научить элементарному уважению к окружающим.
Оливия, стоявшая рядом, победно вскинула брови. В её глазах читался восторг.
— Ого, а у малышки есть зубки! — выкрикнул кто-то из парней за дальним столом.
Элизабет покраснела от ярости. Она сделала шаг ко мне, почти касаясь моим хиджабом своего лица.
— Ты думаешь, что если нацепила на голову этот кусок ткани, то ты особенная? Ты здесь никто. Пустое место.
Я не отвела взгляда. Мои ярко-зеленые глаза, которые Лиам считал «светящимися в темноте», сейчас действительно полыхали изумрудным огнем.
— Я особенная, потому что у меня есть достоинство, — спокойно ответила я. — А у тебя — только страх, что кто-то окажется лучше тебя, даже просто стоя рядом.
Я перевела взгляд на Лиама. Он смотрел на меня с нескрываемым удивлением, смешанным с прежней ненавистью. Его кулаки на столе были сжаты. Я видела, как в его голове идет борьба: он хотел ненавидеть меня за мою веру, но он не мог не заметить, что я не сломалась под напором его компании.
— Уилл, ты это слышал? — Ники возмущенно дернула Уильяма за рукав. — Она хамит Элизабет!
Уильям, который уже наполовину встал со своего места, чтобы вмешаться, медленно опустился обратно. Он смотрел на меня с каким-то странным, новым интересом, но я не дала ему повода подойти. Мне не нужна была его помощь.
— Идем, Оливия, — сказала я, разворачиваясь. — Здесь слишком пахнет дешевым парфюмом и завистью.
Я прошла мимо них, гордо подняв голову, несмотря на мокрую юбку. Проходя мимо Лиама, я на секунду задержала на нем взгляд — холодный и пронзительный. Я не знала о его травме, не знала о его брате. Я видела только парня, который позволяет своим друзьям вести себя как звери.
Когда мы вышли из столовой, Оливия едва не подпрыгнула.
— Ясмин! Это было... легендарно! Ты видела её лицо? Она буквально позеленела!
Я лишь слабо улыбнулась, но внутри всё дрожало. Я знала, что этот отпор будет стоить мне дорого. Элизабет не забудет унижения, а Лиам... его ненависть только что получила новую пищу. И самое страшное — пятна на моей юбке. Если я не успею отстирать их до возвращения отца, никакой «отпор» в школе не спасет меня дома.