Тихий Дом

[24.10]
[Лина]

- Она засосала старого библиотекаря, и он называл её своей любовью! А потом... Потом она поцеловала его ещё раз, и он начал на неё орать, - излагала я, активно тыча вилкой в кусок мёртвого хлеба, - Вот скажи мне, что за чертовщина тут происходит? - я подняла глаза на Кшысю.

Девушка продолжила выковыривать из бутерброда ломтик странно пахнущей ветчины. Затем перевела взгляд на Алмаза, который увлечённо чесал висок.

- Без понятия, - в который раз он отвечает мне одно и то же.

Они ничего не скажут, это я поняла уже давно. Я резко встала из-за стола, прихватив странную жижу серого цвета, который повара называли "кофейным напитком" и отправилась в сторону столов старших.

- Доброе утро, Лина. - поздоровался Океан, потягивая из гранённого стакана серое варево. Оглядевшись, можно заметить, что пьют это месиво абсолютно все старшеклассники. Неужели, когда-то я тоже буду есть и пить всё, что дают в столовой?

- Приятного аппетита, - поморщилась я, - Вчера ты обещал объясниться передо мной. Валяй.

Парень опустил пустой стакан с коричневым осадком на дне на стол, усыпанный хлебными крошками.

- Очень жаль, Лина, но мне пора, - огрочённо протянул синеглазый.

Я с громким стуком поставила свой полный сосуд рядом с его опустевшим. Многие старшие обернулись на нас, но большинству больше был интересен напиток, нежели наши разборки.

- А так?

Парень долго смотрел на стакан, прикусив нижнюю губу. Внутри него шла борьба, и он обдумывал свой выбор. Его друзья ёрзали на месте, нетерпеливо дожидаясь его ответа.

- Нет, - выдохнул блондин с таким огромным сожалением, что казалось, будто он сейчас расплачется. Зато его одноклассники сразу просияли.

- Тогда можно мне выпить? - спросил один из них, указывая на серую массу.

- Можно, - разрешила я, испепеляя взглядом совсем расстроенного Океана и поднимаясь с места. Послышались звуки борьбы и возгласы:

- Не будь жмотом, делись!

- Отдай!

- Она мне разрешила!

Мне оставалось лишь покачать головой: детский сад.

***

Время на уроке тянулось, словно жвачка. Монотонный, усыпляющий голос учителя делал из занятия пытку. Веки словно наливались свинцом, а по глазам будто водили лезвиями. Хотелось положить тяжёлую голову на парту и забыться.

Перед глазами бегали кружки и полосочки разных цветов и размеров. Может быть, именно так и выглядит воздух?

Взгляд бегал по классу, изучая каждый его миллиметр.

Спина учителя, имени которого я не помню. Он что-то увлечённо пишет на старой зелёной доске, которая уже почти белая от разводов. Иногда ученики вздрагивают от резкого скрипа мела по доске, но потом снова всё утихает.

Ребята из класса тоже занимаются изучением комнаты, или же время от времени прикрывают глаза и ненадолго засыпают.

Вот чёрные-чёрные кудряшки Алмаза. Парень дремает и тихо посапывает, подперев щёку кулаком.

Кшыся внимательно вслушивается в каждое слово учителя, записывая всё в розовую тетрадь с котятами. Её острый нос почти касается линованых тетрадных листов, когда она решает записать на них что-либо. В гудящей тишине можно услышать скрип шарика от ручки по бумаге.

В верхнем углу класса семья паучков решила соткать паутину. Я бы и сама не прочь жить в такой тиши.

Взгляд цепляется за пустующую парту в конце класса. Я точно помню, что за ней сидел тот избитый парень. Он вёл себя настолько тихо, что я забыла о его существовании уже в конце первого дня нашего знакомства. Даже учитель не замечает его отсутствия.

Очень странно, что его нет на уроке. В Доме в это время делать абсолютно нечего, только сидеть и скучать на занятиях. Все обычно сбегают с последних уроков, но сейчас первый.

Одноклассники елозили на ужасно неудобных стульях и внимательно следили за медленно ползущей минутной стрелкой. Последние пять минут кажутся вечностью.

Немногих спящих разбудил громкий стук в дверь, затем она со скрипом открылась, и в класс вошла Луиза. Кшыся и ещё несколько учеников встали из-за парт, приветствуя её, затем с разрешения Мамы сели на место.

Женщина вывела учителя за дверь, где о чём-то шёпотом ему рассказывала, то и дело воровато озираясь. В какой-то момент его глаза расширились, лицо выражало удивление. В конце разговора он лишь кивнул в ответ и распрощался с воспитательницей.

Спасательный звонок. Все срываются со своих мест и начинают пихать в рюкзаки тетради.

- Не спешите уходить, - объявил учитель, закрывая дверь класса на ключ. Под недовольные возгласы он пытался прояснить причину задержки.

- Случилось... обстоятельство... сейчас разбираются, - учитель старался перекричать подростков.

- Замолчите! - хлопнула Кшыся ладошкой по парте, встав с места. Гул голосов прекратился. - Извините... Продолжайте, - смущённо и тихо произнесла та, опускаясь на стул.

- Спасибо. Итак, случилось непредвиденное обстоятельство, в котором сейчас разбираются. Чтобы вы не мешали, вы останетесь в классе, пока всё не уляжется. Всё ясно?

- А вдруг всё затянется? Как в туалет выходить, что кушать? - посыпались вопросы.

- В туалет по одному и в сопровождении взрослого, - устало произнёс мужчина, потирая переносицу. - Еду вам принесут, поедите в классе.

От прежней тишины не осталось и следа. Все обсуждали происшествия и строили догадки, что это за "непредвиденное обстоятельство".

Я кое-как протиснулась сквозь толпу к учителю.

- Здравствуйте, - привлекла его внимание я.

- Да-да, здравствуй.

- Извините, не могли бы Вы сказать мне имя того парня, что сидел за последней партой третьего ряда?

- Зачем тебе? - мужчина заметно напрягся.

- Ну, он отсутствует на уроке, я волнуюсь, - постаралась сымитировать мимику Кшыси. Я могла спросить про него и у неё, но мне хотелось показать учителю то, что догадываюсь о виновнике происшествия.

- Не помню, к сожалению.

- Хорошо, - печально протянула. - Как я могу к Вам обращаться?

- Ральф. Да, ты можешь называть меня просто Ральф.

- Хорошо, Ральф. Я Лина.

- Да, я знаю.

Вновь пробираюсь сквозь одноклассников в поиске огонька рыжих волос.

- Кшыся, - девушка оборачивается. - Как зовут парня, что сидел за последней партой третьего ряда?

- Вселентий, - бросает рыжая и снова отворачивается к Алмазу. Она словно знала, что я спрошу её об этом, поэтому подготовила ответ и так быстро вспомнила его имя.

- Вселентий, - шёпотом повторяю его имя, словно заклинание.

Сейчас хочется оказаться рядом с Океаном. Просто посидеть с ним в тишине вдвоём, посмотреть в его спокойные глаза и успокоится самой. Погреть его холодные ладони, зажимая между своих. Просто послушать истории про выходки маленького Алмаза, глупые шутки и неумелые каламбуры. Стащить у Агаты наклейку и приклеить ему на лоб. Хотя бы на секунду утонуть в его объятьях, и от усталости от всех этих людей не осталось бы и следа.

- Перемена окончена, начнём урок.

«Лина!»

От неожиданно раздавшегося в моей голове голоса я вздрагиваю. Кажется, я в прямом смысле схожу по Океану с ума.

«Посмотри в окно, Лина!»

Какие фразы голосом любимого девушки слышат у себя в голове? Признания в любви, комплименты, ещё что-то? Почему у меня всё не так, как у людей...

«Ну же, Лина! Так сложно выглянуть в окно?»

От всего этого абсурда становится смешно. Может, голос в голове уймётся, если я выполню его просьбу?

Нехотя, поворачиваю голову и оглядываю двор. Я не удерживаюсь от того, чтобы удивлённо прошептать:

- Какого...