Глава 11: Между двух огней
POV: Уильям Смит
Я сидел в школьном кафетерии, который после уроков становился чуть тише, и вертел в руках ручку. Напротив меня сидела Оливия Миллер. Её длинные темные волосы были собраны в небрежный пучок, а огромные серьги-кольца покачивались в такт тому, как она сосредоточенно жевала кончик карандаша, изучая план нашего проекта.
— Значит, мы берем архитектурное влияние европейских поселенцев? — она подняла на меня свои темные, пронзительные глаза. — Уилл, ты здесь? Или ты всё еще на баскетбольной площадке?
— А? Да, я здесь, — я встряхнул головой, пытаясь отогнать мысли о Лиаме. — Прости, Лив. Просто... ты же видела, что в классе было. Гаррисон как будто специально решил взорвать эту школу, поставив Лиама и Ясмин вместе.
Оливия захлопнула тетрадь. Её лицо мгновенно стало серьезным.
— Это не просто плохая идея, Уилл. Это катастрофа. Твой лучший друг ведет себя как последний подонок. Ясмин — самая тихая и добрая девочка, которую я встречала, а он… он буквально высасывает из неё жизнь своими взглядами.
Я вздохнул и откинулся на спинку стула.
— Лиам не подонок, Лив. Он просто... застрял. В тот день, пять лет назад.
Оливия нахмурилась, подавшись вперед.
— Ты о его брате? Я слышала обрывки слухов, но никто толком ничего не знает.
Я помешкал. Лиам не любил, когда об этом говорили, но Оливия должна была понять, что за его злостью стоит не просто каприз.
— Джеймс был для него всем. Старший брат, кумир, лучший игрок штата. В тот вечер была глупая драка на парковке после игры. Двое парней... они были мусульманами. Всё закончилось за секунды. Один удар ножом — и Джеймса не стало. Лиам видел это. Он держал его на руках, пока тот умирал.
Оливия замерла, её глаза округлились. На мгновение в кафетерии стало очень тихо.
— О боже... — прошептала она. — Я не знала, что всё было так.
— Теперь он видит в каждом хиджабе и в каждой молитве того самого парня с ножом, — я потер лицо руками. — Я пытаюсь его вразумить, честно. Но он как будто ослеп. И самое паршивое... Ясмин. Ты видела её руки сегодня?
Оливия напряглась.
— Ты про хну?
— Нет, Лив. Вчера в коридоре, когда Лиам её задел... я поднимал её учебник и видел край запястья. Хна не всё скрывает. Там был синяк. И это не от падения. Это был след от пальцев. Свежий.
Оливия резко выдохнула, её лицо побледнело.
— Ты хочешь сказать, что её дома... — она не договорила, её голос сорвался. — Она поэтому такая? Поэтому она извинялась сегодня перед Элизабет, хотя была не виновата?
— Я не знаю, — тихо ответил я. — Но Лиам этого не видит. Он думает, что она — агрессор, просто потому что она принадлежит к той же вере, что и убийцы его брата. А на самом деле она, возможно, самая уязвимая из нас всех.
Оливия молчала долго. Она смотрела в окно, где техасское небо медленно окрашивалось в цвета пожара.
— Уилл, — она наконец посмотрела на меня, и в её взгляде была такая решимость, от которой у меня потеплели кончики пальцев. — Мы должны что-то сделать. Если Лиам сорвется на неё во время проекта, он может сломать то, что и так едва держится.
Я накрыл её руку своей. На секунду она не отстранилась, и я почувствовал, как по коже пробежал электрический разряд.
— Я присмотрю за ним, Лив. Обещаю.
— И я присмотрю за ней, — твердо ответила она.
В этот момент я понял две вещи: во-первых, наш проект по истории будет самым сложным в моей жизни. А во-вторых, я окончательно и бесповоротно влюблен в девочку в короткой юбке, которая готова воевать за весь мир.