Ходячий наркотик

—  За... заходите ещё! — выдохнула девушка за кассой, когда я, подхватив пакет, отправилась на выход из магазина.

—  Обязательно, — не оборачиваясь, пообещала я ей и взмахнула на прощанье рукой.

Девушка была, конечно, милая, однако заигрывать с той, которая работает в магазинчике совсем рядом с домом, точно не входит в мои планы. Хотя грудь у неё вполне ничего себе так. В прошлой жизни я о такой могла только мечтать...

Я остановилась и хлопнула себя по лицу ладонью. Посмотрела на вечернее солнце, вздохнула и зашагала к дому, покачивая объемным пакетом с покупками на ходу.

Было скучно.

Учебной литературы и без всяких школьных учебников и библиотек мне хватало, заняться в следующие две недели было чем, но три дня подряд сидеть за столом, изредка прерываясь только для утренней и вечерней пробежки упражнений, а также приготовления ужина на двоих - все-таки не было пределом моих мечтаний. Как и залипать в телефоне весь день. Мысли то и дело сворачивали не туда, и останавливало от их воплощения только то, что подцепить кого-нибудь, поехав в центр города, может и было не сложно, но вот что делать потом?

С доверием к кому-либо у меня в последнее время наблюдались проблемы.

Да и «новый» пол все же изрядно смущал.

Я более-менее представляла, как доставить удовольствие женщине, однако одна только мысль о том, что я сама буду...

О, собственно, соитии со мной в главной мужской роли - вгоняла меня в краску.

С мужчиной, чисто психологически, было бы комфортнее, да только после не столь давних событий доверять мужчинам я могла только в собственных фантазиях. Изредка... И не до конца.

Я так задумалась, что едва не врезалась в щуплую мальчишескую фигурку стоявшую прямо за поворотом. Подросток отскочил от меня стремительно, с широко распахнутыми от ужаса глазами, да так резво, что я еле успела ухватить его за край рукава до того, как он окажется на дороге.

Раздался противный скрежет и водитель резко затормозившей на полном ходу легковой машины, оставившей заметные следы протектора на асфальте, распахнул дверцу, чтобы крепко на нас выругаться:

—  Вы что б** совсем ох**ли, школота?! Куда ты прыгаешь на дорогу?! — проорал он, потом посмотрел на меня, споткнулся взглядом, растерялся и, захлопнув дверь  изнутри, осторожно вдавил педаль в пол, отправляясь дальше.

—  Мидория, ты чего тут забыл? — удивилась я,  обернувшись, и посмотрела на доставшийся мне после неожиданного «ивента» изрядно перетрусивший приз.

—  Ра... Ра... Распечатки принёс, — пояснил он мне, протягивая дрожащими руками бумажный конверт. — Уч-читель велел передать... И к-конспекты.

—  Но ты ведь живешь вообще не в этом районе, — отметила я, принимая конверт из его подрагивающих ладоней.

—  Д-да, но...

—  Но?

—  Но д-девочки чуть не п-передрались, и уч-читель...

—  О-о, и ты, значит, где-то выяснил мой адрес и самоотверженно пошёл меня искать? - подвела итог я, улыбаясь.

Мидория не знал, куда девать глаза и руки, и все время смотрел куда-то в сторону мимо моего лица. Подрагивал, как испуганный кролик, от чего его хотелось успокоить и погладить по голове.

—  Ну, наверное, спасибо, - поблагодарила я подростка, сдержав этот недостойный порыв. — Может, тебя до станции проводить? А то как-то ты не здорово выглядишь...

—  Н-нет! Не надо! — тут же ожил Мидория, замахав руками и вдруг заливаясь краской. — Я сам... Сам справлюсь!

—  Ну, как-знаешь, — ощущая несвойственное мне раньше косноязычие, кивнула я.

Мидория торопливо поклонился и неловко зашагал в сторону станции, размахивая руками и ногами как деревянный солдатик.

«Я не сётаконщица... НЕ сётаконщица,» - покачала я головой, отворачиваясь от него в противоположную сторону.

В следующие полторы недели Мидория мне на глаза не попадался, однако тетради с конспектами и распечатки ещё дважды оказывались в почтовом ящике у нашего дома, и чем ближе был понедельник третьей недели, тем неспокойнее становилось у меня на душе. Наказание Бакугоу заканчивалось на неделю раньше, чем моё.

—  Привет, мам. Всё хорошо? — поприветствовала я Киоко вечером, встречая её с работы.

—  Это я у тебя должна спросить, — отозвалась она, снимая пиджак, чтобы повесить его на место. — Ты видел сегодняшний репортаж о грязевом монстре, напавшем на пару учеников из вашей школы? Мерзость!.. Повезло, что рядом оказался Всемогущий. Говорят, одного из мальчиков монстр чуть не убил...

—  Что? — глупо переспросила я, замерев, опуская её портфель.

—  Нет? Мне показалось, что я видела одного из них раньше... Знаешь, с такими зелёными кудряшками? Он приносил тебе задание на прошлой неделе.

Мама посмотрела на меня и, вдруг взъерошив волосы у своего виска, растерянно улыбнулась:

—  Впрочем, может я и ошибаюсь? Мало ли похожих мальчиков в городе?.. Ты уже поел? — переключилась она на более насущные проблемы.

Я покачала головой, пропуская её первой внутрь дома.

«Таких» мальчиков вряд ли могло бы быть двое, и пересмотренный в интернете выпуск новостей окончательно меня в этом убедил.

***

И, знаете, это было как-то даже обидно.

Изводить себя пустыми переживаниями большую часть недели, чтобы на седьмой день, наконец появившись в школе и поздоровавшись с Мидорией, получить от него в ответ...

Ничего.

Мелкий был так погружён в собственные мысли и записи, что даже на вопросы преподавателей отвечал механически, не отрываясь от тетради и каких-то расчётов.

Каллории он там подсчитывал что ли?

Или эффективность упражнений?

Плоховато я помнила канон, да и смотрела его только до момента появления странного убийцы героев. Кажется, его звали Пятно. Впрочем, вряд ли мне когда-нибудь доведется с ним столкнуться.

Бакугоу тоже был до странного тихим, сосредоточенным и серьёзным. И в сторону Мидории он не смотрел. Совсем. И даже на друзей своих почти не реагировал, зато на физкультуре теперь выкладывался так, что оставалось только присвистнуть. И ведь достигал лучших результатов не задействуя причуду.

Понаблюдав за ними двумя какое-то время, я успокоила свою совесть и вернулась к собственному образованию. Нашла несколько дополнительных курсов и всерьез продолжила готовилась к поступлению в ЮЭй. Участь второстепенного персонажа меня ничуть не тяготила, даже третьестепенным быть было неплохо: подальше от неприятностей и поближе к достатку. И, в общем-то, я была рада за Изуку: он действительно целеустремленно двигался к своей мечте, только...

Уже в который раз наблюдая за тем, как он пытается ухватить несуществующее нечто в пустой коробочке для еды, я все-таки не удержалась и, поднявшись, пересела ближе к нему, чтобы подложить в коробочку несколько собственных тамагояки. Посмотрела на удивленно вытаращившихся на меня одноклассников, которые сегодня тоже обедали в классе, широко  улыбнулась и приложила к губам указательный палец, призывая их к молчанию. Класс внял. Изуку умял всё и так ничего и не заметил.

«Беда-а...», — подумала я, когда осознала, что продолжаю делать это из раза в раз, готовя дополнительную порцию по утрам или просто скармливая юному Мидории свою, когда о-бенто нам готовила мама.

Через пару месяцев нестандартное поведение однокашников во время обеда в классе заметил даже глицериновый ершистый болван. С недоумением, а затем и неодобрением во взгляде он скривил губы, но весомого повода придраться так и не нашел, и на обед стал уходить из класса.

—  Беда-а, — снова, уже вслух заметила я, когда нашла в своем шкафчике с обувью мангу слегка эротического содержания, со мной и Изуку в главных ролях. Выкинула, предварительно смяв, макулатуру в ближайшую урну и постаралась выкинуть увиденное из головы.

Получалось откровенно хреново.

—  Пиз*ц, — осознала я, когда мне приснился первый сон с участием Зеленушки.